Who Are You ?

POV Кэролайн Мне кажется, что я медленно, но верно начинаю сходить с ума. От одиночества, гнетущего и удушающего, убивающего с каждым днем по частичке меня. От тоски по дому, семье, друзьям, Колу. В последнее время он все чаще и чаще является мне в снах. Пару раз я просыпалась от ощущения, что он здесь, рядом, лежит на другой половине кровати и смотрит, улыбаясь, на меня. Я безумно надеялась, что мне не показалось, и этот кошмар наконец-то закончится. Но открыв глаза, я видела напротив себя пустое место. И только ущипнув себя за руку и почувствовав боль, понимала, что кошмар не кончился – я до сих пор в этом аду. Но больше всего я сходила с ума от безысходности и неизвестности. Я не знала, чего мне ожидать от этого странного,психически больного человека, который держал меня взаперти. Я никак не могла понять для чего я здесь. Почему он выбрал именно меня? Ответ на этот вопрос оставался для меня загадкой.Я не могла понять почему он остановил свой выбор на мне.Я не супермодель, не миллиардерша, не мега умная или талантливая девушка. Нет, конечно определенные таланты у меня имеются. Но ничем выдающимся я не обладаю. Я обычная.Таких тысячи в Лондоне - выбирай любую. Но выбрал он почему-то именно меня. Зачем ты нужна ему, Кэролайн? Потешить свое самолюбие, получив удовольствие от моих страданий? Определенно, да. Ему это безумно нравится. Уверена, он получает от этого садизма удовольствие. Когда этот человек говорит о том, что моя семья не получит ни строчки от меня, якобы ради моей же безопасности, я слышу, как в его голосе проскальзывают плохо скрываемые наслаждение и торжество. Он получает удовлетворение от моих переживаний. А спорить с ним совершенно бесполезно. Он считает, что всегда прав. И об эту уверенность, а точнее упорство барана, разбиваются все мои доводы и аргументы. Он не понимает, что для меня значит моя семья. Не понимает мое беспокойство, любовь, тоску и заботу о них. Возможно, он не способен понять, потому что у него никогда не было семьи, которая любила бы его, заботилась о нем, защищала и поддерживала его. Но больше я не дам ему упиваться моими страхами и беспомощностью. Я больше не покажу ему, как мне плохо. Буду общаться с ним отстраненно, подчеркнуто вежливо и только тогда, когда это станет действительно необходимо. Он никогда не появляется, не показывает мне свое лицо и я никогда не слышала его голос. Его настоящий голос, а не механический, которым он общается со мной через динамики. Я ничего не знаю о его планах и о том, какая роль мне отведена в них. Чем больше я размышляю обо всем этом, тем сильнее сомневаюсь, что он отпустит меня. Живой, точно, нет. Значит надо попробовать выбраться отсюда самой. Только осталось придумать, как это сделать. - Я принес тебе то, что ты просила, Кэролайн – механический голос заставил меня вздрогнуть. А затем лязгнула решетка подъемника для еды, через который он мне передавал вещи. План побега через этот злополучный подъемник был разработан мной на 5 день пребывания в моей комнате-тюрьме. Но как только я увидела, как выглядит он изнутри, я сразу же отвергла эту мысль. Во-первых, ход подъемника узкий. Я, конечно не корова, но пролезть в него смогла бы разве что пятилетняя девочка. Я же после первых 30 сантиметров застряла бы там намертво. Вытащить меня из него смогли бы или распилив металлическую трубу поперек или по частям – сначала одну ногу, потом другую и дальше в произвольном порядке. Такая перспектива меня не привлекала. А во-вторых, для осуществления этого плана необходимо вывести из строя все камеры. Половину из них я нашла. А вот где остальные, понятия не имела. «Карандаши, ручки, блокнот, белые листы бумаги. Черт, никакого лезвия для заточки карандашей, точилки или ножа для бумаг» - с разочарованием подумала я, перенося канцелярские принадлежности на стол. Со вчерашнего дня я решила начать вести дневник, чтобы не упустить ничего из того, что со мной произошло. Может, записав