Неспособная на любовь / Fall in love

***

Я тебя ненавижу.

Хочу ругаться, кричать на тебя, но…

Честно, я скучаю по тебе.

***

      Утро в Сеуле наступает слишком быстро, особенно с воскресенья на понедельник, особенно когда надо снова на работу, а кому-то в школу.       На этих выходных Бона по-настоящему отдохнула.       После работы, забрав дочь из музыкальной школы, Ча заехала в продуктовый магазин, дабы отпраздновать начавшиеся дни отдыха, да и просто порадовать свою любимую девочку.       В маркете глаза разбегались у обеих. Сладости манили, а руки так и тянулись купить что-нибудь очень вредное. Поэтому, дав себе и Ёнми мысленную отмашку «сегодня можно», Бона вооружилась тележкой, а дочь, увидев боевой настрой матери, полетела вперед, высматривая что-то не очень дорогое и очень вкусное.       Довольные приобретениями, девчонки уселись в купленный недавно Audi и, включив песню I CAN'T STOP ME группы TWICE, отправились домой, смотреть новый мультик, только что вышедший на экраны кинотеатров.       Хоть и первый выходной был омрачен работой, Ча не стала расстраиваться и просто попробовала исправить ситуацию.       Что у нее, конечно же, получилось.

Воскресенье прошло просто отлично.

      С утра ненавистные уроки. Затем Парк аттракционов. Красивые selfie. Дальше Сахарная вата. Ну, и в заключение, Милые ободки.       Ёнми протащила мать по всем возможным каруселям, да, даже в комнату страха заставила идти, в которую Ча нехотя, но поплелась, ибо боялась за дочь и ее грядущий сон. Чего она только не сделает ради своей принцессы.

Такого еще не придумали.

      Однако все в этой жизни имеет свойство заканчиваться.       И, как бы ни хотелось остаться дома, факт того, что выходные подошли к концу, нужно принять безоговорочно и чем быстрее ты это сделаешь, тем проще будет встать с пастели.

Пора!

      Сначала Бона заглядывает к Ёнми.       Дочь как обычно, разложившись звездой, спит без одеяла, откинув его на другой край кровати.

Ничего не меняется

      — Боже, как же ты на него похожа, — шепчет Чаи и, ненадолго углубившись в воспоминания, бережно укрывает свою малышку одеялом, предоставляя возможность поспать еще хотя бы полчаса.       Девушка аккуратно прикрывает дверь, оставив маленькую щелочку, и не спеша продолжает свой путь до ванны. *спустя 10 минут*       Сделав необходимые водные процедуры, заботливая мать начинает готовить белковый завтрак для себя и дочки, так как после вкусного выходного им стоит восполнить баланс полезных веществ, да и вообще, Бона строго следит за питанием, особенно когда это касается младшей Ча.

Pov Бона.

      Смотрю на часы. 07:00       Пора будить соню.       — Ёнми, подъем. — Кричу с кухни в приоткрытую дверь комнаты Ён.- Пора вставать.       Ответом мне стала тишина. Полный игнор.

Прошло пять минут

      — Дочь, сползай, опоздаем! А ты еще даже в душе не была.

Еще пять минут.

      Ох, не любит Ён рано вставать, ну вот ни в какую. Даже если ляжет рано, все равно в семь утра встать не в состоянии. Однако я нашла подход к этому совенку.       Холодный душ, с утра пораньше, удовольствие еще то!              — Ну, хорошо. — Специально на всю включаю воду.- Я тебя поняла, Ёнми~я!!! — топаю ногами на одном месте, но никуда с кухни не ухожу. Это всего лишь маленькая хитрость. — Я не хотела идти на крайние меры, но ты меня вынудила. Ты все равно не сможешь заснуть, ты слышишь?       Замечаю копошение у кровати.

Работает безотказно.

      — Мамммммм, мне так плохоооо…- ноет, давит на жалость, но ведь знает, что не поведусь, и все равно на одни и те же грабли наступает.

Не прокатит.

      За эти годы материнства у меня выработался иммунитет к такому рода жалобам.       — Ты подойди ко мне, я проверю… Давай температуру померим… Горло не болит? — произношу, заведомо зная, что ребенок мой хитрый, начнет симулировать. — …и, если уж все так плохо, вызовем врача… Ну, же, Ёнми~я.       Я всегда смеюсь с нее, когда она понимает, что со мной такая манипуляция не пройдет, выходит гневными шагами из комнаты и топает в ванну.       — Ааааа, ну, почему, другим детям разрешают не ходить, когда они не хотят, а мне никогда!!!!! — кричит за закрытой дверью, хочет чтобы я услышала. — Почемуууу???? Это не справедливоооо!       Спустя пять минут истерика проходит и наступает Тишина.       Каждый раз боюсь, что она там просто уснет или ушибется обо что-нибудь, чего я просто не вынесу.

