Тень звезды.

Без зла.

      Эдэльвир вынырнул из облаков, приземлился, его крылья исчезли на ходу. Он почти подбежал к беседке. Илири не сразу заметила его, находясь внутри.       - Здравствуй, – голос Илири дрожал то ли от холода, то ли от страха. – Аканэ…       - Аканэ звал меня, - кивнул дракон, присаживаясь рядом на скамейку и деликатно обнимая Видящую.       - Да. Он ушел в Майнэю, а меня попросил дождаться тебя.       Рассказ выходил сбивчивый, но Эдэльвир помог ей согреть и руки, и сердце. К концу рассказа удалось облачить в слова почти все события: и щит вокруг беседки, и глаза Танцующего-со-звёздами, сверлящие Илэнта, и нестерпимый жар в руках.       - Зов с Майнэи дошли и до меня. Я потратил немало сил, чтобы найти врата в их города. Нужно было прийти к тебе, – альбинос приободрил девушку. - Ты молодец.       Илири попыталась протестовать:       - Я же ничего не сделала.       - Ты сделала самое важное – не испугалась, не отвергла тех, кто нуждался в помощи. Ты была готова отправиться в неизвестность только потому, что в тебе нуждались. Таин знала, кого выбирать.       Илири наконец улыбнулась, на её щеках появился румянец.       - Давно они покинули Таин?       - Не знаю. Аканэ пообещал вернуться до заката.       Эдэльвир начал ходить, заполняя беседку шагами и почти ощутимым на коже беспокойством.       - Ты хочешь отправиться за ним? – тихо спросила девушка.       Остановившись, тот обратил на неё пристальный взгляд.       - Да. Думается мне, это необходимо.       - Хорошо, мне будет спокойнее.       - Я провожу тебя до дома, - голос Эдэльвира был полон искреннего облегчения.       Альбинос шел чуть впереди, помогая Илири спуститься по ступенькам. Им не пришлось сделать и пары шагов, тот остановился, как вкопанный. Из горла вырвался звериный рык, он обеими руками зажал виски. Илири обежала его, и увиденное заставило ее прижать ладонь ко рту. Драконье очеловеченное лицо побледнело, глаза оказались широко раскрыты, в них опасно блестели вертикальные зрачки.       - Брат! Не надо. Не делай этого! – Эдэльвир шептал одними губами, слов было почти на разобрать.       Она протянула к нему руки, но не смогла дотронуться, иллюзорная кожа изгнанника трескалась, воздух стал обжигающим.       - Эдэльвир, что с тобой?! – почти закричала Илири.       Тот ничего не слышал. Боль в висках стала острой, пред глазами заплясали огненные точки. Лишь продолжал шептать:       - Нет, Канэ! Нет... Неужели не было другого выхода?       Юноша упал на колени. Жизненная мощь покидала его тело, не осталось сил даже на крик. Разоружающий щедростью своих эмоций дракон был распластан незаслуженными мучениями, пытаясь справиться сам. Слезы капали из его удивительно прекрасных очей. Над головой завихрился сгусток черного воздуха. Илири опустилась рядом, прижала свои руки к груди Эдэльвира, прорвавшись сквозь магический жар. От боли она почти отпрянула, но сдержалась – внутри пылал злым черным огнём невиданный камень, отравляя драконью душу. Решение само нашло её.       - Откройся, дай мне помочь тебе.       И Эдэльвир послушался. Она поступила с точностью наоборот, как поступила с Эйлилем – через легкие и горло она выдыхала жар, разгоревшийся в груди Эдэльвира.       - Слушай мой голос, иди на него. Ты не один.       Голос Видящей звучал спокойно и убаюкивающе. Черный огонь попытался перескочить на неё, но она вовремя отгородилась от него силой любови к Аканэ.       Спустя какое-то время Эдэльвир послушно обмяк. Его дыхание стало ровным. Дикий жар рассеялся, но Илири всё равно было неспокойно. Это был не конец, и предчувствие оказалось правдивым. Она ждала, поглаживая обессиленного юношу по волосам. Но вместо жара её пронзила зимняя изморозь, прямо в спину между лопаток, будто Илири стала мотыльком, насаженным на блестящую иглу. Стало сложно дышать, но она нашла в себе силы обернуться.       Аканэ.       Он стоял без движения, не дыша, не отнимая взгляда от Эдэльвира. Остались только глаза – сверкающие, жёсткие, полные черноты беззвездного неба. Его смуглая кожа была покрыта черной матовой пылью. От одного его вида Илири охватила бесконечная острая печаль.       