все с самого начала и перечитав, я наконец-то пойму, как найти выход из сложившейся ситуации. И еще я решила начать писать рассказы. Не любовные, не фантастические, не психологические, не ужасы. Хотя в моем положении только хорорр и психоделические произведения и приходят на ум. Пулитцеровская премия премия за сборник рассказов в жанре хорорр мне гарантирована. Но мои рассказы будут совершенно о другом. Это будут детективные истории с сюжетом о девушке пленнице (обо мне) и ее планах побега из дома сумасшедшего, удерживающего ее силой. С помощью них я смогу проработать все планы побега, найдя их сильные и слабые стороны. И выберу оптимальный, который всеми силами и постараюсь осуществить. Чтож, если никто не спешит меня спасать, пора брать все в свои руки. Я устала ждать чьей-то помощи. Ведь не даром фраза « Хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам» была моим кредо по жизни. Я хочу выбраться на свободу, вдохнуть свежий морской воздух, почувствовать, как солнце ласкает кожу, обнять маму и папу, поговорить по душам с Бонни за бутылкой вина, поцеловать Кола, сходить с ним на несостоявшееся свидание. Мысль о том, что он может быть мертв, я не допускала. Я знала, что он жив. Чувствовала это каким-то неведомым, древним чувством. И я постараюсь всеми силами сбежать из этого проклятого дома. Мне ради чего возвращаться. POV Кол Господи, как же я вымотался за эти 3 дня. Спал по максимум 5 часов в сутки и ел, хорошо, если 1 раз в день. И то благодаря Бонни, приезжавшей каждый вечер к Джеру и готовившей что-то для всех троих. После ужина наша троица обычно устраивалась в гостиной и пыталась хотя бы пару часов побыть нормальными ребятами, не обремененными проблемами, способными спокойно посмотреть какую-то глупую комедию на взятом в прокат диске. Что угодно, лишь бы немного прочистить мозги, настроив их на нужный лад. В течение всех вечеров мы пытались избегать разговора о Кэр. Джереми рассказывал, как прошел его рабочий день, как продвигает работа по подготовке собственной выставки под названием «Лондон в лицах». В композиции были пару фотографий его девушки, надо сказать весьма удачные – нежные и в то же время таинственные. Хотя Бонни считала, что она на них вышла неудачно. Ох, уж эти девчачьи претензии к себе. Милая, симпатичная, задумчивая и загадочная девушка в лучах рассвета на набережной и в Сент-Джеймсском парке. Но рано или поздно любой разговор сводился к Кэролайн. Порочный круг тревоги и страха, который невозможно разорвать. Ее похищение - головоломка, которую я пока никак не мог разгадать. У меня было несколько догадок, но я не был уверен ни в одной из них на 100%. Что-то не складывалось в одной версии, другая казалась слишком надуманной. Словно собираешь пазл и понимаешь, что потерял пару деталей, а без них картина уже не та. Мне нужно было найти эти недостающие звенья – собрать больше информации. Для начала я подробно и несколько раз расспросил Джереми и Бонни. Джер был не посвящен в женские тайны подружек и знал о исчезновении моей Кэр только от Бонни и из газет. А его девушка старалась сделать все, что было в ее силах: вспоминала последние месяцы и дни перед исчезновением Кэролайн, пыталась найти что-то странное в поведении девушки и ее окружения, да что угодно, какую-нибудь зацепку, способную помочь нам продвинуться вперед. Благодаря друзьям у меня сложилась более-менее полная картинка жизни Кэролайн за время моего отсутствия. Но этого было недостаточно. Мне нужны были полицейские сводки, фотографии и материалы дела о пропаже Кэролайн Форбс, заключения и отчеты экспертизы ее вещей. Но доступа к ним пока не было. Я опасался появляться в полиции раньше времени. Во-первых, своим приходом я могу спугнуть похитителя или его сообщников в полиции или в судебно-экспертном бюро. В том, что кто-то из них может быть внедрен в одну из этих структур, а то и в обе сразу я не сомневался. А во-вторых, стерва Фелл тут же загрузит меня работой по