247

- Привет, вы позвонили Иену. Оставьте сообщение или не оставляйте… Понедельник, вечер: - Привет, детка. Это Микки. Ну, знаешь, парень, которого ты игнорил все выходные. Я не злюсь, просто позвони мне. Мы можем все решить. Мне все равно, что ты делаешь. Я просто хочу быть с тобой. Вторник, вечер: - Я знаю, что твой телефон при тебе. Перезвони мне. Просто хочу поговорить. Я люблю тебя. Среда, вечер: - Ты сука тупая, и сам это знаешь.А я единственный, кто тебя любит. Действительно любит. Позвони мне, пока я сам не отыскал твою мерзкую задницу! Среда, вечер: - Серьезно, почему ты меня так игноришь. Нахуй тебя, Галлагер, ты - тупое ничтожество. Желаю повеселиться, трахаясь с каким-нибудь престарелым виагроидом, тупая блядь! Четверг, утро: - В общем, видимо, я был пьян прошлой ночью. Очень пьян... не обращай внимания на два последних сообщения, я не это имел в виду. Я скучаю по тебе. Давай поговорим, позвони мне. Четверг, вечер: - Видел тебя сегодня в коридоре. Мило смотришься этой красной рубашке, она подчеркивает твои глаза. Я хочу все исправить, детка, пожалуйста, позвони мне. Вечер пятницы. Он пробежался по фоткам своей галереи. Иен, должно быть, в какой-то момент стащил его телефон, поскольку одну за другой он находил фотографии Иена, делающего селфи в разных позах. Он никогда не видел их раньше. У одного Иена была приподнята бровь и надуты губы, у другого - широко раскрытые зеленые глаза и руки, прикрывающие рот, словно он только что услышал максимально непристойную сплетню. Он был прекрасен… - Ты ослепнешь, если не перестанешь пялиться в эту штуку. - Нахмурив брови, Игги перегнулся через него и потянулся к телефону. - Отъебись, - он отодвинулся на край дивана, надежно удерживая телефон между коленями, - не лезь в мои дела, мужик. - Твои дела - мои дела, братишка. Ты всю неделю ходишь по дому словно с палкой в заднице. Просто пойди трахни кого-нибудь. - Нет. - Это же он. На глаза падает красная пелена и он хватает Игги за горло, пристально всматриваясь в его глаза. - Черт! Прости, - вздохнул он, отпуская его и плюхаясь рядом. - Я ни хуя не понимаю, что делаю, мужик. Я не могу думать ни о чем, кроме него, меня это бесит. ОН меня бесит. Игги нагнулся вперед, взял трубку со стола и вытащил из кармана худи маленький пакетик травки. Он смотрел, изучая лицо брата, пока тот набивал трубку, а после протянул ему вместе с зажигалкой: - Тебе нужно двигаться дальше, Микки. Ты знал, что все будет именно так. Он, блядь, еще ребенок. - Все совсем не так. Его возраст нихуя не имеет значения. - Просто... - Игги поднес трубку к его губам и поджёг её содержимое. Он глубоко вдохнул и откинулся на спинку дивана, задержав дыхание, пока легкие не заболели так же сильно, как и сердце, и облако дыма не вырвалось из его губ. - Послушай меня, Микки. Не говори, блядь, просто послушай, я знаю, что тебе тяжело. - Что за херня ваще, мужик, просто скажи, и перестань ходить вокруг да около. - Ему 16 лет. - Это ни хрена не… - Заткнись и затянись трубкой. Он сделал еще одну затяжку и закатил глаза, а его брат продолжил: - Окей. Так вот. Иену 16 лет. Он сраный тинэйджер, смирись с этим. Не стоит он таких усилий, - его брат указал на коридор. - Ты давно вообще видел Мэнди? Пиздец ебанутая сучка. Как думаешь, со сколькими парнями она переспала? А ей только 18 исполнилось четыре месяца назад. - Да знаю я, но это не одно и то же. Иен умный и хочет быть со мной. Я знаю это. Он просто запутался, и всё. Я люблю его. Я снова все исправлю. Как и раньше. - Микки... - Нет! - возмутился он, бросая зажигалку на стол, - ты не врубаешься! Я пытался, Игги, я действительно пытался разочароваться, возненавидеть его и двигаться дальше, но я не могу. Игги раздраженно вздохнул и потер переносицу: - Будь реалистом, Микки. Что ты собираешься делать, когда он поступит в колледж? Что, если он захочет уехать из Чикаго, уехать в Нью-Йорк или в Лос-Анджелес, ты же говорил, что он сраный задрот. У него этих колледжей должно быть до жопы. - Его брат встал с дивана. - Подумай об этом, Микки. Ты что, просто бросишь свою работу, чтобы помчаться за каким-то подростком, как влюбленный щенок? - Если это потребуется, то да.. возможно. Я могу преподавать где угодно. - Какого черта, чувак. Что с тобой случилось? Когда ты успел стать такой плаксивой сучкой? Микки потер нос костяшками пальцев, затем подошел к брату и встал так, что они оказались лицом к лицу: - Скажи это еще раз. Рискни. Игги оттолкнул его и скрестил руки на груди: - Я спрашиваю, когда ты, блядь, успел стать такой плаксивой сучкой? Раньше ты был крутым парнем, тебе было похуй на всех, а теперь этот парень заставляет тебя вести себя так, как будто ты один из гребаных старшеклассников. Повзрослей, блять. - Ты ни хрена не понимаешь. Я люб... - Ты любишь его? Он, блядь, ёбаный подросток, он любит трахаться и тусить, так же, как и ВСЕ подростки. Смирись