Дом для Кузьки

– Андрюх, ты не раздробляйся, мы что-то придумаем, – сказал Малиновский, как только они вышли в коридор. Доказать, что последняя запись – подделка, будет не сложно. Катя тебя любит, поэтому поверит тебе, а не записи. Ей только нужно успокоиться. – Зато предыдущие – не подделки, – хмуро возразил Андрей. – И в этом свете даже инструкция выглядит иначе. Доказать, что писал ее не ты, мы толком не можем. Наши аргументы – пустые слова, а против нас видео. Так что... Ром, давай потом поговорим. Я хочу побыть один. – Ладно, как скажешь, – покладисто согласился Малиновский, но взгляд у него при этом оставался каким-то напряженным, что совершенно не вязалось с легким тоном его слов. Андрей даже подумал, что друг по какой-то причине не хочет уходить, но тут же отбросил эту мысль как несущественную. – Я тогда поеду домой, все равно на сегодня ничего не планировалось. Если что – звони. Андрей кивнул и направился в свой кабинет. Клочковой, на ее счастье, не было на месте, поэтому Андрей прошёл в кабинет молча. Там он подошёл к окну, пытаясь собраться с мыслями. Пока он был в конференц-зале, ему хотелось разнести все вокруг, но теперь накатила апатия. Тогда казалось, что стоит ему выйти из зала, он тут сможет что-то сделать, чтобы убедить Катю в своей если не невиновности, то хотя бы... А что, если всё-таки попытаться поговорить с Катей сейчас, не откладывая на потом? Андрей достал из кармана мобильник набрал Катин номер. Пару секунд была тишина, а потом вдруг он услышал из Катиной каморки трель ее телефона. Андрея словно окатило горячей волной. Выходит, Катя не ушла совсем, а просто уединилась в своем «кабинете»? Андрей кинулся к каморке, распахнул дверь и замер. Кати не было. Ее мобильник лежал на столе, поверх папки с документами. Именно в эту папку она положила доверенность и завещание, а теперь оставила в своём «кабинете», вместе с мобильным. Случайно забыла или специально оставила тут и документы, и телефон, номер которого он знает? В случайность не верилось. Он убрал документы в сейф. Что бы ни решила Катя, не стоит таким документам валяться на столе. Мало ли, как их может использовать Клочкова. И ведь даже увольнять эту дрянь сейчас бессмысленно – отец наверняка отменит этот приказ, просто из принципа. Высказался отец вполне ясно: его с Ромкой увольнение – дело решённое. Значит, отец сам будет руководить компанией. Потянет ли? Хорошо бы Катя осталась, но, судя по всему, с ним самим она встречаться и что бы то ни было обсуждать она не захочет. А что если... Он вернулся в Катину каморку и сел за стол. Написать заявление об уходе – дело пары минут. Когда она завтра выйдет на работу, пусть сама решает, что делать с этой бумажкой. Если не простит, то ему лучше уйти из компании, чтобы не мешать Кате своим присутствием. Ведь с ним отец работать уже не станет, а вот с Катей – вполне. Да и антикризисный план она знает едва ли не лучше его. Андрей поднялся из-за стола и машинально сунул в карман Катин мобильник. Натянул пальто и вышел из кабинета, надеясь не столкнуться ни с кем из сотрудников. Хоть в этом ему сегодня повезло. Коридор был пуст, даже на ресепшн никого не было. Он спустился в гараж, автоматическим жестом завёл машину и поехал домой. В голове было пусто, а на душе погано, как никогда. Прихожая квартиры была давяще пустой. Нет Катиной куртки на вешалке, нет ее сумки на тумбочке, нет сапог на коврике. Некстати вспомнилось, что Катя всегда очень следила за тем, чтобы обувь стояла именно на коврике. Стоило оставить ботинки чуть в стороне, на паркете, Катя хмурилась и переставляла их на коврик. Андрей прошел в гостиную, не сняв ни пальто, ни ботинки, и сел в кресло. В гостиной дышалось чуть легче. Он обвел глазами комнату. Книжка Буджолд на журнальном столике – Катя прочла уже половину. Альбом со старыми фотографиями Ждановых, который они смотрели в выходные. Катин дневник, который она доверчиво оставила на тумбочке – он обещал не открывать. «Жданов, а может, ты рано сдался? Какой смысл сидеть дома и вспоминать, как хорошо все было еще сегодня утром – нужно действовать! Прошло уже несколько часов, Катя наверняка пришла в себя. Нужно поехать к ней и уговорить выслушать. Тем более, она сама как-то говорила, что все недоразумения нужно решать в тот же день. Говорила, что