Alive in New Light.

      «Какой же всё-таки он дрыщ» — уже в который раз подметил Андрей в голове, смотря быстро удаляющемуся скетчеру в след. «Может и правда с ним всё в порядке и я зря надумываю».       Сильный порыв ветра ударил в спину, тонко намекая, что пора идти в свою новую квартирку, а не стоять посреди улицы. Парень накинул на голову капюшон, скинул с плеча лёгкий рюкзак и уже было собрался положить туда купленную воду, как вдруг что-то на долю секунды блеснуло около его ног. Андрей, недолго думая, кинул покупку в рюкзак и чуть поддался вперёд, дабы рассмотреть это «что-то». Им оказался небольшой брелок — плюшевый мишка с красным бантиком на шее. Реакционер был уверен, что когда шёл к магазину — не видел здесь, на дороге, ничего подобного. Может кто из прохожих обронил? Какая-нибудь девушка, например. Или ребёнок. Или Брайн. Последний вариант от чего-то показался ему ужасно забавным. Не до гомерического хохота, конечно, но хотя бы до громкого смешка на всю улицу, который всё равно потонул в воротнике куртки. В любом случае, Андрей не мог просто так всё это оставить. Возможно это действительно вещь Макса и её нужно вернуть, и чем раньше — тем лучше. Однако Тарасенко уже скрылся за поворотом, поэтому Винди остаётся лишь подобрать медвежонка и положить к себе в рюкзак.       Он обязательно напишет мальчишке по прибытии домой.

~~~***~~~

      Максим проснулся в обед от голодного ора Тигры. Парень мысленно поблагодарил вселенную, ведь этот рыжий засранец не разбудил его (как это обычно бывает) в 4 утра. Но данное пробуждение не только этим отличалось от предыдущих — у него сейчас не было желания брать в руки телефон. Как только ютубер смотрел в сторону своего гаджета — внутри что-то начинало болезненно ныть. Будто как только он откроет соц. сети — сразу появится ответственность.       Решив проигнорировать нарастающую боль в лобной доли, Брайн направился в ванную. Повязав новые бинты на раненую ладонь и кое-как умывшись прохладной водой, он на автомате поплёлся на кухню, чтобы, наконец, утолить голод кота. Парень грузно опустился на стул рядом и бросил взгляд на холодильник. Он редко завтракал. Узнай об этом мама, то непременно бы отчитала. Отчитала бы и за бардак, который скетчер вчера так и не удосужился убрать.       Сегодня ветрено, из-за чего окна периодически тихо щёлкали, воссоздавая вместе со свистящей непогодой нечто похожее на музыку. Однако, ветер быстро замолк, а затем вновь неожиданным порывом врезался в стекло. Вчера Максима так же терзало: подняло к небу, долго швыряло из стороны в сторону, а после ударило о землю.       Может, Дима был для него своеобразным ветром, что нужен во время полёта? А может он просто идиот, что разглядывает своё измученное отражение в дверце шкафчика и размышляет о ветре? Скорее, второе.       Рано или поздно подписчики (да и не только они) узнают о произошедшем. Пойдут расспросы, слова сожаления, кто-то обязательно настроит теорий и фейковых новостей, и ещё много-много всего, чего Брайн так не любит. Тарасенко не для этого начал снимать видео несколько лет назад. Не для этого создавал канал. Безусловно, скетчер любит свою многомиллионную аудиторию, а та любит в ответ; смотрит ему в рот, пытаясь не пропустить ни единого слова. И от осознания последнего Макса иной раз бросает в дрожь.       С момента его первого видео прошло уже больше восьми лет. За эти годы парень вытянулся, стал шире в плечах и при желании может отрастить бороду. Научился грязно шутить, материться, громко смеяться и делать вид, что кроме радости, сарказма и спокойствия не способен ни на что. Брайн научился казаться чуть серьёзнее недовольного ребенка, даже порой затрагивал какие-то там взрослые темы. Но с каждым днём держать марку, когда оно того требует, становится всё труднее.       Тарасенко дал себе мысленный подзатыльник и осадил. Он не должен сейчас тонуть в болоте из собственных эмоций и переживаний. Не в начале дня же, в конце концов! Нужно срочно отвлечься: погулять или в гости к кому-нибудь сходить. Всё наладится. В данной ситуации наилучший выход — не думать о плохом.