с этим, Микки. Прекращай киснуть и живи своей жизнью. Ради всего святого, тебе, блядь, 32 года! Хватит вести себя, как 16-летняя девчонка! - Игги схватил трубку со стола и умчался в коридор, хлопнув дверью спальни. - Ебаный придурок! - он схватил телефон, увидев открытую галерею, заполненную фотографиями с ним и Иеном. Сука тупая. Игги был прав, на что он рассчитывал. Было очевидно, что Иен собирался разбить ему сердце, но он решил рискнуть. Он просто надеялся, что если вложит как можно больше любви и нежности, то ему этого будет достаточно... Нахуй этот бред. Он швырнул телефон на пол, а затем ударил ногой по столу, опрокинув его. Он схватил свои ключи с пола вместе с сигаретами и пошел к двери, чтобы начать стирать Иена из своего сердца - одной бессмысленной еблей за другой. *** - Директор сейчас тебя примет, Иен. Он оторвал взгляд от телефона и посмотрел на розовощекую секретаршу с каштановыми волосами, собранными в небрежный пучок. - У него встреча примерно через 20 минут, так что постарайся побыстрее. Он кивнул, поднялся с деревянной скамьи и направился в кабинет Клейтона. Рейчел всегда была добра к нему, но его все еще задевало, что он должен записываться на прием к собственному отцу. Он вошел в дверь, стряхивая с себя признаки депрессии, в которой жил, и заменяя их на то единственное выражение лица, которое он позволял видеть Клейтону. - Ты просто невозможен, - фыркнул он, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, - ты не отвечаешь на мои звонки, и теперь я еще должен назначать с тобой переговоры. Кто-то заслужил премию "Отец года". Нет. - Присаживайся, Иен. - Клейтон указал на кресло напротив своего стола. Он пристально посмотрел на мужчину и вспомнил о своей цели. В доме Клейтона есть свободная комната. Мало того, у него пустует целый подвал. И хотя жена Клейтона Люси не заботилась о нем, воспринимая как ходячее напоминание об измене своего мужа, но ему-то он всё еще кровный родственник. Он подошел к креслу и плюхнулся в него: - Слушай. Я в курсе, что мы не очень ладим, но... - Мы не ладим? Иен рассмеялся и наклонился вперед, положив руки на стол: - Да, не ладим. Мы никогда не разговариваем, кроме как в этой комнате, ну, или пяти минут по телефону. Я понимаю, что... - А кто в этом виноват, Иен? Ты приходишь ко мне только тогда, когда тебе что-то нужно. Когда ты в последний раз заходил просто поздороваться? - Что? - Ты говоришь, что у нас нет никаких отношений, и я хочу, чтобы ты знал, что в этом не моя вина, а твоя. Тебе 16 лет, сын, почти 17, и чего ты добился в жизни? Ты пьешь и развлекаешься. Твои оценки всё хуже и хуже, и в завершении всего, у тебя нет совершенно никакого уважения к старшим. Ну да, он развлекается, а про оценки - чушь собачья… вроде бы... - Извини, я не Дилан. Не твой идеальный сын от твоей идеальной жены. Может, я не проебался бы настолько, если бы в моей жизни был настоящий отец. А не какой-то пьяный кусок дерьма или замученная работой сестра. Ты взрослый, ты тот, кто должен помочь. Это твоя работа! Клейтон сложил руки на коленях и откинулся на спинку стула. - Так мы ни к чему не придем, Иен, у меня назначена встреча. Чего ты хочешь? Он сморгнул слезы, грозившиеся пролиться из глаз. Он не хотел тратить их впустую. - Я хочу, чтоб ты хоть раз побыл моим папой, - он услышал свой дрогнувший его голос, и почувствовал накатившую теплой волной неловкость. Он должен был оставить сломленного ребенка за дверью, но вместо этого сидит здесь и хнычет, пытаясь привлечь внимание папочки. - Я хочу, чтобы тебе было не насрать на меня. - Иен, это нонсенс. Ты драматизируешь. - Клейтон привстал и потянулся к его руке, которую он инстинктивно отдернул. - Я и так твой папа, и я действительно беспокоюсь за тебя. - Да неужели? - Он шмыгнул носом и вытер глаза рубашкой. - Ну и где же ты? Где ты был, когда Фрэнк надрал мне задницу и сломал нос? Где ты был, когда мне впервые растоптали сердце? - Он перестал сдерживаться. Его глаза наполнились слезами, и он почувствовал, как капли скатываются по лицу и стекают на шею. - Где ты теперь, когда я нуждаюсь в тебе больше всего? Когда я настолько запутался? - Он встал со стула и схватил рюкзак. - Ты здесь, как и всегда, прячешься за надписью на своем столе. Ты не мой папа. Ты мистер Галлагер. Мой директор. - Иен.. - Нет, просто не надо, ладно? - Он остановился и повернулся к Клейтону. - Это была тупая идея. Не могу поверить, что я вообще на что-то рассчитывал. Просто забудь, что я вообще здесь был. - Он повернулся и направился к двери. - Это не составит для тебя труда. - Рассчитывал на что? - Клейтон встал и подошел к нему, схватив за плечо. - Я знаю, что не был рядом с тобой, но ты никогда не даешь мне такой возможности. Что тебе нужно, сынок? Он судорожно сглотнул, пытаясь выровнять дыхание, и обернулся: - Просто забудь об этом. - Нет, Иен. Скажи мне. - Его отец выглядел