Выбор не вытеснен в граните

      Рукой Деку вытирает полупрозрачную ниточку слюны и желает выплюнуть все это, может даже и прополоскать водой рот, но сейчас он только глубоко вздыхает, пряча взор под мокрыми волосами. Искусанные губы немного щиплет, заставляя немного злиться. Но сейчас было трудно даже произнести хоть что-то.       — Я, — Тоши не может подобрать слова, поэтому, отвернувшись, он открывает Изуку выход наружу. Только молчать оставалось Яги и дожидаться нужного момента, чтобы хоть как-то поговорить.       Веснушчатый выходит из кабины и молча зовёт за собой злодея. Достав полотенце, он несколькими движениями протер волосы, а после и места возле ранений Тошинори. Хоть бинты лежали на полу, Деку их спокойно поднял и туго замотал плечо и ногу мужчины.       — Наклонись, — через силу просит Изуку и зацепляет конец бинта за основание, чтобы тот не вывалился.

***

      Всё остальное время до полуночи они молчали, как будто маленькие дети, что обиделись друг на друга, а родители их поставили в углы. Мидория только сейчас закончил письменную работу и решил выползти на свет, тут же бросая взгляд на мужчину. Пока Яги смотрел телевизор, в нем виделась некая детская радость. Полицейский на это усмехнулся и подошёл к тому. Только вот Деку нужен был не Тоши, а его кружка с остывшим кофе.       — М? — отрывается от телевизора Тошинори и направляет взор на полицейского. Тот допивает кофе и в ответ глядит на убийцу. Блондин достает телефон и мимолетно смотрит время, а после на Изуку. — И ты высыпаешься?       — Не, — тихо бормочет Мидория и уходит в спальню, перед этим унося кружку на кухню. Дверь в комнату он совсем немного прикрывает, надеясь, что у Яги есть совесть, и он не зайдет ночью, чтобы прикончить его.       Парень падает на кровать и смотрит в потолок, обдумывая недавно произошедшее. Он медленно проводит пальцем по своим губам, а после краснеет, обречённо вздохнув. Закрыв глаза руками, Деку не замечает, как дверь приоткрывается, где после появляется высокий силуэт. Пол неприятно скрипнул под весом Тошинори, когда тот шагнул вперёд.       — Слушай, детектив, — мужчина встаёт коленями на кровать и нависает над Изуку. Тот неловко смотрит на злодея, слабо отталкивая его от себя.       — Перестань.       — Я еще ничего не делаю, — выдыхает блондин и смотрит в глаза полицейского. Младший удивленно опускает взгляд вниз, когда Тошинори забирается рукой под футболку, проводит пальцем по торсу полицейского.       На лице Тошинори появляется искреннее непонимание, и он резко задирает верх Изуку, что тот дёргается и сильно бьёт по чужой ноге. Но, как бы он не хотел, реакции не последовало. Яги осматривает талию парня и после гладит её, ощущая всю мягкость.       — Я думал, что у тебя тут будут мышцы, а оказалось, что ты обычный дрыщ, — злодей щипает за бочок парня и смеётся. — Мягкий дрыщ.       — Не трогай там! — Изуку в последний раз старается отодвинуть от себя Тоши, но все попытки тщетны — ему не хватает силы, чтобы скинуть с себя такую тушу. — Пожалуйста, — промолвил он и отвернулся.       Блондин убирает волосы Мидории с глаз, заглядывая в них, в этот темный омут, в который уже был готов ступить, и ставит ногу между бедрами младшего, почти что упираясь в пах, тем самым вызывая у того ярко выраженное смущение и возмущение. Немного подождав, он приближается к лицу Изуку.       — Ты даже не пытаешься использовать причуду, чтобы выбраться, — нагло говорит убийца и поворачивает Деку на себя. — Или ты шлюха, которая делает только вид, что ей не нравится?       Что-то прошипев, Изуку резко дает мужчине пощечину, который после прижимает его руки к кровати и сплетает пальцы обоих.       — Да нет у меня причуды! — чуть ли не вскрикивает детектив и дергается. — Тебе это нужно было услышать?!       Тошинори замолчал и окинул взглядом всего Мидорию. Он никак не мог представить, что этот пацан будет… беспричудным. Но даже вот так, без способности, он успевал ловить в переулках его и почти не оставлять шансов уйти. Нет, этого не может быть.       — То есть, у тебя и вправду нет причуды? — на всякий случай спрашивает блондин и как-то обеспокоенно смотрит на Деку.       — Угу, — тихо выдает веснушчатый.       — Оу, вот как.       Рука Тошинори аккуратно стягивает с Изуку футболку, и тот остаётся в шортах и, конечно, нижнем белье. Парень краснеет и робко кладет руки на чужие плечи, а после шепчет ломающимся голосом:       — Что ты хочешь сделать?       — Не знаю, — неуверенно отводит взгляд злодей, проводя рукой по животу детектива. Мидория на это вздрагивает и испуганно глядит на Тоши. — Можешь довериться мне?       Деку морщится и кивает, наблюдая за действиями старшего и краснея. Тошинори слегка надавил ногой на пах, смотря за реакцией детектива, что была довольно… необычная: парень жмурится и поджимает губы, будто ему больно. Озадаченный этим Яги невесомым поцелуем в лоб заставляет обратить на себя внимание.       — Ты в порядке? — этот вопрос ставит Изуку, так сказать, в тупик. Было неожиданно слышать это из уст беспощадного убийцы, поэтому ответ пришел не сразу.       — Да… думаю, да. Просто… Мне так страшно от своих чувств, я не понимаю, почему я это чувствую, что я чувствую.       