      Стоя спиной, слышу тихие шаги, а затем ощущаю родные детские объятия. Откладываю лопатки и поворачиваюсь к «мышке», всматриваясь той в глаза. На всякий случай касаюсь лба губами. Холодный. Дышит свободно. Насморка нет.       — Жизнь, вообще, не очень справедливая штука. Рот открой. –* послушно выполняет*. — Горло не красное, дочь.       Обнимаю крепче.       — Я понимаю, что не хочется, мне тоже, но это нужно, солнце. — Целую в лобик и отхожу к плите, пока Ён занимает место за столом.       Спустя полчаса мы обе собраны, одеты и готовы выходить. Проверив свет, воду, закрываю дверь и вместе с дочерью иду к лифту.       Опять 8 часовой рабочий день.

Не опять, а снова.

      Буквально через пятнадцать минут, мы подъехали к школе. Сдав Ёнми классной руководительнице, завожу мотор и продолжаю свой путь на работу, но уже одна. Я уже скучаю.

Дочь — все, что у меня есть.

      За эти годы, я ни разу не пожалела, что не смогла тогда сделать аборт. Даже, сейчас, вспоминая то время, мне мерзко от самой себя. Каждую ночь, неумолимо, благодарю Бога, что не оставил меня одну. В его силе мне еще не удалось усомниться, ведь в тот день я даже из квартиры выйти не смогла.

Благодаря Ёри.

      На тот момент мы были знакомы без году месяц, но это не помешало нам стать лучшими подругами. Встреча с ней подарила мне надежду, она, в прямом смысле, перевернула всю мою жизнь.       Эта девушка просто невероятна.       Когда я рассказала ей о своем решении, она просто заперла дверь квартиры на ключ, перед уходом гневно произнеся: — Этот ребенок станет любовью всей твоей жизни, идиотина. Подумай об этом на досуге, который я тебе организовала только что. Сегодня я помогаю тебе не совершить ошибку, о которой ты бы очень быстро пожалела. Пакеда!

Я ревела всю ночь и на утро, оставив все ужасные мысли и попросив у малыша прощения, позвонила Ким, с просьбой открыть дверь, чтобы вместе поехать на учебу.

      Хорошо, что учиться мне тогда оставалось полгода, и я смогла спокойно окончить университет, начав новую жизнь, в которой была

я,

моя дочь и

вечно оберегающий нас ангел-хранитель Ёри.

Конец Pov Бона

***

Примерно семью годами ранее.

      Коридор университета. Большая перемена. Суета.       Все студенты спешат покинуть душные аудитории и отправиться в столовую, чтобы перекусить и поболтать с друзьями, с которыми не виделись, дай Бог, полтора часа, но уже заметно соскучились. Дружные компании разбавляли многочисленные парочки, мило держащиеся за руки и периодически обменивающиеся влюбленными взглядами. Вот она жизнь, казалось бы. Однако в студенческие годы не все так счастливы. К сожалению.       Есть в этом улье люди, не нуждающиеся ни в ком. Они отстраненные, нелюдимые. Но это все защитный рефлекс. Чтобы не было больно, грустно, одиноко. Лучше так, чем терять близких.

Этим человеком была Ча Бона.

      В столовой девушка сидела одна, всегда с невозмутимо — равнодушным лицом, смотря на окружающих и попивая давно остывший лимонный чай. Однако Ча чем-то отличалась от других представительниц женского пола и все же волей- неволей привлекала внимание парней. Она казалась им недоступной, тем самым более желанной.       Одним из претендентов стал самый популярный студент университета — Ким Сухо. Это крах.       Ну, и, конечно же, вместе с назойливым поклонником, который ей покоя не давал от слова совсем, у Боны появился свой фан-клуб из самых стервозных девушек СНУ (Сеульского Национального Университета), который явно не желал Ча счастья и благополучия.

Но проблемы на этом не заканчивались.

      Из-за недавно обнаруженной беременности девушку часто мутило и мучило несварение, с которым справиться, оказалось, не так-то просто. Токсикоз отрывался на ней, как только мог, однако стоит отдать должное ее организму за то, что тошнота приходила в одно и то же время.       Это и помогло скрыть свое положение от чужих глаз.       Ну, и сегодня как всегда отпросившись у преподавателя за десять минут до окончания пары Бона спешно идет в уборную и, быстро скинув сумку на пол, залетает в кабинку, запирая дверь на щеколду.

