Терминатор: тёмная голубая мечта

      Хэнк Андерсон — андроид серии РК900, самой передовой на сегодняшний день модели корпорации «Киберлайф», полицейский андроид с расширенными функциями, умением ладить с людьми, чувством юмора и вшитым моральным кодексом. Когда стали поступать сообщения про вторжение пришельцев, андроид поначалу воспринимает их как шутку, но когда информацию подтвердили военные, вызывается командовать отрядом добровольцев.       Для большинства сослуживцев, Андерсон что-то вроде диковинки, в личном общении и поведении совсем не заметно ничего машинного, если бы не характерный светодиод, то никто бы и не отличил его от человека.       Никто не знает, откуда взялись интервенты, существует много версий. Из-за присутствия в армии противника роботов, внешне похожих на скелет человека, в причастности заподозрили «Киберлайф». Хэнку и его отряду поручают пробиться к центральному офису, осмотреть его, найти улики или опровергнуть подозрения.       Но отряд застревает на подступах, всего в квартале от небоскрёба «Киберлайф». Пройти дальше мешают боевые дроны-пауки противника, коих не счесть. Странной особенностью которых является то, что они совсем не нападают на Хэнка, а только на его людей. Он максимально использует этот баг противника, подходит к паукам вплотную и крепит к ним гранату без чеки, либо расстреливает в упор.       Благодаря этой хитрости отряд не уничтожили, но дальше они продвинуться не могут. Приходится отступить, когда на пути встречаются практически неуязвимые для пуль скелетоподобные роботы и юркие летающие дроны, которые совместно действуют весьма эффективно. Они ко всем настроены враждебно, готовы и Хэнка разобрать на запчасти, если сунется. Оплавленный неизвестным энергетическим оружием наплечник и несколько погибших, ультимативно намекают, что с этими ребятами шутки плохи.       Он принимает решение окопаться и ждать подмогу. Потом с командованием пропадает связь. Боеприпасы, вода и еда на исходе, что делать и куда идти непонятно, человек в таких условиях легко заражается отчаянием, но Хэнк старательно поддерживает боевой дух в своих людях, хотя и понимает, что вечно так продолжаться не может. И вот, наконец, приятный сюрприз, в эфире кто-то объявился и вызывает Хэнка.       — Лейтенант Хэнк Андерсон на связи! Какой ещё Коннор? Из моего участка? Ах, О’Коннор! А чем докажешь, что это ты? Можешь рассказать что-нибудь, что только мы с тобой одни знаем? И правда ты! Слушаю! Серьёзно? В голове не укладывается! Понял, идём встречать…       Со стороны, сеанс связи выглядит как короткий односторонний диалог, в котором можно только догадываться о репликах собеседника. Но что бы не сказал О’Коннор на том конце, услышанное озадачило даже андроида. Хэнк на все вопросы ополченцев только отмахивается, бурча под нос: «Сами увидите!»       Построив группу, он отбирает наиболее крепких ребят, остальным приказывает ждать своего возвращения. Отряд Хэнка уходит по разрушенной дороге вглубь города. Минут через пятнадцать, позади импровизированных баррикад слышится лязг машинных гусениц. Бойцы спешно занимают позиции, наводя в сторону шума всё, что у них есть.       Тридцатиметровый кусок стены полуразрушенного здания вдруг с шумом обрушивается, вздымая облако пыли, через пролом въезжает огромный бронированный вездеход, в сопровождении десятка скелетообразных роботов. Ополченцы сразу же открывают по ним огонь. Роботы никак на это не реагируют, продолжая двигаться прямо на людей, при этом не стреляя в ответ.       Вездеход и роботы замирают, из люка выпрыгивает Хэнк, мигом ловит пару пуль от сотоварищей, к счастью, не наносящих серьёзных повреждений. Он размахивает белым флагом и вопит изо всех сил, стремясь заглушить выстрелы:       — Прекратить огонь! Это свои!       — А выглядят как чужие! — замечает оставленный за старшего ополченец. Стрельба стихает, однако никто не перестаёт целиться в незнакомцев.       — Эти роботы — за нас! Нет времени на долгие объяснения. Да, они как две капли воды похожи на врагов, но это другая фракция, дружественная! Вы, люди, несмотря на полную внешнюю идентичность, разве никогда не враждуете друг с другом?!       Следом из вездехода вылезают О’Коннор с ополченцами, ушедшими недавно с Хэнком.       — Ну всё, парни, слушайте внимательно, — обращается с крыши броневика О’Коннор к обступившим его со всех сторон людям, — нам нужно передислоцироваться немного западнее, где нас ждут ещё ополченцы и снаряжение от союзников: вот такие вот как на мне бронеэкзоскилеты и мощные плазменные «пушки», прожигающие любую броню.       — Враждебные роботы именуются терминаторами, дружественные — реформаторами, — дополняет Хэнк, — так и отмечайте в донесениях, чтобы сразу различать, кто перед нами маячит. У дружественных красные повязки на плече.       — Не бойтесь использовать меня как укрытие, — верещит динамик вездехода, — броня крепкая, Реф-800-ые прикроют в ближнем бою, главное, выявляйте снайперов на стенах с противотанковым оружием, и всё будет хорошо.       — Так, у кого снайперки, — распоряжается Хэнк, — зыркаем по сторонам, внимательно зыркаем! В развалинах полно перепрограммированных врагами местных домашних андроидов с гранатомётами, вы должны нейтрализовать их до того, как те сумеют сделать хоть один выстрел. На остальные цели не обращайте внимания, союзники с ними сами разберутся. А сейчас давайте, грузите раненых…       Перед самым началом движения Хэнк обращается к ополченцам с ободряющей речью, уделяя несколько слов погибшим, обещает, что когда всё закончится, героев похоронят с должными почестями, под занавес напоминая о долге перед отечеством и человечестве в целом. После распределяет снайперов, раздав «каждой сестре по серьге» в виде приоритетного сектора, прочих прячет по левую сторону за широкой бронёй вездехода.        Какое-то время группа движется без эксцессов. Затем возгласы «Противотанковые на крыше!» и «Пауки справа!», ввергают всё в хаос. Адские перестрелки, игры на выживание и массовый расход патронов для снайперки да союзнических плазменных сгустков… Очередная победа во имя человечества, на этот раз без каких-либо потерь со стороны отряда.       А вот и точка сбора — здание полицейского участка у центральной станции метро. На перекрёстке виднеется пара мятых автомобилей и подбитый танк без гусеницы.       — Это О’Коннор, — общается детектив с кем-то по рации, — мы добрались, но нас никто не встречает, приём!       — Куда все делись? — перешёптываясь недоумевают бойцы.       — Стоп, ты слышал, вы это слышите? На стаю рокеров похоже…       Из-за угла вылетает восемь мотоциклистов, вернее просто мотоциклы без наездников, мототерминаторы. Ловко объезжая препятствия, они плюются молниеносными лавовыми сгустками из турбоплазмоганов. Оба колеса у них ведущие, траектория меняется рандомно, скорость под двести.       — Чёрт, они слишком быстрые… не могу… точно… прицелиться… — ворчит лучший снайпер отряда.       Несколько ополченцев падают простреленные насквозь, стена огня сбивает с ног даже одного Реф-800-го. Кто бы мог подумать, что какие-то мотоциклы могут оказаться настолько опасными на открытом пространстве.       — В укрытие! — кричит Хэнк, — Пулемёт! Тащите пулемёт!       О’Коннор бросается к арсеналу участка, волоча на обратном пути станковый пулемёт, взбирается на вездеход, выходит неплохая огневая точка. Яростная трескотня возмездия разносит двоих мототерминаторов в щепки, остальные сбегают.       Огромный взрыв неожиданно переворачивает вездеход набок, О’Коннор теряет сознание, а когда приходит в себя, то наблюдает ужасную картину: ополченцы мечутся, пытаясь убежать от гигантского чудища с четырьмя руками-манипуляторами. Даже тяжёлое оружие Реф-800-ых этому монстру, что слону дробина. Вверху висит какой-то самолёт со странными боковыми двигателями, расстреливая Реф-800-ые в упор. Слышится знакомый байкерский рёв, это вернулись мототерминаторы.       Колет в боку, тошнит, на тело мёртвым грузом давит искорёженный экзоскелет, не давая пошевелиться ничем кроме шеи. Вдали мелькают тени, кажется по лестнице метро кто-то поднимается. Терминаторы? Люди? Нет, это Габриэль! Подкрепление?!       — Жнеца я беру на себя! — уверенно произносит кто-то совсем рядом тонким голосом. — Сбейте Охотника! И где мои грёбанные бомбардировщики?!       К О’Коннору подбегает ртутно-серебристый голем, видимо, что это Ви в боевом режиме защитных оболочек, поднимает, перебрасывая на плечо, уносит с поля боя.       