Каждый шаг, сделанный к нему был преодолением плачущей навзрыд бесконечности. Шаг за шагом. От края до края. Несколько маленьких шажочков для Илири и тысячи лет одиночества для Аканэ. Его руки повисли, слово безжизненные ветви дерева, глаза сверлили девушку, ставшую между ним и его побратимом, губы изогнулись в оскорбительной усмешке. Она всем телом прижалась к возлюбленному, прорываясь сквозь невыносимую боль в сердце, сквозь холод безразличия, окутавшего его, словно саван. Жестом раскрытых объятий она попыталась поглотить всю тяжесть случившегося, о чем она никогда не спросит, никогда не узнает.       - Я с тобой, - шептала Илири. – И буду с тобой до самого конца. Принимать тебя всего, без остатка. Пусть твои чувства, какими они не были, передадутся мне. Разреши мне почувствовать то, что чувствуешь ты. Пусть они заполнят бездну отчаяния в моей душе.       Когда Аканэ снова смог видеть перед собой что-то, кроме цели, которую должно уничтожить, он увидел свою Избранницу. Она прижималась к нему, облаченная в голубое сияние с серебристым блеском. Прекрасная, как сумерки в снежных краях лореанис, она дарила ему то, в чем он отчаянно нуждался: мягкую убаюкивающую доброту, нерассуждающее обожание. Она была готова растворить любые его чувства в своей щемящей нежности, и, похоже, последствия мало её волновали.       Теплыми ладонями она касалась его спины, между лопатками - места, откуда вырывались его демонические крылья, его проклятье, избавлением от которых он грезил наяву. От простого жеста крылья не просто исчезли - свернулись в тугие узлы, желая спрятаться от света, излучаемого его возлюбленной. В голове пронеслась шальная мысль: Илири может спасти его от проклятья?       Но имеет ли он право взваливать на нее такую тяжелую ношу – свои надежды?       Краем глаз Танцующий-со-звёздами уловил еле заметное движение. Его побратим нашел в себе силы подняться с колен.       Илири показалось, что её ступни слегка поднялись в воздух. Так и было. Аканэ отстранил её от себя и заговорил, не желая ждать, пока альбинос вновь раз задаст свои вопросы.       - Спасать было некого. Звездной души в его теле не было. Леда Судьбы воспользовалась тем, что осталось от погибшей звезды - траекторией полёта. Он должен был упасть в Кистдре, и всему настал бы конец. Будь у Аделаида душа или стремления, его можно было остановить, заставить одуматься, изменив полёт. Врезавшись в Таин, он всё равно бы погиб, разбился насмерть.       Эдэльвир молчал.       - Илири, ты ведь очень хотела побывать в Лореаонне? – резко сменил тон и тему Аканэ.       - Да, но…       - Я понимаю твои чувства. Ты не хочешь оставлять меня, но есть тот, кто нуждается в помощи больше, чем я.       - Не говори глупостей, - с трудом выдавил из себя Эдэльвир.       - Это ты говоришь глупости, - безжалостно парировал Аканэ, и совсем иначе обратился к возлюбленной: бережно и ласково, –Эдэльвир ранен, его разум затуманен болью. Если он останется в Кистдре, его выздоровление займет больше времени, нежели он отправится с тобой в Лореаонн. А ты не смей спорить, – продолжал он, вновь обращаясь к альбиносу. - Сейчас сильнее я. Выздоровеешь, устроим дуэль по всем маразматическим драконьим правилам. Если ты все еще будешь считать, что я ошибся.       Илири удалось изгнать из Аканэ почти все темные эмоции, но остатки их сияния до сих пор окрашивали его в душу в серые неумолимые тона.       - А что будешь делать ты? – спросила Илири.       - Я отправлюсь на небеса. К звёздам. Попытаюсь выяснить, как Аделаид оказался в такой близости от кистдры, а я ничего не заметил.       Аканэ не скрывал своих намерения, но и объяснять, кто такой Аделаид не имел желания. Он подошел к побратиму и помог подняться.       - Пойдем, - обернулся он к Илири, - я провожу вас.       До перехода в Лореаонн они добрались по широкой тропе в оливковой роще. Аканэ остановился у нескольких камней, заросших травой. За его спиной блистало зеркальное озерцо.       - Мы пришли, - Аканэ указал взглядом на камни, которые образовывали разомкнутый круг. – Илири, тебе нужно войти внутрь.       - А потом? – девушка послушно сделала шаг вперед.       - Потом ты окажешься в Лореаонне. Иди первой, мой брат придёт следом.       Илири не посмела ослушаться, и шагнула в круг.