scarlet dawn

Чон Чонгук сидел, развалившись на большом, красном диване, рядом стоит столик, на котором стоит все что только можно, но его интересует больше всего алкоголь, и он не раздумывая берет виски, открывает и выпивает чуть меньше половины. Нормальные люди бы сказали, что так алкоголь никто не пьет, может даже назовут его алкашом. Но кто они такие, чтобы осуждать, не зная всей ситуации. Он откидывает голову назад, и прикусывает нижнюю губу. Приятную атмосферу портит только шум. Шум – в голове. Он похож на звук неработающего телевизора, который сломался и показывает какие-то черно-белые блики. Сначала Чонгук даже не придавал этому значение, скидаясь на то, что он просто не высыпается, в последнее время из-за проблем, которые требуют срочного решения. Но решения, попросту нет. И это очень злит его, раздражает. А все потому, что Чон несколько лет назад искал простую работу, чтобы прокормить свою маленькую семью, которая состояла из отца и брата. Отца он похоронил четыре года назад, тот скончался из-за рака. Чонгук винит себя в его смерти, не доглядел, не доплатил, слишком мало был рядом. Конечно же, будь все по-другому, он бы вернулся в то время, обязательно сделал все лучше. Но он не путешественник во времени. Он даже не простой рабочий, как он думал раньше. - И почему все идет под откос? – со вздохом сказал Чон, он задается таким вопросом постоянно. Когда Чонгук допивает виски, опустошая бутылку полностью он проваливается, ему кажется он падает вечность. Он снова задается вопросом, когда это он успел упасть так низко и даже вглубь? Он же мечтал о небе, летать на самолете, быть летчиком, видеть его, ведь оно ему так долго снилось. Потом он тонет, ему это наверняка мерещится, но ощущение похожее. Он ненадолго уходит от проблем.

Flashback

Холодный ветер обдувает длинные, черные волосы идущего в никуда Чонгука. Ему некуда идти, никто не ждет, никому он не нужен - такой бесполезный, одинокий, всеми брошенный. Поэтому он ходит на улице уже около трех часов, а может больше. Хоть его уши и руки красные от холода, он не особо обращает на это внимание, сейчас он наслаждается такой погодой, ему просто нравится такой период, когда под ногами листья, когда лысые деревья, и небо темное, и нет ни единого места для солнца. Грустно, но красиво. Он еще немного решает погулять, хотя это сложно назвать гулянием, просто – скитание по городу. И что самое грустное, от безысходности, от того, что домой возвращаться совершенно не хочется – никто не ждет. Он любит тишину, но когда ее слишком много, он сходит с ума, и тогда любимая им тишина, превращается в ненавистную тишину, и ему хочется ее избежать, спрятаться. Самое настоящее сумасшествие. Он присаживается на скамью возле переулка, и немного сжимается от холода. Наконец он начинает ощущать холод, Чонгук замерз, и он чувствует холод очень сильно. - Когда стало так холодно? – задает сам себе вопрос. - Потому что вечер, - незнакомец ловит на себе чонкуков взгляд и продолжает, – Не против, если я присяду? – он смотрит в глаза с просьбой, дожидаясь ответа, и когда получает кивок, садится на скамью рядом и осмотревшись спрашивает. – Почему один? Несколько минутами ранее Чонгук начал ненавидеть тишину, ему срочно нужно было с кем-то поговорить, иначе он бы наверняка сошел с ума. Сейчас он даже немного рад, что с ним заговорили. Хоть он и не знает этого человека, хочет немного отвлечься от сильного холода и сжирающей его тишины. «Почему один» - на этот вопрос есть ответ, думает он. Чонгуку бы хотелось ответить полностью, но кто он такой Намджуну – просто незнакомец, странный парень, сидящий здесь, замерший по своей глупости, не идущий домой, потому, что никто не ждет, закрытый в себе, наверное сумасшедший – жалкое зрелище. «Почему один?» - потому, что одинок. - Я не очень общительный, – и это правда – а точнее, общительный только с друзьями, - которых мало - додумывает Чонгук. - Тогда, я могу предложить свою кандидатуру. – и снова ловит на себе взгляд полон недоумение. – Ты же не против новых друзей? – и смотрит так, как будто ждет только один ответ и примет только его. И Чонгук действительно одинок, и он не против новых друзей, но смотрит с опаской на возможно нового друга. И думает об одном человеке, самом родном и близком друге и по совместительству брату – ведь он и есть его лучший друг, других нет. - Не против, – и на ответ получает от нового друга одобрение в глазах и улыбку с ямочками. - Ким Намджун, можешь звать просто Джун. – он протягивает руку, в ожидании ответа со стороны. Чонгуку кажется странным поведение Намджуна, потому, что пожимают руки при какой-то сделке или при встрече. Это же официальность, так делают уважающие друг друга люди, но никак не только что познакомившиеся два человека, никогда не видевшие и ничего не знающие о существовании ни один, ни второй. Складывая картину Намджуна в голове, его характер, манеры общения, и вообще он сам интересный, но Чон не уверен полностью, потому, что мало с кем общается, опять вспоминая своего брата, единственного с кем хорошо общается, и общается вообще. - Чон Чонгук, просто Чон, – он протягивает руку, боясь потерять нового друга, и тот добро улыбается. Смотря на Намджуна, можно сказать, что он хороший, это видно по его добрым глазам и глубоким ямочкам, он внушает доверие. Так они сидят недолго, так как Намджун замечает, что Чонгук подрагивает. - Тебе холодно? Ты так легко одет, – он прикасается к чонгуковым рукам и резко отпускает, округлив глаза. – Твои руки холодные, как лед. – Намджун смотрит строго, даже пугающе. От такого взгляда стает не по себе, и по коже еще раз пробегают мурашки. Стыдно от того, что на него смотрят как на провинившегося ребенка, который опять сделал какую-то глупость, и его отчитывают разочарованные родители. - Пойдем. Новый друг встает и идет за лавку, зовя за собой, и нехотя Чон поднимается со скамьи. Они идут переулками. Намджун все время осматривается и смотрит по сторонам, пока Чонгук покорно идет сзади, еле передвигая ногами, потому, что холодно и ноги онемели. Идти за ним было правильным решением, идти домой сейчас не вариант. Если не Намджун, он бы еще долго пробыл на улице, даже если он покрылся льдом. Может потому, что так легче? - Когда войдем не говори ни слова, – по нему видно, что он напряжен и волнуется, но он не теряет свою самоуверенность, которой пахнет наверное за километр. Когда дверь открывается после введенного пароля, который он скрыл, Намджун рукой приглашает зайти. Он все еще не доверяет. Они заходят внутрь, гость осматривает грязный подъезд. С потолков капает какая-то вода, на стенах мох, на полу разбросан мусор, и непонятно сколько он здесь лежит. Темно, мокро, сыро, грязно, но сойдет, Чонгук привык к такому, так как недолгое время работал уборщиком и имел дело с таким, и не раз сталкивался. Немного пугает гостеприимство нового знакомого, но усомнятся в нем пока что глупо, они ведь только недавно познакомились, да и не особо хочется, нет ни желания, ни потребности в этом. Пусть он будет хорошим, пусть остается таким, ведь Намджун пугает, когда не улыбается, без улыбки он кажется мрачным типом. Лифт на зло не работает, его починят – неизвестно когда. Поднявшись на десятый этаж, за одной из дальних квартир слышны голоса, Чонгук прислушивается и слышит два голоса, но он не понимает ни слова. Намджун тяжко вздыхает, подходя к двери доставая связку ключей открывает дверь почти без шума. И дверь открывается, голоса не стихают, речь становится громче. - Новый заказ пришел, слышал? – доносится из-за угла первый голос. - Кто на этот раз? – говорит второй голос, а затем кашляет. Намджун резко хватает Чонгука за запястье, говоря «Подыграй мне, если что», идя вперед, тянет за собой гостя. - Намджун, – тянет какой-то красивый блондин. – Намджун-а, прячешься? – во взгляде нежность и забота, но улыбается хитро. - Я.. – он немного растерян, не может подобрать слова, и приподнимает плечи «Я не знаю» - Кто это? – розоволосый парень показывает пальцем в сторону Чонгука. Намджун запретил говорить, сказав, что берет всю ответственность на себя, но Чонгуку кажется, что он разучился говорить. Чонгуку остается ловить на себе взгляды полные недоумения, дожидающиеся ответа.

