ID работы: 8750951

Ты крутись, крутись, колечко...

Джен
R
Завершён
294
автор
Размер:
202 страницы, 28 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
294 Нравится 533 Отзывы 75 В сборник Скачать

Глава 20, над которой витает дух отмщения

Настройки текста
Вопреки опасениям замок стоял на месте. За то время, пока Трандуил был мёртв, детишки не успели разрушить всё нажитое непосильным трудом предшественника. «Уже легче, — думал Владыка, постепенно подстраиваясь к новому чувству равновесия. — Не придется заново отстраивать.» Двигались они медленно. Он хотел сам пройти этот путь, в результате чего уже несколько раз упал. Не будь Трандуил невидим, это было бы то ещё зрелище — обтянутое синюшной кожей двухметровое нечто, спотыкающееся о собственные длинные ноги. Однако с каждым разом Владыка вышагивал всё увереннее, так что к моменту выхода к замку Трандуил почти не падал, а кольцу с его издевками пришлось заткнуться. — Не удивительно, что назгулы обычно пешком не передвигаются! — пробурчал себе под нос лесной король. — Долго я был… мёртв? — Не особо, — не хотя ответило Единое. — Сегодня десятая ночь. Ты ничего не помнишь? — Намо в Мандосе не видал, если ты об этом, — проворчал Трандуил. — С покойной женой не встречался. — Ну так, в Мандос, то это я тебя не пустил… А вот все эти дни фэа твоя здесь в лесу обреталась. Неужели ничего-ничегошеньки не запомнил? — Ты это из праздного любопытства спрашиваешь или в тебе горит исследовательский интерес? — недовольно дернул плечом лесной король. — Обижаешь, конечно, и то и другое! — весело хмыкнуло Единое. — Давай уже колись, чего необычного натерпелся? А ли постыдного чего случилось? — Ничего постыдного, — хмуро ответил Трандуил. — Я всего-то… Был тоненьким слоем размазан по всему Темнолесью. Знаешь, как это страшно? Думать, что потерял себя, что навечно растворился в шорохе трав и пении птиц, ощущать себя одновременно везде и в то же время нигде в своем привычном целом, собранном сознании? Я был старым дубом, я был росой на листьях, я был камнем, над которым тёк ручей… Это только сначала казалось крутым, но когда я постиг этот дзен, эту гармонию, вся моя эгоистичная душонка захотела назад на прежний уровень отношений с лесом и природой, в частности! — Вот о чем-то таком я почему-то и подумало… Вовремя процесс подготовки тела завершился. Пожалуй, если бы ты возомнил себя луговой ромашкой, было бы очень скверно, хоть и забавно! — гнусно прохихикало колечко. — Катись ты в воду! — недовольно прошипел лесной король, видимо, тоже представив себе подобный исход. Весьма живенько так представив… Тем временем они уже вошли во дворец. Король не рискнул пока взбираться в своё окно, он только научился заново передвигаться со своими новыми габаритами, куда уж ему карабкаться по отвесной стене. Бряцать костями вниз уж очень не хотелось. Пусть кольцо и уверяло, что никакой боли он теперь почувствовать не сможет. Чувства собственного достоинства король ещё не потерял. К слову, о нём… Запинался Трандуил ещё и от того, что штаны так и сваливались вниз. Пожалуй, придется прислушаться к совету гнусного кольца и подобрать себе плащик. Несмотря на то, что душа звала Владыку в погреб, он побрел в свои покои. Надо было подобрать новый гардероб. Теперь уже не короля, а лесного назгула? Да, пожалуй… Это лучше, чем прозвище данное Даином или сущность того, кем он теперь по сути являлся. — А что, если твой отпрыск уже переехал? — заставило его остановиться кольцо. И на этот раз Единое было право. Трандуил направлялся в покои короля, а королем теперь был Леголас. — Он хоть не сбежал? — брякнул единственный в мире лесной назгул прежде, чем подумал. Всё