Who Are You ?

ALAIN DUCASSE 20.00

Шикарный зал, тихая музыка, неизменно вежливые и расторопные официанты, великолепная кухня. Первосортная роскошь, доступная всем, кто имеет счет в банке минимум с четырьмя нулями. ALAIN DUCASSE всегда получал лестные отзывы критиков и восторженные - клиентов. Алан не первый год работал здесь и всегда, как ребенок, поражался великолепию ALAIN DUCASSE . Он любил его всем сердцем. Этот ресторан дал ему цель жизни, кров, стабильный заработок и мечту о тихой и спокойной старости на берегу моря. Он заставил его поверить в себя. Сейчас Алан Карл Уэсби являлся менеджером одного из залов. А ведь пять лет назад он торговал травкой, колесами и крэком всего в паре кварталов от ресторана и даже представить себе не мог, что когда-то его жизнь круто изменится. Не мог представить, что сможет жить завтрашним днем, а не сегодняшним, что не придется подставляться под пули, сбегать от полиции и других дилеров, выбивать деньги из торчков и искать новых клиентов. Но всю его жизнь перевернул с ног на голову Господин Случай, а с ним за компанию и какой-то подонок, всадивший в него в подворотне 3 пули практически в упор. Алан оторвался от воспоминаний, размытых и нечетких, словно старые фотографии. Ущипнул себя за руку, чтобы проверить реально все это или только сон, вызванный действием наркотических анальгетиков, снимающих боль. Выжил он в тот вечер только чудом. В памяти всколыхнулись обрывки фраз сестры приемного отделения, напуганный голосок молоденькой ординаторши, дежурившей в ту ночь (Менди в будущем без колебания сказала ему «да» после года отношений) и жесткий, властный голос копа, приволокшего его на себе в больницу. Да, в тот день ему явно помог выжить счастливый случай. И в этом ему помог шатен с обаятельной ухмылкой, сидящий за столиком у окошка с очаровательной блондинкой. Алан недолюбливал блондинок, предпочитая их брюнеткам. «Бледные мышки», как величал их Алан, меркли в сравнении с «черными кошечками», были более покладистыми и скучными, без огонька. В чернявых крошках был задор, безбашенность, граничащая с безумством и энергия, сметающая все на своем пути. Но судя по смущенной улыбке Никлауса Холта, его спутницу Уэсби недооценил. Столик Никлауса Холта обслуживал лично Алан, как по поручению своего босса, так и по собственной инициативе. - Кэролайн, - Холт обаятельно улыбнулся, продемонстрировал детские ямочки на щеках, - Я счастлив, что ты смогла сегодня встретиться здесь со мной. В такой весьма неформальной обстановке. - Никлаус, у меня только что закончился нелегкий рабочий день. Я устала и не хочу сегодня больше играть в твои игры., - девушка посмотрела ему прямо в глаза. - А мы разве играем, крошка?, - ухмыльнулся Холт, - Мы пока просто собираемся поужинать. Никлаус жестом подозвал Алана и попросил меню. Уэсби почтительно встал за спиной клиента и в ожидании заказа рассматривал спутницу Холта. «Весьма недурна. Весьма. Не краснеет и не робеет в его присутствии. Предыдущие, хм, спутницы и глаз на него не могли поднять. А эта так и смотрит коршуном. Такую, как она, попробуй задеть или обидеть, сто раз пожалеть успеешь», - размышлял Алан. - Не люблю классику, - сморщил нос Клаус, - особенно в таком весьма некачественном исполнении. Кто ж так умудрился исковеркать великолепную «Лунную сонату» Бетховена? - Простите, сэр я не… - Я хотел бы, чтобы ты сменил эту пластинку на что-то более близкое мне и моей спутнице., - самоуверенно улыбнулся Холт, сверля глазами Уэсби. - Все в порядке, - девушка улыбнулась Алану, пытаясь сгладить недовольство в голосе спутника, - Нас все устраивает. Не обращайте на него внимания. - Нет, не устраивает., - выразительно посмотрел на блондинку Холт, - Если ты боишься получить выговор от начальства, гарсон, то ошибаешься. Сегодня в этом зале – никого, кроме нас двоих. Я не хочу, чтобы мне и моей…. девушке что-то мешало сегодня. Хочу, чтобы обстановка была весьма комфортная. Так что, руки в ноги и вперед. Парень протянул Алану флешку. Уэсби