Дом для Кузьки

Андрей почувствовал, как Катя лихорадочно расстегивает ему ворот рубашки, постоянно повторяя его имя. Вдохнуть, наконец, удалось. Он попытался сесть, но Катя удержала его за плечи: – Андрюша, не вставай, это может быть опасно… Дай я расстегну тебе рубашку, наверное, нужно остановить кровь… Маша сейчас вызовет скорую. Что-то в словах Кати показалось слишком знакомым, словно он это слышал совсем недавно. Что-то важное. Точно! Этой ночью ему снился очень странный сон, будто он разговаривает с Катей в кабинете и крутит в руках внешний диск, а на краю стола сидит кукла домового, только выглядит Кузька совершенно как живой, даже ногами болтает беспечно. Катя напоминает, чтобы Андрей ни в коем случае не забыл убрать диск в сейф, и куда-то уходит, а Кузя добавляет: «Это может быть опасно». Кажется, во сне он этот диск убрать забыл, а потом долго бегал по зданию и пытался найти. Проснулся, увидел сладко спящую Катю и тут же выкинул сон из головы. Или думал, что выкинул… – Кать, успокойся, не нужно скорой, – хрипло выдавил Андрей. Катя была настолько бледная, что ему стало за нее страшно. Он сунул руку под рубашку, которую Катя успела ему расстегнуть, охнул от боли и торопливо произнес, показывая ей чистые пальцы. – Все обошлось, не паникуй. Никакой крови. Дай мне лучше сесть. Вот, видишь, все в порядке! Просто от удара было трудно вдохнуть вначале, а так – мелочи, Катюш. Катя распахнула на нем рубашку и медленно выдохнула. Кровоподтек был огромный, но следа от пули не было. Когда Федор позвал его на ресепшен, Андрей не стал тратить время на то, чтобы класть диск в сейф, сунул его в карман. Во внутренний карман, который у этого пиджака сделан довольно-таки высоко, да и диск не помещался в него полностью, но боковые карманы были еще меньше. Когда-то он даже возмущался, что с этими элементами дизайнеры явно напортачили, но все искупало то, как складно сидел костюм. А сейчас выбора не было – не оставлять же на столе! – Жаль подарок твоего отца, да и диск наверняка в хлам, но кажется, я отделался только синяком, – произнес он, пытаясь сесть. Движение отдалось болью, как когда он упал, катаясь на горных лыжах и сломал ребра. – Или синяком и трещиной в ребре, максимум. Правда! Вот сейчас съездим в больницу, и ты убедишься, что все прекрасно! Ехать в больницу не хотелось совершенно, но Катя выглядела настолько перепуганной, что Андрей был готов пообещать что угодно. Хорошо еще встать удалось с первой попытки и не поморщившись, вроде бы после этого и обещания поехать в больницу Катя стала немного успокаиваться, хоть и была по-прежнему бледной до синевы. Прибежал на шум Малиновский, вызвался отвезти их в больницу. – Спасибо, Ром, – ответил он другу и повернулся к секретарям: – Так, а куда Кира делась? Я бы не хотел спускать на тормозах эту попытку нападения. – Андрей Палыч, – выпалила Тропинкина, – ее Федька с Шурой тут же оттащили в ее же бывший кабинет, который сейчас пустует. Полицию они вызвали. – Прекрасно. Так, дамы, без паники. Никаких комментариев журналистам или партнерам Зималетто. Мария, я сейчас дам вам ключи от моей машины и запишу номер рейса и время прилета – попросите Федора съездить в аэропорт, встретить моих родителей и все им объяснить. Когда Коля вернется из банка, введите его в курс дела. – Он осторожно, чтобы не скривиться – каждое резкое движение отдавалось болью, снял пиджак и протянул его Тропинкиной, – можете отдать его полиции, как улику. В кармане внешний диск, его можете показать, но сделайте все, чтобы его не забрали – там крайне конфиденциальная информация о компании, по крайне мере, была. Уже садясь в Ромкину машину, Андрей