Ты - моя вселенная

Вернулись домой мы за полночь. Это с учетом того, что отдельно ото всех и на такси, так как взрослые собирались еще повеселиться в ресторане. Гулёны. Но мне же на руку. Я буду с тобой наедине. Это так возбуждающе, что у меня начали руки трястись, когда ты попросила развязать тебе застежки позади на платье. Ты со мной флиртуешь что ли, детка? Не рискуй, я же не железная. Ты бы прекрасно и сама справилась с этим, как и я. Потому что я уже стояла в одной нательной майке и колготках, а платье покоилось на вешалке в шкафу. Так легко стало, когда я избавилась от этого жмущего корсета. Вроде не средневековье уже, а все еще продаются! Я осторожно прикоснулась к твоей спине, якобы цепляясь за шнурочки. Ты нетерпеливо переминалась с ноги на ногу и сопела носом. Ты что, волнуешься или же тебе просто не терпится снять корсет? Ты странная, но из-за этого не менее притягательная. Я потянула за шнурок, ткань с помощью моих рук медленно сползала с твоих плеч, и я заметила, что ты начала дрожать. Что такое, Маша? Я делаю что-то не так? Твой взгляд был устремлен в пол, и это мне не понравилось. Я, стоя позади, протянула к твоему личику руку, подцепила подбородок и заставила поднять голову. Потом я зашептала тебе на ушко, чтобы ты ничего не боялась. Я рядом, все в порядке, и ничего страшного не происходит. Почему же ты тогда дрожишь? Чего ты боишься, Маша? Я натурально не вытерпела. Твоя шея была так соблазнительно близко, что я наклонилась лишь чуть-чуть и тут же коснулась губами горячей и безумно нежной кожи. Ты резко вздохнула и напряглась. Даже я почувствовала, как по твоему телу пробежались мурашки. Что, нравится, детка? Так это еще не все, на что я готова, способна и могу пойти лишь ради тебя. Только позволь… Ты стояла, не двигаясь, словно услышав мои слова. Я готова открыться для тебя. Я могу вслух говорить все свои мысли. Только боюсь, ты начнешь меня шарахаться, и это факт. Я же шизанутая на всю голову, забыла? Ах, да, я тебе этого еще не сказала, зато могу прямо сейчас показать на примере, смотри, вернее чувствуй. Я стянула платье до твоей талии, не забывая «случайно» прикасаться к твоему телу. Вот было бы оно без одежды… А так бесячая майка мешала всему кайфу. Хотя нет. Ты обворожительна в любом виде, не смею противоречить себе. Когда я продолжила медленно и мучительно тебя раздевать, переходя на бедра, ты подтянула руки к груди, словно в молящимся жесте, только твои ладони были сжаты в кулачки. Не бойся, малышка, я ничего плохого не сделаю, только не тебе. Ой все, теперь моя самая тяжёлая часть и обожаемые нами обеими колготки. Как же сложно держать себя в руках, не разорвать их одним движением руки и не искусать тебе все ляжки, словно меча территорию. Да, ты моя и только моя, привыкай к этому. Ты переступила через платье, а я поднялась и наконец развязала тебе корсет. Ты облегченно выдохнула. Да, знаю, блаженство, ничего не скажешь. Ты заметно расслабилась, опустила плечи. Я шагнула ближе, почти касаясь своей грудью твоей спины, просунула руки под твоими и соединила на талии. Ты просто неподвижно стояла. Опять. Ты такая покорная. Я вновь опустилась к твоей шее, подышала часто носом. Боже… Как меня ведет от твоего запаха, я теряю рассудок. Ты ойкнула, когда я невольно прижала тебя теснее к тебе. Ты вообще понимаешь, что происходит, Маша? А то мне кажется, что для тебя это сущая игра, как для гостей свадьбы наш танец. Но для меня он был очень важным событием, так что не смей так думать, дорогая. И сейчас тоже. Я поцеловала тебя чуть ниже уха, ты послушно отклонила голову в сторону. Я осмелела и пустила в ход язычок. Лизнула мочку, они у тебя были с простенькими гвоздиками, чтобы меньше мороки и всегда одни и те же. Стабильность. Так хотелось поизучать твое тело ладонями, но я подумала, что это уже будет слишком. У меня не было в планах тебя спугнуть. Хотя я же говорила, что докажу свою чокнутость, да? Так что ты выбираешь, а?