нельзя давать ночи втравить обиду в душу. Может, кому-то и нужно день-другой, чтобы остыть, но она же говорила иначе! Да и, в конце концов, что ты теряешь? В крайнем случае, скажешь ей, что уже написал заявление об уходе, и если она тебе не верит и ты ей настолько неприятен, то в Зималетто ты ей мешать не будешь.» Пока ехал к дому Пушкаревых, пытался продумать, что же он скажет Кате. Все аргументы звучали не слишком убедительно, но он решил не отступать. Окна ее квартиры были темными. Почему Катя сидит без света? Плачет? Андрей бегом поднялся по лестнице и надавил на кнопку звонка. Раздалась трель, но больше никаких звуков из-за двери слышно не было. Он подождал немного, и снова позвонил. Катя уснула? Не хочет никому открывать? Ее нет дома? Точно! Она могла пойти с Колей к нему домой… Андрей тяжело вздохнул – говорить с Катей при Зорькине будет сложнее, но выбора нет, нужно идти к Зорькину. Коля открыл дверь практически сразу, встрепанный, в растянутом свитере с забавным жирафом. – Привет, а ты тут какими судьбами? – зевнул он с улыбкой. – Ты же хотел Катьку сегодня в ресторан сводить. Передумали и решили отметить дома, а заодно меня позвать на это знаменательное отмечание? Я только «за». «Так, Жданов, спокойно. Похоже, Зорькин вообще не в курсе случившегося, иначе не обрадовался бы твоему появлению. Но где же Катя?! Все же в квартире родителей? Но почему она даже не зажгла свет?! Не могло же ей стать плохо? Она была такая бледная, когда выходила из конференц-зала. А ведь когда она прочла ту идиотскую инструкцию, она едва сознание не теряла… Только бы не это!» – Коль, мне нужны ключи от квартиры Пушкаревых. – Зачем? – удивился Зорькин. – Сюрприз готовишь? Тогда я с тобой, мне любопытно. Пошли! Андрей решил ничего не объяснять, пока он не окажется в квартире Пушкаревых, но Коля объяснений и не требовал. Пока не требовал. Когда они вошли в Катину квартиру, Андрей тут же обошел все помещения, зажигая свет. Кати нигде не было, и ему стало совсем не по себе. – Ты что ищешь-то? – растерялся от его метаний Коля. – Что-то случилось? Солгать? Бессмысленно. Коля все равно узнает правду, Катя ему расскажет. Придется говорить правду. – Катя очень обиделась на меня. Дома ее нет, я думал, она поехала сюда, но… – Обиделась? А что ты отмочил? Андрей рассказал все, как было – как и почему он начал ухаживать за Катей, как потом понял, что полюбил ее всерьез, и как сегодня Воропаев показал частично модифицированные записи. Коля не перебивал, но взгляд его становился все более злым. – Почему ты думаешь, что я должен верить в твою версию? – спросил он с неприятной усмешкой, стоило Андрею замолчать. – Потому что это правда. Ты и сам видел, что я ее очень люблю. Но, Коль, сейчас речь даже не о этом. Катя пропала, и я очень волнуюсь за нее. Ты не знаешь, куда она могла бы еще пойти в этой ситуации? – Она пошла бы домой – сюда. Или ко мне. Андрей кивнул. Пару минут они молча смотрели друг на друга, потом Андрей достал мобильный и набрал телефон Малиновского. Ромка поднял трубку сразу же, словно уже держал мобильник в руках. – Ром, привет. У тебя ведь были телефоны Кривенцовой и Тропинкиной? – Привет, Палыч. Да, есть их номера. А тебе зачем? – Позвони, пожалуйста. Попытайся выяснить, не знают ли они, куда пошла Катя. Она пропала – домой не пришла, ко мне на квартиру тоже. И у Зорькина ее тоже нет. Если узнаешь что-то, перезвони мне, хорошо? – Не вопрос, сделаю. До скорого. Ромка повесил трубку, а Андрей решил сделать еще один звонок. Номер этот ему когда-то дал отец, попросив не злоупотреблять и звонить только в самом крайнем случае. Похоже, этот крайний случай и наступил. – Виталий Иванович, здравствуйте. Это Андрей Жданов, сын Павла Олеговича, – он дождался ответного приветствия и продолжил: – Извините за беспокойство, но не могли бы вы пробить по своим каналам одного человека? Екатерина Валерьевна Пушкарева, она моя невеста. Катя пропала сегодня днем, была одета в синюю куртку и черные брюки. Оснований на подачу заявления о пропаже у меня нет никаких, но я очень волнуюсь, что с ней могло что-то случиться. Виталий Иванович пообещал помочь и распрощался, а Андрей еще какое-то время смотрел на телефон, пытаясь сообразить, у кого еще можно попросить помощи. – Надеешься, что с Катей что-то случилось и ты