Мульти сделка

      

Несколькими днями ранее…

Pov Cross

      — Ты уверен, что не хочешь отдохнуть? — заботливо спросил я у своего нового друга — Дрима, который настойчиво продолжает обход по вселенным на протяжении пятнадцати часов.       Бедняга валится с ног, но стойко продолжает работу. Он полон эмпатии, любви и чувства долга абсолютно ко всему живому и не позволяет себе остановиться даже на пять минут, считая это безответственностью со своей стороны. Он понимал, чем это может обернуться, поэтому не переставал работать.       Пол часа назад мы прошли в очередную новую АУ, дабы одарить жителей позитивными эмоциями. Поскольку мы пришли сюда относительно недавно, наше пребывание здесь обещало быть продолжительным. Как жаль, что у нас не было помощников, таких же сильных и способных перемещаться между вселенными, как и Дрим. Рук катастрофически не хватало. Благо люди и монстры, видя наши «волонтёрские предприятия» начинали подключаться в нашу работу, становясь добровольцами в изменении ситуации в их мире, естественно, в лучшую сторону. Наша задача была сделать существ во всей мультивселенной как можно счастливее. Нам было необходимо удалять все негативные лазейки, через которые Найтмер мог проникнуть для исполнения своих грязных, ужасающих планов.       — Нет, Кросс, спасибо за твою заботу, но ты и сам понимаешь, почему мне не следует останавливаться, — отозвался хранитель, улыбаясь своей очаровательной улыбкой, которая так и светилась бесконечным желанием помогать всем и вся.       Дрим был словно ребёнок, увлеченный чем-то всем своим существом. Он полон позитива и сил для этой невероятно важной, сложной работы, а так же свято предан ей, как воин, отдавший обет служить королеве до самой смерти. Я был восхищен тем, как этот хрупкий скелетик бесплатно, бескорыстно и безустанно действует ради блага других.       — Так ты устал?! — внезапно обеспокоено воскликнул старший, обернувшись на меня и испугавшись, что так бездумно заставляет стражника бродить за ним по пятам.       — Нет, нет, не волнуйся, я еще не утомился, наоборот, полон энергии, — я заверительно натянул улыбку, таким образом будто поклявшись в том, что готов работать еще столько же времени, сколько мы уже потратили, даже не смотря на то, что ноги тянуло от долгой ходьбы.       Он наивно кивнул, полностью мне доверившись.       Ещё в моей молодости, в академии стражников, меня обучали посвящать всего себя для защиты народа и в грозу, и в вьюгу, часами стоять на посту не колыхаясь. Но я был специально обучен, чего не сказать о моём дорогом напарнике. Он следовал лишь своему предназначению, которое сам для себя установил и утвердил, — хранить.       Это место шибко не отличалось от других — то же подземелье, те же монстры, те же проблемы, которые мы уже научились решать на раз два. В данный момент мы шли по локации, название которой — Водопадье. Это место было погружено во тьму, источниками света были лишь голубые эхо-цветы. Их тусклое лазурное свечение отражалось в хрусталике драгоценных камней, которыми были обвешаны все нескончаемо длинные стены туннелей. Цветы в основном стояли близко к воде. Рядом с ними росли камыши и мирно покоились кувшинки. На нашем пути часто встречались темно-синие глубокие водоёмы, в основном это были небольшие озёра. Их дно было абсолютно недосягаемо нашему зрению. Синева пучины разбавлялась лишь около светящихся бутонов, превращающих её в аквамарин, через который уже можно было высмотреть камешки, причем не менее драгоценные, чем их «собратья», словно звёзды увешивающие потолок.       Я подошёл ближе к случайно привлёкшей моё внимание блестящей безделушке, одиноко плавающей по среди озера.       — Что ты увидел? — полюбопытствовал Дрим, проследив за направлением моего взгляда.       — Балетную туфельку… Она называется пуанта, кажется, — сделал предположение я, как только увидел мерцающую ленточку, идущую от туфли.       — Нужно достать её, вдруг кто-то потерял? Ты, случайно, не видишь вторую? — Дрим начал активно рыскать глазками по маленькому озеру. — Не видно… Нужно приблизиться, — теперь он начал осматривать водоём на наличие чего-то устойчивого, вроде брёвен или кочек, чтобы суметь подобраться к вещице ближе.       Я понимающе начал снимать с себя верхнюю одежду, осознавая, что другого пути для добычи нужного предмета у нас нет. Если бы мы с Дримом пришли сюда намного раньше, как только познакомились, я только покрутил бы у виска, мол: «Тебя правда заботит вещь, хозяина которой мы не знаем, не уверены, что он потерял её, а не просто выкинул как больше ненужный элемент одежды, да и вообще, кто знает, когда она потерялась? Может, тот, кому принадлежала эта туфля уже мёртв?». Но вся эта атмосфера с добротой, взаимопомощью, в которую я с головой втянулся, завязала мне язык.       — Ты хочешь доплыть до неё? — удивлённо вскинул брови хранитель позитивных эмоций. — Ладно, давай, тогда я сбегаю в ближайший магазин, может там будет полотенце!       — Не нужно, у меня с собой водонепроницаемый термо костюм. Я готов ко всем ситуациям, знаешь ли, — я одарил заботливого скелета самодовольной ухмылкой.        После своего тщеславного заявления, я отошёл в сторону и избавился от одежды, как раз переодеваясь в озвученный ранее костюм, который до этого мирно покоился в походной сумке. Сумке, которую с недавнего времени я обязан с собой носить с вещами на все случаи жизни. Дрим смущенно отвернулся от меня сразу, как только я начал снимать с себя многочисленные ремни, изображающие букву «Икс», то есть «Х». Чёрт возьми, как же трудно этот костюм натягивается на тело… Я занимался этим еле-еле сдерживая ворчание, конечно.       — Я всё, — уведомил я своего друга сразу же, как закончил.       Дрим терпеливо ждал окончания смены моей одежды, и, наконец, обернулся на меня. Костюм был довольно-таки облегающим — все мои кости не скрыто остро торчали. Неуютно. Я чувствовал себя очень открыто и немного смутился, осознав, как откровенно я выгляжу. Надеюсь, никто из группы «Бед гайсов» не явится сюда, пока я в такой глупой, стесняющей во всех смыслах ситуации. На секунду я подумал, что мой спутник сейчас сдерживает смех, глядя на мой внешний вид, поэтому я устремил свой взор на его личико. Но Дрим лишь невинно обвёл меня коротким взглядом и одобрительно промолвил:       — Я и не думал, что ты настолько серьёзно подойдёшь к такому делу. Спасибо.       Серьёзно, это не первый раз, когда мне приходится лезть Даст знает куда ради добрых дел. То на верхушку десятиметрового дерева, чтобы снять застрявшего там кота, то искать под большим слоем снега потерявшуюся игрушку какого-то ребёнка, б-р-р! Бедный Дрим, он тогда после такого приключения долго чихал, простудившись. Приходится таскать с собой уйму кое-какого снаряжения и пищи. Второе предназначено примечательно для меня, ведь Дрим питается не по необходимости, а просто ради удовольствия. Он не монстр, хоть его оболочка и является таковой. Ему не нужна еда.       Поскольку мне пришлось избавиться еще и от обуви и носков, я ощутил пальчиками ног колючий холод камней. Немного поежившись, осознавая, что сейчас меня окутает холодный прием василькового омута, я собрался с мыслями и прыгнул в воду, чтобы быстрее привыкнуть к ледяной морской воде.       — А-а, холодно! — воскликнул я сразу, как только возвысил свою голову над гладью озера.       