Слишком сильный, чтобы любить

      — Кхм... Бэк, — к омеге, сидящему на скамейке, подошел альфа, который обычно с ним тренировался. Правда сейчас безэмоционального Бена все как-то даже побаивались. Потому что с какого-то из дней Бэкхен вдруг невероятно изменился: его запах внезапно исчез, и все незнакомцы видели в нем только бету, а драться он стал как альфа недюжинной силы. И с ринга противники чаще всего отправлялись в медпункт. — Ты можешь выйти на спарринг? У нас Чонсок заболел и не хватает человека.       — Без проблем, — Бэкхен поднялся, разминая шею, и прошел на площадку.       — Только аккуратнее. Там новичок. Довольно сильный, но тебя все равно может не одолеть, — усмехнулся альфа.       — Если он новичок, то он в принципе не сможет меня одолеть, — фыркнул Бен. Надо бы в следующий раз навешать и этому.       — Ну, он ходит каждый день. И даже тренера уже разок завалил, — добавил альфа, когда они вышли к рингу.       — Что ж за умелец такой? — Бэкхен усмехнулся, но его улыбка тут же скисла, когда он поднял глаза. — Ох, ну твою ж мать... Это розыгрыш, да? Пошутить решили? — взгляд омеги опасно сверкнул.       — В смысле? — альфы тут же замотали головами. — Он у нас тут вообще демон.       На ринге стоял Чанель.       Но внезапно Бэкхен усмехнулся.       — Значит, вы ни при делах?... — пробормотал он, поднимаясь к Паку. — Ну что ж, новичок, — он выделил это слово интонацией, — хочу предупредить тебя, что сострадание у меня, к твоему сожалению, отсутствует, так что будет очень больно. Поэтому, если боишься — уйди сейчас.       — Хватит болтать уже, — закатил глаза Чанель. — И так ждал, бог знает, сколько.       Толпа вокруг довольно заухала. Кинул предъяву Бэку — совсем борзый. Но у Пака на самом деле едва не дрогнул голос. Все же, перед ним стоял его истинный. Которого он так глупо потерял и о котором грезил с вечера того дня, когда покинул его квартиру. Все же, он повел себя неправильно. Да, может, Чанель и слабее своего омеги физически. Но разве этим измеряется нежность и чуткость?       Бэкхен ударил первым — с размаху и не жалея сил.       — Я не болтаю, — еще один удар, — я предупреждаю.       Но Чанель действительно оказался хорош: один удар принял, а второй отбил так, что Бэк пошатнулся. Омега остановился и с ненавистью посмотрел на бывшего альфу. А потом ударил еще. И еще. Не жалея сил, почти не останавливаясь и... едва сдерживая слезы обиды. Все рассказы об истинных оказались розовыми соплями. А Чанель, хоть и уходил от ударов, но не бил в ответ. Пак словно в странном танце ускальзывал от выпадов и то обходил омегу, то уходил в сторону. Но всегда нежно касался его, словно стараясь охладить пыл. И показать, как скучал. Правда Бэкхена это лишь злило. Злили прикосновения, беглые улыбки и то, что внутри себя он продолжал что-то испытывать к альфе. Что-то, что не давало уложить его запрещенным приемом прямо здесь и сейчас.       И тогда на поражение решил действовать Чанель. В какой-то момент он перехватил руку Бэка и, резко развернув его, прижал к себе спиной.       — Мой малыш попался, — ласково шепнул альфа.       — Отпусти меня! — заверещал Бэкхен. Он начал вырываться и бить Пака по рукам и ногам.       — Нет, — тот довольно улыбнулся и чмокнул Бэка в макушку. Ведь сейчас Бэкхен и правда был похож на омежку.       — Не прикасайся ко мне! — замотал головой Бен, продолжая колотить Пака по рукам. — Я ненавижу тебя! Ненавижу! — к глазам подступили слезы, но омега всё равно пытался вырваться.       — А я люблю тебя, — негромко ответил Пак, принимая удары и прекрасно понимая, что заслужил каждый. — Если бы ты только знал, насколько…       Бэк внезапно остановился, и его ресницы дрогнули. Любит, значит?... Омегу, который альфа. Который слишком сильный и слишком самостоятельный... Как же... Слезы с новой силой полились из глаз, и Бэкхен опять начал бить Чанеля по рукам.       — А я тебя нет! Уйди! Оставь меня! Я не хочу любить, — с каждым словом удары становились всё слабее, а Бэк в истерике оседал в руках Пака. — Не хочу...       Альфа развернул омегу к себе и крепко обнял, начиная нежно гладить по спине и по волосам. Бэку просто надо дать выплакаться. По крайней мере, Чанель так думал. Ему хотелось надеяться, что у Бэкхена тоже остались к нему чувства.       — Ненавижу тебя! — омега разревелся еще сильнее, уткнувшись в грудь Пака и схватившись за его тренировочную футболку. Одной рукой он периодически ударял Чанеля по груди, но с каждым разом всё слабее. — Ну зачем ты снова пришел?...       — Потому что я идиот, — ответил Пак. — Потерял самого лучшего омегу на земле. Он похож на миленького щеночка и так чудесно пахнет персиками. И у него даже кожа такая же мягкая и нежная, как персик. А ещё его руки обнимают так, что теплее этих объятий могут быть только объятия ребенка. У которого личико и характер этого омеги.       — Я похож на альфу. И веду себя так же, — всхлипнул Бэкхен, всё ещё уткнувшись в грудь Чанеля и крепче сжимая в пальцах его футболку. — Зачем тебе я?       — Какой же ты альфа? — удивился Пак, мягко перебирая пряди волос Бэка. — Ты же такой тонкий. Ручки, вон, как веточки. И голос мягкий. А запах... — и только сейчас Чанель принюхался и заметил, что Бен не пахнет. — Куда ты его дел?       — Нету, — пробормотал Бэк, почему-то начиная ощущать стыд.       Альфа нахмурился и шлепнул омегу по ягодицам.       — По сладкой попке за такое. Это же плохо для гормонов. Ты совсем не думаешь о наших будущих малышах.       Бэкхен покраснел, не заметив, как перестал плакать.       — Я же не знал, что ты захочешь вернуться.       — Разве тебя возможно забыть? — шепнул Пак.       — Не знаю, — Бэк, наконец, со смущением отстранился и вытер лицо. — Я сильно побил тебя?       Чанель обнял лицо Бена ладонями, а потом смешно сдвинул его щеки к губам.       — Айгу, какая утя, — Пак чмокнул его в губы. — Нет. Совсем нет.       И внезапно весь зал разразился аплодисментами. Бэк обернулся и увидел, что за ними наблюдает абсолютно вся группа...       — Вот черт, — он выпутался из рук Чанеля и закрыл лицо руками. — Как стыдно-то, боже...       Пак рассмеялся и упер руки в бока.       — Этот омега, — он особенно выделил последнее слово, — мой. И чтобы даже слюни свои в его сторону не распускали. Ясно?       — Чанель... — пробормотал Бэк, качая головой. Ну что он делает?...       Но зал лишь одобрительно захлопал.       — Молодец, чувак! Добил-таки! — послышалось откуда-то.       — Может, теперь он перестанет нас избивать? — простонал кто-то с другой стороны.       — Вас буду избивать я, если что, — пообещал Чанель.       — Да боже, ну хватит! — не выдержал Бэкхен. — Если кто-то вынесет это за пределы зала — сломаю ногу.       — Блин. Придётся отменить лимузин и гимнасток с ленточками у входа, — надулся Пак.       Бэкхен развернулся и с размаху ударил альфу по плечу.       — Я тебе дам гимнасток! Сам сейчас с ленточками побежишь!       — А не, похоже, не прокатило, — заметил всё тот же голос из зала.       — Да это шутка, — тут же попытался оправдаться Чанель, со смехом прикрываясь.       Омега надулся и сощурился.       — Вот надо было тебя всё же уложить на лопатки запрещенным приемом...       Внезапно Пак привлек Бэка к себе и обнял его за талию.       — Это я тебя уложу. Дома. В кровать.       По залу пронеслись пошлые ухмылочки.       — Черт возьми, ты можешь делать это не при всех? — пробормотал Бэк, ощущая легкое возбуждение. — Забери меня уже отсюда, пока я не сгорел со стыда...       — Да без проблем, — Чанель взвалил омегу на плечо и на выходе с ринга подхватил и свои вещи, и рюкзак Бэка. — Досвидос, парни.       — Покажи ему кто из вас альфа! — крикнул кто-то следом.       — Я потом сам вам покажу! — Бэк попытался приподняться, показывая кулак, но это выглядело скорее мило, чем страшно. — Придурки...       