Минута мучений и свобода. Это прошло.

Однако облегчение оставило ее так же быстро, как и пришло.

Появился страх. Мерзкий, будоражащий все органы брюшной полости.

Лучше тошнота.

      По шагам Ча понимает, в помещение зашли. Но ладно бы люди…

Только не это. Не они.

      Знакомый до боли голос раздается в помещении.

      Лим Суджи

      Она главная в ее клубе анти-фанаток. Считает себя борцом за «справедливость».       Бона решает для себя кабинку не покидать ни за что на свете, но когда не находит рядом сумки, тут же ругает себя за глупость. В ней все ее вещи.

Все, что у нее осталось.

      Еще вчера хозяйка комнаты, за неуплату, попросила девушку съехать. Ча ничего не оставалось, как собрать свои пожитки и переночевать в подсобке кафе, в которое она накануне устроилась.       Сейчас же и это под угрозой уничтожения, поэтому лучше выйти. Просто зная эту девушку, Ча могла спокойно сказать, что Суджи сделать с вещью Боны какую-нибудь гадость, не составит труда.       — Выходи, мелкая дрянь! Лучше выползи по-хорошему! — Лим бьет несколько ладонью по дверце, чтобы подлить страха ненавистнице. — Я смотрю, ты сумочку свою забыла. Не боишься, что с твоей драгоценностью что-нибудь случиться?       В глазах Боны паника. Ведь никто ей не поможет. Если она лишится этих сбережений, у нее просто-напросто не будет средств на существование.       «Боже, спаси меня, пожалуйста» — взмолилась про себя Ча. Она никогда не была сторонницей религиозных убеждений, но, видимо, сегодня ей придется перевернуть свою веру и приклониться.       Как по волшебству снаружи уборной дергается ручка. Кто-то стучит в дверь.       — Это преподаватель? — задает вопрос одна из нападавших       Лим лишь произносит «не знаю» и отступает на шаг от кабинки.       Слышен женский голос.       — Господин Хон, дверь не открывается. Там может, застрял кто-то и не может выйти? Можно ключ ненадолго? «Спасибо тебе за неравнодушие! Кем бы ты ни была» - чуть ли не плача, шепчет Ча.       — Да, конечно, — отвечает преподаватель и спешит к завхозу.       Как только Лим слышит отдаляющиеся шаги Хона тут же открывает дверь и прячет за спиной сумку Ча. Секунда.       В помещение заходит брюнетка и проходится по присутствующим взглядом.       — Что здесь происходит? — произносит так, чтобы до каждого в этой уборной дошло, что с ней лучше дел не иметь. Голос чистая сталь, без примесей и добавок. Одним тембром уничтожила.

Пробежали мурашки?

      Все молчат. Свита Лим ждет приказа, когда сама глава молчит в тряпочку, опустив глаза.       — Повторить?       — Нет, Ёри. — вдруг подает голос Суджи. — Ничего не происходит. «Ну, и кто очередная жертва» — думает про себя Ким и, глянув в зеркало, в отражении замечает знакомую сумку. Девушка знает ответ, но даст возможность искупить свои грехи.       — Чья это сумка?       — Моя. — мямлит обидчица, а остальные, как по команде, начинают кивать, соглашаясь.       «Ох, как же меня это все надоело…» — думает про себя Ким и стучит по дверце занятой кабинки.       — Выходи,- медленно произносит Ким.       От усталости после волейбольного матча девушка еле стояла на ногах, однако эта весьма некрасивая ситуация сил немного поприбавила. Отрезвила.

Неужели Бог услышал меня?

      Ча тут же спешно открывает и показывается. Глаза девушек мгновенно встречаются.       — Омо! — наигранно восклицает Ёри, не отводя глаз от Лим. — Ничего себе! А говорила твоя! — Подходит ближе к Суджи, вынуждая вернуть вещь законному владельцу.       — Ёри~я, ты же не знаешь, но эта мразь хочет забрать моего парня, я должна была ее проучить!!! — чуть ли не визжит Лим, дабы хоть немного оправдаться перед главной защитницей всех малых и ущемленных.       — Я поняла тебя. — Ким подходит ближе, возвышаясь над Су, практически на пол головы. — Но если еще раз я тебя замечу около неё или другой девушки, псевдо влюбленной в твоего якобы парня, тебе будет плохо. Я не сторонница мордобоя, но могу гарантировать тебе и твоей шайке-лейке веселые годы, так как университет вы вряд ли сможете закончить и никакие ОСОБЫЕ заслуги вам в этом не помогут. Поняла меня?       Брюнетка давит морально.       — Поняла. — обреченно вздыхает Лим и уходит восвояси со своей свитой.       Конечно, Ёри поступает грубо, но что поделать, по-другому не умеет.       После такого же случая на первом курсе, она сумела поставить барьер, через который хрен кто сможет пройти.