искренним, будто действительно переживал за него. Он для него не просто жертва несчастного случая, которую нужно спасти, чтобы иметь чистую совесть. - Мне было интересно, может, если.. - Он почесал шею, чувствуя, как в животе завязывается тугой узел боли. - Я просто подумал, раз у тебя есть свободное место, а у меня есть работа... Ты хочешь, чтобы я справлялся лучше, поэтому я подумал, может быть, знаешь, я… эм. Клейтон сделал шаг назад и прижал кулак к подбородку. - Иен, не думаю, что... Он посмотрел в пол, сожалея об этой идее. Это было глупо, и он не понимал, с чего он вообще решил, что это возможно: - Знаешь что, не обращай внимания. Я же говорил, что это бред. - Это не бред, Иен. Дело в Люси и Дилане. Я просто не думаю, что это может получиться. - Ты даже не заметишь моего присутствия, и я буду платить аренду. Я чистоплотный человек, и если бы Люси просто дала мне шанс, я думаю... - Мне очень жаль, Иен, но нет. Ты не можешь остановиться у нас. Оно того не стоит. Ты же знаешь, какая Люси. Он усмехнулся и вытер глаза, сердясь на себя, что позволил хотя бы одной капле эмоций выплеснуться на человека перед ним: - Не переживай. Я же не твой сын или типа того. Я больше не буду притворяться, что ты меня любишь, так что сделай то же самое. Клейтон снова подошел к нему: - Иен, пожалуйста.. - Нет, - он выставил перед ним руку, - я опоздаю на урок, директор Галлагер. Спасибо, что при всём своем плотном графике согласились помочь мне. Он развернулся и не оглядываясь, вышел за дверь. Ёбаный мудак. Почему он вообще подумал, что ему есть до этого хоть малейшее дело, это взрывало его мозг. Даже его плоть и кровь понимали, что он этого не стоит. Он свернул за угол и врезался в кого-то: - Господи, - выпалил он. - смотри, блядь, куда прёшь. - Взаимно, малыш. Перед ним стоял Микки. Он не видел его уже несколько недель, может быть, месяц. Его голубые глаза были такими же темными и бушующими, какими он их запомнил, но в этот раз он растерялся и не смог связать и двух слов: - М..Микки? Что ты здесь делаешь? Брюнет потер нос и сжал свой портфель: - Ну, мистер Галлагер, если вы вдруг забыли. Я здесь работаю. - Микки проверил свой телефон, потом снова посмотрел на него, их глаза встретились, и на мгновение он почувствовал тепло, окутавшее его сердце, а затем так же быстро оно исчезло, оставив после себя холод. - Я опаздываю на встречу... - Встречу? Микки рассмеялся: - Да, Галлагер. На встречу. - Его голос был низким и хриплым от горечи. - Знаешь, куда ходят взрослые, чтобы обсудить взрослые вещи, так что если бы ты дал мне пройти, это было бы просто замечательно. Он огляделся, понимая, что перекрыл собой коридор, ведущий в кабинет Клейтона: - Оу. Да, извини. - Он отступил в сторону и смотрел, как Микки удаляется по коридору. - Был рад тебя увидеть, - крикнул он. Микки остановился, но не обернулся, после чего открыл дверь в кабинет Клейтона и исчез внутри. *** Натянув на лицо улыбку, он вошел в кабинет директора. Сегодня утром он получил записку из приемной, в которой говорилось, что ему нужно переговорить с директором относительно своей работы. Увидев, что из кабинета выходит Иен, он почувствовал себя как под микроскопом. Он был таким идиотом, думая, что у него все в порядке, и что Иен хоть немного переживает за него. Теперь он, того гляди, потеряет работу, возможно, будет отстранен от преподавания и, к тому же, помечен как секс-преступник. О чем еще могла идти речь? Мистер Милкович. Стало известно, что ваша должность учителя мировой истории нуждается в переоценке. Пожалуйста, явитесь в кабинет директора сегодня в 01.00 дня... Его сердце заколотилось в груди, когда директор взял со своего стола большой конверт: - Мистер Милкович. Спасибо, что так быстро пришли. - Да никаких проблем, сэр. Что я могу для вас сделать? - Микки... можно я буду звать вас Микки? Он потер нос и откинулся на спинку сиденья. Веди себя естественно. - Да, конечно, ученики именно так меня и называют. - Да. Я знаю об этом. - Клейтон печатал на клавиатуре, уставившись взглядом в монитор, пакет лежал перевернутым вверх ногами. - Я вижу, что вы были у нас учителем на протяжении 3 лет, преподавая в предвыпускном классе. - Всё верно, сэр, а… всемирная история. - Хмм. Перейдем к делу, Микки. Мы получили несколько отзывов от преподавателей и учеников относительно ваших отношений с учениками и вашего поведения в классе. Внутри у него все похолодело, и он выпрямился. Он всё знает. ПИЗДЕЦ. - Я.. я не знаю, что вы слышали, директор Галлагер, но могу вас заверить, что это ложь. Клейтон нахмурился: - Для вашего же блага, я надеюсь, что это не так. - Подождите. Что? - Мистер Милкович. Микки. Вас рекомендовали на новую должность в школе. Основываясь на отзывах, которые мы получили от мистера Слейтера и мисс Штейн, вы были бы идеальным кандидатом на эту роль. Несколько учеников вашего последнего класса, в том числе и мой сын, очень высоко оценили вас в "Студенческом тестировании" и особенно подчеркнули, что ваш стиль преподавания не только облегчил им изучение материала, но и дал возможность делать это с удовольствием. Это редкий дар, Микки. Скажи что-нибудь. Скажи хоть что-нибудь. - С..