WeatherTale

      Десять лет. Именно столько уже прожил в этом мире Увитне. За это время случилось многое, но сложнее всего было после окончания войны. Сразу встал вопрос о новом короле Юга. Должен же кто-то занять престол? Но не было никого кто бы обладал пирокинезом, причем довольно долго. Целый год Юг продолжал своё существование без правителя, но под управлением генерала. И вскоре стихия огня выбрала нового короля. Им стал огромный змей. Разноглазый слышал от кого-то из жителей Китуо до ухода домой, что люди и монстры, живущие на территории их королевства, называли таких существ инканьямба. После его появления правители четырёх сторон света собрались в столице Юга для обсуждения дальнейшего будущего всех королевств. По итогам дискуссии зачинщик войны был обязан помочь восстановить все пострадавшие в ходе боёв города и населённые пункты. Новоиспечённый правитель весьма охотно согласился на предъявленные требования и как только все разъехались по своим королевствам начал их исполнять. В ходе правления нового повелителя Юга все только удостоверялись в том, что он намного лучше того жестокого тирана феникса.       На Севере же всё вернулось к той жизни, которая была до войны, которую Снокейт не смог узнать полностью. Всё та же ежедневная внутриклассовая суета… Но с одним отличаем. Теперь капитаном Ассасинов был сам Увитне. Причиной тому послужила смерть генерала, тело которого так и не нашли и предположили, что он был одним из тех кому не посчастливилось попасть под пламя прошлого короля Юга. А значит надо было поставить кого-то из капитанов на его место. Ныне покойного Вестлиулва мгновенно отмели, заменившего его молодого грифона Моралска тоже, в силу его возраста. Капитана Универсальных вычеркнули по той же причине. Оставались только двое Юрэ и Шигин — звери погодки. Но сравнив их даты рождения на должность генерала выбрали Шигина и место капитана осталось пустым. Вот тут и поставили разноглазого, стоявшего на посту лейтенанта. Вместе с получением нового звания ему выделили участок земли с чумом, чтобы ему не приходилось ютиться в одном помещении с Моралском.       Увитне стал часто пропадать на территории Класса. У него было действительно много бумажной работы. В связи с этим ему снова пришлось менять режим сна — бодрствовать днём и спать ночью. А на задания он почти не выходил, только иногда сопровождал погодников в их походах по обновлению маскировки. Регулярно он ходил на собрания капитанов, но на них не было чего-то нового или интересного, кроме раздражающего капитана Универсальных. В первый раз за всё его время пребывания в Исфритте он увидел Юрэ без его фирменной улыбки от уха до уха и привычного прищура глаз. Тогда на лице капитана Разведчиков ничего кроме отвращения в отношение росомахи не было. «Вот достал, так достал…» — думал разноглазый, находясь на одном из собраний и выслушивая бред высокомерного зверя. Он тоже, как и остальные начал желать его скорейшей замены.       Снокейт снова начал посещать библиотеку. Он часто находился там в перерывах между работой и сном, прочитывая исторические книги. Уж очень сильно змея привлекла история появления способности управления погодой. В особенности её мутации, такие как: контроль над льдом, огнём, электричеством и водой. И узнал, что эти силы имеют только истинные короли.       За все эти года Увитне успел увидеть уйму снов о своём прошлом и уже почти всё вспомнил, но когда к нему пришло осознание его важности для мультивселенной у него даже не скользнуло мысли о возвращении домой. Теперь его дом был в этой вселенной и его такое положение дел устраивало. Возможно если бы ему не надоело быть вспомогательным инструментом создателей он захотел бы вернуться. Но ему надоело и когда он обрёл желанный покой, то идея возвращения к той рутине казалась безумной.       В таком размеренном темпе проходило много времени и когда змею исполнилось тридцать лет он понял, как же быстро летит время.

