Дом для Кузьки

Андрей был уверен, что нужно нажать на все возможные рычаги и заставить Киру ответить по максимуму. Дело не в том, что она выстрелила в него. Дело в том, что она собиралась стрелять в Катю. Его родители соглашались. Ровно до того момента, как позвонила Кристина. Сам разговор он не слышал – как раз пришли Пушкаревы, и он вместе с Катей пошел открывать им дверь. Когда же они все вместе собрались в гостиной, Елена Александровна разложила по тарелочкам шарлотку, а Андрей принес чай и чашки, мама его огорошила: – Андрюша, Кирочка, конечно, поступила недопустимо, но мы не можем совсем уж бросить девочек дяди Юры. Мне кажется, что когда вы с Катей будете давать показания, нужно сказать, что выстрел был случайным. Андрей от возмущения даже не смог сразу ответить, а мама продолжала: – Понимаешь, сынок, тут такое дело… Кира сегодня поехала к Саше. У него были проблемы с его бизнесом, а в довершение он еще и попытался поправить свои дела игрой в казино и крупно проигрался. С него требовали выплаты долга, угрожали ему. Позавчера сожгли машину, вчера подстерегли около дома и избили, а сегодня подпалили дверь в квартиру, снова угрожали. И Сашенька не выдержал. У него был пистолет, его еще дядя Юра купил больше десяти лет назад. Времена тогда были неспокойные, вот Юра и… Сашенька застрелился. Мама судорожно вздохнула, пытаясь справиться с задрожавшим голосом. Андрей ее не торопил. Самоубийство Сашки не укладывалось в голове. Воропаев мог подличать, лгать, делать мелкие пакости, но чтоб вот так сдаться и… – Сашенька оставил записку, глупую и злую. Он пытался обвинить вас с Катей – и что он не стал президентом Зималетто, и что Зималетто была на грани краха, и что его собственный бизнес развалился, так и не встав на ноги, и что в казино не повезло. – Но причем тут наши дети?! – возмутился Валерий Сергеевич. – Они этого болезного что, в казино на аркане тащили? К его бизнесу ни Катя, ни Андрей никакого отношения не имеют, да и Зималетто именно благодаря Катюше смогла отбиться от кредиторов. А уж о том, что как раз неуместное соперничество и привело к ошибкам Андрея, даже и говорить нечего! Павел Олегович примиряюще поднял руки: – Валера, с этим как раз никто не спорит. Записка Саши была глупая и злая. Он хотел обвинить в своих ошибках хоть кого-то и выбрал тех людей, кому завидовал больше всего. Извини, может это прозвучит и странно, но мне порой казалось, что Катя ему нравилась, вот он ее и… как в начальной школе, портфелем по голове. Злился, что Катя целиком и полностью на стороне моего сына, завидовал, не мог простить. А когда Андрей ушел к Кате от его сестры, и вовсе обозлился. Мне жаль, если это действительно так, но я никак не мог повлиять на взгляды Саши последние годы. После смерти Юры он очень отдалился. Или я только после смерти Юры заметил… – Паша, – прервала его монолог Маргарита Рудольфовна, – как бы то ни было, Сашенька не пришел к нам за помощью, даже не поговорил… а сделал то, что сделал. И я понимаю Кирочку. Не оправдываю, но именно понимаю. Она потрясена потерей, прочла ту злую записку, поехала в Зималетто и ее истерика закончилась просто чудовищно. Это чудо, что Андрюша почти не пострадал. Не знаю, что я сказала бы Кристине, если бы Кирочка серьезно ранила Андрюшу. Но сейчас мне кажется, что мы должны быть милосердны. Кристина сказала, что Кирочка и так все время плачет… Я пообещала, что завтра приду с ней поговорить, и что я пообещаю убедить Андрея и Катеньку не мстить за ее поступок. – Мстить?! – взвился Андрей. – Мама, ты считаешь, что я должен закрыть глаза на то, что из-за Кириной выходки Кате было настолько плохо? И, на минуточку, если бы я чисто случайно не сунул в карман внешнюю память