вымученно улыбнулся и взял ее. За эти годы он успел забыть о том, каким засранцем является Никлаус Холт. « Самоуверенный идиот. Менди мне говорила, что с возрастом происходит заострение черт характера, причем самых негативных. Вроде, ближе к годам шестидесяти. У Холта этот процесс начался слишком рано», - подумал Алан, но вслух спросил: - Что желаете в качестве аперитива? - Бокал Chateau Lafite Rotschild 1990 года и двойной Johnnie Walker Blue Label, - не глядя на Алана процедил Холт. Он смотрел только на свою блонди, укоризненно качавшую головой. « Да, красотка. Ты еще не знаешь, насколько бывает он груб, своеволен, циничен и заносчив. Собственник, считающий, что все и все должны ему подчиняться во всем. Придется смириться, если хочешь и дальше быть его девушкой», - Алан мог бы ей много рассказать об отношениях Никлауса Холта, развивавшихся здесь, в ALAIN DUCASSE . Но он не стал, ведь клиенты, даже такие напыщенные, как Холт всегда стоят на первом месте. Уэсби вставил флешку в разъем, открыл ее и удивился, обнаружив всего одну песню. Не долго думая, поставил ее на повтор и ушел выполнять заказ. Тем временем зал медленно окунался в гитарные рифы. Алан материализовался из ниоткуда, бесшумно поставил на стол бокалы и вновь скрылся из виду. Мелодия была знакома Кэролайн, и вскоре она без труда вспомнила название группы. - Placebo? Весьма странный выбор для сегодняшнего вечера. Как-то не сочетается с твоим имиджем, Холт. Sucker love, a box I choose. No other box I choose to use. Another love I would abuse, No circumstances could excuse. - Таким как я, таким как ты, Кэролайн стоит держаться вместе. Ты никогда не задумывалась, насколько мы с тобой похожи?, - взяв ее за руку, Никлаус поглаживал костяшки ее пальцев Тем временем звонкий голос Брайна Молко продолжал нашептывать слова, врезающиеся в память, словно нож в тело: In the shape of things to come. Too much poison come undone. . Cuz there's nothing else to do, Every me and every you. Every me and every you. - Мы не похожи, Никлаус. Мы – разные., - Кэролайн попробовала выпустить свою руку из его. Но, как оказалось, проще разжать пасть бульдогу, чем сделать это. -Ты все еще отрицаешь это, - глаза Никлауса гипнотизировали, манили к себе. Кэролайн чувствовала себя кроликом, ползущим в пасть к удаву. Страх и любопытство – опасная для жизни смесь, сгубившая не одну жизнь, - У тебя прекрасные руки, Кэролайн. Руки художницы, музыканта, хирурга. Нежные, и одновременно сильные, смертоносные, словно дорогой серебряный клинок. - Я не понимаю, к чему все это. Something borrowed, something blue. Every me and every you. - В твоих руках сейчас мое счастье. Ты можешь его или уберечь или разрушить. Никлаус полез в карман и достал бордовую бархатную коробочку. Грациозными движениями вышел из-за стола, встал на одно колено, взяв Кэр за руку, и раскрыл коробочку. Колечко из белого золота с бриллиантом приковывало к себе взгляд, манило одеть себя на руку, обещало счастье и любовь. - Кэролайн, ты будешь моей женой?, - срывающимся голосом произнес Никлаус Холт, преданно глядя в глаза блондинки. «Твою ж мать. Только не это! Я не хочу замуж, совсем не хочу.», - в панике подумала Кэр. Затянувшееся молчание, начинало тяготить. Никлаус поднялся с колен, положил коробочку рядом с Кэр и уселся напротив нее. В его взгляде появились уже знакомые Кэролайн проблески злости и отчаяния. - Я не могу, Клаус., - тихо произнесла Кэр, смотря мимо него на бокал вина. - Я понимаю, что тебе нужно подумать, - спокойно произнес Никлаус, медленными глоточками отпивая виски, - Я даю тебе время до завтрашнего вечера. Завтра в это же время здесь я буду ждать твоего ответа. - Хорошо. Я пойду, - Кэролайн, не смотря на жажду, так и не притронулась к вину., - Спокойной ночи, Никлаус. - Я провожу тебя до машины. Провожая глазами такси, в котором по ночным улицам неслась Кэролайн Форбс, Никлаус Холт думал. Мысли крутились, словно белки в колесе. Он не привык к слову «нет» и не собирался