Лунная одурь

Январь 2013 года В детстве Анджело слышал одну русскую сказку, из которой запомнил только одно предложение: «Нам бы день простоять да ночь продержаться». Больше в голове не отложилось ничего, но итальянец подозревал, что в этой фразе и была самая соль, а остальное даже запоминать не стоило. Эта фраза и стала девизом всего тура: Анджело только и делал, что стоял да держался. Даже тогда, когда, казалось бы, всё было позади — а именно на служебном выходе из концертного зала. Официальный фан-клуб с Таней во главе с чувством смиренного достоинства ожидал в холле у служебки. Ни Веры, ни, что ожидаемо, Алинки там не было. Фанаты сделали еще одно общее фото с труппой, пожелали удачи — на завтрашнем концерте, как понял Анджело, собирались быть далеко не все: многие взяли билеты на ночной поезд в Питер, чтобы приехать послезавтра рано утром, а днем торжественно встретить труппу на Московском вокзале. Прощание вышло скромное и достойное. А за дверью ждало людское море — все те, кто не попал на встречу утром. Альбомы, открытки, самодельные календари и плакаты... — Гля, Анджело: Ван Гог, — хмыкнул Флавьен, расписываясь на репродукции Ренуара, протянутой ему откуда-то сбоку и сверху — одна фанатка уселась на закорки своему молодому человеку и теперь горделиво озирала мир с высоты. — Сам ты Ван Гог, — пробормотал итальянец. Да, «Гений» убивает не только голос, но и мозг. Некоторые крепкие головы и луженые желудки еще долго ужинали в ресторане гостиницы, но Анджело, что-то слегка пожевав, отправился на боковую. Проспав до 10, он проверил соцсети и в дежурный раз обнаружил, что без него опять произошло что-то интересное: ящик фейсбука был готов лопнуть от сообщений Льяны, из которых молодой человек понял, что с Верой опять что-то случилось — та почему-то срочно сдала все билеты, сняла бронь с гостиницы в Питере и решила лететь в Т... каким-то странным самолетом с пересадками. Ах ты 33 несчастья, подумал Анджело, чувствуя, однако, некоторое облегчение: такой исход был и правда самым лучшим. *** Михаил чувствовал себя не в своей тарелке. Вера, кажется, ни о чем не догадалась — сейчас она отрубилась и спала носом в стенку, причем крепко, — а вот ему было неуютно. О чем думала Лиза, оставляя его на ночь наедине с девушкой, к тому же из тех, от кого не надо ничего скрывать? Рассудок подсказывал, что о том, наверное, и думала: хватит болтаться как цветочек в проруби — то одному, то с какими-то левыми барышнями, которым ни о чем не расскажешь. Отчего и начинаются слезы, ревность и вынос мозга: ты меня не любишь, оставляешь одну, не говоришь правду... А еще у Веры есть грудь и задница. Не просто как анатомический факт — в этом смысле они есть, наверное, и у Алинки, — а вполне аппетитные. Не оценишь сполна, пока не увидишь в белье. Вот это было совсем нехорошо: подруга Лизы, товарищ по несчастью, потенциальный боец передового отряда и вообще свой мужик — а он полушария рассматривает. Ей-ей, отдает педерастией пополам с инцестом. Да еще у Лизы в доме. Да еще и в таких обстоятельствах. Михаил не понял, что произошло у Веры дома в Т... В то, что до Вериных домашних дотянулся Луииджи, он не верил: не такая уж близкая связь была у мага с Верой, чтобы воздействовать еще и на ее родственников. Оставалась небольшая вероятность простого совпадения — что с Вериной мамой что-то и правда случилось, но само по себе, без Луиджи, а еще вероятнее — что Луиджи просто морочит Вере голову и устраняет с дороги. Организовать несуществующий звонок на мобильный — довольно легкий прием, на Мишиной памяти адепты им пользовались много раз. Человек оставался в полной уверенности, что говорил по телефону, а что в памяти устройства не сохранился звонок — ну, бывают всякие глюки, техника сбоит. В целом всё происходящее было скорее утешительным: значит, итальянец не собирался мстить за вчерашний разгром ни сам, ни руками Богини — вряд ли она могла что-то сделать с Верой в Сибири. За этими мыслями Михаил почувствовал, что его попустило: всё нормально, просто сейчас не время заниматься личной жизнью, а кончится вся эта суматоха — он напишет Вере в личке Фейсбука или в скайпе. Может, и правда что выйдет. А пока — спать, наутро посоветовать Вере перезвонить маме, возможно, снова менять билеты и все-таки ехать в Питер. Или не ехать.