My Sunshine

***

Начало. Место, где конец находится дальше всего. В том месте, где труднее всего предсказать результат,  сталкиваются друг с другом. В этих сотнях и тысячах эмоций, люди не могут интерпретировать все одинаково.     Они столкнулись с проблемой без ясного ответа. И так как они спорят, то медленно найдут ответ.     Начали. После того, как они начинали что-то, то должны доводить дело до конца. Но они не называют это концом. Они говорят, что все закончилось. Они не будут придавать значения успеху или неудаче. Как только что-то начинается, ценность заключается в его завершении. Они решили насладиться этим восторгом. И конечно, маленькие и большие камни будут проходить и здороваться против нашей воли.     Предстать перед своим ужасным прошлым, это очень больно, но это заставляет тебя расти. Между настоящим и прошлым, одинаковым для всех, есть только миг. Некоторые бегут от своего болезненного прошлого, навстречу новой жизни. Другие разрушают собственное будущее, навсегда застряв в прошлом.     Вперед. Назад. Направо. Налево. Сейчас не имеет значения. Можно шагать в любом направлении… А если идти никуда не хочется, тогда-то что делать? В таком случае единственный выход — взлететь в небеса. Как строчка из дурацкой песни. Убожество…     По пути, Юнги долго рассуждал. «Ехать можно только на зелёный. И прямо, и на поворот. Даже если не выбрал путь, останавливаться нельзя. Так я и жил последние два года. Ехал туда — не знаю куда. Не понял, что поранился, и так продолжил ехать. И такой: почему рука-то болит? Почему сейчас? Хочу я вообще куда-либо ехать? Нужно ехать как только загорится зелёный. Либо вы едете вперёд, либо сворачиваете. Даже если вы не приняли решение, вы все равно должны двигаться.»     Внезапно зазвонил телефон, чем отвлёк Мина от «интересных» мыслей. Посмотрев на экран, он невольно улыбнулся уголками губ. Приняв звонок, парень услышал такой родной голос по ту сторону телефона.     — Сынок, ну наконец-то я дозвонился до тебя. Ты хоть знаешь, как мы с отцом волнуемся? — возмущался папа Юнги.        — Простите меня. Я был слишком занят. Папуль, ты только не обижайся, я то знаю тебя. Сейчас сидишь, небось, нож точишь, — сказал альфа.     — Итишкины калоши! Как у меня родился такой спиногрыз?!     — Видать, в отца пошел…     — И не говори. Прям две капли воды.     — Пап, ты меня знаешь! Я — писец, летящий на крыльях ночи!     — Не выражайся… Ладно, я слышу, что ты не дома. Куда-то едешь? Не буду тебе мешать. Обещай, что не вляпаешься в неприятности. Скоро увидимся, пока, — проговорил Бэкхён.     — Да, хорошо. Пока папуль.       Отбросив телефон куда-то в сторону, Юнги прибавил газу. Ему так и не терпелось набить рожу тому ублюдку. Да, они вычислили его. И теперь альфа горит ярким пламенем, чтобы поскорей покончить со всем.     Через каких-то полчаса Мин был на месте. Выйдя наружу, он осмотрелся по сторонам и направился к заброшенному заводу, где и находился в данный момент Сухён. Войдя внутрь, альфа и не ожидал, что его уже ждали с широко расставленными руками.     — Ну наконец-то, я думал, что не дождусь тебе, — с ухмылкой на лице сказал Сухён.     — Сумасшедший придурок, — прорычал Мин.     — Я не сумасшедший. Я просто психопат. Я убийца.     — Тебя повесить или закопать?!     — А других вариантов нет?     — Тебе прямая дорога в ад. Ад — это не общежитие, и не Компания. Ад — это люди, которые окружают меня.     — Знаешь, я думал, что, если буду добр к людям, кто-нибудь это заметит и скажет, какой я молодец. Но этим одобрение не заслужишь. Этого никогда не произойдёт. Лучше быть дьяволом воплоти, быть жестоким, — сказал Сухён.     — Жестокость не приобретается. Жестокость — течёт в крови. Но выбор — ты делаешь сам.     — И что ты мне сделаешь?     — С мусором нужно обращаться соответствующие.     — Ты… Ты… Только попробуй меня ударить.     — Думаешь, только ударю? Я? Эй. Как думаешь, почему я держу в офисе аквариум, в который человек поместится?     — Эй! Ты, случайно, своей головой… булыжники не ломаешь? — кипел от ярости омега.     — Ты узнаешь это завтра, когда я разобью тебе голову. Давай проверим, разлетится ли она на части! — почти прошептал Мин.     — Юнги, а ты знал, что если кто-то убил одного человека, то может убить и десятерых. Я всегда ненавидел то, что для тебя этот мир был прекрасным и безопасным местом с самого детства. Поэтому я подумал, что должен сказать тебе. Джокер повсюду, каждый может им стать, они будут продолжать появляться. Я один из тех, кто ломает жизни, уничтожает все на своем пути, — подойдя ближе, говорил тот.     — Думаю, ты хочешь оставить немного неприятного осадка в самом конце своего дела. Но я дам тебе ответ. Как думаешь, кого больше — вас или нас? Плохих парней только один из ста, но добрых людей бесконечно много. Даже в фильмах в последней сцене полиция всегда приезжает группой. Мы приезжаем все вместе. Не важно, сколько вы шутите, вы всегда будете проигрывать в количестве. Цифры нам говорят — вы всегда будете изгоями, а мы повсюду.     — Из 18 280 000 других людей ты такой наглый первый! — процедил сквозь зубы Сухён.     — Что ты видишь?     — Всмысле? Ты о чём? Я ничего не вижу.     — Вот именно. И это твоё будущее, — сказал последнее слово Мин.     Выстрел. Ещё один и ещё. Много крови. Капли стекали по белым стенам. Омега повалился на землю, без каких-либо признаков жизни. Юнги убил его. И этим навсегда избавился от той рутины, которая поглощала его изнутри. Но думал ли старший тогда о последствиях? Конечно нет. Он сделал то, что хотел и ему было плевать на всё. На выстрелы выбежали люди Чхве. Осмотревшись, они увидели своего босса на земле, всего окровавленного. Быстрым движением руки они подоставали из-за спин оружие. Прицепились прямо в стоящего неподалёку альфу. Секунда… Юнги поднял одну руку над головой. Секунда… Махнул рукой. Секунда… Вокруг лежат трупы. Всё таки они хорошо продумали план. Люди Чхве даже не подозревали о засаде. И когда пришёл нужный момент, они с одного раза повалили всех вокруг.  — Хорошая работа ребята, — сказал Мин.  — Вот это шоу. Лучше чем в самых популярных боевиках, — восхищался Ли До.  — Хорошие навыки и слаженная работа в команде это и есть успех, — сказал альфа.  — Ты прав. Ей, ребятки, приберитесь здесь. Выйдя на улицу, альфа поплёлся к своей машине. Всё-таки как-никак, но на душе стало легче, от осознания того, что всё наконец-то закончилось. Что теперь он может спать спокойно, не раздумывая о том, проснётся ли он завтра или нет. И что самое главное, что Мин сможет спокойно находиться рядом с Чимином. Человеком, который вызывает улыбку на его лице, придаёт сил и делает неуязвимой, является Чимин. Независимо от того, кто он и чего хочет, Юнги всегда будет защищать его. Ведь омега стал его лучиком света. Он его маленькое солнышко.