***

      Погода сегодня явно лучше вчерашней, если не брать во внимание огромные лужи грязи на дорогах. Они всегда были, есть и будут. Тем более на дворе октябрь: удивляться нечему, а жаловаться — неразумно.       Максим, подобно вору, натягивает капюшон, чтобы лица видно не было; просачивается через многочисленные дворики; и чуть ли не бегом пускается, услышав за спиной собачий лай. Оказавшись около нужного дома, Брайн остановился. Он задрал голову и довольно быстро нашёл взглядом нужные ему окна, как всегда задернутые наглухо шторами, а после направился к подъезду, из которого как раз вышел какой-то мужчина. Скетчер проскользнул в закрывающуюся дверь и впервые за последние полчаса расслабленно выдохнул. В подъезде почти так же холодно, как и на улице, хотя Ян Рейзен говорил, что температура здесь никогда не меняется (летом это особенно ощутимо — жители предпочитают пережидать жару в подъезде). Кстати о Рейзене, Максим к нему и направляется. С этим человеком улыбка никогда не хотела сползать с лица.       По крайней мере, раньше так было.       В этом году коллеги по ютубу стали реже видеться. В последний раз Ян позвонил Максу недели три-четыре назад, но тот был слишком занят и попросил перезвонить. После скетчер моментально получил голосовые сообщения, в которых Рейзен предложил записать с Тарасенко что-нибудь в ближайшее время. Брайн сказал, что подумает, однако на следующий день Ян сам отменил всё (изменились планы). После этого они не списывались.       И вот, Максим спустя столько времени звонит ему в дверь и покорно ждёт ответа. Как только по ту сторону послышались шаги, он снял капюшон и улыбнулся, подсознательно понимая, что выглядит улыбка ой как фальшиво, но ничего не предпринимая по этому поводу. Дверь тихо скрипнула. — Макс? Ах ты тварь! — совершенно беззлобно, в своей обычной манере воскликнул Ян, для пущего эффекта взявшись за сердце, — Мог хотя бы предупредить. — А я не вовремя? — Нет, просто мало ли. Ты не позвонил, не сообщил о своём приходе. А я-то откуда могу знать, что за дверью ты? Может маньяк пришёл какой-нибудь, — быстро пояснил хозяин квартиры, — Проходи давай, тут уже холодно становится.       Рейзен отошёл в сторону, а Брайн невольно опустил глаза в пол. «Что стоит сказать, чтобы не заставить его чувствовать, будто к нему нет доверия?» Так ничего и не решив, ютубер молча прошёл в квартиру, быстро сбросил куртку и, всё ещё не глядя на человека рядом, направился в основную комнату. Весь этот короткий путь он ощущал на себе любопытный взгляд. — Ты такой неразговорчивый из-за Ютуба или неудавшегося видео? Знаешь, я в такие моменты… — Не нужно, — поспешил прервать Рейзена гость, — Просто не обращай внимания на мои вечные загоны, окей?       Тарасенко запустил пальцы в волосы, закрыл глаза и упал на позади стоящий диван. Ян сделал вид, что что-то да понял; сделал вид, что точно не заметил перебинтованную ладонь друга; и ушёл на кухню. Оттуда послышалась разного рода возня: шуршание пакетов, то открывающаяся, то с гулко закрывающаяся дверца шкафчика и скрип ножек стула о пол. Вернулся он уже с виноградной Фантой в руке и застал Брайна за очень увлекательным занятием: изучением материала надетого на него худи. Рейзен постучал костяшкой о косяк, чтобы на него, наконец, посмотрели. Парень поднял голову. — Oh, my fucking God! — в улыбке Максима появился какой-никакой намёк на искренность, — Я думал, в Россию перестали завозить подобное. — Ага, я её для особого случая хранил.       Хозяин квартиры бросил своему гостю железную баночку, которую тот сразу поймал. «Вот видишь! Ты для него особый случай. Может стоит… Нет. Ты сюда пришёл, чтобы просто заполнить пустоту рядом» Тарасенко покрутил напиток в руке, внимательно рассматривая надписи на английском языке. «Узнай Ян об этом — непременно расстроился бы, а?» Парень помотал головой, в попытке унять голос в голове, и сделал первый глоток. — Ну та-а-ак… Ты за чем-то конкретным пришёл? — Рейзен присел рядом. — Просто подумал, что мы давно не виделись. Вот и решил заглянуть в гости, — Брайн пожал плечами, перекладывая Фанту из одной руки в другую, — Что нового?       