спасибо, сэр. История - моя страсть, и я рад видеть, что моим ученикам нравится учиться, потому что мне нравится преподавать. - Микки, недавно мы лишились учителя. Миссис Адамс была преподавателем политологии в предвыпускном классе, а также консультантом студенческого совета. Она перевелась в Денвер и оставила нас в довольно затруднительном положении. Политология? - Директор Галлагер, при всем уважении, сэр, я преподаю историю, а не политику. - Согласен, именно поэтому мы наняли мистера Брэдшоу вести этот курс. Однако, Микки, куда сложнее оказалось восполнить ее место в качестве консультанта студенческого совета. Изучив вашу квалификацию, я вижу, что у вы окончили магистратуру по направлению Мировой истории, но вы также специализировались на правоведении и экономике.. почему именно на них? Каждый раз было довольно странно, когда люди говорили с ним о его учебе. Во-первых, когда он был моложе, он думал, что колледж - это для лохов. Во-вторых, ему потребовалось 7 лет, чтобы закончить ёбаную школу. Случались моменты, когда балансируя между работой, учебой и личной жизнью, он был готов сдаться. Но он хотел доказать им, что они ошибаются. И учителя, которые говорили ему, что он просто преступник, и люди, которые слушали Милковича, и не думали ни о чем, кроме саутсайдского мусора. Он был бесконечно благодарен своему прежнему боссу. Он прорабатывал его школьное расписание и помогал подавать заявки на всевозможные гранты, займы и стипендии. Если бы он не увидел в нем потенциал и не предложил работу, то, скорее всего, он бы сидел в тюрьме. Он задолжал 20 тысяч долларов по кредитам на обучение, но оно того стоило. - Думаю, это имело смысл, - ответил он, - ведь экономика и право идут рука об руку с историческими закономерностями. Как можно объяснить такое событие, как Великая Депрессия или падение Римской Империи, не имея полного представления об основных структурах, составляющих общество? - Мы хотели бы предложить вам эту должность, мистер Милкович. На пол-ставки.. - Директор Галлагер. Сэр. Я действительно ценю этот жест, но я вполне удовлетворен своей текущей должностью, и мне необходимо работать полный рабочий день. Я не смогу прожить на… - Прошу прощения за путаницу, мистер Милкович, но это будет в дополнение к вашим нынешним обязанностям. Это факультативный клуб, поэтому вам не будут платить за его ведение, однако мы хотели бы предложить вам повышение вашей текущей зарплаты на основе вашей эффективности и ваших полномочий. Я прошу прощения, что припозднился с этим шагом, но обычно округ доплачивает учителям с более высокими степенями, всем по-разному. Они получают премию. Мы не предлагаем заплатить задним числом, но в дальнейшем это будет вашей новой зарплатой. - Директор схватил лежащий перед ним пакет и передал его через стол. - Студенческий совет является важной частью экосистемы средней школы, но чтобы продолжать, они требуют себе консультанта. Вы можете принимать непосредственное участие настолько, насколько захотите, но мы бы предпочли, чтобы вы присутствовали на заседаниях, а вот мероприятия являются обязательными. Конечно же, у вас будет свой кабинет. Ваше преподавание и ваша работа в качестве консультанта должны быть разделены. Он просмотрел то, что оказалось новым преподавательским контрактом. В нем указывалась его текущая зарплата - $58 000 ежегодно, и ее увеличение до $63 000. Это больше примерно на... $500 в месяц или около того, после уплаты налогов. Далее офис и парковочное место...и что-то еще, что не было озвучено. Это что, всё за руководство гребаным клубом? - Вы серьезно? - Очень. Микки, нам нужно больше таких учителей, как вы. Помогло и то, что ваше имя обладает репутацией, которую вы, кажется, переросли. Все любят аутсайдеров, и мы действительно восхищаемся вашей тяжелой работой в качестве учителя. - Клейтон встал из-за стола и протянул ему руку. - Так что ты скажете, Микки? Мы договорились? Он рассмеялся и встал со стула, встретив жест Клейтона и пожав ему руку: - Для меня это большая честь. Спасибо, сэр. - Могли бы вы вернуть это Рейчел, как только ознакомитесь с деталями вашей новой должности, не позднее пятницы. - Безусловно, благодарю вас. - Хорошего дня, мистер Милкович. - И вам. Он вышел из офиса, пересек парковку, открыл дверцу машины и наконец отпустил себя. - ЁБАНЫЙ ПИЗДЕЦ! - Он с облегчением ударил ладонью по приборной доске. Он думал, что идет на казнь, но вместо этого получил ёбаную прибавку. Микки Милкович - преподаватель всемирной истории и консультант студенческого совета. Если бы только этот кусок дерьма, его отец, мог его