в металлическом футляре, то… – он осекся, и замолчал. Не хотелось пугать Катю, она и так слишком тяжело пережила сегодняшнее потрясение. Он приобнял Катю одной рукой и поцеловал в висок, пытаясь успокоить и ее, и себя. – Андрюшенька, ты не совсем прав, – внезапно вступила в разговор Елена Александровна. – Та женщина поступила ужасно, но если у нее будет хороший адвокат, она все равно отделается лишь условным сроком. Может, конечно, я слишком много сериалов смотрю, но та же Яковлева в них неплохо играет… Вот гляди, Андрюшенька. Во-первых, у тебя нет серьезных травм, значит, речь только о покушениях на убийство. Во-вторых, она всегда может сказать, что у нее была просто истерика, никого убивать она не собиралась, а пистолет привезла просто от потрясения. То есть, запланированного покушения на убийство не было, а было состояние аффекта. Плюс к этому, ты ее бросил за несколько месяцев до свадьбы, за это ее могут пожалеть, если судья будет женщиной. Да и компания при тебе влезла в долги – не важно по какой причине, но хороший адвокат передернет. Конечно, если ты с Катенькой будешь ее топить, условный срок будет больше, да и суд может подзадержаться. Не знаю, плохо ли все это для компании, но для вас обоих это точно опасно – у нее будет лишний повод мстить. А так, может все и разрешится миром. Пусть идет на все четыре стороны, лишь бы подальше от нас всех. – Верно, – согласилась Катя, – и Зималетто такая шумиха может навредить. Один бывший акционер застрелился, другой бывший акционер пытался застрелить президента компании… Нехорошую картину можно нарисовать при желании. Андрей буркнул, что подумает, но на самом деле сдался после слов будущей тещи. Если Кира вобьет себе в голову, что ей необходимо отомстить Кате… Сможет ли он защитить Катю? Нанять охранника он сможет, но Воропаева же наверняка попытается мстить и через Шестикову и ей подобных, Катя будет расстраиваться, переживать. Нет, это того не стоит. Конечно, остается риск, что Воропаева от безнаказанности совсем страх потеряет, но тут надежда скорее на маму, разговоры с ней могут повлиять на Киру. По крайней мере, хотелось бы в это верить. * * * Ромка ввалился в его кабинет ближе к вечеру, когда Андрей уже собирался идти домой к Кате и Маргоше, которой недавно исполнилось целых три месяца. Малиновский плотно прикрыл за собой дверь и зашептал заговорщицким тоном: – Палыч, тут о твоих похождениях такое вытанцовывается, с ума сойти! Глаза у Ромки смеялись, да и уголки губ норовили расплыться в улыбке, значит, ничего опасного. – И какая желтушка решила вспомнить о нашей бурной молодости? – Во-первых, наша молодость еще не закончилась, Андрюха. Во-вторых, речь о твоих, а не о наших похождениях. В-третьих, не желтушка отличилась, а Минаев отжег. Напалмом. В смысле, телеграммой. Радуйся, что я курьера практически у самого входа перехватил практически случайно, иначе это вошло бы в анналы Зималетто! Ромка с ухмылкой протянул ему телеграмму на открытке с какими-то дурацкими розочками. «жданов родился сын весит три тысячи четыреста пятьдесят спасибо с меня причитается никита» Андрей расхохотался: – Похоже, Минаев уже напраздновался, раз такое отколол. Но ничего, Ром, я на тебя посмотрю через год-другой. Тоже от облегчения чудить будешь, не сомневаюсь. – Ну уж нет, в телеграммный пафос я не ударюсь, – замотал головой Ромка. – Вот проплющило мужика-то… – Справедливости ради, я тоже мог начудить на пару с Валерий Сергеевичем, если бы Елена Александровна нас вовремя не остановила, – пожал плечами Андрей. С Никитой Минаевым он никогда не общался близко. Знал, что тот занимается торговыми центрами. Слышал, что Минаев когда-то был влюблен в Киру, правда, безответно. Тем