Купи жену, Ведьмак

Стоя на крыльце, я нервно крутила на пальце своё обручальное кольцо. Эскель ушёл разговаривать с моими братом и Прапра, а я от волнения не находила себе места. О реакции бабушки на моего мужа я не беспокоилась — она примет мой выбор, как бы сильно за меня не волновалась. Это уже произошло в прошлом и она не остановила и не препятствовала моей настоящей Прапра, потому что понимает — эта любовь настоящая и, какой бы «неравной» она не была, счастливая. Маленькая загвоздочка состояла лишь в том, чтобы дорогой правильно выговорил её имя. Аэритамиаль. Не каждый может произнести его с первого раза, но я знала, что у моего Волка язык подвешен как надо. — Волнуешься? — подойдя ко мне со спины с мягкой улыбкой спросила Анью, затем покачала головой. — Не стоит. Я смотрю, он у тебя мужик хороший, так что всё пройдёт хорошо. Асвард просто не сможет его не признать. — Думаешь? Мне бы не хотелось расставаться с ним вот так… Он ведь мой любимый брат. — Я уверена. А вы собираетесь снова уйти на ту сторону? — Ну, скорее всего да. Всё так спонтанно получилось… Кейра с Ламбертом наверняка беспокоятся. Да и Василька с Мальвой бросать нельзя, у неё летом жеребчик должен родиться. — Понятно. Ну до лета времени ещё много… Потом снова собираешься вернуться к охоте на монстров со своим Ведуном? — Вероятно. Мы с ним люди свободные, так что в любой момент можем бросить, вернуться в Каэр Морхен и повесить мечи на стену. И он не Ведун, а Ведьмак. — Как скажешь, — усмехнулась подруга. — И у всех Ведьмаков такие глаза? — Ну да. Проходя испытания, мутации меняют их глаза, тело, разум и даже ауру. Они становятся быстрее и сильнее обычных мужчин, приобретают повышенный иммунитет, а также способности к ускоренной регенерации и элементарной магии. — Хм, как интересно… А ты можешь рассказать мне о том втором, который явился сюда с твоим мужем? Я округлила глаза, а затем фыркнула. — Сколько у тебя было ухажёров, но такой рьяный интерес к мужчине с твоей стороны, я вижу впервые. — Ой, если бы я спала со всем сбродом, который за мной бегал, то нипочём бы от собственного омерзения не отмылась. А с каждым годом найти достойного партнёра становится всё трудней и трудней, сама знаешь, — приобняла себя за плечи она, вызвав у меня понимающий вздох. Анью ходила по этой земле почти в два раза больше меня, но с мужчинами ей не везло практически также как и мне. Но поскольку после дня моего обращения желание о замужестве покинуло меня надолго, то её мысли и мечты были куда более радужными, и я не могла её в этом винить. Она была единственным и любимым ребёнком в семье, перевоплотилась тоже довольно рано, но по собственному желанию — просто прыгнув с обрыва в море. И хотя на жизненном пути ей попадались либо мягкотелые, либо лжецы — она всегда делала выбор сама. Своего первого незадавшегося насильника валькирия из рода Синих Драконов прибила к стене, впрочем как и последующих. Она знала мою историю в общих чертах и, за что я ей благодарна, никогда не припоминала её. — Его зовут Бьярн, — начала рассказывать я. — Он тоже из ведьмачьего цеха, из школы Медведя, если быть точнее. Я знакома с ним чуть больше полугода, но он хороший человек — спокойный, надёжный, понимающий. По характеру они схожи с Эскелем. Думаю, вы ещё успеете познакомиться с ним поближе. Обычно такая решительная и смелая, а сейчас задумчивая подруга подняла на меня свои прекрасные глаза. Предчувствуя последующий вопрос, я едва уловимо улыбнулась. Мне всегда они нравились — такие лучистые и в тоже время бездонные. Думаю, нашему Медведю они тоже понравятся, если он уже их не приметил. — Может знаешь, есть ли у него кто-то? — Точно никого нет. В целом я одобряю твой выбор и буду рада, если у вас что-то выйдет. — Спасибо, — просветлела Анью, но тут же оправилась, приняв нарочито серьёзный вид. — Но торопиться всё же не буду, а потом, глядишь, и косу распущу. — Правильно, присмотрись хорошенечко. К тому же хочу тебя предупредить, — при этих словах собеседница бросила на меня настороженный взгляд. — Будь внимательна, когда будешь прикасаться к нему — их искусственно созданное магическое поле резонирует с нашим, из-за чего их прикосновения вызывают весьма приятные ощущения. — Я это учту, — с толикой таинственности усмехнулась подруга. — А вон кстати и он. Как говорится, хороший человек лёгок на помине… И вправду к выделенному нам дому уверенной походкой хищника приближался друг. В своём плаще с меховым воротником и весь заросший, как и мой муж, сейчас очень сильно походил на настоящего медведя, но не признать, что после бани он выглядит значительно лучше, было просто нельзя. Поднявшись к нам на крыльцо, мужчина поприветствовал нас вежливым и немного официальным поклоном. — Доброго дня, дамы. — Здравствуй, Бьярн. Наконец-то я могу поговорить с тобой вблизи. Извини, что невольно заставила вас с Эскелем волноваться за меня и мчаться сломя голову, и за это представление во дворе тоже, — слегка смущённо улыбнулась я. — Не бери в голову, главное что все обошлось и скоро вы снова будете вместе и счастливы. Признаться, мне у вас здесь даже понравилось — столь много нового и даже как-то непривычно, когда к тебе относятся по-человечески, — пожал плечами ведьмак. — Рада это слышать. Позволь представить тебе мою верную подругу. Анью из рода Синих Драконов, тоже кстати валькирия. Анью, это Бьярн — ведьмак из школы Медведя, давний друг Эскеля, а теперь и мой. — Очень рада познакомиться с вами, Бьярн, — переходя на всеобщий, обворожительно мурлыкнула моя теперь уже практически родственница и приветственно протянула руку мужчине. — Взаимно, Анью. Медведь аккуратно перехватил девичью ладошку и, чуть склонившись, поднёс к губам, оставляя на коже нежный целомудренный поцелуй. Неожидавшая этого подруга слегка зарделась и мягко улыбнулась. Я сразу прочувствовала её эмоции — это был целый букет чувств и будь она моложе это обязательно вылилось бы в эйфорийную дрожь, раскрывая мужчине все карты. Видимо, эманация от Бьярна в её случае была намного сильнее, чем у меня с Эскелем при первой встрече. Я была слишком избита и напугана, чтобы воспринимать его хотя бы как потенциального партнёра, а синей валькирии ведьмак сразу понравился, причём, судя по всему, обоюдно. Сделанные мной выводы в который раз подтверждали мою теорию о связи этого явления с эмоциями их участников. — Что ж, раз вы теперь знакомы, то может покажешь гостю деревню, — обратилась я к немного разомлевшей приятельнице. — Расскажешь немного о наших землях, обычаях… — С удовольствием, если, конечно, не устали вы и против не будете, — заинтересовано всмотрелась она в кошачьи глаза. Они разговаривали немного медлительно, тщательно выговаривая слова — на меня нахлынули воспоминания о наших первых месяцах общения, когда я переучивалась говорить на их общем языке. — Почту за счастье и прошу обращайтесь ко мне на «ты». — Взаимно, Бьярн, — отсалютовала фразу обратно подруга, от чего оба слегка улыбнулись. «Пора уходить. Не маленькие, сами справятся» хмыкнула внутри меня валькирия, наблюдая за чужими заигрываниями. — Тогда позаботьтесь друг о друге, а мне нужно поговорить с Вермой, — кивнула я и направилась прочь. Новообретённая парочка этого, кажется, даже не заметила. Подругу-оборотня я обнаружила сидящей на лавочке возле своего дома и наблюдающей за играющими в зверином облике двойняшками. Она улыбалась, глядя на своих детей, но глаза её выдавали лёгкую грусть. Я тихонько подсела к ней, также наблюдая за резвящимися крестниками — маленьким рыжим львом и тёмной львицей. Подруга скосила на меня взгляд своих синих глаз, но ничего не сказала. — Нам надо поговорить, — не поворачивая головы, припечатала я. — Ты права. Я хочу извиниться за свои слова и… поведение. — Я тоже была несколько резка, тебе нельзя сейчас нервничать, — я глянула на чуть округлившийся живот тигрицы. Под шубой он был не так хорошо виден, но это не мешало ей поглаживать его, чувствуя подрастающую в себе новую жизнь. — Прости за то, что исчезла. Я не могла этого предвидеть и не могла вернуться, даже весточку отправить. А потом я влюбилась в Эскеля, вышла замуж и… Я бы просто не смогла от него уйти, никогда, понимаешь? Подруга пристально вперилась в мои глаза, а затем серьёзно кивнула. — Понимаю. Но как тогда он пришёл за тобой? — Тяжело объяснить. Если вкратце, то мы нашли книгу одного чародея, изучавшего язык, культуру и секреты вранов. Он смог пересечь континент с помощью их порталов и подробно описал процесс, но от этого он не перестал быть более сложным. Активировать проход правильно уже было проблематично, а уж пройди через него значило всё равно что прыгнуть с обрыва — может выживешь, может нет, но вернуться обратно уже не сможешь. — Видимо, он действительно тебя любит, раз рискнул всем ради призрачной возможности вернуть тебя, — приподняла рыжую бровь она, а я лишь слегка улыбнулась. Конечно Эскель меня любит, я в этом давно не сомневалась. — Вы хотите уйти обратно на его родину? — Не знаю, сначала я хотела проведать могилу родителей, а потом вместе решим. — Ты будешь с ним счастлива? — слегка взволнованно спросила Верма. — Милая, я