Чанель улыбнулся и погладил омегу по попе, а тот лишь повис на его плече безвольной куклой, но с улыбкой на губах. Именно сейчас Бэкхен ощущал себя таким хрупким и маленьким...       Пак нес омегу так до самого своего дома. И вес Бэка совсем не давил — Чанель наоборот принимал этот груз ответственности, окончательно решая, что этого омегу будет оберегать до конца дней.       Оказавшись на ногах в квартире альфы, Бэкхен умильно вздохнул и поднял глаза на Пака.       — Можно мне в ванну? Я не успел принять душ.       — Может, реально в ванной посидим? — предложил альфа. — Вместе.       Бэк почему-то слегка смутился, потирая шею.       — Ну... давай... попробуем, — почему эти простые, вроде бы, для влюбленных вещи заставляли сердце трепетать? Может, именно потому, что сейчас была та самая настоящая влюбленность, а не страсть?       — А потом я тебя накормлю вкусной уткой, идёт? — улыбнулся Чанель. — Пойдем. Включим воду, а потом выберешь себе во что одеться.       Бэкхен лишь кивнул, опустив глаза и, наконец, вверяя себя в заботливые нежные руки.       Пак провел омегу за собой в ванну и включил воду.       — Попробуй.       Бэк опустил тонкие пальцы в воду и кивнул.       — Нормальная.       — Тогда пусть льётся, — альфа налил в ванну пены. — Идём одежду подбирать.       — Идем, — опять кивнул Бэкхен. Он сейчас ощущал себя маленьким ребенком, за которым ухаживал настоящий альфа.       — Так, — Чанель провел Бэка в спальню и открыл шкаф. — Выбирай из этих полок, тут все тёплое.       — Но на улице не холодно же! — возразил Бэкхен.       — Так мы и не на улицу, — Пак чмокнул его в макушку.       — Мне будет жарко, — надулся омега.       — Потом переоденешься. После душа надо в тёплое, — ответил Чанель.       — Ну хорошо, — со вздохом согласился Бэк. Он осторожно вытащил с полки какую-то серую толстовку с надписями и такие же штаны.       — Умничка мой, — Чанель взял одежду и для себя и вернулся в ванную. — Раздевайся.       Бэк вдруг отчего-то засмущался.       — Отвернись, — со смехом попросил он.       Пак рассмеялся, но выполнил просьбу.       — Да чего я там не видел...       — Моей души, — тихо и, похоже, на абсолютно искренне ответил омега. Сбросив всю одежду, он сел в теплую воду, где плавала мягкая пена.       Чанель разделся до белья и слабо улыбнулся, все ещё стоя на полу.       — Пустишь?       Бэк поднял голову и, мягко улыбнувшись, кивнул.       Пак освободил себя от белья и осторожно забрался в ванную, усаживаясь напротив Бэка.       — Как ощущения?       — Тепло, — немного помолчав, ответил Бэкхен. А после развернулся и сел между ног альфы, прижавшись спиной к его груди.       Пак обнял его за торс и уложил голову на плечо. Говорить не хотелось. Только слушать плеск воды и биение возлюбленного сердца.       — Почему ты решил вернуть меня? — негромко спросил Бэк.       — Я хотел вернуться в тот же день, — так же тихо ответил Чанель. — Правда, решил, что пока не слишком хорош для тебя. Вот и исправлялся.       — Извини, я тогда наговорил тебе много лишнего, — Бэкхен провел пальцами по пене. — Не знаю, что на меня нашло, но я не мог остановиться. Дрянной характер рвался наружу.       — Я сам наболтал столько, что язык себе готов вырвать, — покачал головой альфа.       — Не надо, — Бэк обеспокоенно обернулся и помолчал. — Парни сказали, что я изменился...       — Стал замкнутым? — Пак посмотрел на омегу.       — Ну как сказать... — Бен усмехнулся. — Скорее молчаливый. И больше не альфа.       — Нежный омега, — улыбнулся Чанель.       — Думаешь, это во мне проснется? — вздохнул Бэкхен, снова посмотрев на воду.       — Оно уже проснулось, — улыбнулся альфа, обнимая омегу за плечи. — Ты сегодня был само обаяние.       — Обаятельно тебя избивал? — хихикнул Бэк.       — Очень, — рассмеялся Пак, щёлкнув его по носу.       — Как думаешь, я не сильно навредил себе? — задумчиво спросил омега. — У нас... может получиться?       — Думаю, не сильно, — пожал плечами альфа. — Просто перестань пить то, что пил. И давай сходим к врачу.       Бэк испуганно завертел головой.       — А можно без врачей? Или надо?       Чанель погладил его по плечу.       — Боишься?       — Чуть-чуть, — смутился Бэкхен. — Сразу ведь начнут: «Зачем пили? Знали же, на что шли...»       — Эй. Это не так страшно, как противозачаточные или аборт, — успокоил его альфа, поцеловав в висок. — И вообще. Я смогу защитить тебя.       — Зайдешь со мной? — хихикнул Бэк. Хотя сейчас слова Чанеля затронули самое сердце. Неужели он так хочет детей? Неужели он правда любит?       — Зайду, — улыбнулся Пак. — И потом буду. В ответственные моменты.       Бэк не сдержал улыбки и откинулся на плечо альфы, прикрыв глаза.       — С тобой спокойно и хорошо рядом... Теперь я чувствую, что ты — мое.       Чанель обнял омегу крепче и коснулся поцелуем виска.       — Знаешь, сейчас и я по-настоящему счастлив.       — Что это было? — спросил Бэкхен, не открывая глаз.       — Где? — не понял альфа.       — Между нами. До этого. Почему так получилось?       Пак глубоко вздохнул.       — Моя глупость, малыш. И ничего больше.       — А мне кажется — наша, — омега тоже вздохнул и улыбнулся, приластившись к Чанелю. — Давай забудем эту пробную попытку? Хочу быть твоим.       — Давай, — мурлыкнул альфа, целуя его в губы. — Мой малыш...       — Научишь меня быть слабым? — прошептал Бэк в поцелуй.       — Научу, — выдохнул Пак. — Тем более что у тебя отлично получается.       

***

      Весь вечер парочки прошел в такой же мягкой, обволакивающей нежности. Бэкхен отпустил себя, позволяя расслабиться, а настоящей сущности омеги взять верх. Он позволил начать ухаживать за собой, не споря и почти не возражая. И сердце вдруг окутал невероятный покой. А Чанель сейчас действительно чувствовал себя альфой. Потому что заботился о ком-то нежном и слабом. Держа омегу в своих руках, он был спокоен и счастлив.       

***

      Следующим утром Бэкхен проснулся поздно. И не сам. А от нежных поцелуев в шею.       — Чанель, — мурлыкнул он, — ты рискуешь.       — Ну и что? — альфа навис над ним и улыбнулся. — Доброе утро, малыш.       — Доброе, — Бэкхен потянулся и обвил руками шею Пака, нежно его целуя.       Тот с улыбкой ответил на ласку, оглаживая ладонями стройное тело. Омега тихо застонал и свел ноги, ощутив легкое возбуждение.       — Чанель, — выдохнул он, — я, может, и стал нежнее, но мое вечное желание никуда не исчезло.       — Я помню, — альфа поцеловал возлюбленного в шею. — Вот сейчас мы им и займёмся.       Бэкхен задушенно простонал, выгнувшись в спине.       — Твои поцелуи сжигают меня.       — Тогда давай сгорим вместе? — Чанель задрал футболку омеги и поцеловал плоский животик.       Тот застонал, чувствуя, как его тело окутывает желание. Бэк прикрыл глаза, позволяя ласкать себя, и кончиками пальцев стал оглаживать плечи альфы. Чанель чуть вздрогнул от бегущих по спине мурашек и накрыл ладонью пах Бэкхена через белье.       — Боже... — пробормотал омега, выгнувшись всем телом. — Я хочу тебя.       — Я тебя тоже, малыш, — проговорил Пак, глядя прямо ему в глаза. А сам начал стягивать белье возлюбленного.       Бэк отчего-то смутился и свел ноги.       — Почему сейчас это так смущает?       — Не знаю, — альфа провел языком по влажной дырочке. — Я ведь не делаю ничего особенного.       — Ох, черт возьми, — Бэкхен стиснул в пальцах простынь и застонал. Низ живота стянуло почти узлом, и он готов был умолять Чанеля начать побыстрее. Но молчал. Для того чтобы позволить собой управлять.       Пак специально медлил, но не за тем, чтобы мучить — скорее, чтобы дать омеге прочувствовать каждую ласку. И Бэкхен их ощущал, истекая смазкой и утопая в нежности. Все чувства были на контрасте, и это приносило неимоверное удовольствие...       — Не больно? — альфа осторожно протолкнул внутрь первый палец.       — Нет, — прошептал Бен, качнув головой с закрытыми глазами. — Продолжай, пожалуйста...       Чанель начал плавно двигать пальцем, оглаживая шелковистые стенки и пытаясь найти простату. И как только заветная точка нашлась, альфа протолкнул второй палец.       Бэкхен несдержанно, но довольно вскрикнул, закусив после этого губу.       — Мучитель, — пробормотал он.       — Немножко, — рассмеялся Пак. — Скажи, как будешь готов.       — Сейчас! — тут же почти выпалил омега. — Я готов уже. Пожалуйста, Чанель... — он заерзал по постели.       Альфа улыбнулся и устроился между ног возлюбленного. Сам он давно был без белья, поэтому, смазав член слюной, осторожно толкнулся внутрь. Бэкхен с глубоким вдохом протяжно застонал. Наконец-то пришло хоть какое-то облегчение. Он обвил руками шею Чанеля и притянул его к себе. Пак коснулся поцелуем губ омеги и улыбнулся, начиная плавно двигаться. Этот медленный и нежный секс дарил обоим неимоверное удовольствие. Бэк негромко постанывал в такт толчкам и иногда «выпускал коготочки», впиваясь в спину альфы, когда тот входил особенно глубоко, но Чанелю это лишь нравилось. Ведь эти жесты — доказательство того, что он все делает правильно.       Бэкхен стонал, закусив костяшку указательного пальца. Его щеки уже соблазнительно покраснели, а прерывистое дыхание говорило лишь о том, как ему хорошо. Альфа оглаживал тонкое тело, захватывал губами соски. И лишь иногда ласкал член омеги. Но внезапно Бэк остановил на Чанеле томный взгляд и загадочно улыбнулся. А затем и вовсе мягко оттолкнул Пака, переворачивая его на спину.       — Моя очередь, — мурлыкнул он в губы альфы.       Чанель улыбнулся и обнял лицо возлюбленного ладонями, затягивая его в томный поцелуй.       — Хорошо.       — Тебе ведь всё равно нравилось, когда я сверху? — мурлыкнул Бэкхен.       — Ещё как, — шепнул Пак.       Мазнув еще одним поцелуем по губам Чанеля, омега выпрямился и направил в себя испещренный венами член альфы. Протяжный стон наполнил спальню, и Бэк запрокинул от удовольствия голову. Пак схватил возлюбленного за бедра и тоже застонал, уткнувшись затылком в подушку. Все же, немного страсти им не помешает.       Омега накрыл широкие ладони своими и, переплетая их пальцы, начал неспешно двигаться. Страсть с примесью утренней нежности и лени сводила с ума, медленно, но верно, заполняя тело наслаждением. Чанель оглаживал ладонями крепкий торс и смотрел прямо в глаза Бэка затуманенным от возбуждения взглядом. Сейчас так хотелось сорваться и отыметь его пожёстче, но глядя на румяные щечки, пухлые губки, Пак словно возвращался в реальность. Бэкхену тоже хотелось всего этого, но он решил попробовать для себя что-то новое, ведь он теперь омега: нежный, хрупкий, изящный. Хотя и с озорным огоньком в глазах.       И этот огонек влиял на альфу слишком сильно. Перехватив тело возлюбленного, Чанель прижал его к себе, и начал входить членом так глубоко, что у Бэка перед глазами поплыли звёздочки. Омега застонал и зажмурился.       — Боже... — сглотнул он, стиснув подушку за головой Чанеля. Внезапно перешедшая в страсть нежность, накрыла подобно цунами, и Бэк задрожал. — Не останавливайся...       Пак ускорился, постанывая возлюбленному на ухо. Пусть он и отошёл от своей первоначальной задумки — Бэкхену нравится, и это главное. А значит, все в порядке.       Не выдержав, омега закусил плечо Чанеля и с протяжным стоном кончил, дрожа всем телом. Альфа отпустил себя следом, успев выскользнуть из вожделенного тела.       Тяжело дыша, Бэкхен приподнял голову и улыбнулся, посмотрев на возлюбленного. Его волосы были слегка взлохмачены, а на лбу выступили капельки пота. Омега погладил Чанеля по лицу и нежно-нежно поцеловал.       — Хочу всегда быть с тобой.       Пак погладил Бэка по волосам и тоже улыбнулся.       — Значит, будем.       Бэкхен глубоко вздохнул и уложил голову обратно на плечо альфе. Чтобы быть счастливым — не нужно быть сильным. Нужно быть собой.