      Только на месте Ча, четыре года назад, была сама Ёри, маленькая девятнадцатилетняя девочка, которая всего-то хотела любви и заботы хоть от кого-то.

Но здесь есть одно отличие.

Ким не помогли

Поэтому сейчас она протягивает свою руки с надеждой, что ее примут.

      Девушки остаются наедине.       Испытывая отвращения из-за своего внешнего вида, Ча подходит к крану и, открыв холодную воду, ополаскивает рот, а затем и лицо. Ей необходимо было смыть этот позор, и чем быстрее она это сделает, тем лучше, иначе она рискует вызвать приступ тошноты снова. Естественно этого Бона хочет в последнюю очередь.       — Спасибо тебе, — набрав в легкие воздуха, произносит Ча.- Я запаниковала, не знала, как быть.       Голос ее до сих пор дрожит, но девушка старается скрыть это под напускным спокойствием.       — Почему не ответила им, не дала отпор? — обыденно грубовато спрашивает Ким.       —У Лим в руках была моя жизнь, — взглядом указывает на сумку.- в прямом смысле. Как я могла? Ким кивает и после, недолго думая, протягивает руку: — Я Ким Ёри.       Внешний образ спасительницы никоим образом не располагает к себе, даже, мягко сказать, отталкивает. «Total black» если в двух словах. Однако карие глаза девушки, подведенные черным, не выдают ничего кроме искренности и плохо скрытой в глубине души доброты.       Ча знала Ёри еще на первом курсе, но познакомиться им так и не удалось.       Тогда девушка выглядела иначе. Была точной противоположностью своему нынешнему амплуа, много улыбалась, общалась с людьми. Подробностей Бона, к сожалению, не знает, но догадаться, что не от лучшей жизни это случилось с ней, можно с легкостью.       — Ча Бона, — собрав силы в кулак, пожимаю протянутую ладонь.       Однако следующего вопроса она точно не ожидала.

      — Будешь со мной дружить? — прямо, без доли стеснения произносит Ким У Ча весь мир перевернулся.

Со мной хотят дружить? С меня и взять то нечего

      — А, это тебе нужно? — сомневаясь, спрашивает Бона. Ответом послужил кивок.- Просто я мало, что могу дать тебе.       Стесняясь своей жизни, Бона переминает свои пальцы, дабы успокоиться хоть на секунду. «Раньше я могла дружить со всеми. У меня были деньги, дорогая одежда, машина. Теперь же я нищая, беременная, еле-еле свожу концы с концами. Спасибо ректору универа, что хоть на бюджете меня оставил. Кому такая подруга то нужна? Я понять не могу!»       — Считаешь меня материалисткой? — усмехается Ким.- Вот не ожидала…

я не хотела тебя обидеть!

      — Неет…нет. что ты, я просто.- Бона мысленно бьет себя за такие мысли. Ей становится так неловко, что она начинает искать слова, дабы исправить некрасивую ситуацию, однако это всё было необязательно. На все помещение раздается громкий смех.       Ким чуть ли не напополам складывается от приступа веселья.       —Да, ладно тебе, я же шучу. У меня все есть, кроме подруги, — умалчивая о родителях, продолжает.- Это единственное, что мне от тебя необходимо! Ча кивает.       — Только не передумай… и не говори потом, что я тебе надоела. — перебросив сумку через плечо, выходит из уборной.       — Вообще-то это я должна тебе говорить! — возмущаясь со слов… подруги, Ким выходит следом. — Эй, Бона, подожди! Стой тебе говорят!