Краем глаза и вверх ногами, О’Коннор наблюдает картину боя: десятки сражающихся повсюду друг с другом скелетов-роботов, атакующие пауки и летающие дроны. Через дорогу прут толпы новых врагов, среди которых ещё один Жнец и огромный НК-танк, который непонятно зачем целится из подвесных пушек в воздух, выстреливая мощными жужжащими струями плазмы. Скоро становится понятно, куда он метит, с той стороны заходит звено больших треугольных летательных аппаратов, бомбы накрывают орду терминаторов огненным облаком. Второй Жнец, издаёт рёв, похожий на гудок парохода и падает наземь, а танк глохнет, воспламеняясь.       — Иии-хаа! Вот так, мальчики! Подпалите им жооопыыы! — истерично визжит всё тот же голос…       О’Коннору наконец удаётся рассмотреть кричащего, это спортивного телосложения девушка в лёгком экзоскилете. Она стреляет из странного пистолета в первого Жнеца, корпус гиганта перекручивает призрачным вихрем, словно внутри гигантской центрифуги, треском слепящей сварки разбрызгивая внутренности. Сверху его накрывают обломки Охотника, сбитого секундой раньше из ПЗРК Артуром Альтгеймером, терминаторы повержены… Дальше потёмки метро, свет налобных фонарей, милое личико Уэйд.       — Всё будет хорошо, — ласково произносит она, делая укол, — это медицинские наноботы, заживят раны. А броньку придётся заменить, эта совсем «поломатая».       О’Коннор чувствует прилив сил, боль и тошнота отступают. С помощью Ви и гидроножниц, избавляется от смятого бронеэкзоскелета и окровавленной куртки, переодевается, поднимается обратно наверх.       Трупы — много и повсюду, перемежающиеся с остовами-обломками роботов обеих фракций. Кажется погибли абсолютно все ополченцы. Взгляд падает на искрящую верхнюю часть туловища Хэнка, нижнюю разорвало в клочья.       — Эх, Хэнк, надеюсь блоки памяти целы и твоё сознание можно будет возродить в новом теле, — бормочет О’Коннор, нервно сглатывая слюну.       — Хмм, а в компьютерной игре моего мира, наоборот, ТЫ был андроидом, а Хэнк человеком, — комментирует подошедший Ви.       О’Коннор ничего не отвечает.       — Прости! — извиняется Ви, поняв, что сморозил глупость, ведь для О’Коннора это не игра, а жизнь. Он ретируется к Куину и Артуру, стоящих у входа в метро.       К созерцанию тела Хэнка присоединяется Габриэль:       — Ну ты как? Соболезную. Не падай духом! Радуйся, что самому свезло, не каждому удаётся остаться цельным куском после такого боя.       — Умом я это понимаю, но сердце сводит болью от скорби, от осознания неотвратимости случившегося. Все эти люди никогда больше не будут живыми, ничего не увидят, не узнают, — всхлипывает он, — это так тяжело эээ… принять. Кстати, а вы чем занимались, пока я тут пытался выжить? — переменяет тему О’Коннор.       — Ну мы, с Ви копались в грязи, искали боеголовку, потом извлекали из неё заряд, короче, ничего особо интересного. Уэйд и Кортана встретились с Советом кромагов. Убедили их разорвать отношения с Легионом. В разгар переговоров возник терминатор Рев-9, принялся убивать кромагов направо-налево.       Кортана его успокоила одним выстрелом хроногана, чем резко подняла свой авторитет. Кромаги в качестве жеста доброй воли сняли барьеры как в этом мире, так и в остальных, куда Альянс раньше не мог попасть. Потом мы все встретились и пошли к тебе. Удалось запустить электропоезд, поэтому и добрались так быстро. Но спасти ополченцев не успели.       В Штабе военных вообще всё прошло гладко, без сучка и задоринки, местное командование всецело готово сотрудничать. Представитель «Киберлайф» рассекретил коды безопасности, планы бункера под их Штаб-квартирой и всю проектно-техническую документацию. Мы подозреваем, что Легион заинтересовался экспериментами, проводимыми учёными компании. Возможно этот мир стоит на пороге великого открытия в области понимания природы альтернативных реальностей.       — Понятно, — кивает О’Коннор, — а куда делся твой корабль?       — Кортана отправила его участвовать в спасательно-розыскных и ремонтных работах на орбите. В поле обломков много выживших ИИ, но в повреждённых носителях, мы не можем их здесь бросить.       — Ясно, а что за Кортана?       — А, это главком Альянса и наша с Аймакс сестра! Помнишь, высадили тебя у реформаторского интендантского вездехода с гуманитарным грузом? Так вот, сразу после этого, мы её и подобрали возле нашего озера. Она успела вовремя эвакуироваться перед разрушительной ракетной атакой Легиона на орбитальный флот. Вон она, кстати, беседует с Ви и Мэлори, — машет Габриэль в сторону уже знакомой писклявой девушки.       