Дрим издал лучезарный смешок, как только убедился, что мой возглас произошёл не от боли, а от примитивной прохлады. Он стоял надо мной, глядя на моё дрожащее тело и по всей видимости забавно стиснутые зубы. Я ни капли не обиделся, напротив, видеть его улыбку — лучшая награда за тяжкие труды.       — Ох! Так тебе смешно, — наигранно пораженно спросил я, чем вызвал у друга новый прилив смеха.       — Извини! — он смущенно отвел взгляд, из-за чего на меня нахлынуло умиление.       Я игриво брызнул в него несколькими каплями воды, конечно, не ради того, чтобы намочить его, а просто взбодрить. И это сработало. Дрим с новой дозой ребяческого восторга разорвал тишину своим смехом, тонким, звонким, как колокольчик. Он «упал» на корточки, окатив меня водой в ответ с чарующей улыбкой на лице, бездумно обмочив свои перчатки. (Арт к этому моменту: https://t.me/bobikcomic/91?single)       Я смущенно, но больше радостно, развеянный детскими забавами воскликнул краткое «эй!». Но продолжать это был не намерен. Всё-таки мы не на отдыхе.       Мне снова пришлось обернуться на покорно ожидающую меня туфельку, аккуратно покачивающуюся, потревоженную моим прыжком в воду. Я будто вырвал её от долгого, глубокого сна. Она приветливо кивала носиком, подзывая меня ближе.       Мели здесь особо не было. Дно, расположенное ближе к берегу, конечно, можно было созерцать сквозь толщу воды, но это совсем не означало, что здесь не глубоко. Если ступить в воду с тропинки, по которой мы шли, она уже достигала бёдер, (и нет, это не потому что я низкий!). Через два шага дно вовсе проваливалась на несколько метров вглубь.       Рассекая воду руками, создавая небольшие волны, которые скоро расправлялись в изначальную непоколебимую из-за отсутствия ветра водную гладь, я доплыл до вещицы, схватив ее за ленту. Потянув её на себя, я огорчился. Пришлось сделать не очень приятный вывод — она за что-то зацепилась на дне.       — Что случилось? — осведомился Дрим, увидев, что я застыл с лентой в руках.       — Что-то держит её. Думаю, мне нужно доплыть до дна. Но здесь совсем ничего не видно — придется ориентироваться на ощупь, — мысль об этом вселяла в меня не очень приятные ощущения, ведь я ни раз видел фильмы с подводными чудовищами, утягивающими людей вниз — к подводной равнине.       — Жаль, что я не умею плавать, моя аура могла бы осветить тебе путь, — начал рассуждать мечтатель.       Я согласно промолчал, постепенно стараясь настроить себя на то, что мне действительно придётся погружаться в бездонную, чёрную пучину, разинувшую свою огромную пасть прямо подо мной и хищно ожидавшую меня, как стервятники ожидают смерть существа перед началом трапезы. И чем больше я вглядывался в непроглядную синеву, тем неприятнее и сильнее разрасталось предательское чувство отсутствия защищённости где-то там в груди. Даже такое уютное место, как Водопадье, ни капли не прибавляло комфорта в моём положении, наоборот, тусклые пещерные коридоры, из которых, в общем, и состояло это место, навязывало ощущение опасности. Моя неугасающая надежда сподвигла меня на очередную попытку выдернуть туфельку, и я обмотал мерцающую ленту вокруг руки, крепко потянув на себя, но она не поддалась. Глубоко вздохнув, вместе с воздухом выдувая из себя страх, и уже смирившись с неизбежным, я хотел было нырнуть, и сделал это, но не по своей воле. Что-то резко потянуло меня вниз за руку, на которой появился крепкий узел. Моя свободная рука рефлексивно начала царапать вторую, в желании подцепить внезапную ловушку пальцем и освободиться от оков пуант, но я не мог от неё избавиться, она сковала меня не слабее возникшего ужаса.       