Ян после этого вопроса оживился: — Планирую в декабре поехать в Москву — на панд посмотреть. Ты же знаешь, как мне нравятся эти милашки! — Ага, знаю. Главное, чтоб в новостях потом не объявили: «Какой-то сумасшедший блогер спёр панду из Московского зоопарка», — прыснул Максим и закатил глаза. — Посмотрим-посмотрим, — как-то загадочно протянул собеседник и сощурил зелёные глаза.       Вот! Наконец-то! Это то, что нужно: лёгкий, непринуждённый разговор. В следующие часы они говорили на разные темы: Брайн, в основном, о Ютубе, а Рейзен забавные истории из детства вспоминал. Казалось, у этого человека в жизни никаких переживаний нет и не было. Он совершенно спокоен. Макс завидовал этому спокойствию. После друзья заказали пиццу и, дабы скоротать ожидание, включили фильм (Тарасенко настоял на комедии). Однако, никто за сюжетом только-то не следил: скетчер периодически выпадал из реальности, смотря в одну точку, а Ян нет-нет, да бросал обеспокоенный взгляд на перебинтованную ладонь своего гостя. Всё слишком эфемерно, как в театре. Вот только никто из парней никак не мог определиться с ролью.       Время в какой-то момент стало осязаемо вязким, липким. Максим взглянул на настенные часы. Шесть вечера. Что? Уже?       Медленно поднявшись с дивана, он показушно размял руки и, улыбнувшись, поблагодарил Рейзена за «чудесно проведённое время». — Да без проблем! Для тебя моя дверь всегда открыта, — ютубер говорит это так невероятно нежно и ласково, что у Тарасенко аж внутренности выворачиваются.       Всё окончательно рухнуло, как только Ян, предварительно проводив друга до выхода, резко приблизился к нему и обнял. Максим недовольно замычал и хотел возмутиться. Но парень на это шикнул и медленно покачал головой, мол, не говори ни слова. Щеки скетчера загорелись от застенчивого румянца, ведь он не рассчитывал на такое от Рейзена. Этого человека внезапно стало много. Слишком много для подобной ситуации, которую и трагедией не назовёшь. Стало даже немного неприятно и… обидно, что ли.       Ян совсем чуть-чуть отступает, хлопает по плечу и прочищает горло: — Всё будет хорошо.       Брайн молча кивнул и поспешил уйти. Он облокотился о холодную стену рядом с входной дверью — со стороны которой послышались повороты ключа — и сглотнул, пытаясь скинуть с плеч внезапное наваждение. Лицо горит. Руки мелко дрожат. Всё не на своих местах. Однако, легче на душе, всё-таки, стало. Может это осознание, что он не одинок? Не хочет юноша в данный момент разбираться — просто достаёт телефон и включает впервые за день.       На экране сразу высветилось сообщение.       От Винди… То есть от Андрея.       Тарасенко устало поджал губы, но всё же зашёл в диалог. Там была фотография брелка и подпись «Привет. Это ты вчера обронил?». Брайн встрепенулся и рваным движением достал из кармана ключи от квартиры. На них раньше висел маленький плюшевый мишка, но, как и ожидалось, его там и след простыл. Макс не понимал, как мог не заметить пропажу. От осознания собственной оплошности захотелось послать всё к чертям и написать Андрею ёмкое «Нет. Я что, похож на pussy?!». Но, поступи он так, оказался бы ещё в придачу королевой драмы. [Максим Тарасенко]: 18:16 Знаешь, если бы ты не написал, я и не заметил бы <: D       Ответа не пришлось долго ждать.

[Windy Letsgoodplays]: 18:18 Серьёзно? Ну значит пойду сейчас на Авито продам 18:19 Попрошу тысяч 10)

[Максим Тарасенко]: 18:19 Хей! Так не честно!

[Windy Letsgoodplays]: 18:20 Ладно, я шучу. Могу завтра прийти и отдать 18:21 Или встретимся где-нибудь. Как хочешь

      Брайн задумался. У него не было желание давать адрес человеку, с которым (в живую) знаком всего ничего, и вряд ли он захочет ради такой мелочи завтра выходить на улицу. [Максим Тарасенко]: 18:23 Давай лучше так, встретиться сейчас на Невском. Ок?       Следующим сообщением парню прислали адрес с подписью «Если хочешь сейчас, то лучше приходи ко мне)». Максим удивлённо приподнял брови — во-первых, Винди ему доверяет; во-вторых, реакционер жил недалеко от Яна. Странное чувство возникло в грудной клетке, схожее с волнением, но утончённее. Давно Брайн с новыми людьми не знакомился.

