Обычный поток ветра безумия
4 ноября 2019 г., 16:58
Как-то вечером возвращались Совок и Веник с прогулки. Они ходили в кино, но оно не оправдало их ожиданий. Поэтом они вернулись оба недовольными.
— Тебе фильм понравился? — поинтересовался Рейх, заглянув в холодильник. На этот вечер ужином были макароны.
— Не очень, а тебе? — ответил Союз, доставая две тарелки.
— Мне тоже. Я конечно не режиссёр, чтобы судить, но актёров можно было выбрать и получше. Точно также, как и поработать над сюжетом, — сказал Рейх, накладывая макароны в тарелки. Союз кивнул и взял свою порцию. Веник сделал тоже самое и они вместе сели за стол.
— Сюжет ничего, но вот если хотя бы смысл в этом фильме был, я бы этому радовался, — сказал СССР, поднеся вилку ко рту.
— Да тебе только смысл подавай! — воскликнул немец. — Нет, конечно я ничего не имею против него, но я думаю, что всё же в фильме главное захватывающий дух сюжет.
— С этим я поспорил бы, — ответил Союз, кладя вилку в тарелку и подперев голову рукой. — Каждый хороший фильм должен нести в себе хоть какую-то мораль. Хотя бы маленькую и незаметную.
— Есть куча хороших фильмов и без смысла, но с отличным сюжетом, так что не вешай мне лапшу на уши, — сказал Рейх и Союз усмехнулся.
— А зачем нужно то, что не имеет смысла? Ты же не станешь писать поэму просто так, от нечего делать. Вот так и фильмах, — всё не унимался Совок и пытался доказать Рейху обратное. — Или ты знаешь то, что не имеет смысла, но ты всё равно делаешь?
— А если и знаю? Что тогда? — спросил Рейх, откладывая пустую тарелку в сторону.
— Да ну? И что же это? — спросил Совок, не веря Рейху.
— Ну, например тот же секс между нами. Если, например, между девушкой и парнем он в основном нужен для потомства, то зачем он нам? Никто из нас же не может родить, — ответил Рейх и Союз немного смутился. — Ты же знаешь, что на данный момент я говорю, на редкость, честно. Так скажи, зачем он нам, если не для размножения? Для удовлетворения желания? Для этого есть проститутки.
— Ну ты конечно извращенец. Я бы до такого не додумался бы, — смутился коммунист и отвернулся. — Хотя, я не знаю зачем. Но конкретно мне просто нравятся ощущения и все.
— Но это же бессмысленно. Какой толк в том, что я, например вхожу и выхожу своим огурцом в твой зад? Смысл есть? Нет, но мы же всё-равно это временами делаем, — сказал Рейх, улыбнувшись с реакции Союза.
— Ну хоть что-то ты не сказал вслух, — Союз опустил голову и понял, что у него начинает вставать. Упс, кажется кого-то такие словечки в свой адрес смогли возбудить, а, СССР? — И вообще, давай закроем э-эту тему.
— Мм? Ты заволновался? — Рейх посмотрел туда, куда устремлён взгляд Союза и заулыбался. — Так ты ещё говоришь, что я извращенец?
— З-заткнись, если бы ты не завёл эту тему, этого бы не было! — сказал Совок, что напрягала данная ситуация.
— Если бы ты не спросил, я бы не заводил, — промолвил Веник и наклонился к уху партнёра. — Тебе помочь? ~
Услышав эту интонацию и просьбу, Союз смутился сильнее, но кивнул.
— Ты его поднял, ты и убирай! Только быстро, без всяких прелюдий, — сказал Союз и повернулся к нацисту.
— Да без проблем! — воскликнул тот и повалил Союза на кухонный диван. Он сразу начал лапать тело Совка, дабы довести начатое им дело до конца. Дольше всего его руки задержались на чужих ягодицах, сжимая и мня их, вызывая стоны Союза.