услышать его от Кэр. Она станет его женой, хочет этого или нет. А пока ему не помешает подстраховаться. Никлаус вошел в ресторан, сел за тот же столик, заказал еще порцию виски. Достал телефон и набрал несколько клавиш: - Я хочу, чтобы ты заблокировал все международные звонки нескольких абонентов – Кэролайн Форбс, Бонни Беннет, Джереми Гилберт и Аларик Зальцман. Мне плевать, как ты это сделаешь. Да, Зальцман. На его международные делишки, мне глубоко плевать. Это всего на пару дней. Не забывай, что за тобой должок. Как сделаешь – отзвонишься. POV Кэролайн - Что будешь делать, Кэр?, - в очередной раз за сегодняшний вечер спросила Бонни. - Отвечу отказом. Я не могу так, шоколадка. И ты прекрасно об этом знаешь., - устало вздохнула я, поудобнее закутываясь в плед. - Как я понимаю Джереми об этом говорить не нужно. Ух, и вляпалась же ты, Кэр. Он очень странный. Я бы даже сказала ненормальный. - Угу. Знаю. Давай, прошу тебя, не будем больше об этом. Я хочу что-нибудь посмотреть и отвлечься. - Хорошо. Утро вечера мудренее. Давай посмотрим «Шпион выйди вон»? Джер сказал, что фильм стоящий. - Ага. Я пойду делать попкорн. Остаток вечера мы с Бонни провели, наслаждаясь великолепной игрой Бенедиктушки и споря о том, какие амплуа ему лучше удаются. Я доказывала Бонни, что детектив – его лучший жанр. Шерлок Холмс в исполнении Бенедикта гениален. Бонни же, ярая фанатка Эндрю Скотта и его Мориарти, доказывала мне, что драма. В итоге мы сошлись на том, что Бенедикт гениален в любой роли и разошлись по своим спальням. Я долго не могла уснуть, ворочалась с боку на бок, пытаясь найти удобное положение. Положила рядом с собой Чарли и стала его чесать за ушком, надеясь, что его мурлыканье успокоит меня. Куда там! Морфей никак не мог собраться с духом и заглянуть ко мне в комнату. Я прокручивала в голове слова Холта, пытаясь найти подвох. Ведь с ним всего можно ожидать. Думать становилось вся тяжелее и тяжелее, и я незаметно провалилась в сон. Следующим вечером я быстрым шагом приближалась к ALAIN DUCASSE. Я уже решила, что отвечу Холту. Все оказалось не так уж и сложно. Тем более, как и сказала Бонни, с утра все обдумать и принять решение оказалось гораздо проще, чем вчерашним вечером, когда мысли бешеным водоворотом крутились в голове. Заглянув в заметно оживленный и многолюдный зал в 20.00, я увидела за тем же столиком Никлауса. Но не одного, а в компании темноволосой девушки, сидевшей ко мне спиной. Холт мило улыбался, держа девушку за руку. Ощущение дежавю было настолько сильным, что я замерла посередине зала, не решаясь двигаться дальше. - Мисс, я бы на вашем месте ушел, - вчерашний официант участливо посмотрел на меня, - Не хотелось бы неприятных сцен, вы же понимаете. - Да, конечно. Секундочку и я покину этот ресторанчик, - пробормотала я, доставая телефон. Найдя в списке номер Холта я набрала смс « Вчера вечером я приняла решение. А сейчас убедилась в том, что не ошиблась. Мой ответ – нет». Я нажала отправить и стала ждать эффекта. Светопреставление последовало незамедлительно. Холт прочитал сообщение, побледнел и заметил меня. Выйдя из-за стола, быстрым шагом направился ко мне. Я развернулась и быстро пошла к выходу. - Кэролайн, стой. Ты все неправильно поняла. Достигнув двери, я не раздумывая побежала. Благо, одела сегодня обувь на платформе. Ночной воздух приятно холодил кожу, да и крики Никлауса за спиной доставляли немалое удовольствие. Остановившись в каком-то проулке, я отдышалась и прислушалась. Тишина. Медленно пошла к выходу из него. Черт, темно хоть глаз выколи. Я поняла свою ошибку слишком поздно. Сильные руки схватили меня сзади и потянули на себя. Я стала отчаянно отбиваться, но тут же меня перехватили одной рукой, другую же прижали к лицу. Почувствовав знакомый запах хлороформа, я пожалела о своей глупости. Темнота стала накатывать на меня со скоростью цунами и последнее, что я услышала – шепот с оттенком удовольствия в голосе в ухо: «Ну, вот теперь мы и познакомимся поближе, Кэролайн.».