вспомнил, что забыл свой телефон в кабинете. Ну не возвращаться же! Кате лучше не становилось, она то и дело ежилась, как от озноба – Андрей даже проверил, нет ли у нее температуры. Малиновский сообразил сразу ехать в частную клинику, и по коротким взглядам, которые он периодически бросал на них в зеркало заднего вида, Андрей понял – Ромка тоже боится именно за Катю. В клинике выяснилось, что у Кати от шока резко упало давление. Ей сделали укол и уговорили прилечь, пока Андрею делают рентген и УЗИ, чтобы проверить, есть ли переломы, и исключить внутреннее кровотечение. Малиновский клятвенно обещал ей, что присмотрит за Андреем во время обследований, и Катя согласилась подождать на кровати в свободной палате. Андрей же не рискнул уходить сразу, остался с Катей, пока ей не стало немного получше, и только потом сдался врачу на обследование. Хорошо еще Малиновский включился и использовал свое обаяние на полную катушку, чтобы и врач, и медсестры пошли им на встречу. Результаты проверок порадовали – сильный ушиб, от которого и были мышечный спазм и боль в мышцах после. Это такие мелочи, по сравнению с тем, что могло случиться, не сунь он машинально в карман диск внешней памяти, упакованный в дополнительный металлический футляр… Даже без травмы ребер обошлось. Несколько дней нужно будет мазать ушиб выданным врачом гелем, и все! Когда он вернулся в палату, куда отвели Катю, она спала. Андрей решил не будить ее, но Катя проснулась буквально через полчаса, узнала результаты его обследования и окончательно успокоилась. Можно было ехать домой. – Палыч, слушай, тут когда я с твоими и Катиными справками крутился, звонил твой отец, – вспомнил Ромка, когда выруливал с больничной парковки. – Они уже приземлились, а сейчас, наверное, Коротков их встретил и везет из аэропорта. Ты бы им позвонил, сказал, что все в норме. Дать мобильник? – Точно, Ром, спасибо. Начисто из головы вылетело, когда в больницу ехали, перепугался из-за Катюши, – поблагодарил Андрей и торопливо выбрал из адресной книги номер отца. Похоже, родители успели очень испугаться – отец рвался приехать к Андрею домой, чтобы проверить с мамой лично, все ли в порядке с сыном и будущей невесткой. Пришлось согласиться. – Андрюш, ты не забудь позвонить Пушкаревым. Если они от кого-то услышат о стрельбе в Зималетто, могут очень испугаться. Тем более, ваши телефоны не отвечают, а телефон Николая отключен, – посоветовал отец перед тем, как попрощаться и положить трубку. Катя тихо охнула и поспешила набрать домашний номер родителей. К счастью, Пушкаревы о происшествии еще ничего не слышали, и Катя убедила их, что и у нее, и у Андрея все прекрасно, а волноваться не о чем. Ее родители не спорили, но Валерий Сергеевич непререкаемым тоном сказал, что они приедут через пару часов, проведать и привести свежеиспеченную шарлотку с яблоками и изюмом, чтобы стресс снимать. Спорить было тоже бессмысленно. Домой они с Катей вернулись до приезда родителей Андрея. Ромка проводил их до квартиры и уехал обратно в Зималетто, пообещав позвонить, если будут какие-то важные новости. – Катюш, давай пока чай с бутербродами соорудим, я голодный, как волк, – предложил Андрей. – Только чур я бутерброды сооружать буду, а ты просто посидишь. Тебе что врач сказала? Отдыхать после стресса. Так что давай, отдыхай. Катя покачала головой, но согласилась. На кухне Андрей первым делом налил молока в кукольную фарфоровую чашечку, которую они привезли из Лондона, и поставил ее перед куклой домового. Он никогда не считал себя суеверным, но сейчас у него было такое чувство, словно Кузьма Кузьмич, Кузенька, отвел от них беду и сон был именно советом от домового.