Волчье сердце

Намджун не знал кем он являлся до двенадцати лет. Внутри было затишье, но когда Джин уехал в город, волк затосковал по нему. Он перекинулся в тот день впервые и очень растерялся. Но зверь в груди постепенно поддался управлению, и уже к пятнадцати альфа смог полностью контролировать своего волка. Но в душе было тоскливо. Джин больше не приезжал, и волк начал забывать его. А человеческая часть по-прежнему помнила этого омегу, ибо к нему у альфы были настоящие чувства. И когда Намджун вновь увидел его в тот день, то его волк чуть с ума не сошёл, хотя и человек пытался сохранить хладнокровие. Сокджин сильно изменился, но глаза его остались такими же лучезарными и добрыми. Он стал красивее, вырос, а его запах стал соответствовать омежьей сущности. Джин стал настоящим омегой. Альфа, смотря на его лицо в ночном полумраке, не мог перестать улыбаться. Внутри ещё бушевало после недавней стычки с Хосоком, но Намджуна просто переполняла странная нежность. Сокджин рядом тихонько сопел, обняв подушку, а альфа напоминал какого-то маньяка из ужастика. Навис над бедным парнем и смотрел на него почти всю ночь, слушая ровное сердцебиение. Начало светлеть. Солнце поднималось над горизонтом, и Намджун пересилил себя пойти приготовить Джину поесть. Когда он вернулся в комнату, то омега уже не спал. Он сидел на кровати и смотрел в окно на восходящее солнце, лучи которого лениво падали на пол. Намджун облокотился о косяк, пытаясь запомнить все черты юношеского лица. Сокджин часто морщил нос, его брови могли выразить десяток эмоций в минуту, а пухлые губы он постоянно кусал. — О чём задумался? Джин вздрогнул и медленно повернул голову. Ещё сонная улыбка тронула его губы. — О том, что здесь очень хорошо. Не знаю, как смогу уехать отсюда. Альфа тяжело вздохнул. Конечно же, отпускать волк его не собирался, но человеческая часть прекрасно осознавала, что удерживать насильно она не имеет права. — Ты всё-таки уедешь? — спросил неуверенно Намджун. — Мне нужно обратно. Хосок нашёл меня, и я не хочу, чтобы наши ссоры происходили при дедушке. Намджун опустил взгляд в пол. — Я вчера ходил к вам домой и поговорил с ним. Он уедет сегодня днём, — тихо произнёс он. Джин почувствовал дикую неловкость. — Ты…типа прогнал его? Он мой бывший, и ты… Ты?.. Альфа почесал затылок. — Я бы хотел за тобой ухаживать, — он поднял взгляд на омегу и широко улыбнулся. — Ты разрешишь мне? Сокджин растерялся. Он распахнул глаза и приоткрыл рот. Боги! Что делать? Что отвечать? Невероятно, что он хочет ухаживать за ним. Джин попросту не верит в это. — За мной? — недоверчиво переспросил омега. Намджун кивнул, не переставая улыбаться. — Боже… — Ты мне до сих пор нравишься, — говорит альфа, и его скулы нежно краснеют. — И я хочу тебя. Джин чертыхнулся от такого признания. Намджун ему симпатичен, но не настолько, чтобы сразу ложиться с ним в постель. — Я не…знаю. Это слишком неожиданно, Намджун. — Я не прошу прямо сейчас. У тебя много времени. — Я, эм…ладно. Мне нужно вернуться домой. Альфа покраснел и вновь опустил взгляд. — Мне не особо понятно, как ухаживать за кем-то, и я просто приготовил тебе завтрак… Джин улыбнулся, поднимаясь с кровати. — Ты ни с кем не встречался? — Я влюблён в тебя. У меня был секс, но как удовлетворение. По любви ещё нет. — Ты так честен со мной, — сказал омега, выходя в коридор. Он бегло пригладил свои волосы, которые торчали после сна и вышел на кухню, где уже был накрыт стол. Завтрак был ещё тёплым, и такое внимание смущало. — Я хочу быть честным с тобой, — отозвался альфа, наливая чай. — Так ты что-то скрываешь от меня? — насмешливо прищурился Джин. Намджун напрягся, но попытался скрыть это. — Есть кое-что, но обязательно расскажу тебе это. Потом. Из комнаты напротив высунулся сонный Тэхен, который, качаясь вышел к ним, и бухнулся на стул. На нём по-прежнему были надеты джинсы Кима, и тот подумал, а снимает ли их Тэхен вообще. — Всем привет, — сказал омега. Джин улыбнулся, смотря