***

      Было очередное ранее зимнее утро. Снег огромными сугробами лежал на земле, изредка поблёскивая от исходящего из чумов света. На улице было темно несмотря на то, что в обычное время солнце бы уже поднималось, но сейчас идёт полярная ночь.       Все звери, кроме доблестных стражей, ещё спали. Конечно же капитан Ассасинов — Увитне Снокейт уже был на ногах и собирался отправиться на территорию Класса. Он поправлял свой шарф, стоя напротив зеркала весящего на верёвках. Наконец закончив с единственным предметом своей одежды разноглазый в последний раз взглянул на своё отражение, чтобы удостовериться, что всё лежит ровно. За все прожитые годы змей почти не изменился, только взгляд стал более спокойным без того озорного огонька в глазах. И вот Увитне отвернулся от зеркала, направляясь к выходу из чума. Как только он вышел на улицу его встретил уже привычный ветерок, заставляющий немного колыхаться концы его длинного шарфа. Снокейт ненадолго остановился и, закрыв глаза, вслушивался в тишину ещё не проснувшегося города. Потом раскрыл свои большие белые крылья и, подхватывая встречные потоки воздуха, полетел по привычному маршруту до одной из сопок. Там, у самого подножья, он подлетел к ничем не примечательному углублению и прошёл через замаскированный под снег проход. Стоящие на входе стражи без слов поприветствовали своего капитана и тот, кивнув им в ответ, пошёл по освещённому лампами коридору. Совсем скоро он оказался в большом просторном помещении, поддерживаемом огромными деревянными балками, которое было озарено светом вставленных в стены светящихся камней. Их сияния вполне хватало, чтобы видеть многочисленные туннели, уходящие вглубь сопки. Они были везде, на всех ярусах подземного пространства: шли дальше по полу, ровно посередине стены и даже под потолком. Разноглазый прошёл в помещение напротив, вход которого подсвечивался большим количеством камней, сильно выделяя его среди остальных. Это был кабинет змея. Увитне подошёл к стоящему у стены фонарю и поджог свечу внутри, подвешивая лампу на крючок торчащий из потолка. Комната озарилась светом, открывая вид на весьма скудный интерьер: небольшой письменный стол с баночкой чернил и стопкой чистых листов бумаги, стоящих на нём, и рядом шкафов с выдвижными ящиками. Снокейт прошёл к одному шкафу и выдвинул ящик, доставая из него пару листов каких-то документов и пять перьев. Он зашёл за стол и положил их на дальний край. Не успел разноглазый взять чистый лист и перо, как в кабинет вбежал белоснежный волк, резко останавливаясь перед ним.       Волк перевёл дыхание, встал по стойке смирно и обратился к змею. —К-капитан, там, по докладу Разведчиков, люди с монстрами к городу приближаются. Сказали, что надо срочно обновить маскировку, — страж смотрел на Увитне ожидая, что тот скажет. «Ура! Есть задание!» — подумал Снокейт, обработав эту информацию. Затем он быстро вышел из-за стола, подходя к выходу. —Чего стоим?! Быстро за погодниками! — скомандовал змей стоящему столбом волку. Тот сразу оживился и быстро выбежал из помещения, исчезая в соседнем туннеле.

***

      Большая группа зверей и мифических существ с высокой скоростью покидала пределы города. Это был отряд зверей-маскировщиков, сопровождаемый капитаном Ассасинов. Увитне сейчас находился в виде снежного змея и летел впереди, прикрывая подчинённых и себя густой снежной завесой. Ему редко удаётся применить свои силы из-за того, что таких заданий где требуется вмешательство капитана очень мало, да и к тому же ситуаций, в которых нужен атмокинез почти не складывается.       Как только они отошли от города на приличное расстояние, то остановились. Маскировщики выстроились в шеренгу, находясь на большой дистанции друг от друга. По команде Снокейта они встали в боевую стойку, но сражаться не собирались. Под их лапами стали светиться голубые круги, от которых в сторону стоящего позади змея потянулись такого же цвета линии. Они остановились прямо перед ним, образуя полукруг. Недолго думая разноглазый сделал тоже, что и его подчинённые и дополнил круг. Тот вспыхнул ярко-голубым цветом и в небо устремился огромный столб света, начиная выстраивать еле заметный голубой купол, который покроет весь город.       Наблюдая за тем, как в сторону Исфритта уходит волна барьера Увитне вспомнил, что во многих вселенных он тоже есть, только он не скрывает монстров, а удерживает их. И сразу стали всплывать воспоминания об одной вселенной, названия которой он не помнил. Там всё основано на шахматах, а персонажи представлены фигурами. Змей не знал почему вспомнил именно этот мир, возможно, из-за того, что недавно играл в шахматы с Моралском. И ему неожиданно захотелось посетить эту вселенную. Просто посмотреть, чтобы потом вернуться домой.       Задумавшись над этим разноглазый не заметил как вокруг него начал кружиться снег, а тело стало чувствоваться лёгким и воздушным, как когда он становился обратно совой. Вскоре ничего, кроме стены снега, перед глазами не было видно, а чувство лёгкости превратилось в ощущение полёта. Да даже не ощущение он и вправду летал, только не мог увидеть своего тела, лишь большое скопление снежинок. Потом он начал чувствовать стремительное движение непонятно куда, но снег больше не закрывал глаза, открывая взор на чёрное пространство, наполненное светящимися белыми квадратами. К одному такому квадрату Увитне и направлялся. На подходе к нему снежная завеса снова закрыла глаза капитана Ассасинов, а потом его как будто сдавило, проходя через дыру.