***

(жирным курсивом отображаются мысли Ким, светлым — комментарии Чонгука)

      — Юнги сказал, что бы ты переехала ко мне на время. — Чон выруливает с парковки, мельком бросая взгляд на пассажирку. — Так всем будет проще и для тебя безопасней. «Ох, а с каким самомнением лопочет!» — возмущается про себя Ким, но на деле лишь фыркает, отвернувшись к окну.       Чонгук с удовольствием пробует возмущенную ауру Ёри на вкус, улыбаясь с того, что смог хоть на немного вывести девушку из себя. Именно такой она нравилась ему больше всего, когда не пыталась скрыть свои чувства от него и от окружающих в частности.       Вчера, закончив разговор с Юнги, Чон так быстро поменялся в настроении, что у Ким не было даже возможности выпросить у того подробности. Но сейчас, кажется, благоприятный момент для этого.       «Нужно вытрясти с него максимум. Файтин, Ёри!» - кивнув, девушка поворачивает голову на парня и выжидающе смотрит, думая, когда же вставиться свои три слова.       Поэтому, дождавшись пока на лице у Чонгука не восстановятся спокойствие и безмятежность, Ёри начинает свою маленькую манипуляцию.

Думаю, время пришло.

Идеально.

      — А, мне кажется, он просто боится, что ты опять во что-нибудь влипнешь. Видимо, я нужна ему как гарант твоего здоровья, — Ну, ладно, не три, но с каким посылом они были сказаны. — Юнги, похоже, знает тебя, лучше всех. Похвально, — контрольный выстрел.- Кажется, мы с ним поладим.       — Чего это тебе с ним ладить? И…что ты сказала? — притормозив на светофоре, Чон поворачивается корпусом на пассажирку и удивленно вскидывает брови. Ты меня вывести хочешь, я не понял?       — Боится чего? Ну, конечно…- раздраженно проводит пальцами по волосам.- А то, что я себя не пожалею, — переводит взгляд на Ким. — …чтобы прикрыть одну мартышку, тебя не колышет? Если нужно будет я так и сделаю! — удостоверившись в «зеленом» на светофоре, поворачивает на перекрестке вправо и, проехав еще метров двадцать, въезжает на парковку компании.       — я тоже. — Отстегиваясь, протягивает Ёри.- Если нужно будет, я закрою тебя собой, будь в этом уверен. И если ты попробуешь мне помешать, я тебя просто вырублю, помни об этом, Чон Чонгук! — все, точка кипения достигнута!       Ким покидает салон тут же, не дождавшись Чонгука, и быстрым шагом удаляется к лифту.       — Идиот! — произносит девушка вслух, заботясь о том, чтобы человек, в непонятках вышедший из машины следом, точно услышал и понял, что это обращение адресовано только ему.

Тоже мне герой нашелся.

      — Ёри, — кричит достаточно громко Чон, ускоряясь. Но, увы, не успевает. Лифт закрывается.

Черт!

      — Ну, почему ты такая…- от безысходности Чон с силой бьет ладонью по стене, даже не почувствовав боли.       Вдруг двери разъезжаются, открывая вид на человека, находящегося внутри.       — Какая? — протянув все возможные гласные, улыбается Ким.– Ну, же, скажи! — манит пальцем, дабы Гук зашел в кабину и говорил с ней на равных.        И Чон заходит, только не так, как ожидает Ёри.       Дождавшись закрытия дверей, он тут же сокращает расстояние и наклоняется так, чтобы прямо смотреть в глаза любимой. Оставив десять сантиметров дистанции между своими и губами напротив, брюнет четко проговаривает:       — Упрямая. — целует в аккуратный нос, от чего Ким ненадолго теряется, но марку держит.

Первый этаж.

      — еще? — хитрый взгляд, пробуждает в парне не только желание, но и страсть.

Второй.

      — Невыносимая, — касается уголка губ.- …Своевольная…

Третий.

      — даже так? — девушка показательно облизывает нижнюю губу.- Ну, же, напрягись, Чон. — и цепляет указательным пальцем галстук, притягивая парня ближе. — Меня…злят…длинные слова…- каждое слово в губы, практически касаясь.

Нет. Ну, это удар под дых, Ёри!

      — ммм? — театрально удивляется брюнет.- Да, вы обольстительница, госпожа Ким.- останавливается, выжидая ответных действий.

Четвертый.

      — нет, не то! — протестуя, проговаривает Ким.

Пятый.

      — Ну, я даже не знаю, любимая…? — хищно улыбаясь, произносит Гук.       — какая? — выражение лица Ким такое, как будто она ни разу такого слова не слышала.       Так и в правду не слышала. Чон говорил это про себя, каждый день.       — любимая…- выдыхает брюнет и, не сдерживая больше себя, просто врезается в желанные губы, целует жадно, будто они не виделись несколько лет, хотя еще буквально пять минут назад они сидели в машине и спорили.

      Шестой.