Я слабо слышал приглушённые испуганные крики Дрима, и плескающие звуки воды помимо его возгласа, но не имел сил сосредоточиться на них от ударившего в голову адреналина. Всё происходило слишком быстро, из-за чего я не мог даже нормально осознать ситуацию. Спокойствие меня покинуло, ведь потоки воды замедляли движения, густая тьма водоёма почти полностью лишала зрения, слух притупился под толщей воды, выгравировались ясные очертания понимания, что я не вижу врага и полностью не осознаю масштабность возникшей опасности. Кричать не имело смысла, поэтому я стойко молчал, продолжая предпринимать попытки освободиться из капкана, в который мне удалось забрести.       Меня что-то продолжало тянуть, причём уже с явным применением агрессивной силы, качая меня из стороны в сторону. На моё тело обрушалась гигантская нагрузка в моменты, когда под воздействием непонятной силы я рассекал собой толщу воды. Моё тело пробивало собой возникающие лабиринты из волн. В какой-то момент я ударился спиной о подводную скалу, выдохнув из себя весь воздух. Я упорно отказывался вдыхать, чтобы не набрать в грудь воды, но рефлексивно сделал это… Свободная рука лихорадочно отстегнула замок на шее, будто бы причиной моего удушья служила не вода, а удавка на шейных позвонках. В глазах и вовсе потемнело.       Озеро очень во время рассекло величественное свечение — Дрим. Он прыгнул за мной в воду. Медлил, видимо, потому, что пытался прицелиться в нечто своими стрелами, но не мог. Точно — боялся поранить мелькающее тело своего телохранителя. Его аура, наконец, осветила подводное «царство». Но толку от света не было — я всё равно не мог зацепиться за что-либо взглядом. Потоки воды, пены, вечно мелькающий свет, то появляющийся во тьме, то заменяющийся ей, причиняли моим глазам и голове дискомфорт. Хранитель не мог поймать моё невольно извивающееся тело, время моего бодрствования нещадно иссекало. Но вот он наконец прильнул ко мне, крепко-крепко обняв. Образовавшаяся тяжесть ничуть не потревожила нашего противника — он с лёгкостью поднял нас высоко над водой, грозясь оторвать мне руку. Я судорожно начал давиться кашлем сразу, как только выбился на свободу, выплескивая из себя всю водную гущу. Дрим напористо обнимал меня руками, и чуть ли не ногами, явно боясь отпустить меня на съедение чудищу. Я ожидал, что нас грубо ударят о поверхность воды, но этого не произошло. Мы застыли в воздухе, и я судорожно начал оглядываться. Высоко над нами возвышалось щупальце. Мой еще не очнувшийся от возможной смерти разум вдруг воскликнул: «Найтмер!»… Но что же это я? Щупальце было светло-жёлтым, не такое, как у него.       — Извините, что потревожили вас! — начал объясняться Дрим, карабкаясь по скользкому мне, на что я ответил объятиями, дабы удержать дорогого приятеля и предотвратить его падение. — Мы просто хотели взять эти туфельки и отнести владельцу!       Его испуганный, но пронзительный голос разлился эхом по этому страшному месту. Воцарилась тишина, но не на долго. Из воды вулканом выбился огромный шар — голова, раз в двадцать больше нас обоих! Показались ярко-желтые, горящие янтарём глаза.       — Хей! — воскликнул осьминог. — Я Онион-сан, слышите?!       Мы оба выдохнули.       — Малыш, что это было? — строго начал я, гулко прохрипев от кашля.       — Ты до ужаса напугал нас! — продолжил Дрим, непонимающе оглядев морского монстра.       — А я и сам напугался! — почему-то без капли скорби или стыда ответил осьминог и покачал нас щупальцем. — Вы прыгнули в воду, а потом начали тянуть меня за щупальце… Откуда я знал, кто это и зачем меня трогает.       Мы болтались как ёлочные игрушки, прицепленные на колючую ветвь.       — Пожалуйста, отпусти нас, у меня уже болит рука… — жалобно попросил я.       — Не могу, вы привязаны ко мне, — тот бесстыдно лучезарно улыбался, будто мы развеяли его одиночество, оказав услугу и поиграв с ним.       