неожиданнее был его звонок в дверь на следующий день после того, как Кира пришла в Зималетто с оружием. Минаев настаивал на разговоре, и Андрей уступил – было в том что-то такое, что Андрей невольно вспомнил себя самого много месяцев назад, когда он волновался куда пропала Катя. Минаев надеялся уговорить их дать показания в пользу Киры, обещал, что как только ее отпустят, он увезет ее к своим родителям в Новосибирск, и больше никаких неприятностей у них от Воропаевой не будет. Выяснилось, что Кира стала с ним встречаться еще в марте, они тоже планировали свадьбу на сентябрь, а тут такое. У него были дела в Петербурге, и ему пришлось съездить туда на пару дней, но он прервал поездку и прилетел первым же рейсом, как только ему позвонила Кристина. Никита уже нанял адвоката и собирался сделать все, чтобы его невесту оправдали – похоже, он действительно любил Воропаеву. – Ребят, я очень прошу, давайте сойдемся на такой версии, – уговаривал Минаев: Кира приехала к брату, увидела, что случилось, это ее потрясло. От горя, она плохо соображала, что делает. Поскольку меня не было в городе, она поехала к Андрею, машинально взяла с собой Сашкин пистолет. В Зималетто у нее была истерика, что объяснимо – у нее брат застрелился, это огромное горе. Она достала пистолет, чтобы показать Андрею, случайно нажала на курок, пистолет выстрелил, но повезло, что обошлось без ранений. Услышав выстрел, сотрудники компании вызвали полицию – в таких случаях лучше перебдеть, чем недобдеть. Поскольку в Зималетто работают люди творческие, все восприняли ситуацию излишне остро, у страха глаза велики. И все! Для Зималетто это будет дополнительным пиаром, тем более что показ новой коллекции практически со дня на день, и показ этот будет открывать живой и здоровый Андрей. Ну и я обещаю, что поддержу вашу компанию по всем доступным мне каналам. Мы с Кирой уедем, я уже давно разрывался между Москвой и Новосибирском, а теперь, можно сказать, все само так складывается, что мы полностью туда перебазируемся. Поверьте, Кира и сама очень расстроена, что все так вышло. Она не хотела никого ранить или, тем более, убить. Не добивайте, ей и так плохо. Андрей тогда поспорил с ним немного, просто из принципа, чтобы не соглашаться на все условия сразу, но в конце разговора они с Катей уступили. Дали показания в полиции, поговорили с женсоветом и Федором, и в результате Кира отделалась даже не условным сроком, а лишь тем, что ее задержали на несколько дней до выяснения подробностей случившегося. Минаев слово сдержал: они с Кирой уехали из Москвы практически сразу, как ее выпустили, задержались только на похороны Сашки. Ни Андрей, ни Катя на эти похороны не пошли, в отличие от старших Ждановых. Показ прошел успешно, история с выстрелом привлекла к Зималетто новых покупателей, да и Минаев явно поддержал компанию – к ним обратилось несколько фирм из Новосибирска, что открывало новые возможности для расширения бизнеса. А через неделю после показа Зималетто окончательно расплатилась со всеми кредитами, и можно было сосредоточиться на подготовке к свадьбе и поездки в Швейцарию, которую они выбрали для медового месяца. В начале зимы выяснилось, что медовый месяц прошел не безрезультатно – Катя была беременна, и Андрей теперь был уверен, что его давнишний сон о даче сбудется. Пройдет года полтора и все будет именно так, как в солнечном сне, который ему показал домовой. Что тут не обошлось без Кузьмы Кузьмича, Андрей был тоже уверен. Домовой никогда не говорил с ним наяву, но вот необычные сны Андрею порой снились. Только он никому об этом не говорил, даже Кате, чтобы не смутить домового, но всегда следил, чтобы у Кузеньки всегда было свежее молоко в чашке.

~ конец ~