~~~***~~~

      Небольшая уютная квартира. Таких сотни тысяч разбросано по окрестностям. Невысокие потолки, так нехарактерные для северной столицы, две комнаты — одна из которых спальня — ванная и кухня с балконом. Андрею с первых секунд здесь понравилось, и котам, видимо, тоже — каждый почти сразу нашёл себе тёплое местечко. Летсплейщик сидел на кровати и любовался видом из окна. Придётся привыкать к местной погоде. Темнеет в Питере (зимой) уже чуть ли не в три часа дня. Ещё не следует забывать про белые ночи…       Со стороны коридора внезапно послышался глухой стук. Винди не ожидал, что Тарасенко заявится так скоро, от того-то внутри у него всё сжалось. Но он сделал глубокий вдох и поспешил запихать куда подальше непрошеное волнение. Парень вышел из комнаты, подошёл к немного обшарпанной двери и тут же убрал преграду, что отделяла его от пришедшего Максима. Последний переступил порог и сразу подметил в голове, что квартира довольно неплохая, видал он и похуже. Ещё он услышал громкое шуршание и удаляющийся топот маленьких лапок. Посмотрев в сторону, парень увидел тёмно-серого кота с жёлтыми глазами, что сидел около прохода на кухню и, в отличие от своих собратьев, не собирался ретироваться куда подальше так быстро. — Извини за срач, — Андрей неловко усмехнулся, — Я вчера только переехал. — Ничего страшного, у меня до сих пор стоит пара коробок с неразобранными вещами, — Брайн замолкает. Не то чтобы не знает, что сказать, скорее не решается, — Какой у тебя кот спокойный. — Он здесь самый старый, много дерьма повидал за свою жизнь, а потому ему уже давно на всё насрать. Его Рома зовут, кстати. А остальные коты — их двое — сейчас где-нибудь под диваном.       Новоприбывший хмыкнул и в голове у него пронеслось бегущей строкой: «Интересно, я уже могу называть Андрея сильной и независимой женщиной?» — Не думал, что у тебя есть коты.       На это Андрей пожал плечами, мол, так получилось. Говорить, что на этих трёх засранцев у него ещё и недавно появилась аллергия, а он всё равно держит их рядом с собой, юноша не стал. Да и тем более она не была такой уж заметной — а потому он даже иной раз таблетки не принимал.       Тарасенко показалось, что Винди на него целую вечность смотрит. Еле дышит. И взгляд его какой-то изучающе-невинный, но это не раздражало. Будто он не специально. Винди пару раз моргнул, сказал подождать секунду, а после убежал в спальню, что располагалась на расстоянии вытянутой руки. Вернулся он уже с причиной прихода скетчера сюда: маленьким плюшевым мишкой. Брайн поблагодарил и в конце, почесав затылок, прибавил: — Это было в посылке от подписчицы.       А у самого в голове: «Come on, зачем я оправдываюсь? Думаю, он вообще не удивлён, что у меня на ключах висит это». Между ними вновь повисает молчание, которое уже немного давит на рассудок. Тарасенко шмыгнул носом и опустил голову, утыкаясь взглядом в пол. На мгновение Хаоситу показалось, что так и должно быть, всё в порядке. — Макс…       Но нет. Не в порядке.       Брайн резко вскинул голову и выжидающе посмотрел на Андрея. Реакционер увидел, что вчерашняя печаль в лице парня сменилась ненормальным спокойствием, а урановое излучение во взгляде пропало, оставив после себя всепоглощающую пустоту.       Ему на самом деле знаком этот взгляд. Взгляд человека, которому уже на всё плевать, и от этого он ничего не замечает вокруг.       Винди тяжело сглотнул, когда подобно удару биты по затылку пришло осознание — таким же было его отражение год или два назад из-за сжирающего изнутри одиночества. Теперь же всё стало немного лучше — Андрей начал часто стримить и это помогало, правда. Ещё и аудитории нравилось. Винди, пусть и частично, но смог вылезти из этого Ада наяву, крепко цепляясь за своих подписчиков, словно за спасательный трос. Однако главное слово здесь «частично», ведь в любой момент может пойти что-то не так и трос с оглушительным треском оборвётся, отправляя реакционера в холодные лапы меланхолии. Сейчас не хотелось об этом думать, но не получалось       Андрею захотелось помочь своему коллеге, но нужно действовать осторожно, чтобы не спугнуть. — Слушай… может снимем как-нибудь совместный ролик?! Сам подумай — это сто процентов зайдёт как твоей, так и моей аудитории, — похоже на правду, — Да ещё и попиарюсь за твой счёт, — это уже вздор!       