это было слишком странно. И выше его сил. Ситуация напоминала не просто дурной сон, такое ему и под самыми тяжелыми травами Радагаста прикуриться не могло. Разве мог Трандуил представить, что когда-нибудь окажется в таком положении, что будет всерьез бояться засветить кому-нибудь свою страшную рожу? Что будет красться по своему замку, не для того, чтобы тайком провернуть темные дела, а чтобы банально добыть свой же плащ? Что это королевство больше не будет принадлежать ему? Что Леголас, его глупый, наивный сын, окажется на его месте? Нет, всё это Трандуилу и в самом ужратом состоянии привидеться не могло… Как и то, что тело его мертво, а душа продолжает жить, зацепившись за костлявую оболочку, лишенную крови и нервных окончаний. Лесного назгула заметно передернуло, и это он ещё сам себя в зеркале не видел! Пока он лишь понимал, что ни Моргота не чувствует. Ни запахов, ни прикосновений — мир казался каким-то серым, пусть с его зрением и было всё в порядке, как впрочем, и со слухом. — Хватит ныть, потянись к ближайшему дереву, ну же! — кольцу надоело ловить от Трандуила волны негатива. — Давай смелее. Ему не осталось ничего иного, кроме как подчиниться. Сначала ничего не происходило, а затем на лесного назгула нахлынуло: древесный сок течет по стволу, ветер треплет листву, внутри копошатся птицы, где-то под корой орудуют поганцы-жуки. Трандуил, помня свой недавний опыт, поспешил отключиться. — Хватит ныть — теперь ты знаешь, где и как можешь что-то почувствовать. И пойдем найдем тебе уже плащ, сил нет смотреть на твою тощую зад… — Так, вот как ты чувствуешь этот мир? Через окружающие тебя объекты, подключаешься к ним и считываешь? — вдруг понял король. — Можно сказать и так, носителя я чувствую особенно мощно. Так что не кричи понапрасну, не то отомщу, ещё будешь у меня себя ромашкой считать. — Ага, а ты поплывешь в Валинор морем. В воде ведь особо не на кого считывать? Так что будешь считать себя… золотой рыбкой! За этой дружеской перебранкой они и добрались до покоев короля. Стража стояла на местах, двери были ожидаемо закрыты. — И какой же я призрак, если сквозь стены не могу ходить… — проворчал Трандуил, прикидывая что делать. — Так, ты не вполне себе призрак. Ничего зайдем через покои принца, наверное, они пустые, а балконы у вас рядом. — А если ты ошибаешься, и он не переехал? — по-прежнему сомневался лесной назгул. — Не попробуем, не узнаем… Тебя же не удовлетворит плащ с чужого плеча, а, позер недоделанный? — устало отозвалось кольцо, прекрасно изучившее Трандуила. Кинув камешек в противоположную сторону отвлечения стражи ради, лесной назгул проскользнул в комнату сына. — Все-таки переехал, — со вздохом отметил он её покинутый вид. — А ты думал, твои покои опечатают или сделают музей? — подтрунило его Единое. — Нет, но… — Трандуил замялся. — Могли бы немного подождать. — А представь, если сынок ещё и твой гардероб выкинул! — откровенно издевалось кольцо. — Ремонт затеял и все твои цацки Тауриэль передарил… Неприятно быть мёртвым, да? Ты сам, дурень, виноват, сам… — Катись лесом, — шипел Трандуил, с трудом перебираясь на соседний балкон. — И без тебя тошно. — Да не может тебе быть тошно, ты ж умертвие! — закатилось кольцо. — И вообще, смотри позитивнее: теперь ни голова, ни шея, ни печень болеть не будут. — Лучше б болели, — вздохнул лесной назгул, пробираясь в свои покои. Точнее свои бывшие покои. — А он прибрался… Бочонки выкинул… Твои любимые орхидеи не тронул — и то радуйся! Ой да, не засохли они, чего побежал проверять? Ну всё, — махнуло кольцо. — Вроде бы всё на месте, — радостно выдохнул Трандуил после короткой ревизии. — Только часть своих вещей