forgiveness

      Два часа — полет нормальный.       По прилету в Японию, они заселились в отель и договорились поужинать вместе. Завтра состоится то собрание, а у них ни одной спокойной мысли. Благо, номера разные, так хоть подумать в одиночестве можно.       Бекхен поставил чемодан у шкафа, а сумку поставил на кровать. Для чего он взял так много вещей на выходные, он еще не подумал, но какая разница? Из небольшой сумки он достал единственный наряд, что туда вмещался, и принялся одеваться. Когда омега был собран, он спокойно вышел из номера, и направился в ресторан на первом этаже. Спустившись, он тут же нашел взглядом Чанеля, и пошел к нему. Пак сидел на отдаленном столике около окна, и пил вино. Да, выпить сейчас не помешало бы.       То, что было в кабинете альфы, больше не повторялось. К счастью, или нет, Бекхен пока не определился.       Подойдя к столу, Бекхен тут же сел за стол, и мило улыбнулся. — Прекрасно выглядишь, Бекки, — Пак и не скрывал свой оценивающий взгляд с голодными глазами. — Благодарю, ты тоже ничего. — Ты как всегда мил, — усмехнулся альфа, — Я еще ничего не заказывал, так что может глянуть меню, оно довольно разнообразно, — разглядывая картонку, Пак заметил пристальный взгляд, — Что? Почему ты так на меня смотришь? — Бекхен даже не шевельнулся. Он сидел, оперевшись на руку, и нагло рассматривал Чана. — Знаешь, что странно? — М? — Чанель скопировал позу омеги, и немного придвинулся. — Бекки. То, как ты меня называешь. — По моему, тебе очень подходит. — Странно то, что я могу воспринимать это только от тебя. — Правда? — Да, от других звучит как-то противно, — поморщился Бек, и принялся за меню. — Мне очень лестно, — Пак победно улыбнулся, и подозвал официанта. Они сделали заказ, и Бекхен снова уткнулся в него взглядом, — Хочешь еще что-то мне сказать? — А ты? Я поделился правдой, теперь твоя очередь, — Чанель немного смутился, и Бекхен усмехнулся, — Ладно, не напрягайся ты так, а то, вон, аж вены вздулись. Если не хочешь говорить сейчас, пожалуйста. Я ужасно голоден, — Бек показательно облизнулся, и отпил из бокала. — Не провоцируй меня, Бекки. — А что я сделал? — Ох, в этих глазах столько невинности, что любой ребенок позавидует, — Чанель снова придвинулся к Бекхену, — Хочешь я скажу, что я могу сделать? — Бек качнул головой, и альфа пальцем позвал его. Прошептал на ухо, и отодвинулся, широко улыбаясь, — Ты покраснел. — Извращенец, — омега прятал щеки руками, и посмеивался. В этот момент подошел официант и принялся расставлять еду, мельком косясь на Бека. Тот ловил каждый взгляд, и специально не отводил свой, пока не услышал тихий рык со стороны. — Вы можете идти, — произнес Пак, смотря в глаза другому альфе. Когда тот отошел довольно далеко, он злобно зыркнул на Бека, от чего тот весь сжался на секунду, — Бекхен, может это пока и не мое дело, но я должен спросить. — Что? — Когда у тебя течка? — вот так выпалил альфа, а Бекхен опять покраснел. — Да ты сама прямолинейность. Еще бы громче спросил… — Ну так что? — Скоро должна начаться. Ты будто сам не чувствуешь, — отвернулся в сторону омега. — И ты приехал в Японию? Ты совсем сдурел? — У меня с собой блокаторы, — так же дерзко ответил Бек, но тут же стушевался, — Просто я забыл выпить их перед приходом сюда… — Отлично, и теперь все пялятся на тебя. — Ну и что? Я ведь с тобой, — минута зрительного контакта, и Бекхен нутром чувствует как альфа успокаивается. — Ладно, давай поужинаем. Уже не помню, когда у меня была такая хорошая компания. — Я никогда не откажусь от бесплатной еды, — уже жуя сказал Бен. — А с чего ты взял что плачу я? — Что? — поперхнулся омега, а Чанель засмеялся, подавая салфетку, — Ты этого не сделаешь, Пак, — прищурился Бек, а Чанель еще больше заулыбался, передавая настроение омеге, и тот тоже улыбнулся.