сейчас видеть. Открытый, Гей, ведет честную и допропорядочную жизнь. Всё, что он ненавидел. Похуй на него. Он рок-звезда. Он взглянул на свой телефон. Обед уже почти закончился, а он так ничего и не съел. Он собирается угостить Игги и Мэнди отличным ужином, чтобы отпраздновать это. *** Он смотрел на часы, поджав губы в ожидании... - Как думаешь, кто это будет? Иен закатил глаза и стал раскладывать папки, готовясь просветить того, кто думал, что сможет заменить мисс Адамс. Она повысила его с должности PR-щика студсовета до специалиста по финансам. Она была милой и дружелюбной, и позволила им, ученикам, управлять студенческим советом. Теперь некоторые новички думают, что к ним заявятся и внаглую попытаются захватить власть, как будто это класс, а не клуб. - Не важно, - прошипел он, - он здесь не задержится. Он опаздывает уже на 5 минут. - Клейтон был никчемным отцом, кроме того небольшого нюанса, что если ему достаточно долго жаловаться на что-то, связанное со школой, то он это исправляет. Наверное, он, чувствовал себя обязанным как директор, хотя, возможно, это было чем-то большим… но кого это волнует. Нахуй его и нахуй Фрэнка. - Бля, вот дерьмо! Иен резко повернул голову в начало класса и увидел сузившиеся от огорчения голубые глаза единственного и неповторимого мистера Милковича, обладатель которых вытирал кофе со своей рубашки. Проклятье. Возможно, это всего лишь шок от новой встречи с Микки, но его учитель выглядел невероятно вкусно в своих кирпично-красных брюках, белой рубашке и облегающем синем жакете с серыми вставками. Его черный галстук мягко лежал на рубашке, блестящий зажим для галстука блестел в лучах солнца, падающих из окна. Микки поправил дизайнерские солнцезащитные очки в своих чернильно-черных волосах, поставил на стол свой кофе, а затем и свой портфель. - Извините, я опоздал, ребят. Мой первый урок начинается в 8 утра, с учетом этого будьте здесь в 6:45. Улыбка Микки осветила комнату, после чего он развернулся и подошел к доске, записывая свое имя. МИККИ - Отлично, - Микки хлопнул в ладоши и повернулся лицом к классу, - меня зовут мистер Милкович, но вы можете называть меня Микки. Мне нравится, чтобы все было по-простому, думаю, так гораздо удобнее. - Микки подошел к столу и сел, взяв свой кофе. - Итак, я ваш новый консультант. Не знаю, как это работало раньше, но я собираюсь присутствовать на ваших собраниях. И по понедельникам, и по четвергам. Мой кабинет находится вниз по коридору от кабинета директора Галлагера, там, где раньше обитала мисс Адамс. Я придерживаюсь политики открытых дверей, и если вы не найдёте меня там, то всегда можете прийти в мой класс на 3-м этаже. Кабинет 320, Всемирная История. - Вы когда-нибудь раньше были консультант? Какая у вас специальность? - Иен посмотрел на Бриттани, старшеклассницу, которая была президентом, а затем снова на Микки. - Нет, на самом деле нет, - Микки встал и подошел к своему столу. - Что касается моей… - последовала пауза, и только почувствовав на себе пристальный взгляд Микки, он понял, что тот только сейчас заметил его присутствие. Мужчина быстро перевел взгляд на блондина рядом с ним. - Эм... Я специализировался на правоведении и экономике. Также я в течение 3 лет преподаю в этой школе, так что я в курсе текущей обстановки. Он ничего не мог с собой поделать. Ему нужно было, чтобы Микки снова посмотрел на него: - Вы ведь знаете, что студенческим советом руководят студенты, верно, мистер Милкович? Микки облизал губы, но продолжал говорить спокойно: - Так, давайте лучше познакомимся. Идем по кругу, все называют мне свое имя, класс, звание и что вы здесь делаете, и так пока мы не обойдем всех. - Я из финан... Микки указал на Скотта в первом ряду: - Давай, ты первый, а дальше по кругу. - Я Скотт, я в предвыпускном классе и я специалист по связям с общественностью. Я отвечаю за маркетинг и медиа для мероприятий и кампаний. - Круто-круто… ты? - Я Эндрю, выпускник и вице-президент. Моя работа - помогать Бриттани в планировании мероприятий и школьных событий. - Я Бриттани. Я выпускница и президент. Я работаю с директором Клейтоном и школьным методистом мисс Нуньес над школьными нововведениями на основе обратной связи со сверстниками, а также организую сбор средств и все мероприятия. Глаза Микки остановились на нем, и он встал: - Я Иен, но ты уже это знаешь. Я в предвыпускном классе и я финансист. Я занимаюсь сбором и распределением денег клуба. Я отвечаю за бюд... - Это здорово, Иен, я понял. Присаживайся, пожалуйста. Он нахмурился, раздраженный тем, что его прервали, но все же сел. Микки продолжил говорить, но он отключился от происходящего, сфокусировавшись на мягкости его губ. Он скучал по этим губам, они были нежными и жесткими - идеальная смесь эмоций и силы в одном дьявольском коктейле. А Микки был самым интересным человеком, которого он когда-либо встречал. В этом человеке