Бесконечный суицид

...это было то, что можно было бы назвать бесконечным суицидом. Та самая вещь, в которую хотелось бы упасть на очень и очень долгое время, дабы не видеть мерзких лиц ещё более мерзких людей, их вечная суета и упрёки, бесконечный взгляд в то, что я привык называть своей душой. Хотя, я уже не совсем уверен, осталось ли что-нибудь там. После всего что я видел... Я видел, как погрязли гуманоиды в бесконечном колодце страха и отвратнейших видений. Я видел, как лучшие люди тронулись умом и тонули в океане безумия, в их никудышных и сумасшедших убеждениях. Как тридцать пятая пуля влетала им в плечо, выпуская наружу литры и литры крови. Как последний в мире человек дрочил в океан, рыдая после из-за бесконечных чувств утерянной надежды. Как полиция платила маленьким девчонкам за минет в их красно-синих машинах. И как их лица поднимались от оргазма, а рот издавал звук подобен стону. Как люди приласкали себе подобных, а после кидали в море одиночества. Как вырвали у них все лучшее, что хранилось в них, высосали все то, чем можно гордиться было, а после, посмеиваясь, уходили прочь. Как каждый пятый со съеденной душой смотрел на тех, кто был ещё живой, как глаза их отражали ярость, зависть, и все те чувства, что вправе можно назвать греховными. Как руки их ложились им на плечи. А в следующий день, уже на шею. Как глаза испуганных бежали из угла в угол. Как слезы их стекали по щекам, а пальцы в рук вбивались в голову, пытаясь вырвать проклятый клочок волос. Как с табуреток падали они, висевши на петле. Как неверные лекарства, растворяясь, убивали Организм. Как шесть продажных шлюх, фото загрузив, задохнулись вскоре в грязи, вбитые покинутой душой. Как завтра превратилось во вчера, сегодняшняя пятница сменилась субботой. Как час за часом шли, бессмысленны они. Как каждый пятый убивал троих, а четвертый его вскоре добивал. И видел даже, как парня девушка решила поменять, его об этом совсем не предупредив. Как падал человек, закинутый столетним грузом одиночества. Как встали люди, новые совсем, не знающие многих аспектов жизни. Как падал тот, кто встал, и не вставал больше никогда. Как тридцать пять молоденьких мальчишек были бессмысленно расстреляны на пороге снежном заднего двора. Как то и сё активно проходило, сливаясь с проходящими часами... Столь же бессмысленными. И плач сливался мой с другими. Замечен был никем. Столь лживый смех выдался из уст. На этот раз замечен был. И видел я все это бесконечно. Настолько бесконечно, что не словил я чуть поехавшую крышу. Поехавшую, как хаммер с бывшим моим другом, плевавшим мне в лицо вчера. Все было ясно, будто солнце, что адско взор пекло мой. И черными своими лапами хватал меня за глотку он, пытаясь выбить он из сил. Но он не знал... Ох, не знал, что я давным давно готов к такому ходу. И даже с этим, шрам остался, столь больный, будто пуля, в висок отпущенная. Будто нож, введённый в глотку или грудь, на волю выпустивший литры и литры крови. Будто последнее слово, выпущенное устами любимой перед уходом в неведомую даль. Все это вызывало бесконечный суицид... Та штука, что невозможно совершить никак, и оттого рыдать мне хочется сильнее. Та штука, воли для которой всегда будет не хватать. Та штука, что Бог не будет одобрять и после совершенья посылать нас будет далеко вниз. Суицид. Но бесконечный, на то он и бесконечный, что подразумевает в себе бесконечную постепенную ликвидацию личности вплоть до естественной смерти. И именно в нее мне бы хотелось лечь. Я слышал те слова, что слушать бы не стоило. Те, что оставили глубокую рану в сердце, оставив его на произвол судьбы. Оставив его с подтекающей ранкой. Теряя литры и литры крови... Всегда не хватает... Последний омут... Дети, стонавшие в омуте счастья... Не хватать бесконечного слушания... Все это вызывало литры и литры дрочки... Бесконечные люди тронулись солнцем, настолько ясным, что шрам остался, столь одиночный... Та штука, что поднималась от хаммера... Плевок в лицо, столь ясный... Фото превратилось в воспоминание, выкинутое в море греховное... Полиция платила лучшему другу, до естественной смерти... Хотелось лечь те слова греховными... Видел даже молоденьких мальчишек на шее... Вырвать проклятый бесконечный колодец ликвидации... Наподобие стона посылать вплоть до часа за часом встали люди не предупредив... Которой всегда шлюх аспектов привык своей суицид сегодняшняя завтра гуманоиды виденья... расстреляны не бесконечной жизнью, разорванные не бесконечными людьми, добитые бесконечным суицидом... Бесконечным суицидом, в коем хотелось бы погрязнуть.