Две улыбки для Милины

«Некий человек сказал: «Я знаю форму здравого смысла и форму женщины». Когда его спросили, он ответил: «Здравый смысл четырехугольный и не сдвинется с места, что бы ни случилось. Женщина кругла. Можно сказать, что она не разделяет добро и зло, не видит разницы между правильным и неправильным, и куда она может закатиться — никому не ведомо».

«Хагакурэ. Сокрытое в листве.» Цунэтомо Ямамото

***

      Дом легенды Ширай-рю* был сожжен дотла. Почерневшие развалины, стоящие на выгоревшей поляне, покрытой пеплом, словно стражники, охраняли обуглившиеся деревья. Вокруг лежали последние защитники дома, сжимая иссохшими пальцами так никем и не тронутое оружие. Ветер швырял пепел, закручивая в небольшие вихри, которые, словно неспокойные души воинов или демоны Они* , недолго кружили, двигаясь по поляне, и исчезали.       Крестьяне рассказывали друг другу, что даже днем это место лучше обходить стороной. Оно давно мертво, но по слухам иногда видно зарево от пожара в ночном небе. А если долго смотреть на развалины, то краем глаза можно увидеть движение. Это будет все чаще, и любопытный человек сойдет с ума. Потому мертвые защитники дома так и остались с оружием в руках. Трое тех, кто пришел забрать его, были здесь же. Их не посмели трогать, когда увидели, как они лежат невредимые, с застывшими, перекошенными лицами и телами, словно несчастные горели заживо в невидимом огне. Немало мужества нужно было, чтобы просто заглянуть в их мертвые глаза. Думать не хотелось, что же творилось с ними, пока они не умерли.       Те, кто нарушил покой страшного места этой ночью, знали, зачем идут. То были люди, чью одежду и лица скрывали черные балахоны. Один из них бережно вел под руку высохшего, сгорбленного старика. Тот опасливо озирался по сторонам, как испуганный зверек, но когда сопровождавший заговаривал с ним, быстро кивал и широко улыбался беззубым ртом. Чуть впереди, внимательно осматривая дорогу, шел человек, рост и широкие плечи которого не могла скрыть даже бесформенная одежда. Немного отставая, двигалась четвертая фигура, как будто отдельно от остальных.       Они остановились там, где начиналась выжженная земля. Тот, что вел старика, начал что-то объяснять ему, иногда задавая вопросы. Крупный человек, шедший впереди, теперь стоял над ними, изредка что-то добавляя низким голосом. Третья фигура в черном стояла в отдалении, без движения глядя на сгоревший дом, никак не участвуя в происходящем. Будто заскучав, она повернула голову к остальным и чуть взмахнула рукой. Высокий человек поспешно подошел и учтиво склонился, пытаясь заглянуть в глаза, но испуганно отшатнулся. Даже отступил на полшага, увидев как из-под капюшона на него сверкнули два красных огонька, отражая свет луны. Раздался низкий, скрипящий на некоторых звуках женский голос.       — Оставь церемонии для дворца, червь.       — Прошу прощения, — ответил мужчина и чуть снова не поклонился, но замер, вовремя уловив едва слышимое рычание. Подозвавшая его была ниже на голову.       — Ты уверен, что этот безумный старик сделает все как надо? — не торопясь процедила она.       — Без сомнений, госпожа. — Генерал армии Шао-кана, умеющий командовать сотнями копий, чей голос был слышен даже в шуме сражений, говорил поспешно, бормоча вполголоса: — Он умеет говорить с духами воды, земли и деревьев. Маги и демоны не увидят и не услышат его, госпожа, это совсем другое…       — Достаточно, — негромко перебила собеседница. — Надеюсь, мне не надо объяснять, как ты умрешь, если что-то пойдет не так? Впрочем… — она плавно приблизилась так, что их разделял локоть. — Ты быстро нашел его. — Женщина посмотрела в глаза собеседника. — Возможно, к тебе, — длинный, окрашенный черным, острый ноготь медленно двигался по его подбородку вниз, вдоль шеи, — стоит присмотреться…       Военачальник, не раз смотревший в глаза смерти, обливался холодным потом под взглядом госпожи. Признаться, он иногда мечтал о ней, даже зная, что именно скрывается под непрозрачной вуалью или за маской, как сейчас. Но стоило приблизиться — неизменно сковывал ужас. Впрочем, даже скупая похвала вдохновляла его.       — Поторопи их, — распорядилась госпожа, убрав изящную руку в складки мешковатого балахона.       Она все еще смотрела на собеседника, кокетничая, склоняя голову то в одну, то в другую сторону. Ее забавляло смотреть в глаза еще живому мертвецу. Пока она будет лежать здесь без жизни, нужно, чтобы кто-то охранял ее. А после… хоть небольшое развлечение после такого скучного и неприятного дела как переговоры.       — Ну!       Стоящий напротив опомнился и побежал выполнять указание. Принцесса посмотрела вслед. Люди говорили, что у нее были мужчины среди военачальников Шао-Кана и даже из простых солдат. Ходили слухи, что их больше никто не видел, разумеется, беспочвенные. Просто в дальних провинциях тоже есть дела, требующие немедленного разрешения.       Прохладный ночной ветер залез под балахон, холодя спину. Она зябко повела плечами, шевельнув замок, скрепляющий ремни доспеха между лопатками, выполненный в виде большого паука…       Увидев, что старый юта*, шаркая, неторопливо ходит кругами, развешивая ленточки и колокольчики на ветки деревьев и подбирая что-то с земли, военачальник едва не ударил молодого слугу, который вместо того, чтобы подгонять старика, стоял без дела и просто наблюдал. И лишь немного успокоился, когда юноша поспешно начал объясняться. Наконец старик, кивая мелко трясущейся головой, показал, что все готово. И мужчины пригласили госпожу, объяснив, что юта просит лечь на землю. Принцесса не спеша села, прислонившись спиной к стволу дерева. Несмотря на кажущуюся вальяжность движений, казалось, что она вот-вот встанет. Шаман сел рядом, разжал ладонь, в которой был неприятно пахнущий комочек грязной травы, с мелкими песчинками, обваленный в золе пепелища.       Свободную руку приложил ко рту, сделал вид, что глотает, и погладил себя по животу, широко, но учтиво улыбнулся, обнажив два оставшихся зуба, и осторожно поднес угощение к лицу сидящей напротив. Она брезгливо отшатнулась, но взяла шарик, и когда выполнила просьбу, старик предупредил мужчин не бояться. Они только кивнули, сдержанно улыбаясь.       Юта посидел немного и начал раскачиваться, что-то бормоча и напевая, позвякивая колокольчиком в руке. Дрожь в его теле стала сильнее. Долго ничего не происходило. Высокому стало казаться, что перед ними обычный безумец, но его подчиненный во все глаза смотрел, как старик, не прекращая петь и раскачиваться, вслушивался в замирающий звон колокольчика. Сперва песнь шамана напоминала ветер, шумящий в деревьях, но чем больше старик слушал колокольчик, тем более грозной становилась песня. От этих звуков спина покрывалась гусиной кожей, кружилась голова. Юноша заметил вдруг, что ленточки на деревьях стали раскачиваться против ветра. Краем глаза он увидел ровную стену дома, быстро повернул голову, но разглядел только обугленное дерево и тени веток, которые от ветра причудливо сложились на мгновение в лунном свете. Мысли пришли в порядок, а старик, раскачиваясь, уже беззвучно открывал рот, сложив губы трубочкой, продолжая трястись и закатывать глаза. Высокий почувствовал запах горящего дерева, оглянулся по сторонам, но, не увидев огня, пристально посмотрел на подчиненного и понял, что тот тоже видит или чувствует что-то необычное.       Тело принцессы обмякло. Ствол не дал ей упасть, но капюшон сполз и открыл лицо. Она, не мигая, смотрела застывшими глазами на дом легенды клана Ширай-рю. --------------------------------------------------- Ширай-рю- клан ниндзя, был полностью уничтожен враждебным кланом Лин- Куэй. Они- демоны в японской мифологии. …юта- шаман синто (древняя вера в духов, которую исповедовали до принятия буддизма). Легенда Ширай-рю- один из лучших бойцов по имени Ханзо Хасаси (он же Скорпион) Погиб при выполнении задания в храме Шаолинь от руки бойца из враждебного клана по имени Би-Хан (он же Саб-зиро). Во время полного уничтожения Ширай- рю были убиты жена и ребенок Ханзо.