сочеталось много разного, и он не раз лежал в своей комнате, сожалея о том, что вот так бросил его. Микки был прав. Он врал ему. Потому что испугался. Он влюбился в Микки, и дело было не в сексе. Секс был… невероятным, но это нечто большее. От улыбки Микки кружилась голова, а от его поцелуев в шею подгибались колени. Он дарил ему бабочек, которых он не чувствовал уже очень давно, и что хорошего ему это принесло? Он боялся полюбить Микки, потому что если это случится, пути назад не будет. Что, если они официально будут вместе, и Микки решит, что ему больше не интересно? Нахождение в подвешенном состоянии, без какой-либо уверенности, поддерживало интерес и оставалось легким развлечением. А так, это были бы отношения, звания бойфрендов и однообразие встреч с одним и тем же человеком день за днём - всё это отдаляет друг от друга, разве нет? С тех пор как он ушел от Микки, у него было 8 свиданий. Он спал с двумя из них и не смог бы вспомнить их лиц, даже если бы ему заплатили. Однако лицо Микки с его голубыми глазами и мальчишеской улыбкой врезалось ему в память. Теперь он вынужден смотреть на него дважды в неделю, пока… не закончит школу. Студенческий совет не был одним из классов, которые постоянно менялись. Это клуб. Он переходил в выпускной класс, и на следующий год баллотировался в президенты… по крайней мере, собирался. Видеть Микки так часто и не иметь возможности быть с ним... Сможет он это выдержать? - Иен! Он оторвал взгляд от блокнота, в котором, словно, девчонка рисовал надпись "Иен+Микки=♥" разными шрифтами в фигурных завитушках. - Какой бюджет на выпускной? Сколько мы потратили на украшения? - Бриттани уставилась на него. Он посмотрел вперед, где стоял Микки, уперевшись руками в стол, и подняв бровь, ждал его ответа. - Эм.. подожди. У меня есть ведомость. - Он рылся в своих папках, пытаясь вспомнить, какая из них имеет цветовую маркировку для выпускного вечера. Юбилей… индийская... Он потянулся к своей папке с индийской росписью, но не обнаружил ее на столе. - Так, она в моей подшивке... - занервничал он, расстегивая молнию на рюкзаке. - Пока мистер Галлагер пытается собраться с мыслями... Скотт. Ты занимаешься маркетингом. Расскажи мне о сборе средств, который должен увеличить бюджет выпускного. - Ну, мистер Милк.. - Микки. - Микки. Мы обсудили это и решили, что продажа выпечки будет наилучшим вариантом. - Слушаю. - Мы могли бы продавать кексы по 75 центов за штуку, и пирожные на палочке - по 1,25 доллара во время обеда, до и после школы. Я провел исследование - такие пирожные сейчас очень популярны, и мы будем продавать их дешевле, чем в большинстве заведений. - Пирожные на палочке? Сколько они могут нам принести? - Э-э, это у меня здесь. - Иен поднял свою папку с индийской росписью. - Прежде всего, Бритни, посредством аукциона в прошлом месяце и купонных книжек, мы сделали 650 долларов. Тематические украшения для Десятилетия составят около 400 долларов. Тогда с питанием, и если мы не сможем завербовать родительский комитет... - Мы займемся этим. Скотт, - Бритни повернулась к парню, - мы должны сделать плакаты, рекламирующие выпускной бал, и попросить добровольцев сделать украшения и приготовить еду. Может быть, попытаться завербовать мистера Джеймса и его учеников из класса по домоводству. - Отличная идея, Бритни, - он посмотрел на Микки, - как вы думаете, мистер Милкович? Микки облизал губы и сжал переносицу: - Итак, у нас есть 600 долларов. За вычетом еды и украшений у нас ничего не остается, а в прошлом году выпускной обошелся примерно в 1500 долларов. Сколько нам нужно сделать пирожных, мистер Галлагер, таков был изначальный вопрос... - А.. да, - он посмотрел в свой лист. - Э-э, примерно 4 доллара, если округлить, это будет включать весь материал - от смеси для выпечки до обертки, и мы получим около 24 пирожных за партию, если я правильно посчитал, и.. - Скотт, ты начинай делать листовки и попытайся получить место в школьных объявлениях. - Микки глубоко вздохнул, - это все хорошо, но нам нужно что-то большее, чем продажа выпечки в течение нескольких недель, чтобы компенсировать расходы на материалы. Думайте, ребята. Что еще мы можем сделать, чтобы поднять бабла? - Микки продолжал его игнорировать и подошел к доске. Идеи для Выпускного - Окей, ребята, давайте накидывайте, не бывает плохих идей, просто говорите, что приходит в голову. Погнали. - Микки держал свой маркер, как оружие, готовое выстрелить. - Мы могли бы продавать попкорн или крендельки? - Окей.. - О, - воскликнула Бриттани. - Мы можем продавать тесто для печенья! - Океей.. Ребята, может, рассмотрим что-то кроме еды, а. У нас будет распродажа выпечки, так что давайте попробуем сохранить ее уникальность. Думайте ещё.. - Мы могли бы провести Неделю поднятия духа, как в детстве, - ненавязчиво подсказал Иен, обескураженный тем, что Микки дважды отмахнулся от него. - Мне нравится, - улыбнулась Бриттани и коснулась его руки. - Мы могли бы брать по 20 долларов за пропуск на всю неделю мероприятий. - Отличная идея, Бриттани, - ответил Микки, написав на доске жирными буквами "Неделя Духа". - Давайте ещё что-нибудь. Вперёд, продолжайте. - Мы могли бы провести "Пижамный день" или "Кино-день", - он сел, - сделать это весело и оригинально, и… - Бриттани, есть еще идеи?