уже с ним счастлива и даже не жалею, что попала на тот континент. Причём и валькирия тоже, он сделал нас полноценной. «Это точно. Я бы даже сказала, этот Волк заполнил собой нашу пустоту» фыркнув, спошлила бестия. — Останьтесь хотя бы на свадьбу Альрика. Они, конечно, уже пометили друг друга, иначе бы стая Даяну с ним не отпустила, но церемонии как таковой не было. — Останемся, — заверила подругу я. В этот момент к нам подошли двойняшки и ткнулись лбами в колени, выпрашивая ласки. Умилившись, мы погладили ребят по головам, пощекотали за ушами, потрепали по холкам, отчего те аж замурчали. Всё это длилось до тех пор пока котята, дёрнув подол моего тулупа, не вовлекли меня в игру. Стемнело достаточно быстро и навалявшиеся в снегу мы наконец вошли в дом. Я принялась растапливать печь, а Верма переодевать и обтирать детей. Еда была уже готова и разносила умопомрачительный аромат повсюду, когда в горницу вошёл Дариан. И вот семья уселась за стол, а я всё высматривала в окне знакомый силуэт. — Я, пожалуй, пойду, — начала подниматься с лавки я, но мою руку тут же перехватила Верма. — Куда ты? Садись с нами ужинать. Ничего с твоим Волком не случится. Скоро и Альрик с Даяной придут, познакомитесь хоть толком. И я осталась. Подруга быстренько поставила передо мной дымящуюся миску и, зыркнув орлиным взором, наконец-таки уселась сама. Глубоко вздохнув, принялась дуть на горячую ложку и неторопливо есть. Я успела ополовинить чашу ароматного варева, когда скрипнула сходная дверь и к нам с мороза вошли несколько человек. Почувствовала мужа ещё до того, как смогла разглядеть его из-за широких плеч друга. Внутренне я усмехнулась — в детстве многие считали, что Рик так и останется дохляком, «недоделанным оборотнем». Даже родная стая отказалась от него, от чего Верма и забрала брата с собой в мужнин клан, а ведь Альрик по законам должен был стать вожаком в своей деревне. Но тогда в нём не разглядели ничего кроме хилого белоснежного мальчика, который так и не смог ни разу обратиться. Посмотрели бы они сейчас каким он стал и засунули свои языки и мнения подальше себе в… — Добрый вечер в хату, — громко поздоровался мой друг, стряхивая с головы нападавший снег. — Всем привет, — улыбнувшись, слегка поклонилась его невеста, которой тигр бросился помогать снимать шубку. И вот показался облокотившийся плечом о косяк мой супруг. Мгновенно отметила, что никаких видимых увечий на нём не наблюдалось, да и в целом внутренний настрой был весьма благодушен. Любимый был явно уставший и морально вымотанный, но в тоже время удовлетворённый. — Здравствуйте. Приятного всем аппетита, — пожелал всем присутствующим Эскель, слегка кивнув, а затем посмотрел прямо на меня. — Идём? Я кивнула и снова хотела было подняться, как меня снова прервали. — Не хорошо трапезу прерывать, — блеснув глазами, фыркнула Верма на моего супруга. Хоть она и признала моё право самой распоряжаться своей жизнью и быть с ним, но продолжала ревновать меня, как любимую сестру и лучшую подругу. Мы ни разу толком не обсуждали предмет нашей с ведьмаком охоты, но тигрица вероятно догадывалась, что к ним относятся не только трупоеды и духи. И эта действительность очень её волновала, я бы даже сказала, тревожила. Взбудораженное женское воображение рисовало два возможных исхода событий: по её мнению, он либо изолирует меня от семьи и прошлого (как случайно получилось до этого), либо — ещё хуже — навредит стае, чтобы доказать свои права, признанные законом чужих земель. Поведение подруги так походило на её супруга при нашем знакомстве, что хотелось засмеяться и ударить кулаком по столу одновременно. Видимо, Дариан подумал о подобном или же просто решил сгладить напряжение, поэтому спокойно пригласил гостя к столу. — Ну да, вы проходите, с нами вместе с Нэйтари поужинайте. Милый немного замялся, но вскоре принялся снимать плащ. Вскоре он уселся возле меня, касаясь под столом своим бедром моего. Когда и ему подали тарелку, все принялись за начавший остывать ужин. Напряжение витало в воздухе и никому не нужно было быть валькирией, чтобы почувствовать его ледяную давящую тяжесть. Тишину нарушили, как ни странно, дети, тем самым разбавляя гнетущую атмосферу. — Пап, ну когда на рыбалку мы пойдём? — немного нетерпеливо спросил у отца крестник и тут же был поддержан в этом порыве сестрой. — Или охоту? Глава клана вздохнул, посмотрел на Рика, а затем сказал: — С завтрашнего дня уже можно подготовку к обряду начать, за неделю собрать нужно и подготовить достаточно дичи. Но не ждите, что позволю я вам в облаве участие принять, посмотрите со скалы. Ребята недовольно замычали, но вскоре быстро оттаяли, как только дядюшкины пальцы шутливо взъерошили их и без того непослушные локоны. Как ни странно молодая невеста тоже участвовала в этой забаве и котята воспринимали её также дружелюбно — это хорошо, значит, она немало времени прожила здесь и успела заслужить их доверие. Даже на первый взгляд было видно, что она будет более мягкой, чем Верма, но, судя по её уходу из родной стаи вслед за Альриком, пусть даже и без полноценной церемонии слияния, она будет сильной и решительной. Такая мать и жена пойдёт за семьёй куда угодно и горло за любимых перегрызёт, несмотря на свой невинный вид. Моему другу действительно повезло, теперь я буду за него спокойна. Словно расслышав мои мысли, белокурый хищник с улыбкой поднял на нас свои ясные рубиновые глаза. — Мы уже пригласили твою семью на нашу с Даяной свадьбу, Нэйтари, и вас с Эскелем приглашаем. Так что, если не сильно торопитесь вы, то вашему присутствию рады будем. Любимый молча посмотрел на меня, спрашивая о моих желаниях, и, получив едва заметный кивок, ответил: — Спасибо. Мы останемся и поможем вам с праздником, если это будет нужно. Надо будет только предупредить Бьярна. — Между прочим вам бы тоже перед нашими богами не мешало клятвы дать. Поскольку ни одного общего знакомого в качестве свидетеля не было на вашем венчании, проблемы возникнуть могут с подтверждением слов ваших, — сложив руки на груди, чуть недовольно вставила Верма. Вот-вот на комнату должно было вновь обрушиться молчание. Моя дорогая подруга вела себя сейчас как сварливая тёща, а вся проблема была не в том, что «зять» плохой, а в том, что он забрал «любимую доченьку» к себе в далёкое далёко. «Эта котолачка совсем страх потеряла! Что мы ей котята слепые несмышлёные, чтобы нас из угла в угол по своему усмотрению перетаскивать!» зарычала во мне бестия. Я раздраженно фыркнула — даже моя родная мама не вела бы себя так по отношению к Эскелю. Все ликантропы собственники и эгоисты по отношению к людям, которых они любят. Мне хотелось немного жестко объяснить ей, что мы уже женаты и нам не требуется венчаться второй раз, чтобы быть вместе. — Верма… Но всю мою заготовленную речь перебила одна мужнина фраза. — Я не против. Все взгляды в момент обратились к моему мужчине, а тот беззаботно сидел и поглаживал мою ладонь большим пальцем. И лишь его стальной взгляд выражал брошенный подруге в ответ вызов. На мгновение мне показалось, что ослышалась или же сплю, потому что всё происходящее начало выходить за рамки моего понимания. Тигрица и сама не ожидала подобного финта от моего благоверного — я это чувствовала — но вскоре быстро пришла в себя и с лёгкой хитрецой улыбнулась. — Значит, если нет возражений ни у кого, в один день две свадьбы устроим. Никто же не против? — спросила она, глянув при этом на брата с невесткой. Удивлённая пара оборотней отрицательно покачала головой. — Вот и ладненько, — уже совсем ласково пропела подруга. — Завтра же и начнём. — Благодарим за ужин. Позвольте откланяться, — поднялся из-за стола мой Волк, а я поспешила вслед за ним. Мне очень хотелось обсудить сложившуюся ситуацию, а заодно подышать свежим воздухом. Он помог водрузить на мои плечи тулуп, чем заслужил немое одобрение оборотней. — Ты в порядке? — спросил меня ведьмак, как только мы снова выбрались на мороз. Взявшись за руки, мы неторопливо отправились вдоль по улочке к выделенному нам дому. — Это я должна у тебя спрашивать. Как разговор с бабушкой? Братом? Ты устал. — С родными вопрос решён, — приподнял уголки губ он. — Госпожа Аэритамиаль выразилась кратко — всего три вопроса задала, а вот с Асвардом пришлось поболтать… Но мы друг друга поняли. Я ушёл перед самым ужином, когда драконья чета в полном составе присоединилась к твоему брату с женой. — А о чём спрашивала? Если не секрет, конечно. — «Любишь нашу Нэйтари? Сможешь сделать её счастливой? Я могу тебе верить?». И в самую душу смотрит, глаза у вас, кстати, родные. — Прости за всё это. Испытания на тебя выпали похлеще любого боя с монстрами, — вздохнула я, выпуская облачко пара. — Я понимаю, как ты дорога своим родным, поэтому они и хотят, чтобы всё было правильно и красиво, ведь они тебя так сильно любят. Будь у меня такая сестра, я бы сделал для неё не меньше. Но, хвала богам, ты моя жена. «Вот именно» уютно нахохлила перья внутри меня валькирия. — Ну их-то понять можно. Но ты почему согласился? Разве тебе одной свадьбы мало? — Во-первых это должно окончательно успокоить твоих близких, к тому же дополнительный