— Мхах! ~ Рейхи, тебе это так нравится? Ах! ~ — спросил русский, улыбаясь.
— Поверь, будь у меня такая попка, ты бы тоже её мял и мял, пока руки не устали бы, — сказал Рейх, наклонившись к шее Союза, опаляя её горячим дыханием.
— Ну, тебе далеко до этого, палочка для суши, — усмехнулся Союз. Тогда Рейх сжал его зад сильнее. — А-а-ах! ~ Не обижайся, но это правда.
— Я тебе это припомню, не переживай, — ответил Веник, приподнявшись.
Он положил руку на грудь СССР и провёл ею до ширинки штанов. Его пальцы зацепились за молнию и расстегнули её, затем штаны сняли лишь наполовину. Собственно, как и нижнее бельё.
— Ты говорил, что любишь огурцы, я надеюсь мой огурчик ты также любишь? ~ — пошло промурлыкал над чужим ухом немец, заставляя Союза засмущаться сильнее.
— Ты чёртов показушник, Рейх! — ответил Союз и почувствовал пальцы возле дырочки.
— Хорошо, пупсик, — сказал Рейх и вошёл в Совка пальцами, начиная растягивать. Сперва он медленно двигал ими, потихоньку ускоряясь.
— А-ах! ~ Я же просил не Ах! ~ называть меня так! Что ты мне А-ах! ~ клички придумывать любишь? — сквозь стоны спросил Союз. Рейх лишь усмехнулся.
— Просто ты временами напоминаешь маленького ребёнка, особенно когда дуешь губки, — ответил Рейх, задев зону, от которой Союз долго и протяжно простонал.
Тогда он решил, что Совок уже готов и вытащил пальцы. Из штанов он достал свой член и приставил его ко входу. Ощущая это, Союз обвил руками шею Рейха, пока тот тёрся «огурчиком» возле прохода. Через пару секунд, Рейх входит в Совка и оба довольно стонут. Подождав всего минуту, Веник начал движение.
— Ах! ~ Рейхи, ты как всегда в своей манере? ~ — простонал коммунист и прижал к себе Рейха. — Знаешь, пусть я и говорил Ах! ~ без прелюдий, но от поцелуя я не откажусь.~ — сказав это, Союз тотчас получил страстный поцелуй. Их языки сплелись в танце, иногда проскакивая друг-другу в чужие «бальные залы».
Отстранились они только тогда, когда Рейх дотронулся до одной точки, из-за чего Союз выгнулся и громко простонал.
— Да ты знаешь Мх! ~ все мои чувствительные зоны? ~ — спросил СССР и нажал на позвоночник Рейха, из-за чего тот простонал громче. Спустя пару секунд Союз кончает себе и частично на нациста живот.
— Как я вижу, ты мои Ах! ~ тоже, пупсик, ~ — сказал Рейх, начиная порыкивать. — Кажется, я сейчас тоже… — начал Рейх и вышел из Союза, кончая на его живот.
Наши голубки стали восстанавливать дыхание. Союз приподнялся, а Рейх дал ему полотенце, что полетит после этого в стирку. Сам он уже вытерся и застегнул штаны.
— Моей футболке конец, — подумал вслух Совок, вытирая остатки их «танца» с кожи. После этого он кинул полотенце в угол, а туда же и свою футболку. — И да, чтоб ты знал, в, кхм-кхм, сексе между нами тоже есть смысл.
— И какой по-твоему мнению смысл? — поинтересовался Рейх, вставая с дивана.
— Испачкать мои вещи на максимум, — сказал Союз и Веник засмеялся.
— Глубоко сомневаюсь, что именно в этом смысл, — сквозь смех проговорил он. Тем временем Совок встал с дивана и поплелся к себе.
— Ну и сомневайся, но смысл в нём тоже есть, — сказал он и ушел в свою комнату. Рейх сделал тоже самое.