перенёс. — Ты ещё шмотки не смотрел, — напомнило Единое. И действительно. В гардеробе Трандуила ждал неприятный сюрприз. — Какого.? — Он их ушил, пха-пха! — заливалось кольцо. — Молодец, ну, а чего ты хотел? Видел, как твой сынуля раньше одевался? Королю так не подобает. вот ему и перешили готовое, дабы бюджет не разорять лишний раз… У вас расходы на оборонку сам видел какие, а с учетом того, что ты откинулся, договоры с Дейлом и Горой придется пересматривать, а там кто знает, не обдурят ли… Правильно он делает, что экономит! — Ах ты ж, сволочь, листик! — продолжал растерянно хлопать ресницами Трандуил. — Я ж не для того тебя, гаденыша, растил, чтоб ты мои любимые вещички под себя кромсал? — Тише ты, он скорее всего за дверью в кабинете сидит, за тебя дела разгребает… Поищи лучше, все перешить точно не успели. И, действительно, дебри гардеробной оказались не тронуты. — Я их лет тысячу не носил! Это уже не модно! — ныл Трандуил, критически осматривая то, что ему осталось. — Твою налево, эльф, ты ж не на Суд Валар собираешься, какая разница, в чем выть под луной, если морда твоя теперь просит... нет даже не кирпича, а фиала с кислотой? — ворчало кольцо. — Со спины, то я, наверное, ещё ничего! — упирался король. —  Вообще вон назгулы капюшон и маску надевают и дело с концом… — Черное тебе не покатит, для скрытного проникновения в Мордор можно озаботиться приобретением стандартной экипировки назгула обыкновенного, но для твоего леса не годится. Да и маска тебе ни к чему — только обзор перекрывать, да черепушку натирать почем зря. — Ладно, как насчет этого изумрудного плаща? — Слишком палевно. Возьми, что попроще… Ах, да у тебя ж такого нет. Ну хочешь, сына твоего обезжирим? В отместку? Что? Коротколапый уродился? Ну да, ну да, точно… В результате Трандуил остановил свой выбор на благородном сером плаще с металлическим отливом. Кому-то он мог показаться серебряным, и в нём действительно присутствовали нити из этого материала, но он не был таким броским, а также не имел километрового шлейфа. В общем, Трандуил был более или менее доволен своим одеянием. Вот только нужно было подготовить и сменку… — Мертвые не потеют! — напомнило Единое, но Трандуил его не слушал, на всякий случай пряча от Леголаса пару комплектов. За тем лесной назгул надолго залип перед зеркалом. Ему всё казалось, что страшную рожу можно чем-то исправить. Откуда-то были вынуты румяна, но вышло всё только хуже. Страшно матерясь, Трандуил был вынужден признать, что в его случае поможет только иллюзия. Что он и намеревался продемонстрировать, вот только вышел облом. — Как же так? — недоумевал Владыка, готовый рвать на себе последние волосёшки. — Я ведь чувствую, что у меня полно сил. — У нас полно, — поправило его кольцо. — Твоя магия изменилась. Ещё не понял, что ли… Чем-то приходится жертвовать, думаешь, владей назгулы иллюзиями они бы не использовали их скрытности ради? Так что пришлось смириться. Убедившись, что хотя бы невидимость никуда не делась, Трандуил покинул свои покои также, как и вошёл. Заглянуть к сыну ему не хватило сил, впрочем, он предпочел обвинить во всем нежелание быть замеченным, но кольцо знало, в чем дело, однако в кои-то веки тактично промолчало. — Нужно дождаться, когда он свалит, и порыться в бумагах. Надо понять, что происходит. Трандуил, ты слушаешь? Куда это ты нас тащишь? — Я должен кое-что проверить, — с мрачной решимостью ответил лесной назгул. — В погреб соваться бесполезно, но хочешь разочароваться на своём опыте — пожалуйста… Весь путь до винного погреба они провели в молчании. Душу Трандуила терзали нехорошие предчувствия, однако тень надежды не желала умирать. На