***

— Бекхен, блять, если ты не выйдешь через минуту, и мы опоздаем из-за тебя, я скину тебя с окна десятого этажа, — альфа раздраженно стучал в дверь, но его все время просили еще немного подождать, — Так, ну все, я захожу.       Чанель открыл дверь и вошел в номер. Повсюду были разбросаны всевозможные тряпки, что когда-то были одеждой. На кровати сидел зареванный Бекхен, и не поднимал взгляд. Увидев эту картину, брови Пака стремительно поползли вверх. — Это что все такое, Бек? — Прости, но похоже я не смогу пойти, — хлюпая носом, омежка вытирал лицо очередной салфеткой. — То есть как это не сможешь пойти? Ты что здесь за бардак устроил? — Я не виноват! Я же не знал, что оно откроется и испортит всю одежду. Гребаная авиалиния! Она совсем не следит за багажом. — Так-так! — Чанель присел на кровать, и взял омегу за плечи, чтобы успокоить поток слов, — Объясни нормально, что случилось? — Я собирал чемодан впопыхах перед самым отъездом, и не знал что взять, а взял слишком много. Видимо я плохо закрыл отделение, и он весь разлился. И теперь мои вещи ни к чему не пригодны! — еще больше разревелся омега. — Что разлилось? — Понимаешь, у меня есть лосьон, который очень трудно достать. Я взял его с собой, потому что пользуюсь только им, — Бек на секунду успокоился. Всего на секунду, — А теперь у меня еще и целого флакона нет!..       Альфа тяжко вздохнул, и отодвинулся, успокаивая самого себя. — Это омега, это Бекхен, плюс у него скоро течка, нервишки шалят, ничего страшного, — тихо бормотал альфа, — Так, ладно, — посмотрел он на Бека, — Одевай пока что есть и поехали. — Я не поеду на прием в таком виде! — Естественно ты не поедешь туда так. Мы сначала купим тебе одежду. — Но ты же опоздаешь, — вот так мило потирая носик и шмыгая, с заплаканными глазами, омега выглядел через чур невинно. — Не важно. Меня подождут, — улыбнулся Чан и протянул руку Бекхену.       Они заехали в ближайший бутик (потому Чанель отказывался ходить сейчас по магазинам и час выбирать один костюм) и их тут же окружили омеги, подбирая цвет и размер для Бека. Чанель присел на диванчик и ждал. Ему ничего другого сейчас и не остается. Бекхен довольно быстро выбрал понравившийся, и переодевшись, вышел к альфе.       Чанель тут же отвлекся, и уставился на Бекхена. Его глаза горели, и улыбались. Бекхен выглядел просто волшебно. — Рот закрой — муха залетит, — улыбнулся Бен, и обратился к продавцу, — Мы возьмем этот. — Я чувствую себя как в сопливой дораме, а ты чудесно выглядишь. И мне совершенно не хочется сейчас ехать с тобой на этот вечер, где будет полно альф, — Чанель подошел ближе к омеге, и поцеловал его в щеку. — Не волнуйся, я выпил таблетки, — усмехнулся Бек, отряхивая невидимую пыль с костюма Чана, — Вперед.       Когда они приехали к месту, все уже собрались. — Прости, что из-за меня мы так опоздали. — Ничего. Все равно до этого было скучное заседание, на котором я бы уснул.       Омега тихонько посмеялся, и взял Чанеля за руку. Сейчас на очереди был обед, а уже после сам вечер, где представляли свои компании. Пара села за столик, вместе с несколькими людьми. Все было достаточно спокойно. Они беседовали по делу, ничего лишнего. Бекхен чувствовал себя немного некомфортно. А еще ему было откровенно скучно сидеть и разглагольствовать на не волнующие его темы.       Немного погодя, он все же осмелился.       Чанель говорил с каким-то омегой, когда почувствовал как чья-то рука ползет вверх по его бедру. Он взглянул на Бекхена, но тот общался с кем-то, и никак не обращал внимания на альфу. Рука тем временем творила то, что ей вздумается. Все выше и выше, очень медленно, пока не остановилась. Чанель пытался совладать с собой, но когда Бекхен мило улыбнулся, а после легко сжал пах, из Чана вышел почти весь воздух. Он благодарил всех кого знает, что не стон. Извинившись перед всеми он вышел из-за стола и быстро удалился. Бекхен отличный актер. Поэтому он состряпал обеспокоенное личико и так же извинившись прошел за ним.       