способ им понравится. Во-вторых это покажет всем прочим местным жителям твоё семейное положение. Кроме того это интересно и даже немного весело. Не думал, что женюсь на тебе дважды, тем более в кругу твоей семьи, по традициям. Задумавшись над его словами, я лишь хмыкнула. Но тут Эскель остановился и повернул меня к себе всем корпусом. — Извини, я так и не спросил, хочешь ли ты снова выйти за меня замуж? — Как я могу этого не хотеть?! — удивлённо приподняла брови я. — Просто это немного необычно венчаться с одним и тем же мужчиной дважды, причём так скоро. Признаться, я уже так привыкла к роли жены ведьмака, что не могу рассматривать себя заново в качестве невесты, а тебя женихом. Это выглядит немного нелепо, учитывая, что нам с тобой под пятую точку лет. Перечеркнутый шрамом уголок его губ приподнялся. Не переставая осматривать каждую чёрточку на моём лице, словно не в силах насмотреться, любимый переместил взгляд на губы, затем чуть ниже и поправил воротник, закутывая в овчинном мехе сильнее. — Знаешь, ты будешь обязан сам продолжить мою татуировку, — неожиданно вспомнила я, не зная, как супруг к этому отнесётся. Но он лишь усмехнулся и кивнул, погладив меня по щеке голой рукой. Несмотря на отсутствие перчаток, кожа была тёплая и по родному грубоватая. И как с замедленным сердцебиением его кровь могла быть такой нечеловечески горячей? Прижав его ладонь своей сильнее, почувствовала нежный покров свежих едва затянувшихся рубцов и, перехватив длань, пригляделась. — Это ещё откуда? Я достаточно успела наглядеться и выучить его шрамы, чтобы опознать самые маленькие и скрытые, не говоря о столь явных. — Видишь ли это произошло как раз, когда спасали эфа от хмары, — почесал свободной рукой затылок беспечный мужчина и принялся тараторить. — Не волнуйся, больше никаких ран не было. К тому же и Ласточка как и всегда хорошо сработала. Теперь у нас с тобой одинаковые шрамы. — Нашёл чем хвастаться, — фыркнула я и, порывисто обняв, уткнулась ему в грудь. — Скажи, что больше вы никаких чудищ у нас не встретили. — Почти никаких, — уклончиво протянул он, поглаживая своими крепкими лапищами меня по спине. Я устало вздохнула. — Скажи, что они хотя бы больше вас не ранили. — Они нас не ранили, вроде. — Какой же ты всё-таки невозможный мужчина! — В этом я стараюсь соответствовать своей невероятной женщине, — ответил в тон мне Волк.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

Разговор с роднёй моей жёнушки состоялся и прошёл весьма продуктивно, был бы я более жизнерадостный даже сказал удачно. Но из колеи меня упорно пытались выбить даже не тёща — глава клана Чёрных Драконов — и не деверь, а подруга моей ненаглядной. Судя по поведению, нрав у тигрицы был переменчив как море, огненное, если быть точным. И моя Нэй была важна для Вермы сродни тому как Цири дорога Йеннифэр. Словно в насмешку ситуация сложилась таким образом, что как бы я не старался никогда не смогу по-настоящему ей угодить или понравиться. И это ещё хорошо, что кошка не знала всех тонкостей нашей встречи с валькирией, иначе моя голова давно лежала оторванной от тела. Моё чутьё подсказывало, что в горячке ей было бы глубоко всё равно, что Нэйтари её за это возненавидела или отомстила. Эх, был бы рядом Ламберт сказал что-то наподобие: «Характерец Йен с внешностью Меригольд… Это ещё хуже чем они обе вместе взятые». В общем когда я объявил Бьярну, что женюсь на Нэй во второй раз, он громогласно рассмеялся и, похлопав меня по плечу, произнёс: — Весело живёшь, многоженец. От дружеского тычка за эти слова ему уйти не удалось. Кстати говоря о самом Медведе, то он всерьёз увлёкся ухаживаниями за Анью, та отвечала ему взаимностью, но не торопила событий. Это навевало меня на мысли. Останется ли друг здесь или вернётся с нами на континент? А если и вернётся, то попытается ли уговорить свою валькирию уйти с ним? И что из этого выйдет? Множество невысказанных вопросов без ответа. Сам лезть в отношения Бьярна я не собирался, захочет совета или поговорить — сам спросит. Хотелось сказать только одно: «Соберёшься брать её с собой — предупреди её родных! Дабы подобной хуйни не произошло и с тобой!», но думаю, он и так уже это понял. В целом подготовка к свадьбе проходила весьма спокойно до определённого момента. Помня о традиции надевания друг на друга плащей из предоставленных женихом трофеев, я решил быть предусмотрительным и пойти на опережение. На охоту я отравился не один, а со вторым женихом-оборотнем. Альрик оказался хорошим парнем и приятным собеседником, его тактичность и немногословная обходительность походили на мои собственные, поэтому мы быстро нашли общий язык. Пожалуй, я смог сговориться со всеми близкими для Нэй мужчинами, но не с женщинами. Здесь я ничего поделать не мог — мы, мужики, по своей духовной организации были несколько проще. И вот вся деревня корпела над развернувшимся празднеством — не каждый год в их деревне в один день справляли сразу три свадьбы. Третьей парой оказались драконы, венчание которых перенесли из-за поисков Нэй. За день перед свадьбой была разыграна сценка со сватовством. Именно в этот самый момент моё спокойствие снова решила нарушить досточтимая глава стаи, вспомнив об ещё одной интересной старой традиции — выкупе невесты. Двух претендентов подобная участь обошла стороной, но только не меня, подтверждая, что справедливости в жизни нет. «Всей мужской компанией мы стояли у третьего по счёту дома. В первом дверь нам открыли Прапра и Анью, во втором госпожа ведьма, а из-за её юбки выглядывали озорные двойняшки. Смотрины прошли быстро и без приключений, оттого моё сватовство оказалось последним и никто не думал, что оно будет чем-то отличаться. После стука дверь нам открыли Верма и Марта. — Доброго здоровья, хозяюшки. Мы пришли просить вас сосватать вашу прекрасную Нэйтари, нашему другу Эскелю, — с улыбкой поклонился у порога Бьярн. — Я выдам сестрёнку за самого достойного, — уперев руки в боки, сказала тигрица. — Достоинств и талантов её не счесть, так что и муж ей нужен под стать. Тут все кивавшие до этого мужчины заподозрили неладное и не ошиблись. — Посмотрим какой вы за невесту выкуп даёте! У всех мужчин, включая меня, поражённо расширились глаза, даже добрая Марта прикрыла от удивления ротик ладошкой. Нэй с возмущенным возгласом «Верма! Прекрати немедленно!» уже было показалась из-за двери, как её тут же затолкали обратно. Не знаю, было ли это как-то связано с беременностью или нет, но с каждым днём эта рыжая кошка начинала вести себя всё вреднее и вреднее. Кажется, я всё больше начинал понимать Ламберта и его отношение к Трисс. — Опомнись, женщина. Человек по полям да лесам бегал без продуху — жену искал, море и горы пересёк, откуда у него сейчас столько денег на выкуп взять?! — сложив руки на груди, нахмурился Дариан. Личность, надо заметить, весьма молчаливая и скрытная — больше слушал, чем говорил — но когда раскрывал рот по делу, то никто не смел ему перечить, кроме его собственной жены. — Ну, вы же его друзья, вот и помогите, — всплеснула руками женщина и закрыла перед нашими носами дверь. Предвзятость судьи была налицо. — Ну хоть не летучий корабль строить заставила, — прикрыл я глаза. Хотел было по недавно образовавшейся привычке потереть бороду, но, вспомнив о вновь гладко выбритом лице, мысленно плюнул и отравился прочь с крыльца от греха подальше. Надо было выпить» Конечно, мужики не оставили меня наедине с бедой, разделив со мной несколько бутылок горячительного и помогли насобирать на оброк или вернее выкуп — не суть дело. К вечеру со спокойной душой и слегка восполненными нервами я получил последнее из трёх разрешений на руку и сердце моей будущей и нынешней жены. Звучит немного абсурдно, но такова моя жизнь. И вот этот день настал. Вспомнив, как нас в первый раз с Нэйтари разлучили перед самой свадьбой, проглотил недовольный вздох и подумал, почему людям так тяжело жениться и жить по-простому, обязательно нужно что-то придумать. Мои мысли прервал тихий шёпот, разнёсшийся по толпе: «Идут!». Я вместе с другими замёрзшими в ожидании женихами встрепенулся и стал вглядываться в ломающийся полукруг гостей. Наконец-то показались невесты, такие возвышенные и красивые. У каждой на голове был парный нам венок, а на плечах лежали плащи из белых шкур, скреплённые узорчатыми фибулами и цепочками, дабы в вырезе было видно платье. Я особо не присматривался к другим девушкам, поэтому мне тяжело было судить, но моя валькирия выглядела божественно. Её каштановым кудрям, спадающим водопадом на плечи, так шёл цвет нежных алых лепестков. Трое сопровождающих держали красавиц под руки, готовые их сопровождать. Нэйтари поддерживал Асвард, Даяну — Дариан, а невесту из клана Синих Драконов, как ни странно, поддерживала Прапра. Я сначала думал, что её поведёт Анью, как близкая родственница, но оказалось, что младшим, тем паче несостоявшим в браке, нельзя вести под венец старших. Поэтому валькирия обреталась в первых рядах толпы под боком у довольного Бьярна. И вот невест повели к семейному древу, всё вокруг замерло и затихло в томительном ожидании. Девушки шли столь величественно, что казалось