- снова прервал его Микки. - Мне нравится то, что предлагает Иен. Типа "День кино" или "День двойников знаменитостей". - Огонь, пацаны. Отличная работа. - Как я сказал... можно придти в пижаме в один день или одеться как Джон Траволта в другой. О! - он снова вскочил в волнении - мы можем устроить "День пирога в лицо"! Многие из нас хотели бы запустить пирогом в учителя. - Он повернулся к Микки - Я бы точно хотел. Скотт рассмеялся. - Я бы заплатил 20 долларов только за это. - Ладно, звучит неплохо. У нас имеется распродажа выпечки и "Неделя Духа". Мы можем продавать билеты на распродаже выпечки и, возможно, предлагать их учителям. Мы могли бы также устроить конкурс, в котором учителя, продавшие больше всего билетов, смогут выиграть вечеринку с пиццей для своего класса. - Да! - Закричал он, хлопая в ладоши. - Это было захватывающе. Студенческий совет был одним из немногих незапятнанных мест в его жизни. Его убежище. Ему не нужно было притворяться, что-то скрывать, оправдываться. Он был просто Иеном Галлагером, финансистом студсовета. - Пожалуйста, не кричите, мистер Галлагер, и во второй раз - присаживайтесь. Он опустил глаза и сел на свое место. Он посмотрел на Микки, который продолжал обсуждать идеи. День Патриота, День Близнецов...список продолжался и продолжался. Он перестал пытаться внести свой вклад, так как Микки не хотел высказывать одобрения его идей или хотя бы действительно замечать его, разве только ради того, чтобы высказать ему, что он что-то делает неправильно. Наверное, здесь уже не его убежище. Когда прозвенел звонок, он собрал свои вещи и подождал, пока класс опустеет, прежде чем подойти к учительскому столу: - Микки? - Чем могу помочь, мистер Галлагер? - Его голос был холоден. Никаких эмоций в его словах, только долг. - Я думаю, что во время собрания ты вел себя не очень профессионально. - Он отодвинул стул от стола и сел напротив своего учителя. - Ты игнорировал меня всё это время. - Мистер Галлагер, этот мир - мой мир. И он не вращается вокруг тебя. Больше нет. Если ты не можешь смириться с тем, что с тобой обращаются как с учеником, это не моя проблема. Он встал и хлопнул ладонью по столу: - Это твоя проблема, Микки. Ты придираешься ко мне, потому что я порвал с тобой. Ты не можешь так поступать! Микки встал и подошел к двери, закрыв ее. Затем медленно подошел к нему, пока они не оказались лицом к лицу. Сердце билось где-то в горле, ладони вспотели. Голубые глаза метали в него кинжалы. - Я просто не думаю, что это справед.. мм.. - язык Микки заткнул его рот. Он поднял руку, сжав черные волосы, и еще глубже погрузился в поцелуй. - Мистер Милкович, я… - Микки отстранился и подошел к своему столу. - Подожди.. Я запутался. Ты поцеловал меня, я не… что мы делаем? - Позвольте объяснить вам, мистер Галлагер. Нет ни "мы", ни "нас". - Микки откинулся на спинку стула. - Ты говоришь, что порвал со мной, но мы никогда не были вместе. Ты напоминал мне это каждую секунду каждого дня. Ты просто хотел повеселиться. Теперь про поцелуй. Это было весело. Ты горячий и ты хорошо целуешься, но знаешь что? - Что? - На этом всё, сладкий, так что забирай свою задницу из моего класса и вали на уроки. - Микки… - Галлагер. Иди. Мой урок вот-вот начнется, и я должен, блядь, подготовиться. Его глаза метались по классу в непонимании, почему его ноги не хотят двигаться. Поцелуй Микки открыл в нем ту сторону, которую он пытался скрыть, но теперь оказалось, что Микки этого не хочет. Не хочет его. Даже немного. Нет, он же был одержим им, он должен хотеть его. Он подошел к своему учителю и забрался на стул, оседлав его, и соединив их губы: - Не обманывайте себя, мистер Милкович. Вы же знаете, что хотите поиграть - выдохнул он, пососывая нижнюю губу Микки между зубами и выпуская ее. - Нам было весело, давайте сделаем это снова. У вас нет занятий до 8 часов, помните? Сейчас только 7:45. - Он снова наклонился для поцелуя. Микки застонал и схватил его за талию. Это было так хорошо, он скучал по этому. - Я скучал по тебе, - тяжело выдохнул он, посасывая губу Микки, а затем наклонился, чтобы помассировать его напряженный стояк под брюками. - Я был плохим. Очень плохим. Хочу тебя.