Блондин впервые видит такую сторону полицейского, который просто старается не заплакать со своих же слов, при этом поддаваясь мимолетным ласкам со стороны врага. Достаточно жалкое зрелище, что вызывает у Тоши противоречивые чувства к Изуку. Какую-то надменность и жалость… Усмехнувшись со своих же мыслей, Яги присаживается и переворачивает Мидорию на живот.       — Полежи лучше так, — если бы он продолжил смотреть на это бедненькое личико Деку, то потерял бы всю свою суровость…. Кто же знает, что может быть после такого.       Парень только молчит в ответ, из-за плеча размыто смотря на Тошинори. Такой беспомощный и податливый… Блондин аккуратно снимает с Изуку шорты и боксеры, хмыкая и уставляясь на веснушки, что были даже на заднице. Той ночью… он совсем не видел этого и только сейчас понял, что наделал. Но прошлое не изменишь, поэтому он просто проводит ладонью по одной из половинок, не решаясь её сжать, а после смотрит на заплаканное лицо детектива.       — У тебя... После того.... — хоть как-то пытался связать слова злодей, явно нервничая. — Зажило?       — Нет, — на судорожном вдохе отвечает веснушчатый и приподнимается на колени, носом утыкаясь в подушку и бормоча:       — Только попробуй впихнуть туда что-нибудь, я потом от тебя живого места не оставлю, — вот и посыпались угрозы, на что Яги облегченно выдохнул. Вот он — детектив, которого он знал с первой встречи.       — Я постараюсь не перепутать отверстия, — смеется старший и освобождается от ненужных вещей. На нем остаются только грязные бинты, но они никак не мешали.       — Мне страшно, — волнуясь, говорит Изуку и томно мычит. Он даже не успел заметить, как возбудился и, вроде как, хотел разрядки, но и отвергал это из-за Тошинори. Да как он вообще может вступать в половой контакт со злодеем, если по профессии он должен отыскивать и ловить их, по крайней мере, на данном, последнем звании?       — Ясно… Буду аккуратен, — придерживая член, мужчина проскальзывает сквозь гладкие бедра, размазывая по ним смазку и простонав в кулак. — Если что-то будет не так, скажи.       Мидорию будто что-то сковывает, когда между ног чувствуется пульсация и жар от разгоряченного органа. Он не в силах пошевелиться и что-то сказать, ибо все чувства перемешались, что было даже тяжело вздохнуть.       Извращенно, жарко, приятно — ощущение мешались с мыслями, яркими картинками фейерверка, готовясь взорваться в нечто большее. Тошинори плавно делает толчок вперед, наконец-то услышав скованный стон от полицейского. Тот явно был очень смущен и боялся произнести хоть какой-то звук… но сейчас не выдержал.       Размашисто двигаясь, блондин видит, как Деку пытается вылезти из-под него, но после тот застывает на месте и судорожно вздыхает. Яги успокаивающе проводит рукой по спине парня и целует в загривок. Ему хочется касаться, касаться и ещё раз касаться Изуку, но… В этот раз совесть не позволяла.       — Сожми ноги покрепче, — рычит злодей и ускоряет темп, вслушиваясь в возбуждающие звуки секса, а также редкие, но столь сладкие стоны детектива, раз за разом чуть ли не срывающие крышу у старшего.       Мидории хватает еще несколько минут, чтобы содрогнуться и кончить. Но пока Тоши не закончил, семя так и сочилось, иногда капая на простынь. Через некоторое количество времени бедра веснушчатого стали полностью испачканы в сперме. Но это больше будоражит. А вот сколько прошло времени… Изуку неизвестно. По ощущениям, будто больше часа, а если довериться информации с телефона — чуть меньше двадцати минут.       Свалившись на кровать, Яги взглянул на запыхавшегося парня, а после увел взгляд, чтобы перевести дыхание. И вообще, им уже давно пора спать… Просто эти моменты, в которые враги были настолько близко друг к другу, достаточно сильно их сблизили. Изуку не видит только плохое в злодее, а тот же, в свою очередь, увидел слабого, беспомощного полицейского.       Деку даже не встает, чтобы сполоснуться, а просто отворачивается к стене, невзначай подкладывая подушку, чтобы разделить кровать надвое. Ему бы сейчас поспать…

***

      Солнце слабо освещает комнату, падая прямо на Изуку. Он будто избранный; к его молочной коже яркие лучи добавляют слабый блеск, что делает её немного светлее, чем обычно. Мидория переворачивается так, что в его глаза светит солнце, освещает лицо с мешками под глазами, заставляет проснутся и приподнять веки, из-за чего парень сразу ворчит. В полудрёме Деку садится на кровать и спускает ноги на пол, пытаясь припомнить, что было ночью, а после утыкается в ладони. Ладно, это сейчас не так важно.       Будильник не сработал — вот в чем проблема. Мидория либо проспал работу, либо у него остается несколько минут, чтобы собраться и выбежать из дома. И, как оказывается, второй вариант был правдивым.       Потянувшись, детектив вытаскивает из-под подушки телефон. На первый взгляд — не его, на второй тоже. Но, возможно ему это просто кажется, и он все еще не до конца проснулся? Нет. Включив телефон, Изуку щурится, чтобы посмотреть время.       — Да чтоб тебя, — рычит Деку и бросает телефон на кровать, резко поднимаясь и уходя в ванную, а Яги дальше оставляя дрыхнуть на кровати.