входе он едва не споткнулся о спящего Галиона. Тот был пьян всегда, но сегодня вид имел не расслабленный, как обычно, а какой-то печальный. Лёгкий укол совести прошиб Владыку, потому дабы как-то компенсировать это чувство, он поправил сползшую шкуру на своем старом воспитателе. Постояв немного и отмечая немыслимые для эльфа скорбные морщины на родном лице, Трандуил решительно побрёл в свой уголок. Достав бутылку лучшего дорвинионского, он привычным движением вышиб пробку и приложился к горлышку. Если бы вино оказалось на вкус как вода и болотная тина, его бы не так покоробило, но Трандуил не почувствовал совсем ничего. Словно он не в себя залил эти поллитра, а вылил на пол. В слепой надежде он поднёс горлышко к носу — ничего. От чудесного богатого букета остались одни воспоминания. Осознание постигшего его разочарования волной захлестнуло его, отчаяние требовало выхода и Трандуил взвыл прежде, чем понял, что делает. Не учёл он того, что гневный вопль для его новой сущности приравнен к оружию масового поражения. — Мда… Воешь ты как самый настоящий назгул, — присвистнуло кольцо, оглядывая царящие вокруг разрушения. — Даже все бутылки полопал. Некоторые бочки и те треснули! — Нет, — Трандуил, не веря, провел пальцем по щеке с ужасом видя как на нём отпечаталось превосходное вино. — Нет, — вновь простонал он. — Я этого не хотел! — А я думало, ты решил, что не доставайся же оно никому! — съёрничало кольцо. — Или что пьянству бой… — Заткнись! — лесной назгул в ужасе обхватил руками голову. — Это катастрофа. — Да, плащик придется переодеть, как и голову тоже нехило было б помыть, — кивнуло кольцо. — Гадство! Убью эту потаскуху Галадриэль! — Но-но, сбавь обороты… Убить всегда успеешь, она нам может ещё пригодиться. — Не прощу, умотаю стерву… — Тихо! — прикрикнуло кольцо. — Кто-то идет. — Плевать! — зло оскалился лесной назгул. — Это Тауриэль, — идентифицировало шаги Единое. — Эльф, не дури… — Отлично, заодно новости узнаем! — твердо сказал король, распрямляясь. — Все равно она пьяная, на что угодно спорю, вот и поговорим. Я глюк, всего лишь глюк, понимаешь, Единое? — Как скажешь, идиот, — махнуло кольцо. Девчонка, действительно, была никакая. Страшной рожи Трандуила хоть и испугалась, но в обморок, как втайне опасался наш назгул, не упала. Смотрела недоверчиво с легким страхом и… радостью? — Похоже, ты ей и впрямь был не безразличен, — пробормотало кольцо. — Может, не станем психику калечить? — Погоди, — отмахнулся Трандуил. — Я не хочу, чтобы она спилась, как я. И он, сам себя не контролируя, поддался вперёд. Едва его рука оказалась на плече Рыжей, как… — Я её чувствую! Слышишь, Единое, я чувствую… То же, что и Тауриэль, неужели я теперь как ты? — лесной назгул захлебывался от накатившего на него восторга, ещё бы ведь его секретарь была пьяна, а значит косвенно был пьян и он. — Видимо, да. И можешь не лапать девчонку. Я же вас всех не лапаю… — недовольно пробурчало Единое. Однако Трандуила было не остановить, опьяненный этими, пусть и чужими чувствами и до одури окрыленный своей открывшейся эмпатией, он как следует расспросил Тауриэль. Чувства напрочь смели всю осторожность, и он даже позволил себе некоторые откровения, наконец вняв ругани Единого, Трандуил вырубил девчонку и, перекинув её через плечо, отправился наверх. Что-то ему подсказывало, что скоро в погреб спустится сам Леголас, а значит, будет время покопаться в бумагах… Ну и Тауриэль нельзя было оставлять в столь сыром и компрометирующем месте. В кабинете царил организованный хаос. Повздыхав на гору накопившихся бумаг и оценив степень измятости фискального отчета. Трандуил принялся неспеша всё перебирать, надеясь, что