Выйдя за дверь его тут же прижали лицом к стенке. — Я же сказал, не провоцируй меня, Бекки, — прошептал на ухо Чан. — Но мне так скучно. Я думал ты поможешь мне, — Бекхен потерся о заметный бугорок, и закусил губу. Альфа громко выдохнул и снова вздохнув отпрянул от Бена, — Что опять не так? — Ты должен услышать это, а потом решай что хочешь. — Хорошо, раз ты так хочешь, — Бекхен развел руками, и стал слушать. — Тогда когда я уехал. И мы расстались. Я не хотел этого, — Бек лишь кивнул, — Ты уже знаешь мое прошлое, но этот факт всегда скрывали, и никто об этом не знал, — кивок, — Почему я поссорился с отцом и сместил его с должности так быстро… — Чанель, — остановил его Бек, — Ты уверен, что хочешь поговорить об этом именно сейчас? — Бек опустил глаза на все еще довольно выпирающий пах, и поднял обратно, — Если да, то говори, — глаза обоих до сих пор горели, и омега придвинулся ближе, дотронувшись до груди ладонью. — В этом то и дело, Бек, — выдохнул альфа, — Я не знаю что сказать или сделать, или подумать. Я лишь знаю, что прямо сейчас хочу сорвать с тебя одежду посреди этого коридора, затащить в кабинет, и расцеловать каждый сантиметр твоего тела, пока те, кто водит эти дорогущие машины и корчит из себя аристократов, будут слушать и мечтать оказаться на нашем месте, — чуть помедлив, альфа дополнил, — Это наверно плохая идея? — Точно… — Бекхен заглянул в глаза Чанелю, и легонько дотронулся до его губ своими, улыбнулся и ушел в сторону.       Чанель целовал грубо и жадно, не в силах насытиться. Все вещи со стола полетели прочь как и одежда с обоих. Все было быстро, но они не спешили. Упивались каждым прикосновением, поцелуем, что пьянил так же, как самый крепкий алкоголь.       Не жалея ни сил ни нервов, они стремились к друг другу столько лет. Через все проблемы, боль и невзгоды они вместе, и никто не разлучил их в этот момент. — Сделай это, — прошептал Бекхен, сильнее сжимая в себе альфу, обвивая ногами его торс, — Я хочу этого. — Ты уверен? — А ты нет? — в ту же секунду омегу пробила сильная боль вкупе с величайшим наслаждением. Тяжело дыша он легко улыбнулся, и его альфа подарил ему самый нежный поцелуй, — Теперь будет синяк, — усмехнулся Бекхен. Все же его натура никуда не исчезла. — Сообщу тебе, что их очень много на твоем теле, — еще один краткий поцелуй, — Я люблю тебя, Бекки. Ты самое прекрасное, что со мной случалось. И я очень дорожу тобой, поэтому я должен сказать, — Бекхен прикоснулся пальцами к его губам. — Ты не должен мне ничего объяснять и оправдываться. Я не глупый. И когда только узнал все о тебе, сразу все понял. — Хочешь сказать… — Да, Чанель. Я в курсе грязных делишек твоего папы по отношению ко мне. — Но как ты так просто догадался? — Мне помог папа. Он поднял архивы, и отослал мне. А там я уж сам разобрался кому принадлежит компания, что хотела нас потопить, — Бекхен улыбнулся и провел ладонью по щеке Пака, — Так что не волнуйся. И спасибо, что хотел рассказать. — Ты не представляешь, какой ты потрясающий, правда, — Чанель ярко улыбнулся и расцеловал Бекхена по всему лицу, от чего тот заливисто смеялся, — Я так сильно люблю тебя, солнце, — альфа заглянул ему в глаза, — Ты будешь со мной? — Пф, ты вообще-то мне метку поставил, придурок, я что зря проходил через огонь, воду и медные трубы? — съязвил омега, тут же улыбаясь и целуя Чана, — Хочешь еще одну правду, раз ты попытался сказать свою? — Удиви меня. — Я тоже люблю тебя, — серьезно произнес Бен, — Очень сильно, — его снова начали целовать по всему лицу, крепко обнимая, — Ну все-все. Ты еще не забыл, где мы? Нас уже довольно долго нет. — Да плевать я хотел на них, — Чанель закинул уже одетого омегу на плечо, и понес к выходу, пока тот сопротивлялся и смеялся одновременно, — Мы уезжаем отсюда.       Когда Пак шел по коридору с смеющейся тушкой на плече, он позвал к себе помощника. — Пригляди тут за всем. Ты знаешь что делать, — молодой альфа, со сдерживающим смехом поглядывал на висящего Бекхена, только кивнул. — Здрасте, — Бекхен улыбнулся и помахал рукой ему, когда Чанель развернулся чтобы уйти, за что был награжден шлепком. — Не смей с ним заигрывать, — слышалось от удаляющейся парочки. — Я лишь был вежлив, придурок, или тебя не учили этому, — еще один шлепок, — Да больно же!       Помощник так и стоял, провожая этих бранящихся взглядом и улыбаясь. У них будет еще много ссор, но так же, будет много прощения, и любви.