Добро пожаловать в Конец

Эйлин выходит из воды. Как Венера из морской пены. Сэм этого не видит, но слышит плеск, а после мокрые шаги, шуршание полотенца и, кажется, даже дыхание. Так уж у них повелось, он слышит ее движения, а она видит его слова. — Эйлин? И впервые за долгие, длинные дни Сэм выдыхает с облегчением. У него получилось. Он смог сделать что-то действительно стоящее. То, что не даст опустить руки посреди этого сумбура, когда не ясно, где правда, а где ложь, где твои собственные слова, а что написано чужой рукой. Мама, Джек, Кевин, Ровена, Кетч — всех не вернуть. Но Эйлин здесь. И это так много сейчас. Выкуси, Чак. Винчестеры все еще в игре. — Сэм. Он поворачивается, волнуясь как подросток перед первым свиданием. В предвкушении чуда и в то же время в страхе, что что-то пойдет не так. Винчестер осознает, что не помнит как произносить слова. Хорошо, что они не нужны. А Эйлин улыбается и тянется к нему. Он протягивает ей руку. Ту самую, которая убила одну и воскресила другую. Маленькая ладонь, тонкие пальцы, мокрые волосы, теплая Эйлин. Живая. — Спасибо, Ровена, — думает он, хоть и знает, что в Аду его не услышат. Эйлин Лихи всегда знала, как дороги звуки. Теперь знает, как недооценены прикосновения. Немыслимая радость — капли воды на коже, чуть грубый ворс полотенца, тепло чужого тела. Ее окружает тишина. Но она слышит его мысли. Знает, как ему нужна была эта победа. Эйлин вжимается в Сэма. Цепляется за него бледными пальцами. Винчестер пахнет разнотравьем и немного дымом. Воскреснуть стоило хотя бы ради того, чтобы просто почувствовать это, а не только ходить следом, пытаясь пробиться. Она успела изучить каждую морщинку у глаз, тоску в застывшем взгляде. Он здорово постарел за последние несколько лет. А может просто устал. После они сидят на узкой кровати, в комнате явно не предназначенной для уюта. Горит ночник. Пахнет кофе. По-ирландски, чтобы успокоить расшатанные нервы. Горячая кружка чуть обжигает пальцы, но Эйлин это нравится. На ней его рубашка, огромное фланелевое полотно в клетку. Они молча разговаривают. Им всегда было легко вместе. Теперь их объединяет еще и Ад, который никогда не отпустит насовсем. Их коленки иногда соприкасаются и Эйлин едва заметно улыбается. Технически, Сэм первый и пока единственный человек, который ее касался. Она не знает, какие там планы у кукловода на нее, на братьев, на этот ненормальный мир. Ей все равно. Ее создал не Бог, а Сэм Винчестер. А значит, она в надежных руках. Эйлин счастлива.