- Микки провел рукой под его рубашкой вверх по спине. - Я знал, что ты не сможешь устоять передо мной. - Он почувствовал, как сильные руки прижались к его груди, и вдруг оказался задницей на полу, уставившись широко раскрытыми глазами на своего учителя, который вставал со стула. - Убирайся. - Какого черта, Микки? Я думал.. Микки наклонился и поднял его на ноги, после чего оттолкнул: - Нихуя ты не правильно подумал, пацан. Я не какая-то игрушка, с которой ты можешь играть, когда тебе скучно. Ты жалок, Иен, и я больше не собираюсь тратить свое время на любовь к тебе. Я не могу, мой брат прав, это не стоит того. Однажды ты потеряешь всё это, - Микки обвел рукой его тело, - и всё, что у тебя останется, это твои наркотики, ложь и манипуляции. А теперь ВАЛИ нахуй из моего класса. - Микки, я.. - Попытаешься еще раз устроить подобное дерьмо, и я вышвырну тебя из клуба. ВОН! Он почувствовал, как у него защипало глаза. Микки никогда не отказывал ему. Никто не отказывал ему, но Микки... Микки видел его насквозь. Он ведь любил его, разве нет? Конечно, нет. С чего бы это? Он действительно был жалок. В конце концов, он использовал единственного человека, который, казалось, готов был свернуть для него горы, единственного человека, который хотел любить его. Теперь даже Микки сказал это. Он этого не стоит. Зачем теперь даже пытаться? Для кого он пытался? Он раздолбай, что ж, он может даже наслаждаться этим, и стать лучшим раздолбаем, каким только сумеет. Пусть все гордятся собой, когда он докажет, что они правы. Он этого не стоил. *** Микки стоял, уставившись в мусорный бак перед домом, ярко вспыхнувший, когда пламя охватило ворох разного содержимого внутри него. Наконец-то он нашел в себе мужество собрать вещи Иена и прибраться в своей комнате. Он чувствовал, как любовь покидает его сердце вместе с тем, как он наполнял металлическую бочку одеждой, книгами и всяким дерьмом, которое Иен оставил в его доме. Они не вместе, всё это ёбаная хуйня. Кто оставляет столько барахла в доме для потрахушек? Как бы там ни было, он уже пережил это… или, по крайней мере, пытается. Когда подросток поцеловал его сегодня, он почти сдался, почти упал обратно в черную дыру, которой был Иен Галлагер, но устоял и вытащил наружу гнев и негодование, запертые до этого внутри. Как Иен мог сначала игнорировать его, а потом решить, что он захочет его? А что, если он вернется к своему игнору, когда ему просто в очередной раз стрельнет в задницу? Нахуй. Игги был прав. Он взрослый мужик и Милкович, он не потерпит подобного дерьма. Особенно от ебучего 16-летнего пацана. Он хотел вести себя прилично, но когда снова увидел Иена в своем классе, а затем и то, как тот вел себя после всего - как будто он не разбивал его сердце и как будто это была игра, он вышел из себя. Конечно, он все еще был подписан на него в Фейсбуке, под фейковым именем и фотографией, и его заявку Иен сразу же принял. Он лайкал все его фотографии и даже оставлял комментарии под некоторыми из них, но это не означало, что он одержим. Он любит Иена, но у мальчишки нет на него никаких планов, и это причиняло ему достаточно боли, чтобы держаться от него подальше. Он мог любить его издалека, и когда Иен упадет лицом в грязь, он будет ждать его там. А пока он должен притворяться. Хотя, не совсем так. Он не мог давать выход своей внутреннеей ярости, предназначенной одному конкретному Иену Галлагеру, но ей нужно время от времени давать выход, так что присутствие Иена в его классе может стать идеальной отдушиной. Подобным отношением он разберется со своей одержимостью и отомстит мальчишке, наблюдая, как его слова постепенно уничтожат его. Пацан просто трахался и торчал, а потом забывал свои мерзкие высказывания и отвратительные поступки. У него нет подобной роскоши. Он пытался трахнуть кого-нибудь другого, да хотя бы просто получить минет или дрочку, но после нейтрального разговора, когда все карты уже были на столе, он не смог продолжить игру. Не захотел. - Не ожидал увидеть такое, - Игги присел на ступеньку позади него. - Когда я сказал, что ты должен забыть его, я не думал, что ты станешь изображать тут Кэрри Андервуд. - Что? - Стоя на улице в темноте и сжигая одежду бывшего - звучит как начало плохой песни в стиле кантри. - Оу... - Микки пожал плечами, - я тоже. - Он затянулся сигаретой. - Пацан творит со мной эту херню. Почти что поехал за ним на работу сегодня вечером, но решил, что это не лучшая идея. - Ты следил за ним? Он повернулся, чтобы посмотреть на брата, затем подошел и сел рядом с ним. - Один или два раза. Не важно. Не то чтобы я собирался причинить ему боль или что-то в этом роде. Игги выхватил сигарету из его рук: - Всё еще чертовски жутко, бро. - Хм, - он откинулся на локти, - я просто хотел спалить его, поймать на месте преступления, ну знаешь, как в тот вечер в клубе. - Зачем? Зачем ты хочешь увидеть это дерьмо? Он протянул руку, выхватив остатки сигареты и делая последние затяжки. - Не знаю. Возможно, тогда я смогу его возненавидеть. Игги поднялся с лестницы и направился к двери: - Ты все еще любишь его, да? Он бросил окурок в пылающий мусорный бак и посмотрел на брата: - Никогда не переставал.