      Лифт останавливает свой ход.       Молодые люди как по команде отступают друг от друга, приводя себя в порядок. Ведь им сейчас выходить. Это их этаж.       Двери открываются, и Чон, как истинный джентльмен, пропускает Ким вперед и выходит следом.       Однако брюнет ставить на этом точку не собирается и шутливо произносит:       — но, мне кажется это слово недостаточно длинное…       — Рот закрой… — рявкает Ким, но тут же осекается, заметив выходящего из-за угла сотрудника.- …те Президент Чон! И не забудьте о сегодняшнем собрании! — выпаливает, ускоряясь.       В отличии он идущего вразвалочку парня, девушка решает как можно быстрее скрыться с поля зрения первого, ибо в противном случае она не выдержит и захочет продолжения увлекательного разговора.

Что очень вероятно.

      Оказавшись на своей территории, Ким выдыхает и спешно идет к рабочему столу.       — Успокойся, Ёри. — вдох-выдох.- Нужно работать! Накопилось очень много работы. Ким переводит все внимание на стопку папок на краю стола.

Что же, смотреть на них теперь?

      Тут же подхватывает одну, начинает вникать в содержание документа. Но сосредоточиться сегодня ей не удастся. Из рабочих мыслей ее выводит звук смс. Новое сообщение от абонента «Чон Чонгук» Чонгук: Продуктивный разговор получился, скажи?       — Ащ. Ну, что за придурок? Не буду отвечать! — блокирует экран и бросает Samsung в выдвижной ящик. — Пусть у тебя уши горя, Чон Чонгук! Дурак! Стук в дверь. Ким напряглась.

Неужели?

      — Войдите!       Какого было облегчение Ёри, когда на пороге появляется Бона с несколькими папками и стаканчиком кофе.       — Мисс Ким, доброе утро! — Ча проходит в кабинет, закрывая ногой дверь. — Ваш латте и чертежи. Кстати таких стопок, — указывает на «Пизанскую» башню по правую руку от Ким. — еще три, кажется.       — Брось, не до субординации! — отмахивается начальница и показывает на кресло, предлагая подруге сесть. — Вот же черт! Этот Ки, сволочь, все планы мне смешал!       — Да, ничего, справимся. — Бона присаживается напротив и выжидающе смотрит на Ким.- Ты от кого бежала, дорогая? Пронеслась мимо меня как ураган.       —Вкусный кофе.- пытаясь сменить тему, Ёри встает и отходит к окну.       — Не увиливай, подруга! — Ча стоит на своем. — И, кстати, мы так и не поговорили о ваших отношениях с Чоном. Ты вообще на связь после субботы не выходила.       — Мы встречаемся.- выпаливает Ёри и ждет реакции со стороны.       — Вы встречаетесь. — спокойно повторяет Бона, не вникнув в смысл до конца. Но буквально через секунду.- ЧТООО???? И ты …ТЫ МОЛЧАЛА????? Как ты могла???       — Ну, прости, Бон, — виновато выдыхает Ким. — Вчера только сама узнала, и он просит к нему переехать.       — в честь какого похмелья! — Скептически смерив взглядом, Бона хмыкает и продолжает. — Вы даже месяца не встречаетесь! Сколько то прошло после Лондона то, дня два?       Ким соглашается со словами Ча и как-то так между делом сообщает:       — ночью мою входную дверь пытались вскрыть.       Нельзя не заметить, как глаза напротив расширяются и рот вопросительно открывается.       — ПРОСТИ, ЧТО? — еще чуть-чуть и у девушки случится инфаркт. — И ты молчала? Нет, ну, это перебор уже! Все в порядке? Ты не пострадала?       Ёри лишь отрицательно кивает и отставляет стаканчик на край стола.       — Поэтому Чон и предложил переехать. Сказал, что так будет проще и безопаснее.       — Тогда ладно. Да, и, в конце концов, вы же не дети малые. Обоим под тридцатник.       — По факту, хах, — ухмыльнулась Ёри.- А, что насчет тебя?

Pov Бона.

Что на счет меня?

      — В смысле? Ты к чему клонишь? — я знаю к чему, но по какой-то причине эта тема для меня приобрела нежелательный характер.

Ничего не хочу.

      — к тому, что ты тоже должна быть счастлива.       — Я вполне счастлива, у меня есть дочь, которую я бесконечно люблю, есть лучшая в мире сестра. Мне больше никто не нужен.       — Это окончательный вариант твоей жизни? А в завершении, небось, хочешь на свадьбе Ёнми погулять, костями погреметь? — Ким откровенно издевалась. Ситуация набирает обороты. — Давай прекращай! Ты о том парне всю жизнь будешь вспоминать.       — Причем здесь он? — конечно он. — Я просто не хочу ничего… Мне пока хорошо и так.       — Ох, помоги мне, Боже, — взмолилась к небесам Ёри.- Я свахой никогда не хотела быть, но, похоже, придется.