будешь управлять всем по доверенности пока не пройдет полгода? – прервал его попытки Коля. Говорил он с такой злостью, словно едва сдерживался от того, чтобы не затеять драку. – Да, Катька хороший антикризисный план придумала, за полгода вырулишь, гнида. Смысл его слов не сразу дошел до Андрея. Какое-то время он непонимающе смотрел на Зорькина, а потом тяжело осел на стул – ноги внезапно стали словно ватные. «Верно, Жданов, – подумал он отстраненно, – со стороны все наверняка выглядит именно так. Что ты любой ценой был готов бороться за благополучие Зималетто, и что теперь, когда тебя «разоблачили», для тебя смерть Кати – оптимальное решение всех проблем. И это еще Зорькин сами записи не смотрел…» – Молчишь? Правильно, молчи. Только знай, если с Катей что-то случится, я и завещание, и доверенности ее оспорю. – Оспаривай, – ответил Андрей равнодушно. Сил злиться или обижаться уже не было, но с каждой минутой ему было все тревожнее за Катю. – Ты только прикинь, где она еще может быть. Мне все равно, что ты обо мне думаешь, но Катю мы должны найти. Я боюсь, что ей могло стать плохо. Она очень расстроилась из-за этих видео, а я сделал глупость – отпустил ее в таком состоянии, потому что она сказала, что хочет побыть одна. Поэтому, я очень тебя прошу, подумай, где ее сейчас нужно искать. – Это не твое дело, Жданов! Выметайся отсюда живо! – выпалил Зорькин. Голос его сорвался на фальцет, руки сжались в кулаки, как перед дракой: – И только попробуй сюда сунуться… Ты… ты ведь знал все про Дениса, даже сам мне говорил, что такое не прощают, но сам делал во сто крат худшие мерзости. Зорькин все же попытался на него кинуться, но Андрей без особого труда уклонился от удара и схватил того за руки, удерживая от следующих попыток ударить и пытаясь говорить как можно спокойнее: – Коля, я говорил, что у него была возможность узнать Катю по-настоящему, осознать свои поступки и не предавать ее. И да, такое не прощают. Я Катю не предавал. Да, началось у меня с ней очень похоже на ситуацию с тем подонком, но потом я ее полюбил. Я делал все, чтобы ей было хорошо. Коля, мы же свадьбу с ней планировали! Ну подумай ты сам, если бы все это было только ради компании, зачем мне было расставаться с невестой? Я это сделал ради Кати, чтобы быть с ней вместе, а не прятаться по углам. Коля смотрел на него с брезгливостью, но ничего не говорил, и он отступил. Все равно он ничего ему не объяснит. Лучше уйти. Уже когда Андрей был в прихожей, зазвонил его мобильный. Номер был Андрею незнаком, и он торопливо снял трубку. – Алло? – Андрей Павлович Жданов? Здравствуйте, майор Давыдов беспокоит, – услышал Андрей мужской голос. – Я звоню вам по просьбе Виталия Ивановича. Мы пробили поиск по вашим параметрам. В морг номер 71 поступил труп молодой женщины в синей куртке и черных брюках. Была сбита машиной. При ней была синяя сумка с документами на имя Екатерины Валерьевны Пушкаревой. Записывайте адрес. У Андрея потемнело в глазах, голос звонившего доносился как сквозь гул. Может, он ослышался? Это просто не может быть правдой! Да, ему снился сон про аварию, но… Нет, это не может быть Катя! Как и в том сне, не было сил пошевелиться, губы словно онемели. – Андрей Павлович? – услышал он сквозь чуть утихший гул и медленно ответил: – Повторите все, пожалуйста, с самого начала. Я сейчас включу громкую связь у телефона. Попасть по нужным кнопкам мобильного удалось не с первого раза, пальцы были как деревянные. – Андрей Павлович, мы пробили поиск по вашим параметрам, – повторил Давыдов. – В морг номер 71 поступил труп молодой женщины в синей куртке и черных брюках. Она была сбита машиной, при ней была синяя сумка с документами на имя Екатерины Валерьевны Пушкаревой. Вам продиктовать адрес? – Да, – выдавил Андрей через спазм в горле. – Подождите секунду, я найду, куда записать. Он достал из кармана пальто ручку – подарок Киры на этот Новый год, специально положил в карман пальто, чтобы она видела, что он этой ручкой пользуется. Положил и забыл… в другом кармане он нашел чек из кондитерской, где они покупали торты в прошлые выходные, машинально сунул, когда забирал покупку. – Диктуйте. – Можайское шоссе, дом 14. Это недалеко от метро Кунцево. – Спасибо. До свидания. Андрей положил трубку и только тогда поднял взгляд на Зорькина.