на него, а Намджун встал позади него с сложил руки на груди. — Где ты был? — спросил он. Тэхен зевнул, подтягивая к себе тарелку с яичницей. — Спал. — Где ты был ночью? — настойчивее спросил старший, и Тэхен закатил глаза. — Сидел на мосту и любовался луной. — А с кем? Омега тяжело вздохнул. — Один. Было видно, что Намджун ему не поверил. Джин не хотел влезать в их разговор, но всё же. — Чимин вчера вечером тоже исчез. Я не видел его, как только стемнело, — сказал омега. Тэхен стрельнул в него острым взглядом и попытался смыться. — Свали пока. Вечером поговорим, — пробурчал Намджун. Тэхен в ответ закатил глаза и ушёл к себе. И, прежде чем он скрылся, Намджун, думая, что незаметно, понюхал его, и Джин нахмурился. — Что-то не так? — спросил альфа, передавая старшему кофе. Джин тряхнул головой. — Нет, — отозвался он. — Почему ты так строг с ним? Он же уже взрослый. — Он идиот, — сказал Намджун, садясь напротив. — Я устал его у альф и бет отбивать. Крутит своей задницей перед всеми… Сокджин улыбнулся. — А Чимин никогда не смотрел на омег. У него плохая самооценка, и, знаешь, он думает, что ему будет лучше с бетой. — Глупость. Рано или поздно он влюбится в омегу или альфу, — усмехнулся Намджун. — Нельзя контролировать это. Джин покраснел, слыша в его голосе тонну нежности. Чёрт… Они разговаривали обо всём, пока ели. Намджун рассказал о своей семье, показалось, что он что-то утаивает. И уходить из его дома не хотелось, но Джину следовало бы пойти домой и серьёзно поговорить с Чимином… — Давай я тебя провожу, — предложил Намджун, поднимаясь со своего места. Омега неловко улыбнулся. — Не нужно. Думаю, Хосок уже убрался из дома. Спасибо тебе. Намджун очаровательно улыбнулся в ответ, и Джину захотелось ткнуть пальцем в милые ямочки, но он сдержался. Выходя на улицу, Сокджин пытался не нервничать, ибо альфа был очень близко и дышал в затылок. Сердце в присутствии Намджуна уходило в пятки. — Ну, до вечера? Они стояли у калитки, и Джин чувствовал неловкость, словно это первое признание в его жизни. Намджун стоял напротив, красный, как рак. — До вечера, — быстро ответил альфа, чмокнул мокро Джина в щечку и скрылся в доме, а омега так и замер, покраснев ушами. Он коснулся своей щеки и зажмурился, прислушиваясь, как его сердце медленно ломает рёбра. Намджун чересчур мил с ним. 🐺 — Ты был с тем бетой вчера? — спросил впритык Намджун у лежащего лицом в подушку брата. Тэхен в ответ только тяжело выдохнул в тонкую ткань и перевернулся на спину. — Разве это имеет какое-то значение? Альфа тяжело вздохнул, садясь рядом. — Это очень опасно. Ты же понимаешь. Тэхен прикусил губу и закрыл глаза. — Я раскрылся вчера перед ним, — тихо сказал он. Намджун нахмурился, пытаясь осознать сказанное, а затем резко схватил брата за грудки и тряхнул. — Что?! — Я раскрылся, — спокойно повторил младший и открыл глаза. — Не знаю, как это произошло. Помешательство какое-то. Мой волк просто вылез наружу и набросился на Чимина. Его запах… Мой запах ему понравился, и он поддался… Намджун отпустил брата и отстранился. — Ты пометил его? Как волк, да? Тэхен кивнул, и альфа недовольно посмотрел на него. — С этим нужно быть осторожнее. А если бы ты его убил? Ладно. Хорошо, а как он отреагировал? Младший тяжело вздохнул, накрывая лицо ладонями. — А как, чёрт возьми, он должен был отреагировать? Он оборотня увидел! Вырубился сразу же! Сознание потерял, — омега перевёл дыхание. — Я обратился обратно и донёс его до дома. Уложил в кровать и пришёл сюда, — он всхлипнул тихо. По щекам побежали слёзы. — Я не знаю, как это произошло. У оборотней сдают эмоции, когда они встречают свою пару. Намджун и подумать не мог, что его младший брат сотворит такое, встретив своего человека. Тэхен плакал, дрожа всем телом, и Намджун погладил его по спине. — Ну не плачь. Я тоже плохо контролирую своего волка рядом с Джином. Все обойдётся, — утешающе сказал альфа. Тэхен в какой-то момент всхлипнул особо громко. Он же омега, и ему позволено плакать, напомнил себе Намджун. Ну почему с младшими братьями так сложно?.. — Но ты же не набрасываешься на него и не насилуешь, — прошипел Тэхен в ответ. — Я чуть шею ему не сломал… — Не ты, а твой волк… — Да какая разница? Я! Это был я! Намджун тяжело вздохнул. — Не драматизируй. Вечером пойдёшь и поговоришь с ним, — сказал он, и Тэхен медленно убрал руку от лица. — Ты…поможешь мне? — Конечно. Я же твой брат. 