учиненного в погребе хватит, чтобы задержать Леголаса. Встреча с сыном в его планы пока не входила, ему и поверхностных чувств одной глупой рыжей девчонки хватило, чтобы едва не захлебнуться. После проведенной ревизии был вынесен вердикт, что новый король справлялся лучше, чем Трандуил ожидал. По крайней мере, откровенных косяков и глупостей было обнаружено не так много — все они были заботливо скинуты на пол, как бы намекая: проверь нас ещё раз, дурачье! На финансовом отчете, где Леголаса откровенно пытались обдурить на крупную сумму, душа прежнего Владыки не сдержалась и рука сама вкрадчиво вывела: «Никуда не годится!» Что-то подсказывало королю, что вскоре придется нанести визиты вежливости некоторым обнаглевшим подчиненным. От мгновенной расплаты их спасло лишь то, что на глаза Трандуилу попался многострадальный отчет самого Леголаса о его странствиях. Эту редакцию он ещё не видел. Заинтересованный, он прочёл его. Эта версия была значительно ближе к тому, чего Трандуил хотел, но все ещё не идеальна, однако… Лесной назгул уцепился за одну строчку: «мой дорогой друг Арагорн, наследник Исильдура…» — Если бы этому воспитаннику Элронда удалось получить Гондор — мы были бы обеспечены союзником прямо под носом у врага, — пробормотал Трандуил. — Ты же зарекся заключать союзы с этой ветвью? — усмехнулось кольцо. — Много времени прошло. Да и их личные отношения с Леголасом могли бы сыграть не последнюю роль. — Мечтай больше, так тебе наместник насиженный трон и отдаст. — Не захочет, заставим… Если надо, в настоящего назгула переоденемся, — рассуждал Трандуил. — У нас теперь значительно больше возможностей. — Тут нужно хорошо подумать и сначала надо разобраться с Дейлом и Горой, твой сынок к ним едет на следующей неделе, не забыл? — Как уж тут забудешь, когда только что все эти письма перебрали, — вздохнул владыка. — Разберёмся, куда денемся, вместе поедем.

***

В планы пришлось внести коррективы. Умывшись, приодевшись и значительно улучшив свое расположение духа, лесной назгул напоследок навестил кухню, заявив, что Пирожок заслужил премию за то, что терпел одно вредное драгоценное изделие, изготовленное в Мордоре, столько дней. Удивительно, но тут Единое почти не возражало. Накормив верного волколака, Трандуил едва успел убрать свои длинные костлявые ноги. Единое вдруг встрепенулось и, заорав что-то вроде: «Шухер!», потянуло его в противоположную часть леса. — Можешь объяснить, что случилось? — поинтересовался Трандуил, в тайне радуясь, что одышка ему больше не грозит. — Айвендил случился. Не хотело я второе древомайа в твоем лесу оставлять. Рано вам пока с ним встречаться. — Радагаст… Не, его я бы и сам не стал, — передернуло Трандуила. — Лучше с ним договориться. — Оно и понятно, — согласилось кольцо. — Но нужно немного повременить. Не действовать нахрапом. Поэтому предлагаю ненадолго смыться из Темнолесья. К поездке Леголаса вернемся. — Уж не в Лориэн ли ты предлагаешь смотаться? — нехорошо улыбнулся лесной назгул. — А если и в Лориэн? Или ты боишься ту драную ведьму? — Ничего я не боюсь! — нахмурил брови Трандуил, к слову, только брови и остались неизменными на его лице. Так наши герои и очутились под куполом Золотого леса. — Ну вот, притопали, — констатировало Единое. — Пропуска нам не видать, как Пирожку своих ушей. — Я не для того сюда столько перся, чтобы просто взять и уйти! Смотри и учись, колечко! — решительно заявил Трандуил и принялся собирать в корзинку из-под пирожков обыкновенные булыжники. — У тебя мозги поплыли? — усмехнулось кольцо, наблюдая, как лесной назгул, в прошлом король великого и ужасного Темнолесья, на карачках ползает по границе с