***

      Когда проход перестал давить Снокейт почувствовал, что ощущение лёгкости пропадает. Снег потихоньку останавливался и змей смог увидеть себя. Он ожидал увидеть каких-нибудь изменений, но он так и остался снежным змеем. Наконец кружащее вокруг него торнадо остановилось и разноглазый увидел куда он попал. Это было место, которое он часто видел во снах — Сноудин. Вокруг лежал снег, совсем рядом находился большой еловый лес, везде стояли домики, а по улице ходили монстры, которые замерли, смотря на огромное существо. Увитне впервые за долгое время стало страшно. Он захотел превратиться обратно в сову, чтобы улететь в лес, но как только начал это делать поднялся сильный ветер, который моментально сдул снежную фигуру змея, показывая скелета. Его лицо не выражало эмоций, по правой глазнице проходила чёрная полоса шрама, а зрачки имели белый цвет. На правой щеке было чёрное пятно, которое становилось похожим на ледяной узор, который можно увидеть на окне в мороз. На шее висел длинный чёрный шарф, потрёпанные концы которого свисали с груди, доставая до колен. Скелет был в бело-коричневой рубашке и коричневом комбинезоне, который носился как брюки. На ногах надеты коричневые чулки с вырезами на носках и пятках, а на руках те самые кожаные перчатки с механизмом. За спиной снег собирался в кучу, принимая вид хвоста и больших белых крыльев. В перекинутом через плечо бандольере покрывались от холода сетью трещин колбочки с разноцветной жидкостью.       Но вот склянки разбились и ветер стал ещё сильнее, подбирая цветные ледышки выпавшие из них. Льдинки зависли на уровне глазниц скелета, начиная собираться вместе. Когда перед Увитне висело ледяное разноцветное сердечко места соприкосновения кристалликов вдруг засветились и к груди подкатила волна боли, которая заставила разноглазого упасть на колени. Температура воздуха резко упала и началась метель. Шум ветра заглушал испуганные крики монстров, которые даже не могли укрыться в зданиях из-за нулевой видимости. Когда на ледяном сердечке больше не осталось несоединённых льдинок оно засветилось и быстро скрылось в груди скелета. Теперь уже невыносимая боль заставила Снокейта упасть на руки, начиная истошно кричать. Кристально белый снег начал чернеть и быстро кружившие в воздухе, уже чёрные, снежинки стали оставлять на монстрах порезы. От змея во все стороны потянулись трещины, сопровождаемые звуком треска льда. Огромные чёрные расщелины появлялись на всех поверхностях: на земле, на домах и даже на потолке. Все находившиеся на улице монстры уже были пылью, кружащейся в воздухе вместе со смертоносным снегом. Совсем скоро Увитне уже не мог кричать и лишь хрипел, откашливая чёрную кровь. В это время вселенная уже буквально сыпалась, а потом и вовсе разбилась, оставляя лишь чёрные глыбы льда в бесконечном белом пространстве. Метель начала стихать. Снежинки вернули свой прежний цвет и ложились на «пол» белыми сугробами.       Боль в груди наконец отпустила настрадавшегося разноглазого, но теперь появилась боль в горле, хоть она была и более терпимой. Змей продолжал откашливаться чёрной кровью, зато мог оторвать взгляд от «пола». Первым делом он решил себя осмотреть. Снокейт встал, но ноги плохо держали его и он начал падать. Большие белые крылья за спиной вышли вперёд и предотвратили падение, опершись на поверхность длинными когтистыми пальцами. Увитне поднял руки перед лицом, осматривая их. Руки. Они снова были с ним, хотя последние десять лет их заменяли лапы и потеря была невелика. Он дотронулся до своего лица, чувствуя холодную твёрдую кость фалангами пальцев. Разноглазый заметил, что двинул сзади чем-то продолговатым и, повернув голову, увидел длинный белый хвост, покрытый перьями. На конце перья были более длинными и змей даже смог распустить их, образуя большой удлинённый веер.       Не успел Снокейт рассмотреть себя более детально, как услышал неподалёку открытие портала. Да-да он вспомнил звук портала. Повернув туда голову он увидел скелета с золотой диадемой на голове и в жёлтой одежде с посохом в руке. Как только тот увидел Увитне его взгляд стал твёрдым с толикой гнева в глазах. Он вытянул руку, превращая жезл в голубой лук с натянутой на тетиве стрелой. —Кто ты?! — выкрикнул вопрос скелет, нацелившись на змея. Тот хотел что-нибудь ответить, но вышел лишь хрип переходящий в надрывный кашель. Разноглазый закрыл рот рукой, на которой осталась чёрная кровь. Он решил больше не говорить, чтобы не тревожить, ещё болящее, горло. —Я спрашиваю — кто ты?! — не унимался скелет, начиная подходить ближе.       Змей запаниковал. Как он ответит если не может говорить?! Он стал боком уходить в сторону от скелета, которого он помнил по снам, но так и не вспомнил имени. Снокейт начал думать о том, что хочет оказаться в месте, в которое никто не может пройти, но мог бы он, чтобы этот монстр его не нашёл. И снежинки снова закружились вокруг Увитне, делая его лёгким и воздушным, опять, в виде снега, унося его в чёрное пространство с белыми квадратами, оставив второго скелета в недоумении.