End of flashback

Из воспоминаний его вытягивают сильные руки, и он с легкостью им поддается. Ему что-то говорят, но он не слышит, открыть глаза самое главное препятствие, такое сейчас кажется невозможным, невыполнимым. Чонгук не чувствует ни тела, ни души, которой возможно нет, но его привыкли убеждать в обратном. Говорили не верить глупостям, не жить пустыми мечтами. И Тэхен является той самой глупостью, той самой сладкой мечтою..

***

Без сладкого жить сложно, особенно, если оно под носом, а ты не можешь даже дотронуться, оторвать взгляд тоже сложно - бессмысленно и впрочем - глупо. Любовь показывали на обычном цветке: чем отличается влюбленность и любовь. Ведь когда тебе нравится цветок, ты его срываешь, когда ты влюблен, ты стараешься ухаживать, поливать. Но там не сказано, что если не относишься ни к тому, ни к тому типу. Чон он бездействует. А Тэхен, и есть тот самый цветок, невозможно не взглянуть. Конечно, лучше пройти мимо, и никогда не влюбляться, так легче, но не Чонгук. Он безнадежно влюблен. Чонгук не двигается и не подает признаки жизни, так видит Хосок, он очень обеспокоен состоянием брата, наверное, как никто в этом мире. Ведь он самое родной, самый близкий, он тот кто сможет помочь, поддержать и успокоить, когда на душе ураган проходит, задевая все на своем пути, и не собираясь успокаиваться, а брат все как рукой снимает. Но не сейчас, сейчас очень больно. Сидя за рулем Хосок бросает пару обеспокоенных взглядов, сидящему сзади, и видит лишь – измученного спящего брата. А Чонгук совсем не спит, он прокручивает все кусочки воспоминаний, и от этого становится только больнее. Воспоминания бьют и ломают кости, дабы окончательно добить его. Сломать. - Все будет хорошо, брат, - успокаивающе говорит Хосок.