Нет, только не это!

      — Может не… — начала я было отнекиваться, но была грубо перебита любимой подругой.       — Что ты думаешь о Намджуне?       — О ком? — на моей памяти еще не было парня с таким именем. — он кто вообще?       — Это друг и помощник Чона, — увидев в моих глазах полное безразличие, брюнетка продолжила.- Он свободен, абсолютно. По словам проверенного источника, парень очень даже неплох, симпатичен и интеллектуально развит.

А проверенный источник это Чонгук, да?

Охотно верю.

      — Ох, не ожидала, что мне это будешь говорить ты.       Поднимаюсь на ноги. Хочу побыстрее смыться отсюда.       — Ну, знаешь. Суровые времена требуют суровых решений, — Ким как ни в чем небывало пожимает плечами и продолжает.- Я тебе больше скажу, у тебя даже два варианта. Оборачиваюсь на дополнение Ёри.

Даже интересно стало!

      — А, кто второй? — вопрос достаточно простой, но…       — Капитан. — кратко отвечает Ким.- Он приедет сегодня. И, кстати, он не простой госслужащий, а начальник главного отделения полиции Пусана.

Пусана?

      — Сдаюсь, ты меня заинтриговала, — потираю ладони, с интересом подняв глаза на подругу. — А, имя то у этого Большого Босса имеется?       — Конечно, — выдерживает паузу.- Юнги.

Это шутка?

      — Что ты сказала? Кто? Нет. Не может быть. Да, это кто-то другой. Точно. Очень даже распространенное имя!       — Мин Юнги — капитан полиции Пусана. Друг Чонгука. Я разве не говорила?       — Ты много о чем не говоришь, подруга. — гневно отзываюсь и подхожу к окну.       Все мысли смешались в один сплошной беспорядочный поток. Варианты выхода из ситуации, как мне показывали мои внутренние датчики, равнялись круглому нулю. Да, даже меньше нуля. Они совсем ничтожны.       Неужели все мои старания были напрасны. Я добровольно отказалась от него, дала ему право быть счастливым.       Так зачем ты напоминаешь мне о себе?              Скрываясь под другим именем, думала, забуду… не встречу… не увижу…       Но ЧЁРТ!!!!!       Одно слово. Одно единственное упоминание и меня не собрать.       — Чёрт!!! — вскрикиваю. — Я, думала, все осталось в прошлом… Как же так…       Тишина.       Ёри смотрит на меня огромными глазами. Не понимает!       — Что происходит, Ча? — выдыхает Ким. — Что ты оставила в прошлом? Набор слов какой-то!!!       — Понимаешь… я в полной жопе и, Объяснить причину будет сложно, нужно время, вагон и маленькая тележка.       — Да, почему? Вы знакомы? — выпалила Ким.       — Более чем …- выдавив нервный смешок, подхожу к журнальному столику и наливаю полный стакан воды. Почему хочется пить?       — ТЫ НАДО МНОЙ ИЗДЕВАЕШЬСЯ? — повышает голос подруга. — Скажи хоть что-то внятное!       — Нет у меня времени на это, Ёри! Мне нужно домой! Срочно! Я не могу с ним столкнуться. — умоляюще сложив ладони, тихо произношу. — Сколько между нами километров? 325? По любому он на машине, значит 5 с половиной часов езды без остановок. — нервы начинают сдавать.- Раньше восьми Юнги не встанет. Пока поел, собрался, прошло еще полчаса. В полдевятого выехал. Следовательно, в полвторого он будет в Сеуле. А сейчас… — в голове появляется идея побега, которую мне очень хочется воплотить в жизнь. Опускаю глаза на руку. 09:15 Меня сейчас просто разорвет от волнения.       — Мне это вообще ничего не дало! Если ты не скажешь, я тебя из здания компании вообще не выпущу, и еще приглашу Юнги ПРЯМО СЮДА, чтобы он точно тебя заметил. — Ким играет не честно. Нужно что-то весомое, чтобы наверняка.       — Он отец Ёнми.

Вот! Я это сказала!