буквально парили над землёй, а их нежные улыбки затмевали дневной свет. Я с внутренним трепетом перенял любимую из рук брата и, заглянув в глаза, подумал, что я счастливчик. Один её вид в свадебном наряде стоил всей этой кутерьмы. — Ну наконец-то, — одними губами произнёс я. — Наконец-то, — вторила мне жена. После этого каждый ведущий принялся спрашивать у жениха и невесты согласие и их клятвы. Никаких заученных клятвенных слов на этом континенте не водилось, поэтому каждый говорил от сердца то, что он сам собирался исполнить, так что ни одна речь не была похожа на другую. Первыми были молодожёны оборотни, затем драконы и уже в конце по какому-то негласному жребию оказались мы. — Эскель, я беру тебя со всеми достоинствами и недостатками дабы любить, чтить, ценить, заботиться о тебе и называть мужем своим, не смотря ни на что. А в обмен отдаю всю себя, помыслы и жизнь свою без остатка тебе одному до самого конца. Клянусь. Никто и никогда не говорил мне подобного, но чужих обещаний мне было и не нужно. Только её слова имели для меня значение и только она могла произнести их так, что моё сердце заходилось, как у глупого влюблённого юнца. Ещё когда мы произносили нашу первую клятву в храме Мелитэле я слышал и видел только её и не было для меня в жизни большего счастья, чем это. И вот это вновь произошло наяву. После все взгляды обратились на меня. Сглотнув, я попытался собрать мысли в кучу дабы произнести хоть что-то столь же великолепное и искреннее. — Нэйтари, отдаю своё сердце, душу, тело; всё, что имею и буду иметь, тебе, дабы ты владела ими вечно и распоряжалась по своему усмотрению как своей собственностью. Клянусь любить и уважать тебя, как жену свою, быть надёжным верным мужем, защищать и оберегать нашу семью ныне и во веки веков, — закончил я также на нордарском, и мы поцеловались. Толпа радостно взревела, слышались аплодисменты, свист и даже рычание. Мы повернулись к толпе и первым я разглядел своего деверя. Все это время он внимательно следил за каждым моим движением и словом, словно не было всех наших с ним часовых разговоров и объяснений, словно не я пришёл за Нэйтари с другого конца земли, словно из-за моего неверного слова или действия он был готов в любой момент окропить кровью это старое дерево, под которым мы так долго стояли. Взгляд Асварда был пронзителен и серьёзен — примерно так смотрел на нас Весемир, когда мы с ребятами шкодничали в детстве — и слегка оттаял он только после произнесённых нами с любимой обещаний. У меня на уме не было никаких дурных намерений или обмана, а мой характер был закалён соответствующим воспитанием и вековым опытом и всё же… Если бы каждый второй брат или отец смотрели так на своих потенциальных зятьёв, то человечеству грозило вымирание. Интересно, Геральт будет также глазеть на жениха, ведя Цириллу под венец? Итак, мы и все прочие гости направились к столам, расставленным прямо на улице. За три дня до церемонии чародейка с моей невестой колдовали над погодой. Вышло у них на славу, сегодня был на удивление солнечный и безветренный день, но морозец оставался стоять на своих рубежах. От холода спасали костры, горячие блюда, вина и амулеты сделанные магичкой. Благо у ликантропов кровь течёт горячее людской, иначе прочим гостям было бы не удобно. Но в конце концов свадьбы зимой столь же тяжелы и муторны, как и рыбалка — сколько алкоголя не хлестай, а без движения всё одно что-нибудь себе отморозишь. Поэтому после танца молодых многие выходили из-за столов танцевать, после чего сменяли музыкантов дабы и те могли поучаствовать в празднике. Эту свадьбу однозначно можно было назвать весёлой и многолюдной. Я не знал и половины присутствующих гостей, но, глядя на радостную улыбку своей валькирии, невольно поддался задору. Особенно мне понравилось, что нас, молодожёнов, рассадили в разные концы столов и вся чета оборотней оказалась подальше. В принципе проблема была лишь в одной их представительнице, с которой у меня сложились «особые» отношения. Я уже смирился с тем, что никогда не смогу искоренить обиду из сердца этой тигрицы, и просто собирался держать дистанцию. И сидя за столом рядом с Мартой и Асвардом, мне было вполне комфортно. С другой стороны не могло всё сегодня пройти идеально, так что при рассадке возникла небольшая загвоздка. По статусу Бьярн должен был занять место подле меня, но все карты спутала Анью, пригласив его сесть рядом с собой. Смотреть на душевные метания друга было забавно, но в какой-то момент я решил не мучить Медведя и кивнул ему, отпуская к девушке. Пусть наконец устраивает свою жизнь, к тому же, заняв место за столом возле драконов, ему придётся почувствовать всё, что пережил в ближайшие дни я. Вот и узнает каково это вливаться в чужую жизнь и семью с серьёзными намерениями. А в этом я не сомневался, иначе друг не стал ухаживать за синекрылой валькирией. Этот парень не был тем, кто играет чувствами и пользуется женскими слабостями. Откровенно говоря, побывав на моей свадьбе и даже просто посмотрев на взаимоотношения Кейры и Ламберта, Бьярн всё чаще стал задумываться, что любовь и семья для ведьмака не такая уж и неисполнимая мечта. В таком темпе день пролетел незаметно. Окончанием его было отпускание венков. Мы с драконами решили пустить наши по реке, благо та была не так уж и далеко, а котолаки отправились к родовому древу. Таким образом весь народ разделился на две части, желающих посмотреть на завершение обряда. Чаровница создала красочные иллюзии светящихся парящих шариков, которые своими скоплениями то и дело создавали разнообразные фигуры и освещали всё вокруг. Начиная с первого шага, тишину развезли удары барабанов. Вдруг к инструментам присоединилась провожающая нас толпа. Вначале пел один сильный и слегка хрипловатый голос, но это не испортило его приятного баритона. — Дело сделано — ты поверила мне. Белое тело или же судьбу отдала. Молода ночь, а ты моложе. Но уже до дрожи своя. Следом к нему присоединился хор голосов, тоже исключительно мужских. — Я тебе верю — ты моя вера. Верь и люби меня! Я тебе верю — ты моя вера. Просто люби меня! Я тебе верю, я тебе верен. Просто люби меня! В этот момент мы с Нэй подошли к воде. Река являясь одним рукавом Хьюнга и несла своё течение достаточно быстро, чтобы пока что не покрыться льдом. Я снял венок с неё, а она с меня. И мы принялись скреплять их лентами. — У любви моей дней не считано, лет…, — вновь запел солист, ему вторили мелодичным мычанием. Нежданно эти строки проникли мне в самое сердце, и от этого я лишь сильнее сжал наши сплетённые пальцы. Любимая с нежностью посмотрела на меня. —Нет у нее ни ран, ни седины, смерти нет. Ты меня жди, возьми на веру. Я с тобою, где б ни был я! Мы опустились на колени и отпустили наши сплетённые вместе венки, наблюдая как те уплывали под последние слова повторившегося в последний раз припева. Только потом я узнал, что этой песней народ провожает новоявленных супругов. После этого мы снова отправились в деревню. Нас квартировали в отдельный дом с другими молодожёнами, зачаровав его звуконепроницаемым заклинанием. Не знаю хорошо ли сработало это самое заклятие, поскольку сам не мог отвлечься от своей валькирии ни на секунду. В конце концов, сидя на разворошённой кровати, я смотрел как красиво контрастировала белая, разорванная в нескольких местах острыми когтями, простыня со смуглой кожей. Глубоко дыша, Нэйтари приходила в себя и, судя по трепету ресниц, вот-вот должна была распахнуть глаза. — Как ты? — спросил я и, наклонившись, поцеловал её в макушку. — Лучше и быть не может, — улыбнулась она, сладко потягиваясь. Затем посмотрела на стол, стоявший за моей спиной и сказала: — Ты должен смешать краску со своей кровью и завершить метку. Нега пропала и её место заняла сосредоточенность. Кивнув в ответ и не одеваясь, я отправился подготавливать всё необходимое. — Готова? — спустя какое-то время спросил я. Мне не хотелось причинять милой боль, но понимал, насколько для неё самой это важно. — Да, — выдохнула она, закутанная по грудь в одеяло, и я принялся за дело. Алая кровь капала на белую ткань, а спальню теперь нарушали не стоны наслаждения, а судорожные вздохи и шипение. Закончив вырезать орнамент, я зачерпнул рукой приготовленной заранее смеси и втёр в женское плечо. Моя левая ладонь вновь была перемотана, но мне уже давно не было никакой разницы сколько новых шрамов появляется на моём теле. — А теперь ты, — крепко завязав повязку, я передал ей другую чашку, куда отсыпал половину цветного порошка. Родная удивлённо распахнула глаза, принимая пиалу. — Но тебе не обязательно это делать. Ты не относишься к этой стае и… — Зато я отношусь к тебе. Я не прошу ставить на мне знак клана, нарисуй лишь ту часть, которая обозначает наш с тобой союз. Моя обожаемая супруга снова засмущалась, а её глаза восторженно полыхнули, после чего она пристыженно опустила веки и сама начала готовиться. Смыв со своей руки оставшуюся кровь, она принялась дезинфицировать инструменты и мешать краску. И вот вскоре мы поменялись местами — сжав зубы, я сидел, замерший словно каменное изваяние, а Нэй творила над моей отметиной. — Готово, — произнесла она, затянув узел потуже, и заглянула в моё лицо. Глядя друг на друга, мы разговаривали без слов. Забыв о грязной руке я потянулся к родной женщине, но вовремя остановился. Тогда валькирия сама прильнула к моей ладони, пачкаясь в моей крови. А ведь всего пару лет назад я не мог о таком и мечтать. Соприкоснувшись лбами, мы так и сидели какое-то время на окровавленной постели.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

