Подчиняться

Лили вскочила с дивана, и помогла до тащить тело пьяного Митчелла к дивану, и затем еле как уложить на нем, хотя тот ещё и сопротивлялся, опять бурча что-то невнятное себе под нос. Паулина аккуратно накрыла его пледом. Коул открыл глаза и резко схватил блондинку за запястье. — моя сестрёнка спасла тебя. Завтра проверю, — не подумал сказал он, ехидно улыбнувшись. Хватка ослабилась и рука вовсе летала в воздухе, где-то на полу, когда сам парень в этот же момент вырубился. Рейнхарт стояла в недоумении, ведь он поставил её в неловкое положение, и по выражению лица розововолосой, было понятно, что она вообще без понятия всего происходящего. — какие правила? — Ванесса пыталась поймать взгляд напуганной блондинки, но когда та развернулась, она увидела лишь стеклянные глаза. Лили готова была заплакать, хоть и казалась безчувственной со стороны. Вряд ли кто-то это заметил это, кроме проницательной и всегда пронимающей Спроус, которая тихо произнесла: — так, спокойно, — она медленно подходила к новой знакомой, и по дружески погладила её по плечу, — сейчас мы выйдем на улицу, и ты мне все расскажешь. — блондинка не понимала о каком месте говорит новая знакомая, но была согласна на все, что бы наконец выговориться и не слышать перегар этого придурка. Ванесса незаметно даже для неё самой, аккуратно накинула ещё один плед на Рейнхарт, и на себя, ведь было уже часов шесть, и быстро темнело. С такой же скоростью и ветерок проносился по улицам Ванкувера. Так же безшумно открыв дверь, она за руку с дрожащей Лили, завернула влево от окна гостиной и открыла белоснежную дверку в прекрасный цветочный сад. «Всё в ярких цветах. Видно, что ухаживал и сажал цветы точно не Спроус». — подумала про себя зеленоглазая, и села на кресло — качалку у входа. Рядом так же разместилась розововолосая. — это ты все сажала? — пытаясь перевести тему, трепещущим голосом спросила Паулина. — нет. Это сад Мишель. — Ванесса встала с кресла и прошла вглубь, через минуту возвращаясь на исходную позицию с коньяком в руках. — думаю, так мы разговоримся. — она тепло улыбнулась. Хоть Лили никогда не пила что-то крепче детского шампанского, она все же насмелилась рассказать все новой знакомой за рюмкой крепкого коньяка, да еще и без закуски. Младшая Спроус весь рассказ сидела с выпученными от удивления глазами, ведь даже не догадывалась, что её братец способен на такое. Она уже точно знала, какой выговор вынесет этому засранцу, и что расскажет отцу. Не зная, что ответить на чистой воды исповедь Лили, она влила в себя ещё пару рюмок коньяка, и спросила: — значит, тебе нужно учиться. На кого хотела бы поступить? — снова глотая алкоголь, спросила Ванесса. Точнее еле выговорила. — нуу, наверное на журналиста, — блондинка громко икнула, от чего Спроус рассмеялась. Точнее хрюкала (как это у всех нас бывает), пытаясь предотвратить это, она выглядела лишь смешнее с каждым разом. Новая волна смеха со стороны блондинки прокатилась по всему саду, и казалось, если бы они были в доме, могли бы сразу же отрезвить Коула своим смехом. — так, всё, спокойно. — Ванесса демонстративно положила руку себе на грудь, дабы успокоится, но снова засмеялась. Прошло минут тридцать, пока они смогли успокоиться. — у тебя есть какой-то опыт? — бросая бутылку в «свободное плаванье по саду» спросила кареглазая. — смотря в чём. — они снова рассмеялась, уже даже не зная от чего. — в журналистике, дурочка, — по-дружески и с улыбкой, пояснила розововолосая.