DOGGY STYLE

В тот день урок математики совместили с десятым «В». Я предпочитал последние парты, и две из них оказались свободными. Моей стала та, что стояла возле окна. Контрольная не была сложной — в виде теста. Нас снова заранее готовили к итоговым экзаменам в предстоящем году. Карандаш сломался в момент, когда до конца урока оставалось двадцать минут. Все ответы — проставлены. От скуки я натачивал грифель канцелярским ножом, ошмётки сбрасывая в пенал. Привычка точить карандаши лезвием возникла после продолжительных лет в художке. Иногда я жалел, что бросил её. Пока я точил карандаш, в рукав моей кофты вдруг врезался бумажный квадратик — это моментально сбило с толку. Я посмотрел на записку. К чему это? Развернув бумажку, нашёл лишь одно слово: «Привет», и смайлик с кривой скобкой-улыбкой. По направлению её полёта я повернул голову и увидел предполагаемого адресанта. В чёрном свитере он лежал на парте, уткнувшись в свои локти, и казался сплошным чёрным пятном — даже его тёмные волосы сливались с одеждой. О том, что записка принадлежит ему, говорили его же глаза: он скосил на меня взгляд, и две чёрные точки блеснули будто в улыбке. Я ничего не знал о нём. Обычно я ходил везде один и общался только с одной девчонкой в классе — Викой. Остальные пытались наладить со мной отношения, но через полгода после моего перевода в эту школу, наконец, оставили в покое. На этот раз мне достался самый спокойный и скучный класс: здесь было больше умников, чем дознавателей, и у них хватало ума не лезть под шкуру, когда человек не идёт на контакт. Я контактным не был. Наушники и отсутствующий взгляд сделали своё дело. Позже, когда мы с Викой нашли общий язык, все сошлись в одном мнении — «анимешник». Клеймо закрепили, повесили на шею и сделали вывод, что поняли меня. Ярым анимешником я не был. Кем я был на самом деле, не мог понять даже я. Тем более я не мог понять, кем был этот тип… Я не знал, что ответить на его сообщение. Общаться не хотелось, находить новые знакомства тем более. Поэтому я свернул листок и убрал в пенал к прочему мусору. Минуты тянулись будто бесконечно: чёрные стрелки на белом циферблате неохотно отсчитывали время до конца урока. Кто-то нервничал на передних партах, кто-то болтал на последних. Тип в чёрной толстовке не сводил с меня глаз… Я чувствовал его взгляд, будто он прикасался ко мне. Поэтому повернулся к нему, чтобы встретиться снова с его глазами. Через несколько минут всё повторилось. Я обратил внимание на чёрную серьгу в его ухе и форму глаз, которая не была европейской: у парня явно были азиатские корни — это всё, что мне удалось понять о нём. Раздавшийся звонок освободил всех от мучений. Я застегнул замок пенала, поднялся, убрал вещи в сумку и оглянулся: чёрное пятно на соседней парте исчезло, и в спинах уходящих ребят не нашлось знакомой толстовки. В тот день я впервые познакомился с человеком со странной кличкой «Дог». Тогда я и представить не мог, чем невинная бумажка и его приветствие для меня обернутся.