Вот пришло время собираться в дорогу. Эскель согласился погостить здесь ещё немного и съездить на могилу к моим родителям. План был таков: мы с мужем и Бьярном отправляемся своим ходом, в это время магианна телепортирует брата с Мартой домой в Шанх, а любимую Прапра в Валькхану. С возрастом ей всё тяжелее стали даваться длительные перелёты, а после растраченных нервов в моих поисках она совсем ослабла. Как бы мне не хотелось об этом думать, но в скором времени ей следовало назвать преемника. Вартан со своей теперь уже женой собирались слетать в Ньярд у Лазурного залива дабы объявить её клану о бракосочетании. Анью собиралась уйти с ними. Как она мне сказала предупредить родню о своём отъезде. И хоть Бьярн ещё не предлагал уйти с ним, но ещё чуть-чуть… Дальнейших разъяснений не требовалось, я и так прекрасно читала её эмоции как свои. Провожая подругу и родственников, я украдкой поглядывала на друга. Медведь был хмур, напряжён и молчалив, я бы даже отметила, бледнее обычного. От него веяло печалью и тревогой. Не отрывая от валькирии взгляда, сдержанно пожал ей руку. А мы с Анью устроили целое представление — я пригласила её на зимние праздники к нам в Шанх, а она якобы обещала подумать. Хотя я прекрасно знала, что обязательно прилетит, как милая. Это расставание должно было стать испытанием их чувствам, дать им время подумать и понять, готовы ли они ждать друг друга и принять такими какие они есть. Потому что, если мы уйдём за грань и между ними что-то случится, то неизвестно, когда синекрылая сможет вернуться назад. А отбыть обратно мы планировали весной, как сказал любимый, до Ламмаса время есть. Проводы оборотней едва не вылились нам в новую эпопею. Я пожелала Альрику с Даяной счастливой семейной жизни, а ещё посоветовала быть терпеливыми и без стеснения обсуждать между собой все возникающие проблемы в отношениях сразу, дабы те не накапливались и не перерастали в раздражение или что-нибудь похуже. Забавно, было говорить подобное, когда сама вышла замуж всего полгода назад, но я искренне хотела, чтобы они были счастливы. Разобравшись с молодыми, я тепло распрощалась с Дарианом и крестниками, после чего начала давать наставления Верме: о её буйном нраве, поведении, нервном напряжении и беременности, да много о чём. Тигрица отчесала меня в ответ и, обняв, так что у меня едва не хрустнули рёбра, пообещала назвать свою дочку в честь меня — Нэя. Таким образом, распрощавшись со стаей, мы и отправились на север на двух лошадях. Идя вдоль речного рукава, мы выбрались к самому Хьюнгу и дальше оставалось дней восемь до моей родной деревни. Невольно я начала представлять, как отреагируют мои бывшие друзья и соседи — однозначно будет поражены, но вот в плохую или хорошую сторону, точно сказать не могла. Мы остановились у заводи в небольшой низине, густо укрытой ивами. И хоть те давненько сбросили свой покров, ветра сюда залетало чуточку меньше. — Я слетаю, осмотрю местность, — объявила я мужу уже изменяющимся голосом. Лёгкая дрожь пробежала по всему телу и я с блаженно распахнула крылья. Если друг обратил внимание на валькирию, то пусть будет готов к лицезрению её второй сущности. Резкий сильный взмах и я снова взмыла в воздух, наслаждаясь свободой. Бестия была полностью со мной солидарна и я всё чаще стала замечать наше единство. Полетав так с полчасика, я забралась на самую высокую точку и любовно стала рассматривать родные края. Луна сегодня была полной и своим цветом напоминала масленый блин. Несмотря на это, вокруг было тихо — никакой другой живой души или нечисти мы с чертовкой не обнаружили. Вот если только… Пытливым взором, словно орлица, я вперилась в тот участок леса откуда поднимался едва заметный человеческому глазу дымок. — Это ещё что такое? — недовольно хмыкнула бесовка. Никакой опасности от лагеря не исходило, но то томительное сладостно-щемящее чувство было ещё хуже — конечно, для тех кто в этот момент его испытывал. — … думаю, не стоит, — послышался голос моего супруга, видимо, дававший кому-то ответ. В этот момент я спикировала ровно между моими спутниками и водяными нимфами. Прибыла как раз вовремя, когда двое сидящих на дальнем конце поляны ведьмаков, наблюдая за вылезающими из воды русалками, незаметно подтягивали к себе ножны. Бесстыдно обнажённых девиц было штук восемь, все с синеватыми, как у утопцев, оттенками кожи. Единственными хоть как-то прикрывающими их наготу атрибутами были ожерелья из ракушек и собственные зелёные волосы, так сильно походившие на водоросли. «И чего этим селёдкам зимой не спится?» послышалось в голове тихое ворчание валькирии. Сложив руки на груди, она вслух произнесла: — Вечер добрый, девочки. Полуночные пляски сегодня отменяются, так что плывите обратно домой. Или на крайний случай ищите другой берег, этот уже занят. — Да нам и здесь неплохо, — мурлыкнула на всеобщем одна людо-рыба, а её подружка добавила: — Всем места хватит… — А ты кто вообще кто такая, чтобы на нашей реке свои правила устанавливать? — спросила самая бойкая, подойдя ближе всех, так что волны полизывали её щиколотки. Вальрия слегка взмахнула крыльями, угрожающе распушая перья. — Это мои ведьмаки и я предупреждаю, что ловить вам здесь нечего! В девичьих рядах послышался недовольный рокот. — Целых два? И оба её? — Жадина! — Пусть делится. — А мы потом так и быть их отдадим. — А не много ли ты на себя берёшь, рогатая? — фыркнула громче всех всё та же бесстрашная, уперев руки в бока. Стало заметно как за её спиной заволновалась вода. «Так ты у нас особенная значит. Колдовать своим болотом умеешь. Умница» зверски усмехнулась во мне чертовка и зашагала вперёд к оппонентке, сверкая во тьме глазами. Видимо, это было действительно впечатляющее зрелище, поскольку русалка, не сдержавшись, сделала шаг назад. — Уж не больше тебя, перепончатая. Уже давно икру в себе носишь, а всё туда же — за мужиками охотишься. Если хочешь испытать моё терпение и помериться силами, то не советую — иначе я сделаю что-то о чём потом, возможно, буду жалеть, но тебе к тому времени будет всё равно. Вся водная гладь забурлила, а воздух наполнился горячим паром. Завизжав, русалки кинулись врассыпную, стремясь уплыть подальше от заводи. Последней оказалась моя собеседница, злобно зыркнув на меня, она отправилась вслед за своими сёстрами. И я наконец обернулась к молчаливо ожидавшим ведьмакам. Переглядываясь, мужчины благоразумно не влезали в спор, ибо знали, что достанется и им. А бестия во мне очень не любила, когда её перебивают, и даже, если бы Волк применил всю свою тактичность, ласку и обаяние, она ему об этом припомнила. — Всё хорошо? — встав с лежанки, подошёл к нам муж. — У меня или у вас? — с сарказмом протянула валькирия. — Надеюсь, не сильно помешала? Я хоть уху не люблю, но сейчас была готова сделать исключение. — Ну что ты? Ужин готов и без всякой рыбы. Мы только тебя и ждали, — приобняв за талию, повёл нас к костру благоверный, а затем едва слышно добавил. — Спасибо, что помогла. Убивать их не хотелось, а сами они не уходили. Валькирия довольно хмыкнула и, успокоившись, передала тело под мой контроль. Я уселась под боком у любимого и, приняв из его рук тёплую миску, взглянула на друга, сидящего по ту сторону костра. — Приятного аппетита, Бьярн. — И вам, — делая вид, что ничегошеньки не произошло, пожелал Медведь нам в ответ. Я лишь коротко усмехнулась, ощущая исходящие от него чувства удивления и интереса. И правда, он ведь впервые видит мою вторую эпостась. К тому же это были его первые сильные эмоции, кроме тоски, с тех пор как мы расстались с Анью. Что ж, пока у этих двух всё шло как надо.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