🐺 Сокджин присложился боком к стене и хмуро взглянул на Чимина. Тот лежал на кровати, отвернувшись к стене, но не спал. — Чимин, что случилось? — в третий раз спросил Ким. Бета ничего не ответил. — Чимин. Тишина. Джин осторожно сел рядом и коснулся рукой чужой макушки. — Пожалуйста, скажи, что произошло, — произнёс омега. Чимин тяжело вздохнул, поджимая к себе ноги. — Ничего, — тихо ответил он. — Не лги мне. Бета вновь промолчал. — Это из-за Тэхена? Спина Чимина заметно напряглась, что выдало его волнение. Сокджин шумно втянул носом воздух и поднялся с кровати. — Ладно. Я зайду позже, — сказал юноша и вышел из комнаты. День прошёл очень быстро. Джин неспеша хлопотал по хозяйству, ожидая приезда деда. К вечеру он принялся готовить ужин, но прежде зашёл к Чимину. Тот уже не спал, сидел около окна и смотрел на садящееся солнце уставшими глазами. Выглядел он подавленным, и Сокджин улыбнулся. — Я приготовил тебе штрудель. Ты любишь сладкое, — сказал омега. Чимин тяжело вздохнул, медленно обернувшись на хёна. — У меня нет настроения, — ответил бета. — Я так старался, — надул губы Джин, пытаясь заставить друга улыбнуться, но Чимин только хмыкнул, поднимаясь на ноги. Он небрежно прикрыл свою шею воротом рубашки и вышел на улицу. Свежий вечерний воздух обдал лицо. Солнце ушло за горизонт, оставив после себя розовую полоску вдалеке. Природа стихла, готовясь ко сну. На террасе был накрыт стол. Штрудель, лёжа на большой белой тарелке, дымился, будучи ещё невероятно горячим. Он был разрезан пополам, и яблочная начинка выглядела очень аппетитно. Над кружками с чаем стоял пар. Чимин осторожно сел за стол и потянулся за чаем. Джин, смотря на него, нахмурился. Он искренне не понимал, что произошло между его другом и Тэхеном, но это было странно. Чимин выглядел немного потрясённым и в тоже время растерянным, и это выбивало Джина из колеи. Пак с неподдельным аппетитом ел штрудель и запивал его чаем. Не хотелось вновь задавать прежний вопрос, ибо Чимин уже заметно расслабился. Неподалёку раздались тихие шаги, и Сокджин обернулся. Около калитки стоял Намджун. — Привет! — он помахал рукой, и омега улыбнулся. — Я приготовил штрудель, — как бы между прочем сказал Джин, демонстративно откусывая большой кусок. Яблочная начинка обожгла рот. Намджун тихо рассмеялся, зашёл во двор и забрался на террасу. — Угостишь? Джин кивнул на стул между ним и Чимином, и альфа плюхнулся туда. — Как вкусно пахнет, — восхитился Намджун, когда омега отрезал кусок и поставил его напротив него. Не дождавшись чая, альфа схватил штрудель в руку и откусил немного. Он зажмурился, жуя. — Чёрт, это восхитительно! Я женюсь на тебе! Омега покраснел. — Я принесу тебе чай, — сказал он и поспешил в дом, оставив Чимина с Намджуном наедине. — Не знаю, что произошло между вами с Тэ, — начал Ким, — но он очень переживает. Он сказал, что будет ждать тебя на мосту. Чимин испуганно на него взглянул и медленно отложил ложку в сторону. — А ты тоже… такой? — спросил он дрожащим голосом, стараясь избегать смотреть альфе в глаза. — Да. На террасу вернулся Сокджин с ещё одной чашкой в руках, которую он поставил напротив Намджуна. Тот ему благодарно улыбнулся, косясь на Пака. — Я пойду пройдусь, — сказал бета и поднялся со своего места. Он тихо ушёл со двора, даже не обернувшись. — Он пошёл к Тэхену? — спросил Джин, смотря, как альфа с волчьим аппетитом ест его штрудель, пачкая начинкой белую футболку. — Им нужно серьёзно поговорить, — ответил Намджун. — О чём? Альфа хмыкнул. — Об их предстоящих отношениях. Им следует обговорить