самые гланды в качестве награды за мое отсутствия и не смотря на более чем уважительные причины( 3 месяца в коме то!). Но единственной уважительной причиной для отсутствия на работе для этой дамочки является смерть. Я из-за усталости не смогу найти Кэр, превратившись в безмозглого зомби. Так что приходилось вертеться самому. Вопрос о том, кому я могу доверять в полиции оставался для меня больной темой. О Мередит Фелл не может быть и речи. Никлаусу Холту? Не смешите меня! Этот козлина пытался увести у меня Кэр и если бы не он, она не покинула бы дом тем злополучным вечером. Да, я ревную и злюсь, но кто бы в моей ситуации остался равнодушным? Стажер Конор? Нет, мы мало знакомы, да и вряд ли у него есть доступ к тому, что мне нужно. Может быть, Эйприл Янг? То же рискованно. Другие сотрудники и закадычные друзья в полиции?Сразу же сдадут начальству в надежде выслужиться или просто сделать гадость ближнему из любви к искусству. Эйприл остается единственным вариантом. К ней у меня еще сохранилось доверие. Я попросил Джереми найти ее завтра и незаметно для окружающих пригласить к нам. Следующим вечером я был весь как на иголках. Джереми сказал, что все получилось и он вечером заберет Янг от кинотеатра NFT и привезет ее к нам. Выбор места не случаен. В толпе людей отследить Эйприл будет гораздо сложнее, что увеличивает шансы не засветить меня. Но я все равно нервничал. Пытаясь хоть чем-то отвлечься, я отправился на кухню оказать Бонни посильную помощь в приготовлении ужина.Появившись на кухне, я увидел, что в необходимости во мне там не испытывают. Девушке уже помогал на кулинарном фронте Аларик, с которым Бонни успела подружиться. Мистеру Зальцману нравилась Бонни, и он был вполне доволен выбором Джереми. - Привет, Кол! – жизнерадостно отсалютировал ножом Аларик – Будь добр, достань из холодильника помидоры и перец чили. - Ага. Странные у нас с Алариком отношения. Иногда, наблюдая за их семьей, я невольно ловлю себя на мысли, что хотел бы быть Аларику сыном. Он смог стать опорой Джеру в трудную минуту, заменил семью, поддерживал его, не дал скатиться в пропасть наркоты и алкоголя, всегда верил в него, позволил следовать своей мечте. Аларик всегда считал Джереми своим сыном и выставлял за дверь тех женщин, которые не желали мириться с эти. Да и ко мне относился, как ко второму сыну. Через несколько часов после моего появления в Лондоне, когда мы с Джером только начали обустраивать нашу штаб-квартиру ( а точнее одну из квартирок, сдаваемых Зальцманом в аренду), Аларик переступил порог дома. Я думал, что сейчас начнется светопреставление. Да и Джереми, судя по резко побледневшему лицу, с покорностью ожидал разноса. Но ничего не произошло. Аларик только рассмеялся, увидев наши испуганные лица. Он сказал, что отец звонил ему и просил поговорить со мной, попытаться образумить и вернуть назад. Зальцман сказал, что все сделает, когда найдет меня. - Я не вернусь, пока не найду Кэр. Кроме меня,ей некому помочь. Полиция давно не занимается ее делом, списав все на суицид.– я готовился бороться до конца, отстаивая свою точку зрения, - И вы меня не заставите, Аларик. Если только связанного доставите к отцу. Джереми благоразумно слинял куда-то, чувствуя себя лишним в этом разговоре. - Неплохая мысль. Только я не собираюсь читать тебе нотации, Кол. В отличии от твоего отца, я понимаю, что ты взрослый, самостоятельный мужчина, способный принимать решения и отвечать за свои поступки. Более того, я горжусь и восхищаюсь тобой. Ты готов на все ради любимой и доказываешь это не на словах, а на деле. У нынешней молодежи это редкое качество. - Расскажешь отцу, где я? – я немного расслабился, осознав, что никто не собирается ставить мне палки в колеса. - Нет. Скажу, что не видел тебя и мой сын так же не в курсе, где ты. И попытаюсь его переубедить. На том и порешили. Аларик сдержал слово. И я смог спокойно заниматься расследованием, не опасаясь внезапного появления отца. Я не обманывался