Макс фыркнул и сказал с наигранным осуждением: — Ох, все вы одинаковые! Я уж думал ты мне бескорыстно помог, — но после всё же выдал, — Хорошо, я подумаю. Это и правда неплохая идея.       Тарасенко прикрепил брелок на ключи, на прощание помахал тёмно-серому коту и вышел из чужой квартиры. Андрей закрыл за скетчером дверь и крикнул: — Кузя, Тоша, выходите! Злой дядя ушёл! — и, не дожидаясь ответного шуршания где-то из-под дивана или кровати, направился в спальню.       Около кровати стояла гора коробок, которые желательно разобрать в ближайшие часы. Завтра должен быть стрим, а потому было бы неплохо для начала вынуть оборудование. Зрители наверняка расстроятся, если он опаздывает.       Зрители…       В голову снова полезли навязчивые воспоминания, которые пробудились из-за отчаяния другого человека. Человека, в которого Винди когда-то был… Андрей резко втянул носом воздух, ведь сердце моментально подскочило к самому горлу, и он с силой ударил ладонью по рабочему столу. Поток мыслей необратимо привёл к тому, что он ни при каких обстоятельствах не хотелось вспоминать. Дело в том, что в какой-то момент одиночество достигло своего пика, и Винди начал что-то чувствовать к Брайну. К человеку, с которым его ничего не связывало. К человеку, на которого он всего лишь делал всеми ненавистные реакции. Это было неправильно и, в конце-концов, максимально абсурдно. Они ведь даже в живую ни разу не виделись (до вчерашнего дня). И парень не может любить парня. Не может любить так. Это против природы. Андрей мог влюбиться в его творчество, но не в…       Винди где-то читал, что после потрясения в жизни каждый человек проходит стадии принятия: отрицание, гнев, торги, депрессия и, наконец, само принятие. Благо реакционер сумел остановить эту чёртову карусель до наступления четвёртого пункта. Не было желания тонуть ещё глубже. Не было желания из-за любого неосторожного движения свалиться из Ада в свой Личный Ад.       Потом он встретил Полину и та помогла сойти с этой скользкой дорожки. Андрей смог избавиться от надоедливых бабочек у себя в животе, что просыпались каждый раз при просмотре новых видео Максима. Он буквально внушил себе, что любит лишь представительниц прекрасного пола. Винди повторял это вслух и у себя в голове несколько раз в день. Повторяет и до сих пор (но уже не так часто), ведь это дошло до автоматизма. Парень мог гордиться собой — сейчас к Максиму Тарасенко он ощущает лишь холод. Противные насекомые не щекочат больше изнутри своими крылышками.       И сейчас помочь Брайну справиться с непонятно откуда взявшейся апатией Андрей хочет лишь из солидарности.       Не более.

~~~***~~~

      Этот день пролетел как-то слишком быстро. Макс пялился в окно, следя за проезжающими машинами и людьми, и думая над предложением Винди. С одной стороны, ему до сих пор не очень-то хотелось впускать в свой дом малознакомого человека; с другой — Винди не был похож на того, кто может сломать ему (да и не только ему, в принципе) жизнь.       Внезапно, рядом лежащий телефон едва двинулся из-за вибрации. На экране высветилось сообщение от Димы (во что скетчер сначала не сразу поверил): «Я-то простил тебя, но мои родители и Лиза — вряд ли. Мне жаль». Тарасенко сначала хочет написать: «Ты должен с ними поговорить», но быстро стирает предложение, отправив вместо этого такое банальное и шаблонное «Мне тоже жаль». Ему ничего не хотелось: ни говорить, ни упрашивать. Однако это «мне тоже жаль» выглядело так не к месту. Макс начал сомневаться дорожит ли сам этим человеком.       А ведь действительно…       Если бы Максим дорожил Димой — не допустил бы этого чёртового сотрясения.       Если бы Дима дорожил Максимом — приложил бы больше усилий для сохранения их дружбы.