Ещё издалека окинув взглядом, родной дом я узрела насколько он увеличился за те три года, которых меня не было. Теперешний Шанх разросся в четыре или пять раз, а ведь каких-то двадцать лет назад насчитывал около двух сотен жителей, уже совсем скоро можно будет назвать его маленьким городом. Сказать, что мы въезжали в мою родную деревню с шумом, это значило бы соврать. Однако эффект не заставил себя долго ждать. Поначалу меня никто не узнал, а потому и не особо приметил — по крайней мере не глазели как раньше при въезде чужаков. Но с каждой пройденной улочкой всё больше людей стали на нас оборачиваться. Количество охающих и выпучивающих глаза соседей росло с немыслимой скоростью. Казалось толкни хоть одного остолбеневшего и вскоре здесь будут целые штабеля. — На тебя здесь все пялятся. Может начать ревновать? — пытаясь разрядить обстановку, нашёптывал мне в самое ушко любимый. Я тихонько хихикала и заёрзала в седле, прижимаясь к нему сильнее и принимая более царственный вид. — Не копошись, а то до твоего брата не доедем, придётся ближайшую комнату искать. — Пошляк, — с улыбкой протянула я, едва ли не касаясь его губ. — Ещё бы. А знаешь какое новое желание у меня появилось по дороге сюда? — И какое же? — Хочу съездить с тобой на горячие источники. — Ты об этом думал, когда я тех водиниц кипятком шпарила? — подключилась к нашему диалогу валькирия. — Вполне может быть… — А господин знает толк в извращениях. — Ещё бы. Такими глупостями супруг и отвлекал меня от этих пристальных взоров весь путь до самого братского дома, за что я была очень ему благодарна. Подъехав к самой калитке, мы были встречены лаем верного волкодава Асварда. — Тише, Рэй, тише. Неужели не признал, — присела я напротив пса, впрочем так, что с надетой на крепкую шею цепью ему было не дотянуться до меня. Принюхавшись, собака перестала лаять, а вскоре и вовсе завиляла хвостом. — Ну вот, так-то лучше, — осмелилась потрепать зверя за ушами я. Покосившись на моих сопровождающих, пёс глухо зарычал. — Это свои, свои, — твердила я, поглаживая Рэя вдоль спины. В этот момент из-за угла дома вышел парень лет шестнадцати с охапкой дров. Узрев нас, он выронил свою ношу едва ли не на ноги самому себе и раскрыв объятия, поспешил ко мне. — Тётушка Нэй, — радостно воскликнул он и, крепко ухватив меня, закружил как пушинку. — Я так рад тебя видеть! — Я тоже рада тебя видеть, Кристер, — обняла я в ответ младшего племянника. — Какой же ты стал сильный и большой, выше меня уже. Весь в папаню. Тебе ведь уже шестнадцать будет? — Так точно, — сиял парень. — Ну и переполох ты устроила, отец за полгода поседеть успел. Что же с ним будет, когда я тоже уйду? От этих слов я чуть смутилась, а затем глянула к себе за спину. — Крис, я хочу тебя кое с кем познакомить. Это мой муж Эскель, мы встретились с ним во время моего непреднамеренного затянувшегося путешествия. А это Бьярн, наш друг. И предвидя твой вопрос, скажу — нет, они не оборотни. Они ведьмаки, охотники из школы Волка и Медведя, — я указала на серебряные медальоны и взглянула на супруга. — Эскель, это Кристер, мой третий племянник. — И самый любимый. — И самый языкастый, — фыркнула я на высказывание этого оболтуса, а затем попросила: — Говори, пожалуйста, на всеобщем, если можешь, а то Бьярн не знает нордарского. — Рад познакомиться, — с лёгкой усмешкой произнёс любимый, протягивая руку. — Взаимно, — ответил на рукопожатие юноша. — Мы снова вас заждаться успели, так что в дом проходите. Матушка будет скоро обед подавать. Вот примерно в такой тёплой атмосфере мы и были приняты. За трапезой я спросила о других мальчиках. Оказалось, что Хейгон как всегда у себя на работе в кузне, а его жена ухаживает за приболевшей дочкой. Дайнэк недавно присылал письмо из столицы, что у него всё хорошо — сессия закрыта на отлично и что сейчас он корпит над дипломной работой. «Синтезированные химические элементы, их природа и применение». Я конечно не была специалистом в алхимии, но не могла не испытывать гордость и радость за племянника. К его собственному посланию была прикреплена похвальная грамота декана, в котором он хвалил моего брата и Марту за воспитание такого великолепного сына. А Кристер всё также тренируется с мечом и луком, по-прежнему желая пойти по моим стопам. Конечно, брат не был этому рад, но прекрасно знал, что горячая драконья кровь в наших жилах не даст спокойно мириться с запретами и всё что оставалось это помогать. В ином случае это грозило обернуться кардинальным ухудшением отношений, если не отречением и побегом из отчего дома. Закончив с трапезой, я предупредила родных, что хочу навестить могилу родителей. Никто не возражал и мы с Волком отправились в лес. По дороге я принялась рассказывать о своей семье подробнее и пояснять те моменты, которые обсуждались за столом. — Хейгон старший сын в семье. Он родился ещё когда был жив мой папа, сейчас ему двадцать девять. В девятнадцать он женился в первый раз, но, к огромному несчастью, через два года она умерла при родах, ребёнок прожил ещё три дня, после чего скончался. — Мне очень жаль, — посмотрел на меня с сочувствием мой ведьмак. — Мне тоже. С тех пор мой добрый жизнерадостный мальчик изменился и я перестала видеть блеск в его глазах. Четыре года назад женился снова, на молодой вдове с дочкой, и он снова стал хотя бы изредка улыбаться. Работает он в кузне, он у нас мастер-оружейник. Этот серебряный кинжал он мне сделал, это была одна из его первых работ. Под полами плаща я дотронулась до висящих на поясе ножен, словно желая через подарок дотянуться до родного человека, а затем продолжила своё повествование. — Дайнэк второй сын. Он родился незадолго до смерти матери и бабушки и моего обращения. Асвард не пошёл вместе с нами, потому что Марта тяжело разродилась и ей и детям требовался уход. Сейчас ему двадцать три, пять лет назад он уехал в Ваэлон, нашу столицу, и поступил в университет на факультет алхимии. Теперь вот занимается научным трудом. Я с детства замечала, что он был немного другой, самый спокойный и в тоже время любопытный. Он читал буквально всё, что попадало ему в руки. Я мечтательно улыбнулась вспоминая этого смышлёного тихоню. В сравнении со своими сверстниками Дайн был умён не по годам, но его детский восторг всегда можно было вызвать привезёнными из походов книгами. Интересно как он там? Хорошо ли питается и спит? Надеюсь, не испортил своё зрение до состояния, что придётся носить очки? Спустившись с небес на землю, я принялась рассказывать о последнем своём мальчугане. — Ну и с Кристером вы уже познакомились. Ему только пятнадцать, но он с девятилетнего возраста мечтал спасать людей и защищать их от нечисти и нежити. Такой он видел меня всегда, хотя, признаться честно, даже я себя такой редко ощущала. Он у меня настоящий защитник и борец за справедливость. В десять лет я принялась объяснять ему, что не всё так уж и радужно в моём ремесле, и Крис всё понял. Не знаю, к сожалению или счастью, но чувство героизма и долга в нём слишком велико, так что он до сих пор не отказался от этой идеи. Знаешь, ты ему по-настоящему понравился и заинтересовал. Я буду рада, если ты немного с ним позанимаешься и научишь нескольким приёмам. — Так и сделаю, — кивнул мне дорогой. — Вот мы и пришли. Здравствуйте, мамочка, папочка… Давно не виделись, — мы остановились возле мемориала под кроной пребывающего в спячке дуба. Помню как сама выделывала из цельного камня человеческие фигуры. Скульптор из меня неважный, так что я слепила двух обнимающихся людей, спрятавшие лица друг у друга на шее. Расчистив толщу снега, я села на колени и возложила букет. Вскоре рядом со мной опустился и любимый. — Здравствуйте, меня зовут Эскель, я ведьмак из школы Волка и муж вашей дочери. Мне хотелось бы познакомиться с вами лично и поблагодарить за то, что родили и вырастили такую прекрасную дочь. И я вечно буду признателен, что судьба привела нас друг к другу. Обычно я не разбрасываюсь клятвами, но вам обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы Нэйтари не пожалела о нашем браке, никогда. Будьте спокойны. Из уголка моего глаза скатилась одинокая слеза. Конечно, я привыкла к тому, что мой супруг в моей жизни настоящая поддержка и опора, но это… Не каждый поймёт и уж тем более согласится идти зимой в лес до чьей-то могилы, а затем садиться на колени и разговаривать с пустотой словно с живыми людьми, к тому же о таких серьёзных вещах. — Видите, мам, пап. У меня самый замечательный муж, — улыбнулась я. В этой улыбке сошлись воедино все мои эмоции: и гордость, и радость, и горечь, и печаль. — Мы вам обещаем, что будем вместе до самой смерти и оба будем стараться, чтобы все наши последующие дни были наполнены любовью, радостью и счастьем.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

— Крис, держи локти выше! Следи за наклоном меча и ноги правильно поставь в стойку. Вот так, — подтвердил я, когда мой ученик принял правильную позицию. Затем я первый пошёл в атаку, парень дважды уклонился, а затем поставил правильный блок. Я кивнул в знак того, что он всё сделал правильно и разрешил нападать. Резво подскочив ко мне, мальчишка провёл серию ударов. — Локоть при ударе не выпрямляй, — послышался со стороны дельный комментарий от Бьярна. Кристер мгновенно исправился. Так прошло ещё какое-то время прежде чем я контратаковал, выбивая из равновесия уставшего юношу. — Хорошо, на сегодня закончили. Позаботься о своём оружии. Парень улыбнулся и вытер лоб подолом и без того мокрой рубашки. Денёк сегодня был и правда жаркий. Мы направились под тень дома, откуда за нами и наблюдал друг. — Раз ты здесь, я так понимаю, твоя Анью вместе с моей женой? — Угадал, они сидят в саду, читают трактат этого чокнутого мага-путешественника и решают, что будет лучше — вновь пройти через портал или долететь на драконах. Третий месяц весны подходил к концу и всё ближе приближался срок отбытия, а мы ещё даже не знали как пересечём Великое море. В одном случае нам понадобится помощь знакомой всем чародейки, ибо ни у кого магического кристалла соответствующего размера не водилось, а во втором просить родственников наших валькирий. Как утверждали девушки пара женившихся