      — прекрасно, — Ёри от шока плюхнулась обратно в кресло. В ее глаза сплошные вопросы.       — ты сама просила! — получите, распишитесь!       — стоп.- выдыхает Ким.- А как же тот парень… Это что и есть Мин?       — да.       — но ты же сказала, — у Ким на лице все написано. Прямо сейчас она по любому вспоминает историю появления Ёнми, которую я рассказала ей сто лет назад. Это все правда ложь.- ТЫ СОВРАЛА!

Я даже вымолвить ничего не могу.

Ёри права.

Ложь вскрылась, как болячка на коленке.

      Минута молчания закралась между нами впервые за 7 лет дружбы.       За шестьдесят секунд, я успела изучить абсолютно каждую мелкую деталь этого кабинета. Тишина меня мучила, разрывала, а затем сшивала заново на живую. Мне больно от того, что за эти годы я не нашла в себе силы признаться и все ей рассказать.       Простит ли она меня когда-нибудь. По сути, я всю свою жизнь скрыла под предложением « я ушла из дома».       — Да, подруга, сильно.- Ким нервно потирает переносицу и странно вздыхает.- У меня просто в голове не укладывается, почему вы тогда РАССТАЛИСЬ, если у тебя от него ДОЧЬ? или он…- догадалась.- …не знает?       — Не знает, — все, что я могу это сдерживаться, чтобы не разреветься. Так стыдно!       — то есть ты посчитала нормальным, остаться на руках с ребенком, без жилья и без денег? Ты себя слышишь? — Ким злится с каждым произнесенным ею словом. Она, кажется, готова на себе волосы рвать от недоумения и осознания моей глупости в молодости.       — я когда уходила, не знала, что беременна.       Это предложение звучит так по-детски. Да, дети в школе с тем же успехом говорят, « я не выучил урок, потому что потерял учебник». Но только им лет по десять, а мне на тот момент было 23 годика.       — а причину твоего ухода от Мина ты мне скажешь?       — это сложно, понимаешь? О чем-то я просто не имею права рассказывать, потому что это не только моя тайна. — глаза начинают щипать от подступающих слез. — Первые несколько месяцев мысли о моем эгоистичном поступке не давали мне покоя. Но после рождения Ёнми мне удалось избавиться от чувства вины, но сегодня… когда ты произнесла его имя, эта волна паники и сожаления снова накрыла меня с головой… и знаешь, что самое ужасное?       Ёри, кажется, забыла, как дышать. За время нашей дружбы она видела меня разной, но сейчас Ким знакомится с новой настоящей мной… с трусихой Пак Суен.              — Я убегала тогда не от Юнги, а от последствий своего побега из… — КЛАНА меня злит, что я не могу сказать этого тебе.- …не важно. Я боялась за него, больше чем за себя. Поэтому и решила исчезнуть. Из страны мне выезд был запрещен — сразу бы нашли. Моим решением было остаться в Сеуле, но этим все не ограничилось. Мой страх дошел до того, что я сменила имя… свое имя, Ёри.       Смотреть в глаза напротив было слишком тяжелым испытанием. Я боялась, что единственный родной мне человек после дочери осудит меня, отвернется…

Но…

Как я могла так ошибаться?

В ней…

      — Что это за страшные люди? Ты можешь сказать, кто преследовал тебя или… — Ёри испугалась своих мыслей.- …все еще преследует?       Секунда и я оказываюсь в крепких объятиях подруги. Кажется, мы даже не поняли, как оказались сидящими в обнимку на диване. Меня, в прямом смысле, трясло. Тело никак не могло справиться со стрессом.

Как же я тогда сбежать то решилась, если трусиха хлеще, чем заяц из сказки.

      — Это был мой отец. — Слишком долго я молчала.- Для него всегда в приоритете была власть и не важно, какой ценой она ему достанется. Он был за и одновременно против всех. Знаешь это чувство, когда хочешь усидеть на двух стульях?       Ёри кивает.       — В тот день он и его союзник решили заключить «перемирие» с враждующей стороной, и честь этого знаменательно события вечером по их инициативе был организован прием, на который были приглашены все семьи кл…хм…- осеклась я. — …организации. Ничего не предвещало беды, все пили, веселились, в общем хорошо проводили время, но это было лишь прикрытием. Самая жара началась после полуночи. И знаешь, что было верхом этого идиотизма? Отец привел на этот прием меня, заведомо зная, чем все закончится. Сказал, что официально представит меня высшему обществу, что я смогу завести новые знакомства. И поначалу так даже и было. Но лишь до того момента, когда прозвучал первый выстрел…

Тогда я впервые увидела Юнги.

Конец Pov Бона

Продолжение следует…