сопредельным государством, собирая в плетёную корзинку камушки. — Не-а, — улыбнулся Трандуил озорной улыбкой, которой у него на губах не появлялось едва ли не с Дориата. — Смотри, — и он кинул камешек туда, где как они оба чувствовали должна была располагаться завеса. От физического удара купол на мгновение проявился, явив свои золотые нити. Тогда Трандуил кинул ещё, и ещё, и так до тех пор пока по ту сторону купола не показался знакомый женский силуэт. — Кажется, ты её с постели поднял, — усмехнулось кольцо, оценивая степень растрепанности локонов Галадриэли, а также отмечая платье-ночнушку. — Что дальше делать будешь? Владычица между тем приблизилась к границе вплотную. Нахмурившись, она осмотрелась по сторонам. Нарушитель, кем бы он ни был, затаился, это вполне могла бы быть ловушка, чтобы выманить её за купол, но Галадриэль давно никого не боялась. Да и тьмы вокруг она не ощущала. Подумав, владычица смело ступила в темноту. Просканировав местность уже без барьера, она так ничего и не обнаружила и даже собралась возвращаться, когда небольшой, но острый камешек скользнул её прямо по пятой точке. Издав взбешенный рык, Галадриэль подскочила, вперив гневный взгляд в то место, откуда предположительно был нанесен удар. Там было пусто, вот только трава казалась слегка примятой. Владычица охнула, она считала себя хорошим сенсором, и происходящее задевало не только её филейную часть тела, но и гордость. — Кто здесь? — сжав своё кольцо вопросила она в темноту. Неизвестно, на что она надеялась, но… — Очевидно, что не твоя давно потерянная совесть! — пришёл из тьмы ответ. Сердце Галадриэль задало немыслимый ритм, словно стремясь вырваться из сдерживающий его ребер. Она узнала этот голос. — Трандуил… — она не спрашивала, а утверждала. Перед глазами вновь встало изломанное тело и вернулось ощущение силы на своих руках, а также жажда… крови. — Покажись! — взяв себя в руки, потребовала она. Лучше бы она этого не просила. Король Темнолесья являл собой жуткое зрелище — по-прежнему статный, но худющий, синюшный, с абсолютно белыми волосами и горящими во тьме зелеными глазами с золотым отблеском, неизменными, остались, пожалуй только его соболиные брови и ресницы. — Ну как, — умертвие жутко улыбнулось. — Ты всё ещё меня хочешь, Галадриэль? — ударил он в её самую больную точку, ту которую, как она думала, владычица надежно сокрыла. — В какого мелкого демона ты превратился? — тяжело дыша, поинтересовалась ведьма, напоминая себе, что второй раз убить наглеца навряд ли выйдет. — Забавно, думаешь, тебя не ждет тоже самое? — он позволил себе снисходительную улыбку. — Когда ты умрёшь, неужели думаешь, что твоё кольцо спокойно отпустит тебя к Мандосу? Не стоит недооценивать эти артефакты, Галадриэль. Или ты настолько наивна, что думаешь жить вечно? — Не сравнивай мою Нэнью и то проклятое кольцо! — ощетинилась Галадриэль, однако, судя по пробежавшей по её лицу тени, услышанное не осталось без внимания. — Технология изготовления почти та же, — пожал плечами Трандуил. — Однако я пришел не для философских споров. — А для чего же? — Галадриэль нервно облизала губы. — Хочешь мне отомстить? Убьешь, чтобы доказать твою безумную теорию? — И терпеть потом тебя рядом до скончания Арды? — ужаснулся лесной назгул. — Нет, я пришел поговорить. Признаю, наш разговор в ту ночь не задался. — Это точно, — прерывисто кивнуло она. — Как ты узнал, что именно Курумо — предатель? — А что Митрандир уже успел это проверить? — поинтересовался Трандуил. — Да, так что? Это оно тебе нашептало? — Нет, у меня просто хорошая интуиция, — закатил глаза лесной назгул, что выглядело особенно жутко. — И не к чему покушаться