вместе с нами драконов не должна была нам отказать. Трудно было судить о правильности и доступности этих методов, как по мне вся эта ситуация описывалась как «меж двух огней». — Признаться, мне ни тот, ни другой вариант не нравится, но порталы я не люблю больше. В этот момент Крис взял со стола чистую ткань, чтобы очистить лезвие, и на землю что-то глухо упало. Я отвлёкся на выпавший блокнот, невольно считывая заглавие. «Гурлаг». А на другой странице было нарисовано нечто, похожее на человеческий скелет с большими клыками, острыми когтями и обтянутый кожей. — Что это? — спросил я, усиленно вспоминая, где слышал подобное. — Эти записи стал я вести лет с девяти. Каждую зиму, когда Нэйт возвращалась, просил я её рассказать о всех монстрах, которых видела она или даже сражалась. Так вот и собрал целый дневник, только проблема с гравюрами вышла. Большинство чудищ в глаза никогда я не видел, да и даром художественным наделён не особо, — пожал плечами парень, а я пробежался по строкам. «Является одним из видов вампиров. Питается в основном кровью, лишь изредка съедает внутренние органы. Для охоты у него имеются острые клыки и отравленная слюна, не дающая крови сворачиваться. Поэтому даже, если жертва чудом выживает, то умирает от потери крови, но обычно гурлаг не останавливается пока не выпьет всё. Истинный облик монстра увидеть практически никому не удавалось, так как является он к жертве в обличии дорогого ему человека. Ходят слухи, что твари вредят солнечный свет и цветы вербены — это ложь. Надёжный способ избавиться от него — отрубить голову и испепелить для верности». Я наконец вспомнил, как Нэйтари рассказывала, что это существо убило её отца. Перелистнул страницу и увидел новое знакомое чудовище, именуемое агурой. « Двухголовый ящер, питающийся как живой пищей, так и падалью. Одна голова испускает горючий яд, другая выдыхает пламя. Морды аспидов заканчиваются наростами, походящими на клюв, который они постоянно точат. Обитают в основном на болотах в северной части материка. Спокойно плавают под водой и чаще всего откладывают яйца в вырытых на дне норах. Охотятся в любое время суток, жертв заглатывают целиком, по натуре одиночки. Тело покрыто мелкими чешуйками всех оттенков зелёного и коричневого. Сердце защищено крепкими рёбрами, поэтому убить легче путём отрезания голов». — Да это практически настоящий бестиарий, — заглянул из-за моего плеча Медведь и по-дружески хлопнул парня по плечу. — Наш человек. — А как стали вы ведьмаками? Я предвидел этот вопрос, но не думал, что он продержится в молчании так долго. Протянул любопытную книжицу обратно ученику. — Это весьма болезненный процесс. Вначале, лет в восемь-девять, проходишь Испытания Травами, разрушающие твоё тело и разум, а затем тебе вживляют мутагены и ты начинаешь меняться. Больше половины претендентов умирает уже на этих двух стадиях. Но даже, если кому-то повезло выжить, это понесёт за собой свои особые последствия. Кто-то теряет эмоции, кто-то седеет, кто-то сходит сума. — Если спросить позволишь то, что случилось с тобой? — пытливо глядя на меня, спросил мальчишка. — Я потерял память обо всём, что было со мной до Испытания. А после начинаются усиленные тренировки и специальная диета из мхов и грибов. По окончании ты должен пройти экзамен и заслужить медальон своей школы. Если в течении дня ты не вернёшься в крепость со знаком гильдии, значит, не вернёшься уже никогда, — рубанул я с плеча дабы у юнца не возникало никаких романтических заблуждений насчёт нашей профессии. К моему счастью, в его глазах так и не загорелся безумный огонёк, свойственный людям буйным, бескомпромиссным и охочим до славы. Мне слишком нравится Кристер, чтобы желать ему такой участи — фанатики никогда долго не живут, либо перегорая в своей идее, либо умирая. Видел я такое. Своим мышлением подросток больше походил на Геральта: с одной стороны прирождённый гуманист, а с другой адекватный реалист — идеальное сочетание для хорошего человека. — Благодарю за честный ответ, — уважительно кивнул он, а зачем с грустью добавил. — И за уроки, ведь скоро улетаете вы. Я посмотрел в ту же сторону, куда пристально уставился мой ученик. Далеко в голубом небе показались две точки и у меня не возникло сомнений, кто это мог быть. Знакомые нам драконы. — Пойду предупрежу девочек, — сказал друг, разворачиваясь в сторону сада. Я бросил мимолётный взгляд на Криса, тот флегматично протирал свой клинок. Его лицо будто окаменело. Было видно, что засиделся парень под бдительным присмотром отца. Ходили мы пару раз вместе с ним на охоту и зимнюю кормёжку зверья, и я разглядел, что Асвард хорошо обучил своего сына стрельбе и работе с ножом, но юноше этого было мало. — Кристер, ты ещё хочешь научиться фехтованию? — Да, конечно. — А что ты скажешь, если бы я смог и дальше тебя учить? Но только уже не здесь, а в ведьмачьей крепости. Выучу тому что знаю, а там и сам решишь кем тебе быть. Ученик вытаращил на меня свои удивлённые карие глаза, то ли ещё не осознавая, то ли не веря в сказанное. По правде говоря, я и сам сейчас не верил. Деверь же меня убьёт — сначала сестру из семьи «украл», а теперь и младшего сына. Только несколько месяцев назад «серьёзный разговор» проводили, а теперь такими темпами нового скандала было не миновать. Но сейчас мне казалось, что важнее помочь правильно раскрыть его потенциал, иначе он мог зачахнуть или попасть не в те руки. У каждого в этом мире есть своё предназначение: моё меня устраивало, можно даже сказать, отчасти нравилось. И с высоты своих прожитых лет я видел, что судьба этого парня в чем-то ином, нежели быть ремесленником, торгашом или министерским писакой. — Я мечтать и не смею, но мне бы этого очень хотелось. — Как насчёт трёх лет? В идеале, конечно, лучше пять, но думаю твой отец и так будет не в восторге. — Я согласен, — просветлел юноша, отчего я и сам не сдержался, довольно улыбнувшись. — Тогда пошли договариваться с твоим отцом. Если всё пройдёт как надо пойдёшь собирать вещи. — Взять нужно тётушку с собой. Ей практически никогда не мог отец отказать, — решительно отправившись к дому, предусмотрительно сказал Крис. Я кивнул в ответ. — Добро. Ты уже знаешь одно из правил ведьмаков: «Не используй преимущества при первой возможности, но только тогда, когда это даст наибольший эффект». Внимательно слушавший мои слова Кристер рассмеялся.

•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•⫷⫸•

Темноволосый ведьмак хмуро взирал на простирающуюся под стенами крепости долину. Погода сегодня была солнечной и ясной, а оттого закат особенно красочен, но это не радовало мужчину. С каждым новым днём ему всё больше казалось, что время утекает у него сквозь пальцы словно песок. И совсем скоро эти грёбаные песочные часы отберут у него ещё одного близкого человека, которых и так уже можно было пересчитать по пальцам одной руки. — Что, надоело трындеть с Йен? — не оборачиваясь, с лёгким сарказмом спросил он. — Я только вышла из лаборатории и, как ты сказал, не «трындела» с ней. Она сейчас настраивает мегаскоп, чтобы поговорить с Цириллой, а затем и Трисс, — уселась на каменный зубец рядом с ним золотоволосая чародейка. — Только этой рыжей здесь для полного счастья не хватает, — произнёс он сквозь зубы. Пропустив мимо ушей его бурчание, девушка фыркнула. — А ты долго ещё будешь здесь пялиться, как сыч? Такими темпами и ослепнуть не долго. — Я с юности не любил дни, когда приходила моя смена стоять на смотровой башне. И до чего я дошёл теперь? Наверняка, Весемир сейчас ходит где-то рядом и усмехается. — Ламберт, это уже давно не смешно. Оттого, что ты здесь стоишь Эскель быстрее не появится. Иди займи себя чем-нибудь, эликсиров навари, Василька с Мальвой выгуляй, в конце концов пойди выпей с Геральтом или поиграйте в карты. — Ты не понимаешь, больше полугода прошло. Времени мало, а Эскель никогда не нарушает своих обещаний, — сжал руки в кулаки ведьмак. Его возлюбленная с беспокойством на него посмотрела, но затем ухмыльнулась, пытаясь придать своему выражению как можно больше искренней беззаботности. — Он самый рассудительный и спокойный Волк из вас троих, так что в неприятности с головой залезете именно вы с Геральтом. К тому же он превосходно владеет знаками и вместе с ним отправился Бьярн. Я уверена, они вернутся вместе с Нэйтари в целости и сохранности. — Твоими бы устами, Кейра, — покачал головой Ламберт и всё же позволил увести себя со стены. Войдя в крепость пара снова разделилась. Чаровница отправилась в Чародейскую башню, а мужчина к сидящему за столом другу. Тот как раз читал какую-то книгу и просматривал отдельные листы. — Всё-таки Лютик тебя чем-то заразил и ты тоже в писательство подался. Сразу скажу, что лучше того стиха про меня у тебя ничего больше не выходило. Беловолосый усмехнулся. — Нет, Ламберт. Не хочу тебя расстраивать, но это не мои мемуары, а хозяйственная книга. Варнава-Базиль передал для отчёта. — Хозяин-барин, — протянул младший из оставшихся Волков. — Смотрю, ты совсем вжился в роль землевладельца, раз даже сейчас делами поместья занимаешься. — Не тебе об этом мне говорить. Сам ты тоже весьма изменился рядом