Уэйд, ходит рядом, осматривается, вдруг резко наклоняется, разглядев что-то важное среди обломков:       — Это платок Рэмми, — тревожно вздыхает она, — подарок поклонницы, он никогда с ним не расставался! Вот, видите, вышитые инициалы…       — Не ясно, куда делись все люди: не только Рембрандт Браун с профессором Артуро, но и остальные гражданские с аванпоста? — трёт переносицу изучающая поле боя Аймакс, очевидно задающаяся тем же вопросом.       — Тел беженцев нет, стало быть их могли забрать живьём, — вселяет слабую надежду О’Коннор.       — Но зачем терминаторам живые люди? В качестве заложников?! — недоумевает Уэйд.       — Маячки, что я прикрепил к Рембрандту и профессору, — не выдвигая предположений информирует Габриэль, — указывают, что они сейчас в бункере Легиона. Давайте как можно побыстрее туда доберёмся. И получим ответы.       Кортана с Ви, Артуром и Куином подходят к остальным, Габриэль тут же переключает всё своё внимание на неё:       — Бомбардировщики отработали, путь к бункеру открыт, чего мы ждём?!       — Когда доставят джетпаки! — холодно пищит она.       — Не понял, зачем нам джетпаки внутри бункера? В узких бетонных коридорах летать? — усмехается Габриэль.       — Спроси об этом у Ви, говорит, что понадобятся, и что бомба на антиматерии не панацея, — пожимает плечами Кортана.       — Я не до конца уверен, что Ви на самом деле знает, что надо делать…       — Отойдём на пару слов! — взяв под локоть, тянет она Габриэля. Таинственно порывшись за пазухой, протягивает смятый тетрадный листок. — Я изначально тоже так думала, но ВОТ!       Габриэль разворачивает листок, это «детский» рисунок цветными карандашами: горы, озеро, фигура в китайской шляпе, рядом овальный робот-слуга и лягушка…       — И? Что я тут должен разглядеть?       — Это нарисовал Ви, когда мы ехали в поезде! На сиденье кто-то забыл школьный рюкзак, там были тетрадь и карандаши…       — И что?       — Это точная уменьшенная копия моего последнего рисунка, который я никому и никогда не показывала, никто не в курсе даже про это самое моё хобби.       — Хмм, выходит он всё же способен «видеть и предвидеть»! Стало быть у нас есть шанс… А почему небо на рисунке зелёное?       — Это один далёкий альтернативный мир, где атмосфера в два раза толще обычного и синий цвет гораздо сильнее рассеивается, — пожимает плечами она. Заметив привалившуюся спиной к перевёрнутому вездеходу Аймакс, жестом подзывает её к себе:       — Алиса, подойди-ка к нам!       Втроём они долго шушукаются в сторонке, а когда возвращаются, Кортана приказывает всем построиться и оглашает приказ:       — Значит так, в бункер идут только Ви, Куин, Алиса… то есть Аймакс, и я!       — А я? — восклицает Уэйд. — Мы же договорились!       — Приоритетная задача — уничтожение Легиона! В бункере никто из нас может не выжить, поэтому напрасные жертвы не нужны!       — Это моя жизнь! И я имею право распоряжаться ею сама!       — Уэйд, пожалуйста, останься тут, — просит Куин.       — Нет, я иду с вами! К тому же, в плену у Легиона профессор и Рэмми, они тоже пошли бы меня спасать, будь я сейчас на их месте! Мы, скользящие, всегда стоим друг за друга!       — Эээ, сестра, не понял, а меня почему не назвали? Я тоже не собираюсь прятаться, поджав хвост, в шаге от финала!       — Ладно, Габриэль, понесёшь бомбу! Уэйд, оденься популенепробиваемей!       — Я могу слиться с Уэйд в качестве защитной оболочки, — предлагает Габриэль, бомба тоже поместится.       — Так и поступим, а О’Коннор останется здесь вместо тебя и проследит, чтобы в пяти километрах от бункера никого не было, уж ты-то, надеюсь, не жаждешь умереть?! — переводит она взгляд на детектива.       — Не жажду! — отрицательно кивает О’Коннор. — А это что за «космодесантники»?! — удивлённо поджимает он губы, наблюдая сгружающихся с только что подлетевшего космического челнока. Таких навороченных экзоскилетов ему раньше видеть не приходилось, точнее будет назвать сие технологическое чудо силовой бронёй.       — Реф-Иксы, — разъясняет Кортана, — элита, очень мощные ребята! Пойдут впереди.