Крылья

Надеюсь, однажды я выберусь отсюда, Даже если это займет всю ночь или сотню лет.

      Девушка потянулась, выгибая спину и довольно что-то мурлыча себе под нос. Действия произвели желаемый эффект: Учиха не сводил с нее глаз, с интересом разглядывая. Несмотря на бурный секс, закончившийся буквально несколько минут назад, на не вполне выровненное дыхание, желание вновь разгоралось от пронзительного взгляда, расползалось по каждой клеточке, мучительно задевая взвинченные нервы.       Ино желала этого парня. Полностью и безоговорочно. Она хотела принадлежать ему: отдаваясь его рукам, сгорая от ласк, ощущая на себе прикосновения грубых ладоней, скользящих по коже, изучая каждый сантиметр ее тела. Саске был той тьмой, что манила к себе, зазывая в вязкие сети. Девушка растворялась в нем. Окуналась с головой, не замечая, как парень становится для нее чем-то больше, чем просто развлечение.       Ино не пугал его статус, не отталкивала мрачная молва, что следовала за ним. Девушка знала о возможных рисках и утопала в черных глазах, отдавая всю себя. Захлебывалась в пучине неконтролируемого возбуждения, гортанно хватала воздух, наполняя легкие спасительным воздухом, и снова бросалась во тьму, рассыпаясь на тысячи мелких крошек, которые Учиха собирал воедино лишь одним поцелуем.       — Мы могли бы… — Ино потянулась за сигаретами, отчего простынь сползла, оголяя упругие груди. — На этих выходных съездить на Фудзи?       — Не думаю. У меня дела, — Саске чиркнул зажигалкой и аккуратно поднес к сигарете, которую девушка зажала между пальцами.       — Но отдыхать-то тебе тоже нужно? — она затянулась и выпустила тонкую струю дыма, обиженно поджимая губы. — Итачи скоро женится…       — Не сейчас. Определенно не сейчас, — Учиха отвернулся, стараясь не замечать наигранное недовольство от того, что перебил и не дал договорить.       Ино уже не впервые видела, как после всего лишь одной незначительной фразы менялось настроение Саске. Слова о женитьбе брата, словно шипы, глубоко впивались в его плоть. И чем больше парень сопротивлялся, тем сильнее они его ранили. Это была слабость Учихи, неумело скрываемая под маской безразличия. Саске хотел казаться спокойным, отчужденным, но Яманака прекрасно знала: у слишком спокойных людей внутри бушует ураган тревог.       — Это… она? — Ино потянулась к пепельнице, сминая о дно недокуренную сигарету.       Ей не нужно было произносить имя девушки, которая завладела всем вниманием синдиката, враждующих кланов или обычных проституток. Это имя она слышала лёгким шепотом, когда парень метался со стороны в сторону в попытке выбраться из кошмарного сна; это имя застыло в его глазах, когда Саске смотрел на Ино; это имя высечено в сердце, где никогда не будет места ей. И данный факт чертовски злил.       Казалось, после произнесенного незначительного вопроса изменилось все: воздух стал прохладнее; кровать оказалась уже не настолько удобной; черные глаза смотрели безразличнее. Ино теребила раны, что пытались зарасти, покрыться противной твердой коркой. Она залезала в его душу, не спрашивая разрешения.       — Саске… — Яманака наблюдала, как парень медленно начал натягивать брюки, а затем набросил тонкую рубашку, скрывая рисунки на теле, так притягивающие взгляд.       — Я думаю, некоторое время мы не будем видеться, — Учиха наклонился и поцеловал девушку, бережно прижимающую простынь к груди.       Ино разрушала то, что старалась уберечь; то, чем пыталась жить. Она хотела дать импульс, раздражитель, дабы избавиться от мучившей его внутренней жажды, но разве парню это нужно?.. Почему он смотрел так, будто умрет, если потеряет ту, которая даже не принадлежит ему?       Учиха Саске был обречен. Запятнан другой девушкой. И Ино это понимала.

***

      Кровь, стекая с ножа, крупными каплями падала на пол, разукрашивая деревянные доски в замысловатые узоры. Рисунок отчаяния, гравюра неизбежности. Размазывая кровь по рукам, Сакура изображала горечь своей души. Минуты обреченности скользили по кромке заостренного лезвия…       Ему всегда говорили, что Смерть — это белая женщина. Только вот никто не уточнял о наличии у нее розовых волос и зеленых глаз…

Хочу почувствовать себя живой, Снаружи я не могу побороть свой страх.