всё, потому что между ними возникло недопонимание. Много они друг от друга скрывают, — многозначительно сказал он, хватая жирными пальцами чашку. — К тому же, мы теперь побудем вдвоём. Сокджин густо покраснел и закрыл лицо руками. — Прекрати сыпать комплименты. Это смущает. Намджун тихо рассмеялся. — Я не могу сказать комплимент своему парню? — спросил он наигранно недовольно. Джин дёрнул плечом и резко убрал руки от лица. — Ты не предлагал мне встречаться! — зашипел он, семафоря алыми ушками. Альфа нежно улыбнулся, вытирая руки об полотенце, что висел позади него на спинке стула. Он медленно поднялся, подошёл к Джину и мягко развернул его к себе. Дальше Сокджин был готов провалиться сквозь землю и уйти к ядру земли, потому что Намджун встал перед ним на колени. Руки задрожали, и Джин смотрел на альфу широко распахнутыми глазами. — Я понимаю, что всё происходит слишком быстро, — начал он, улыбаясь, — но я хочу с тобой самых настоящих отношений. Я чувствую, что ты моя пара, и мои намерения очень серьёзны, — взял тонкую омежью руку в свою и нежно поцеловал тыльную сторону. У Джина едва кровь из носа не пошла. — Давай встречаться?.. 🐺 Над тёмной блестящей гладью воды расположился длинный мост. Он, словно змея, растянулся от одного берега до другого, и несильно покачивался от чужих шагов. В ширь река была метров десять, и идти ночью здесь было очень страшно. Бледный лунный свет освещал реку, и илистое дно было хорошо видно. Маленькие рыбки сновали туда-сюда, мутя воду. Чимин боязливо огляделся по сторонам и замер, увидев в нескольких шагах от себя силуэт. Тэхен неуверенно помахал ему рукой, а затем тяжело вздохнул, видя в глазах напротив испуг. Бета привычно коснулся большого укуса на шее, который ещё немного кровоточил. — Я не причиню тебе боль. Прошу, не бойся, — сказал тихо Тэхен. В голове пронеслись воспоминания вчерашней ночи. Вспомнилось заплаканное лицо беты, дрожь его тела; то, как он плакал, и то, как он закричал, когда зубы вонзились в тонкую белую кожу. Тэхен тряхнул головой и посмотрел на Чимина. Тот пах очень сладко. Он пах оборотнем. Чимин недоверчиво подошёл ближе и опустил глаза. — Ты…зачем? — спросил он тихо. Тэхен улыбнулся. — Потому что ты мой. Это волк так решил, а я подчинился. — И ты меня не убьёшь? — Почему я должен тебя убить? Чимин посмотрел на него. — Ты…оборотень. Они убивают людей, — ответил он, и Ким тихо хмыкнул. — Мы не убиваем людей, — он взглянул на красное пятно, что просвечивалось сквозь тонкую ткань, и вспомнил терпкий вкус крови. Его метка вышла слишком большой, но достаточно ровной и красивой, чтобы можно было гордиться ею. — Она болит? Чимин вновь коснулся рукой своей шеи. — Немного, — ответил он. — Я могу зализать её, — не подумав, произнёс Тэхен и, увидев растерянный взгляд, поспешил объяснить. — Волчья слюна заживляет раны. Бета мило покраснел и повернулся спиной к оборотню. Неловко отогнул воротник в сторону, демонстрируя укус. Тэхен почувствовал вину за боль, ибо метка вышла слишком большой — практически на пол плеча. Как можно было так укусить, он не знал. Наклонившись, омега неуверенно провёл языком прямо по ровным краям, и остановился, когда Чимин воздрогнул и покрылся мурашками. — Всё хорошо, — сказал Тэхен. Чимин неуверенно кивнул, прижимаясь ближе к груди омеги. — Я не сделаю больно. — Я не боюсь. Просто не понимаю, почему я. Ты мог бы выбрать обычного альфу, нежели меня. Я бесполезным буду. Тэхен горячо выдохнул ему в шею и осторожно развернул его к себе. — Не говори так, Чимин. Пусть ты и бета, но мой волк выбрал именно тебя, — сказал омега и улыбнулся. — К тому же ты очень красив и привлекателен для меня. Пак покраснел и опустил глаза, потому что эти слова очень смущали. Тэхен тихо рассмеялся на это действие и неуверенно, будто боясь получить отказ, обнял Чимина и уткнулся ему в макушку. Внутри что-то кольнуло, и Чимин почувствовал, как его грудь заполняет непривычная нежность, которая медленно вытесняет страх…