на Единое кольцо, Галадриэль, оно куда разумнее тебя. И наше счастье, оно не хочет возвращаться к создателю. — Так уж и не хочет? — недоверчиво на него посмотрела колдунья. — Хотело бы давно бы в Мордор укатило. А так не было бы смысла во всей этой возни. Я знаю, ты шпионила за мной, Галадриэль. Единое хочет того же что и мы — извести Саурона. Само по себе оно не злобное. — Ты предвзят и оно выжрало тебе мозг, — хмыкнула она. — Тогда и тебя Нэнья сдвинула по фазе, но это не так. Ты такая с рождения, Артанис, — намеренно назвал он её нолдорским именем, данным при рождении. — Возможно, но и ты на редкость испорченный и порочный эльф! — зло отрешилась Галадриэль. — Какие громкие слова, однако я свои руки в крови собратьев не вымарал. Не то что ты, — уязвил он её. — Ах, ты сволочь! — Какая есть, но всё же я был эльфом, родичем твоего мужа, к слову. Мы были учениками одной майа, правителями соседних государств. И ты давно положила на меня глаз, тебе бесило мое равнодушие и ты при первой же возможности выместила на мне свою боль. Я понимаю тебя, Артанис. Хрена с два тебе теперь, а не райские куши Валинора! — Так, ты позлорадствовать пришёл? — в голосе колдуньи звучал металл, она была готова запустить в наглую мертвую рожу соседа чем-нибудь из разряда тяжелых проклятий, но разум вновь напоминал, что нельзя убить того, кто уже мертв. — И это тоже, — кивнул Трандуил, но прежде, чем разъяренная Галадриэль вставила хоть слово, прибавил. — Я пришёл заключить мир. Я даже готов простить то, что ты сделала, но у меня есть условия. — Какие? — тут же встрепенулась владычица, думая о том, что прощение жертвы на суде Валар должно иметь вес. — Во-первых, руки прочь от моего сына, отзови всех своих пташек, прекратив вмешиваться в жизнь Темнолесья, во-вторых, когда он выступит против Мордора, Лориэн его поддержит, в-третьих, ты никому не расскажешь о нашей сегодняшней встрече, иначе, поверь, я об этом узнаю. — Смотря какого рода поддержка требуется… — пробормотала Галадриэль. — Я и раньше не планировала отсиживаться в стороне, но и лезть прямо в клоаку… Я не знаю, Трандуил, спасение моей загубленной фэа не стоит жизней моего народа. — Я всегда знал, что ты не такая дрянь, какой хочешь казаться, — милостиво кивнул он и, не замечая, как опасно сужаются глаза у колдуньи, продолжил, — Достаточно будет того, что вы нападёте на Дол-Гулдур, отвлечёте нашего общего врага, когда это будет нужно. Нельзя дать ему сосредоточить силы в одном месте. — Допустим, так все и будет, но какая роль в этом принадлежит тебе и Единому? — задала терзающий её вопрос Галадриэль. — Сомневаюсь, что поданные примут тебя таким да и сын тоже… — Смотри, как бы ещё твой народ не узнал о твоих делишках, — Трандуил с трудом сдерживал ярость, его трясло. — Беспокоиться тебе, Артанис, надо о себе и своем народе, а не совать свой длинный нос в чужие дела! — Надо же какие мы обидчивые! — всплеснула колдунья руками. — Не ровен час ты меня сейчас в мэлорон заколдуешь, верно? — Скорее уж в осину… — пробухтел себе под нос Трандуил. — Так, мы договорились? — уже громче поинтересовался он, зло сверкая своим непривычным огненным взглядом. — Сам ты берёзка не выделанная! — все-таки услышала и не осталась в долгу владычица. — Договорились, однако имей в виду, что я могу отозвать эту договоренность в любой момент, если сочту нужным. — Меня это устраивает, — заявил Трандуил и, напоследок ещё раз грозно сверкнув очами, без предупреждения растворился, оставив продрогшую в легком ночном платьице владычицу размышлять над тем, а что это, Моргот возьми, было?
Отношение автора к критике
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.