***

Тогда нас нагло прервали вернувшиеся с подарками родители. Сестра твоей мамы вместе с мужем помогли притащить телевизор, щедро дарованный кем-то из родственников. Войдя в нашу комнату, твоя мама поинтересовалась, почему мы еще не спим. Я соврала, что не могла справиться с узлом на твоем платье. Ты бесстыдно подтвердила. И все же, Маша, почему ты меня прикрываешь? Неужто догадалась о моих грязных намерениях? А, ну да, после моих настойчивых действий только недалекий останется в неведении. Но ты разве не против? Я же могу тебя домогаться. Мы живем в одной комнате, спим друг напротив друга. Ты что-то темнишь, детка. А может, ты просто умудрилась на свадьбе выпить, и теперь плохо что понимаешь? Это что, правда так? Даже если и да, то я напомню тебе о случившемся. Обязательно и с новым напором, чтобы сомнений не возникало. Все же ты теперь очень близка ко мне, и, как я уже говорила, мы будем всегда вместе. Как подруги, как сестры, как пара, как враги — неважно. Я начала замечать, что со мной тебе неловко. Ты вспыхивала, как зажигалка, находясь рядом. Меньше стала смотреть на меня. Я терялась в догадках. Не хочу, чтобы всё так было, правда. Но ничего уже не вернуть. Во мне снова проснулась лютая трусиха. Ночами ты подолгу застревала в телефоне, не позволяя мне насладиться твоим безмятежным видом, потому что я не отрывала от тебя взгляда, а потом с досадой отворачивалась к стенке — только тогда ты откладывала мобильник и засыпала. А я вот нет. Я уже даже не хотела подглядывать за тобой. Ты говорила со мной отрывками дежурных фраз, простыми словами и очень мало. Ну за что мне это, Маша? А у нас была прекрасная и дружная семья. Мой папа прямо-таки полыхал жизнью. Я радовалась за него и твою маму. А еще отец всерьез предложил удочерить тебя. Ты тогда чуть не расплакалась, а мне еще пуще захотелось узнать, что случилось с твоим папой. И я спросила. В один вечер после знойного дня. Лето несло с собой небывалую жару. Ты скомкано ответила, что не знаешь его. Для тебя отца не существовало всю жизнь, а родители мамы помогали тебя растить, поэтому с бабушкой и дедушкой ты была очень близка. Вот как, значит, твой биологический родитель либо бросил твою беременную мать, либо она сама ему ничего не рассказала. Жаль, что ты росла в неполноценной семье, моя маленькая. Хотя я уверена, что любовью тебя не обделили, поэтому и получилась такая невероятная ты. Разговор снова внес свою лепту в наши отношения. Но когда же остановится эта головокружительная карусель? Когда в нашей с тобой жизни установится приятный и ласковый штиль? Снова же, ничего не предпринимая, я не смогу этого изменить. И я наконец-таки решила действовать, да. На словах это так просто, но в реальности… Вечерний теплый ветерок развивал бледно-розовую тюль в теперь уже нашей комнате. Небо у горизонта было окрашено в золотые оттенки. Закат был и вправду неописуемым. Но ты же не знаешь, что являешься намного интереснее для меня, чем какое-либо другое явление, пусть и невероятно завораживающее своим видом. Именно поэтому ты подбежала к окну и подозвала меня к себе. Да, детка, с тобой мне будет нравиться даже самый слякотный октябрь. Так что ничего удивительного, что я восхитилась угасающим на этот день солнцем и тоже поделилась с тобой этим. Твой ангельский голосок я готова слушать днями и ночами напролет, так что поговори еще, пожалуйста. Про поездку с мамой на море, где луна была настолько огромной, что в полнолуние в городе не включали фонари — настолько было светло. Я лингвист, Маша. Так что в науках я ничего не понимаю. Уверена, ты тоже, потому что разве может луна быть больше в одном конце планеты, и меньше — в другом? Но мне все равно. Так это или нет, мне по барабану. Главное — стоять у окна вместе с тобой и вести непринужденную беседу ни о чем. Так легко, словно я обрела крылья и могу прямо сейчас взлететь. Не без тебя, конечно, малышка. Я бы крепко обняла тебя за талию, незатейливо спустила ладони к твоим бедрам и бережно приподняла бы, беря на руки, а уж крылья сделают свою работу… Да даже без них я готова носить тебя на руках. Ведь ты — мой смысл. Пойми же наконец. Очнулась от фантазий я, когда ты дотронулась до моей щеки своей нежной ручкой. Так бы и завалила. Только я сдержалась и преданно смотрела тебе в глаза. Сколько же в них доброты… Ты предложила перед сном посмотреть фильм. У нас был ноутбук, подарок со свадьбы, который без колебаний вручили нам с тобой, наказав не ссориться из-за него. Но разве я буду у тебя его отбирать, даже если и ощущаю потребность? Пользуйся сколько потребуется! Мы поставили ноут на стол, так и не выключив в комнате свет, а сами сели на твою кровать с ногами, прислонившись к стенке. Я не слушала и не смотрела, что там идет. Да я даже не знаю, какой фильм ты включила, честно. Мой взгляд хоть и бегал изредка по монитору, но чаще всего я всматривалась в твою макушку. Ты смелая. Ты переоделась в свою безумно соблазнительную для меня ночнушку и легла мне на колени головой, продолжая смотреть. Мои пальцы рефлекторно потянулись к твоим волосам, и я не стала сопротивляться порыву, зарываясь в них. Мягкие, как шелк, и такие приятные. Не трогала ничего лучше них. Но планирую. Я улыбнулась. Не переживай, я не обижу, детка. Моя рука оказалась у тебя на шее, отмечая, какая она горячая и манящая. Я бы поставила тебе море засосов, чтобы никто не смел к тебе прикасаться. Да, я собственница и, похоже, чертова однолюбка. Ведь ты в моей голове уже так долго. Жаль, что очень близко ты только сейчас и тогда, во время танца, и после свадьбы. Да, я все помню, а вот ты — не знаю, честно. Ты не поддаешься объяснению, очень загадочная, но в тоже время открытая. И сейчас, когда я рукой невесомо провела от твоего маленького плечика по изгибу талии, прикасаясь все плотнее, настойчивее. Ведь там, ниже, я могу достичь твоей чувствительной кожи на ножках. Не сомневаюсь, тебе понравится. Ты уже не смотришь фильм, я знаю, не ври себе. Ты прислушиваешься к себе, так? Хочешь понять, приятны ли тебе мои прикосновения. И я знаю ответ. Ты резко поднялась с моих колен, садясь рядом и довольно уверенно смотря на меня. Что случилось, Маша? Твое личико выглядит очень озадаченным. Ты решаешься. Но я не дала тебе разобраться в себе, потому что подалась вперёд, ближе к тебе, и накрыла твои губы своими. Боже, они такие мягкие, и я тут же поплыла от твоей неловкой попытки ответить. Тебя ничего не смущает, да? Ну вот и отлично. Я, конечно, не этого ждала, но разберемся потом. Я слишком долго испытывала голод по твоему телу. Терпение лопнуло, малышка. А теперь — наслаждайся.