Я, а за мной и Дрим, посмотрел вверх. И правда — лента была крепко привязана к отростку бедняги, впившись в его тело. Кажется, он запутался в этом элементе одежды уже много лет назад, так как ленточка уже изрядно вросла в него. Мда, моё разочарование в том, что я полез в воду за уже много лет как потерянной, никому не нужной и испорченной вещью, так еще и надевал этот узкий костюм, и всё зря, было безграничным. Но есть и более печальный факт — тот, что бедное существо годами терпело эту штуку, сковывающую его. Хах, есть и плюсы моего взбудораживающего и бодрящего мини путешествия — я освобожу мальца от его проблемы. Иначе, если бы мы с Дримом прошли мимо, он и дальше бы покоился на дне озера, терпя эту проблему еще долгое время.       — Поставь нас на землю! Тогда мы сможем освободить тебя! — пытался докричаться самый старший в этой комнате, прижимаясь к моей груди. — У нас с собой снаряжение, есть ножницы. Мы уберем пуанты.       Осьменожка улыбнулся так, будто бы сдерживал смех, послушно выполнив просьбу Дрима. Последний, почувствовав опору под ногами, сразу выбрался из моих объятий, ринувшись к моей сумке с вещами. Он хотел было бездумно открыть её, схватившись за замочек, но оторвал руку, посмотрев на меня.       — Я же могу взять ножницы? — ему было немного стыдно брать что-то из моих вещей. Глупышка, я уже много раз говорил, что из моих вещей он может брать всё, что угодно, но он всё равно не отступает от вежливого отношения даже ко мне.       — Конечно. Моя сумка — твоя сумка.       Наконец, ножницы оказались в его ладошках и он подобрался к Онион-сану, ласково погладив своей рукой его склизкое щупальце.       — Намучался, бедный… — Дрим очень хотел бы развязать ленту, чтобы сохранить. Вдруг им подвернётся возможность её вернуть? Но увы, в данном случае сделать это было просто невозможно, поэтому с тяжелым сердцем хранитель заставил себя срезать её.       Вещица противно, с трудом отлипала от прижитого местечка. На теле Онионса остался шрам от многолетней давки этой «верёвки». Странно, малой не издавал и звука или хотя бы действий, сопровождаемых болезненными ощущениями, я бы на его месте как минимум жмурился от боли.       — Вау, да вы просто мои спасители! — воскликнул недавно заключённый, без особого энтузиазма, будто бы… знал заранее о скором спасении. Нет, он не мог знать о нашем прибытии. Мы бы сразу заметили слежку.       — Не за что, это наша работа, — наполненный позитивом скелет, который радовался освобождению в разы больше, чем сам освобождённый, никакого подвоха не заметил. Он вёл себя так, будто бы от неприятности избавился именно он, а не озёрный обитатель. Меня это смущало, но раз Дрим не замечает ничего плохого, значит мне всего лишь кажется. Видимо, перенервничал. Нет, серьёзно, подумаешь, малой странно себя ведёт. Это далеко не первый раз, когда мы сталкиваемся с необычным поведением монстра.       — Эх, мне уже нужно уплывать домой… В свою родную тёмную пучину… Жаль, что я не умею светиться в темноте, прямо как ты… Там на дне часто бывает очень страшно и темно.             Дрим разжалоблено проникся словами малыша, на его лице было написано, что он сочувствует и пытается что-то придумать.       Я отбросил балетные туфельки в кусты, потирая свою стёртую шёлком руку.       — Хм, а что если эхо цветы поместить под воду? — вслух размышлял скелет, поправляя свою съехавшую на бок корону.       — Не выйдет, — отрезал я, приблизившись к своей лежащей на пирсе одежде, уже начиная менять гидрокостюм на повседневные вещи с попутным этому занятию ворчанием, ведь костюм очень сложно не только надевать, но и снимать, особенно с мокрого тела. — Они тухнут почти сразу, как только их сорвать. Да и под водой расти не будут — растения не растут на песке.       — Как ты научился светиться? Может и меня научишь? — наивно вопросил желток.       — Я бы с радостью, но мне не пришлось этому учиться. Это моя аура. Она со мной с самого момента моего появления.       — Оу… Я понял. Тогда прощай, — он протянул Дриму свою «руку».       — Извини, что не могу с этим помочь, — тот, в свою очередь, потянулся к его отростку для рукопожатия.       — То есть, если бы ты мог, ты бы со мной поделился своей аурой, не так ли? — улыбчиво спросил Онион-сан.       Этот нагловатый вопрос почему-то заставил меня насторожиться. Ох, Кросс, да что с тобой? Успокойся! Нашел кого подозревать — ребёнка, серьёзно? Что он тебе сделал? Дети на то и дети, чтобы задавать глупые, странные, а иногда и грубые вопросы. Это нормально. Всё, кажется, совершенно очевидно, что пора отдохнуть.       — Конечно, да! — не раздумывая ответил Дрим, взяв в свою маленькую руку это огромное щупальце.       Вдруг Луковка безудержно захохотал, а его глаза ещё пуще засияли янтарным цветом.       — Спасибо! — воскликнул тот и на последнем слове вокруг их сцепленных конечностей разразилось гигантское зловещее голубое пламя.       — Дрим! — разгорячённо воскликнул я, увидев это ужасное зрелище, уже схватившись за свои кинжалы и метнувшись к внезапному противнику. — Что ты такое?! — последняя фраза, конечно, была обращением к монстру. — Отпусти его!       Онионс и глазом не повёл в мою сторону. Увидев, что мой приказ не собираются выполнять, я оттолкнулся от пола, в прыжке разрубив это чёртово щупальце. Пламя погасло, но не громогласный смех существа. Онион-сан упал на спину, создав собой огромную и сильную волну. Та ударилась о дальнюю стену, брызги распластались по всему зримому периметру, окутав эту комнату, а сам монстр погрузился в свою мокрую гущу.       Хранитель неустойчиво попытался шагнуть ко мне, но не смог, вдруг начиная падать. Я хотел прыгнуть в воду за этим злодеем, но вместо этого подхватил упавшего друга, прижав к груди. Мне хотелось разобраться в произошедшем, начать задавать уйму вопросов, но пришлось молчать, скорбно наблюдая, как постепенно плохеет моему родному человеку, а злодей скрывается. Все вопросы, которые возникали лишь насчёт осьминога поменяли направление в другое русло, касаясь лишь моего напарника. Плевать на этого странного монстра. Главное, что он ушёл. Сейчас важно одно — Дрим.       — Как ты? Можешь встать? — взволнованно спрашивал я, опустившись с Дримом на колени, ведь он совсем не мог держаться на своих ватных ногах.       Его обычно широко раскрытые глазницы сейчас были полузакрыты. Минуту назад он светился от счастья и радости, а сейчас был тускнее ночного неба. Под глазами появились синяки будто от недосыпа. Он был болезненно бледным и выглядел дико уставшим.       — Дрим, эй? Что мне делать? Ответь мне, прошу… — я панически слегка встряхнул его, пытаясь взбодрить.       Его яркой, светлой ауры больше не наблюдалось.       — Кросс, — с трудом выдавил он. — Он забрал мою ауру… Я… Я очень слабо чувствую чужие эмоции… Я не могу создать оружие… Он забрал мои силы… — Дрим несдержанно начал плакать.       — Так, спокойно… — я попытался успокоить его, положив руки на его щеки и большими пальцами вытирая его слёзы. — Нам нужно отдохнуть. В этом состоянии мы ничего не сможем решить.       Я аккуратно поднял его на руки, а он податливо обвил руки вокруг моей шеи. Мои щеки невольно покраснели после этого жеста, но я отринул лишние мысли, уже надвигаясь в сторону здешнего отеля. Дрим не мог толком стоять на ногах. В таком состоянии бороться абсолютно глупо.       Старший уткнулся в мою грудь, зарыв свой носик в мех моей куртки.       Чёрт возьми, как же неожиданно этот хороший день изменился в худшую сторону.

End Pov Cross