с Кейрой, поадекватнее стал и дом свой заимел, только бегаешь в последнее время по этой стене, как собака цепная. — Зато ты, я смотрю, больно спокойный, — исподлобья он злобно зыркнул на брата. — Эскель, постоянно нас с тобой прикрывал, а когда ему в кой-то веки нужна помощь, мы сидим и в ус не дуем. — Что ты хочешь, чтобы я сейчас сделал? Йеннифэр уже разговаривает с Цириллой о возможности безопасного перехода на ту сторону. Если его не будет, то придётся либо искать Борха, либо мы с помощью оставленного кристалла откроем портал вранов. Слова-то хоть помнишь, которые он говорил? — Помнить то помню, да их хер выговоришь. У меня уши в трубочку сворачивались, ещё когда они здесь с Нэйтари на своём языке переговаривались. Лучше б они эльфийский выучили, его хотя бы Кейра знает. — Так как говоришь, эту Нэйтари сюда занесло? — Да за некромантом каким-то охотилась. Тот к нам попасть хотел, вот и открыл портал — то ли от погони, то ли просто. Так в ходе боя её к нам и затянуло. Причём на сколько я понял, телепорт открылся как-то неправильно и она едва не свернула себе шею… Примерно за таким разговором мужчины и открыли первую бутылку. Белому Волку действительно было интересно как сложилась судьба его друга, с которым он был неразлучен с первой встречи в Каэр Морхене, с которым они прошли и Испытание Травами, и мутации, и битву с Дикой охотой, да много чего. И по большей части ему было жаль, что он пропустил столь важные в жизни брата моменты. А новость о женитьбе кажется поразила даже больше, чем сам уход побратима на другой континент. Судя по рассказам Ламберта, его жена была интересной особой. — Интересно будет на неё посмотреть, — подпёр щеку Геральт с интересом слушая россказни собеседника. — Так говоришь она полиморф? Ведьмак не успел вставить и слово, как у обоих вдруг задрожали на груди медальоны, затем снаружи раздался громогласный рёв. Хмель слетел с мужчин в мгновение ока и те бросились к входным дверям. Они успели застать как в закатных лучах две огромные тени аккуратно опускались буквально перед их лицами. Это были драконы — огромный чёрный и где-то на треть поменьше синий. Охотники на монстров рефлекторно достали из-за спин мечи, хотя и понимали, что шанс победить в бою хотя бы одного дракона слишком мал. А если их было двое, то и вовсе приравнивался к нулю, особенно, если эти громадины действительно чего-то захотят. Сложив свои крылья, перевёртыши в итоге открыли вид на своих всадников. — Мать моя женщина, — присвистнул Ламберт, заметив, как ловко спускается с чёрного ящера, хозяин знакомой красной куртки, и убрал оружие в ножны. — Геральт, а ты хоть раз летал на драконе? Воспетый в балладах герой лишь отрицательно покачал головой и направился вслед за младшим братом. К тому времени пока они подошли все наездники успели встать на твёрдую землю, а сами рептилии покрылись сиянием. Когда же они приняли человеческий облик, на поляне стало семь человек — гораздо больше, чем ожидали Волки. — Наконец вернулся, я уже начал думать, что мне век ваши вещи караулить придётся. Смотрю ты всё-таки спас свою принцессу, — усмехнулся самый язвительный на свете ведьмак, приветственно преобнимая долгожданного друга, а затем гораздо тише добавил. — И не только. Эскель фыркнул. — Так вышло. — А вот и наша пропажа. Добро пожаловать домой, Ваше Высочество, — мужчина изобразил шуточный поклон, отчего все девушки заулыбались. — Здравствуй, Ламберт, можешь встать, — в тон ему ответила валькирия. — Благодарю, госпожа. А мы уже хотели свою имперскую армию под предводительством Цири на ваши поиски поднимать. — Не стоило, это были просто семейные дела. — Ну да, ну да, — с иронией закачал головой Волк. — Решили местами поменяться, к тому же с роднёй познакомить этого обормота давно надо было, а то слишком хорошо ему живётся. Но ты не волнуйся, думаю, он так и хотел. — Ламберт! — предупреждающе произнесли одновременно супруги. — Ну вот видишь, Геральт? Как говорится, муж и жена — ипостась одного демона. Тут из-за спины темноволосого вышел второй ведьмак, чьи волосы походили на снег. Увидев его, дева остолбенела. К счастью, в сумерках из всей этой толпы только двое заметили сковавший её страх и лёгкую бледность. Она лишь могла надеяться, что чуткий слух ведьмаков не уловит сейчас её сбившееся сердцебиение. Внутренне Нэйтари взывала к своей второй сущности, чтобы та дала ей смелости и сил, и в это же время молила её не причинять никому зла. От столь сильного внутреннего напряжения у неё даже закружилась голова. Вторая валькирия чувствовала эмоции подруги, как свои, поэтому стремительно направилась к ней. Хотя Анью понимала, что для гостьи такое поведение совсем неприлично, но лучше пусть её будут считать невежей, чем позволит Нэй так страдать. — Здравствуй. Приятно наконец познакомиться с женой моего дорогого брата. Меня зовут Геральт, думаю, ребята упоминали обо мне, — по-доброму улыбнулся Белый Волк и протянул раскрытую ладонь. Взволнованный состоянием любимой Эскель хотел уже было перебить его рукопожатие и сменить тему, но не успел. Пришедшая в себя валькирия мягко с долей нерешительности подала свою ручку в ответ. — Взаимно, а меня Нэйтари, — попыталась повторить тоже искренне радушное выражение Нэй. Многим её реакция показалась несколько сухой, но всё потому что они и представить не могли каких усилий ей стоило даже это. Из панической атаки её смогли вытащить только присутствие мужа и чернокрылой бестии в ней, а также фразы «Меня зовут Геральт». «Геральт… Это не Он… Это Геральт…» повторяла она себе как мантру. В этот момент к компании присоединились и чародейки. — Нэй. Я так рада видеть, что с тобой всё хорошо, — мягко приобняла девушку Кейра. Немного растерявшаяся валькирия ответила на приветствие. — Спасибо, Кейра. Я тоже рада тебя видеть и прости, что заставила волноваться. Всё это время черноволосая красавица, стоявшая возле своего мужа, осматривала прибывших своим царственным и немного холодным взглядом, особенно женщин. Но её фиолетовые глаза заинтересовано блеснули, когда та перевела взор на особу, поневоле ставшей причиной всего того, что творилось сейчас. — Добрый вечер, Геральт, Йен. Давайте отложим знакомство до завтра. Мы летели несколько дней подряд практически без отдыха, так что господам драконам он особенно нужен, — прервал дальнейшие планы Эскель. Больше всего он хотел сейчас отвести жену в комнату от всей этой суеты и стресса, который она испытала при виде его старого друга. К тому же Волк действительно понимал, как устали его спутники. Ему самому хотелось сейчас лишь разжечь камин — обдувавшие на высоте ветры заставили замерзнуть даже его — и улечься спать. Кое-как скоро накормив и уложив народ, он с наслаждением закрыл дверь их спальни, оставаясь с супругой наедине. Она сидела на их постели такая потерянная и смотрела в одну точку. — Что случилось? — сел перед ней на колени самый родной мужчина. — Тебе не хорошо? Ты такая бледная. Нэйтари перехвалила его руки и прижала к себе, словно обжёгшийся ребёнок льнул к матери, чтобы та его пожалела. Ведьмак терпеливо ждал, когда любимая наберётся сил, чтобы сказать ему правду. А в том что эта правда будет неутешительна, он даже не сомневался. — Твоему другу ведь столько же лет как и тебе? — спросила она. — Да, мы с ним одногодки. — Всё это роковая случайность, — вздохнула и прикрыла свои глаза ладонью, но даже это не помогало ей избавиться от стоявшего в мыслях образа. — Твой брат так похож… на него. Что я… я испугалась. Эскель застыл, поражённый словами жены. В его голове проносилось множество тревожных мыслей и от осознания, что только что пережила его любимая женщина, у него самого стыла кровь. — У Эрлава тоже были светлые волосы и глаза… Светло-карие, практически жёлтые. Только шрам пересекал лоб наискось и дальше по щеке. Я тогда подумала, что он пришёл за мной из преисподней, — тяжело вздохнула девушка. — Клянусь своей жизнью, Геральт ни за что тебя не тронет или обидит. Он хороший человек, — уперев руки в кровать по бокам от ног Нэйтари, заверил её муж. — Я верю тебе, милый, верю, — печально улыбнулась она и принялась гладить своего Волка по длинным волосам, успокаивая и его и себя, слегка притянула к себе. Мужчина лёг на девичьи колени головой и обнял за талию. — Весемир говорил, что порой не мог нас в детстве с Геральтом отличить, словно мы были настоящими близнецами. Давно это было. Хорошо, что будучи взрослыми мы стали совсем не похожи. Валькирия ничего не ответила и, приподняв подбородок своего Волка, так чтобы можно было заглянуть в глаза, поспешила сменить тему. — Давай укладываться. Завтра тяжёлый день: нужно всех перезнакомить, навестить Мальву и Василька, а ещё что-то нужно делать с комнатами, потому что куда мы сегодня уложили гостей совсем не годится. Это хорошо сейчас лето, а как Кристеру зимой жить без камина и с дырой в потолке? Не для того я так долго упрашивала Асварда, чтобы через три года вернуть брату больного племянника. А ещё крысы… Заметив смену настроения у возлюбленной, ведьмак слегка улыбнулся. «Вот она — хозяйка нашего дома» с нежностью подумал он. — Мы обязательно решим этот вопрос, обещаю.