Раздвоение

Остаток дня я пролежала в своей палате и никуда не выходила, пока не услышала звонкий смех, стуки колёс и крики медицинского персонала. Закатив глаза, я встала с кровати и открыла дверь, закричав: — Можно ещё громче? — мимо меня проехал юноша на скейтборде и чуть не сбил. — Алло, больной придурок, ты не попутал? Но блондинчик проехал дальше, пока медицинский персонал продолжал бежать за ним, словно их ноги готовы бежать быстрее, чем двигаются колёса скейта. Ухмыльнувшись, я нырнула в свою палату и погрузилась в телефон, который хоть как-то расслаблял мозги. В последние сутки моя жизнь так поменялась, что от этого у меня ехала крыша. Возможно, это звоночек, чтобы я что-то поменяла… Но что? В палату влетела моя лучшая подруга Лена, и я завизжала от счастья. Подлетев с кровати, я прыгнула в её объятия. — Ну что, я принесла тебе нормальной еды, фруктиков и сладостей всяких. Рассказывай вообще, как ты докатилась до такой жизни. — Лена отпустила меня: — Быстро ляг в кровать! Тебе нужен постельный режим. — О боже, Темни, и ты туда же! — Я легла в кровать под грозным взглядом своей подруги. — Жду рассказ… И я начала свой долгий и скучный рассказ от потери сознания во время репетиции до ненормальных людей, которые встретились на моем пути. Лена периодически вздыхала и охала, но не задавала лишних вопросов. — И врачиха такая секс? — Невероятный секс, Лен! — В палату зашла Лобода, и моя подруга глубоко вздохнула. — Светлана Сергеевна? — Пришла узнать, как поживает мой пациент. Все хорошо? — Да, спасибо. К вечеру пришли мои родители. Они вместе с Леной просидели у меня до самого вечера, а потом их достаточно вежливо попросили покинуть больницу. Настроение было на нуле из-за атмосферы вокруг меня. Вонючие стены, грубые медсестры и запах смерти. Мне казалось, что у меня все плохо, что я останусь здесь надолго, что ничего больше не наладится… Я начала плакать. Слёзы безжалостно текли по моим щекам. Лобода влетела в палату. — Что происходит?! — Она смотрит на меня. — Полюшка, что происходит? — Я… Я не понимаю, что я тут забыла? Я была здорова, а тут мои друзья и родители гуляют, живут, а я будто бы в заключении. А они на свободе. — Светлана Сергеевна принесла капельницу и закрыла за собой дверь. Врач вставила иглу в вену и легла рядом со мной. Я положила голову ей на плечо и пыталась успокоиться. — Пойми, Полюшка, такое бывает. Иногда здоровый ходишь, а потом как по щелчку пальцев появляется миллион болезней, от которых хочется убежать. И, упаси Боже, эти болезни можно вылечить. А вот твои новые знакомые… Успела познакомиться с Димой, Пелагеей и Егором? — С Пелагеей, да. — Значит ещё успеешь. Так вот, Дима страдает наркоманией. Мы пытаемся его лечить, но он всегда срывается. У Егора была злокачественная опухоль в ноге, пришлось ампутировать часть ноги. Мы собирались его выписывать, а потом обнаружилась опухоль в желудке. Пелагея борется с анорексией, но все безуспешно. Все мы боремся со своим болезнями, даже если шансов нет. Так начни бороться и ты. Я подняла глаза на врача и опустила взгляд на губы. Мне ужасно захотелось ее поцеловать. Слегка откинув назад ее голову, я придерживаю одной рукой основание шеи, запустив пальцы в блондинистые пряди. Я касаюсь её губ и вовлекаю в поцелуй. Когда Светлана Сергеевна ахнула, мои губы стали более настойчивыми. Я дышу тяжело и прерывисто, ее глаза потемнели и расширились, она потрясенно смотрит на меня. — Ты хочешь остановиться? — Нет, — торопливо отвечаю я. Она укладывает меня на спину и отодвигает руку, в вену которой вставлена игла. Женщина усаживается сверху и снова прикасается к моим губам. Мы целуемся и целуемся, пока мне не кажется, что я вот-вот взорвусь. Светлана Сергеевна покинула мою комнату только ранним утром, отчего я была в какой-то степени рада. Моя голова была полна различными мыслями: и о произошедшем, и о моей болезни, и о дальше жизни, и о том, как мне стоит общаться с людьми дальше. Я точно решила, что на время моего нахождения здесь я должна хоть с кем-то подружиться, иначе мое пребывание будет полным тухляком. С тяжёлой головой и сердцем я прикрыла глаза и погрузилась в сладкий сон, где я была счастлива, здорова и стервозна.