на счет того, что он не знает,где его сын. У Майкла Майклсона много связей как в Париже, так и в Лондоне. Так что он уже в курсе. Но видимо отец решил дать мне шанс, доверяя своему чутью или прислушавшись к словам Зальцмана. В дверь позвонили и Бонни пошла открывать. А я отправился в гостиную, еще днем выбрав ее для встречи с Эйприл. Собрал все наработки в аккуратную стопку и стал ждать. - Привет, Кол – Эйприл, подбежав, обняла меня – Я так рада, что ты живой и с тобой все в порядке. - Привет, Эйприл. Я тоже рад тебя видеть. Чай или кофе? Располагайся поудобнее. Ты ведь догадываешься, о чем я хочу поговорить с тобой? - Да – Эйприл устроилась на диване рядом со мной – Об исчезновении Кэролайн. Можно мне черный чай? -Конечно. – Бонни внесла в комнату поднос с чашками, кофейником и чайником. Позади нее Джереми тащил печенье, сахарницу и тарелочку с лимоном. Я не начинал разговор, ожидая пока все рассядутся и возьмут чашки. Скрывать от друзей я ничего не собирался. - Я хочу найти ее, Эйприл. Я не верю в версию о суициде и знаю, что ее больше не ищут. У меня есть несколько догадок. И мне нужна твоя помощь. - Что от меня нужно? Я сделаю все, что в моих силах. – Эйприл мелкими глоточками пила чай - Знаешь, я ведь до сих пор виню себя в том, что с лучилось с тобой. И не говори, что моей вины в случившемся нет. - Мне нужно все материалы о деле Кэролайн. – я протянул ей список необходимого - И еще я хочу, чтобы все, что происходит в этой комнате осталось между нами. Обещай, что не расскажешь об этом ни одной живой душе. Ни отцу, ни матери, ни Стефану,ни подругам, ни сослуживцам. Никому. И еще одно. Расскажи мне, что со мной случилось в тот день, когда мы поехали проверять бутик. - Хорошо. Я слушал Янг и чувствовал все нарастающее необъяснимое беспокойство. Словно просматривал запись фильма и вот вот должен был появиться кадр, ради которого было все затеяно. При упоминании Эйприл о том, что нашли в магазине я вздрогнул. Перед глазами медленно проносились кадры того вечера. Вот я вхожу, вижу кровь на полу и содержимое склянок на прилавке. А вот выходит мужчина в капюшоне, скрывающем его лицо, и словно в замедленной съемке снимает его. Я вижу его лицо. Лицо того, кто похитил, пытал и убивал ни в чем не виноватых девушек. Лицо того, кто подставил бедолагу Дэймона Сальваторе и помог ему уйти из жизни. Лицо того, кто забрал у меня любимую. И я знаю это лицо, и человека который оказался волком в овечьей шкуре. Не вслушиваясь больше в слова Эйприл, я беру блокнот и пишу на нем только имя и фамилию. - Спасибо, Эйприл. Ты нам очень помогла. Сделай, пожалуйста, то о чем я тебя прошу и как можно побыстрее. И сдержи свое обещание. Слишком много от него зависит и слишком много на кону. - Хорошо. Ой, уже слишком поздно. – взглянув на часы, Эйприл поднялась с места – Ты наверное устал, да и мне уже пора домой. Завтра я как раз дежурю и попытаюсь добыть для тебя информацию. Как только что-то найду, я дам знать. Пока, Кол. Пока, ребята. - Пока, Эйприл. Береги себя и будь осторожна. – я обнял Эйприл на пороге – Джер отвезет тебя домой. Немного постояв у закрытой двери, я вернулся в гостиную. Бонни задумчиво грызла печенье, а Зальцман просматривал мои записи. - Аларик, ты можешь собрать всю информацию для досье? Где родился человек, где отдыхал, какой собственностью обладает и где был в определенные дни. Теперь я догадываюсь, кто похитил Кэр и знаю насколько опасен этот человек и на что способен. Поэтому надо действовать быстро, незаметно и осторожно. Эйприл не сможет сделать это. Да и я не до конца уверен в ней. Справишься? - Да. Управлюсь максимум за три дня. Я вырвал листок из блокнота и протянул Аларику. Теперь я знаю кто мой противник и готов принять бой. Я не недооцениваю его, зная на что он способен и какую грязную игру ведет. Чтож эта игра давно началась, но я был не в курсе нее. Теперь я готов сыграть и выиграть у него. Я заставлю ответить его за все, что он сделал.