Тучи с запада...

      Любители тайных встреч давно облюбовали леса, пролегающие меж двумя королевствами — Камелотом и Карлеоном. Было что-то магическое в этом шелесте листьев и гуле диких ветров. И сегодня это было отчасти правдой: юный маг, сопровождаемый верным другом, который предпочел остаться на расстоянии нескольких метров, шагал меж высоких деревьев, скрывающих его своими кронами от лунного света. Однако не только эти двое сейчас находились в тени этих листьев: Артур с несколькими рыцарями следили за своими друзьями. Король доверял им, но Моргане — тут нельзя было сказать наверняка. Девушка могла быть лишь марионеткой в руках Эрона или наравне с ним манипулировать простаками вроде Мерлина, во что было легче поверить, учитывая излишнюю доверчивость слуги и еще недавнее противостояние Пендрагонов. Сомнения по-прежнему терзали юного короля. У самого края леса мага ожидал неизвестный. Высокий человек в плаще привязал своих двух лошадей к одному из кленов и теперь ожидал мага. Ростом он был выше Эрона и уж тем более Морганы, но отчего-то его фигура была знакома и Ланселоту, и Мерлину. — Давно не виделись, — его могильно холодный голос прорезал тишину, когда двое подошли к нему вплотную. Мужчина приподнял край капюшона, отчего лунный свет озарил его лик. — Друзья, — то был Персиваль. Мерлин ошарашенно оглядел живого мертвеца, а Ланселот не смог стоять на месте — он подошел к мужчине и крепко обнял его. — Дружище! Ты ли это? — он сделал шаг назад и вновь оглядел великана. — Поверить не могу! — Да, — тихо промолвил в ответ Перс, вновь пряча лицо за капюшоном. — Я здесь не для дружеской беседы. Этими словами он вернул друзей в жестокую реальность войны. — Эрон передает извинения, что леди Моргана не сможет встретиться с вами, но он с радостью предоставит вам свою компанию по возвращению в замок, — монотонно протараторив это сообщение, он указал на своих лошадей. — На этих скакунах добраться можно будет гораздо быстрее. Переглянувшись, Мерлин и Ланс прошли мимо рыцаря, оставшегося неподвижно стоять на месте, к лошадям. Стало очевидным, что их друг находится под каким-то заклятием и сейчас не способен взять контроль над своими действиями. — Ты когда-нибудь видел подобную магию? — тихо прошептал Ланс, взобравшись на коня. — Нет, — ответил маг. — Это слишком темная магия. И эта жизнь, ее подобие, — уточнил он. — Должна вызвать за собой смерть. Таков баланс. «Баланс,» — повторил про себя рыцарь. Это слово вызвало новую волну беспокойства в его душе. Было что-то неправильное во всем этом — и его мысли не были обращены к восставшему из мертвых. — Нам не стоит идти туда, это очевидная ловушка, Мерлин, — перешёл на шёпот рыцарь, оглянувшись на Персиваля, уставившегося в чащу леса, напоминая огромный валун, холодный и недвижимый. — Это риск, на который я готов пойти, — решительно произнёс Мерлин. Пораженный его тоном, но не совсем удивлённый этим решением, Ланс ответил: — Нет ни единого шанса, что ты поедешь туда один, — с этими словами он похлопал юношу по плечу. Тем временем Персиваль глядел в самую глубину леса, будто ощущая чье-то присутствие.

***

Как только герса нижнего города поднялась, двое увидели на площади дюжину людей — большинство из них были рыцарями, в середине же можно было разглядеть лысую голову Эрона. Лошади медленно прошли на площадь, пока сидящие на них юноши оглядывались вокруг: на стенах стояли лучники, у ворот и в тенях можно было заметить еще несколько людей темного мага. — Я рад, что ты решил мирно все закончить, — тем временем герса стала медленно опускаться, блокируя единственный путь к отступлению. — А вы должно быть Ланселот? — перевел взгляд с мага Эрон. — Я так много слышал о вас, — по его взгляду можно было сказать, что рыцарь вызвал в нем странный интерес. — Не думал, что застану вас во плоти, — в его голосе даже было слышно восхищение. Внезапно лучники на стенах приняли боевую позу, целясь в Эмриса. — Ты ведь знал, что это ловушка, — с деланным сожалением промолвил мужчина, пока гости спрыгивали с лошадей. — Зачем вообще нужно было идти сюда? — его смех эхом отразился меж узких улочек нижнего городка. — Не ты писал то письмо, — утвердительно ответил маг. — Ты прав, но мне хватило ума, чтобы перехватить его и узнать о вашей тайной переписке. Не стоило меня недооценивать, теперь придется мириться с последствиями, — он медленно поднял правую руку, и черный ворон сел ему на предплечье. И когда птица взглянула на Мерлина, он увидел ту самую одноглазую птицу, от которой получил письмо. Впрочем его это не удивило. — И что ты собираешься с нами делать? — маг перевёл взгляд на Эрона, пока Ланс осматривался вокруг. — Поверьте, я не желаю причинить вам вреда. Наоборот, ты — ценный персонаж в этой истории. Но хватит, — из-под многослойного длинного коричневого балахона показалась рука. Эрон махнул и лучники опустили свои орудия. — Не будем обсуждать это здесь, нас уже ждут, Эмрис. Взмахнув рукой, лысый маг поднялся по лестнице и шагнул в открытые двери замка, а солдаты окружили Ланселота. — Не волнуйся, я справлюсь, — уверил рыцарь друга, последовавшего к ступеням вслед за нынешним хозяином замка.       В просторной комнате, в которой еще совсем недавно Артур обсуждал планы защиты замка, указывая на карту королевства, расстеленной по поверхности обеденного стола, едва можно было разглядеть что-либо в тусклом свете свечей. Все окна были занавешены тряпками, не давая солнечному свету нарушить затянувшуюся в этом месте ночь. Лишь огромная фигура Грога, перекрывавшая свет стоящих позади него свечей, и гостья, одетая в черное платье-балахон, находились в этой комнате. Моргана сидела неподвижна, а при виде Мерлина лишь невидящим взглядом оглядела его, переведя взгляд на бокал воды, мирно лежащий на краю стола. — Моргана! — юный маг сделал несколько шагов навстречу девушке, хватая со стола серебряный канделябр. Он подошел вплотную к девушке, но она стала ерзать на стуле, пытаясь избежать любого контакта с огненными светилами. Огромная ладонь стража по правую руку от нее легла ей на плечо, и юное тело не смогло боле сопротивляться. Тогда Мерлин отвел в сторону руку, вцепившуюся в серебро, и сделал шаг назад. Почувствовав себя вновь в безопасности от языков пламени, жрица, не раз доказавшая свою мощь, потянулась к бокалу. И на мгновение из-под длинных рукавов на свет показалась ее тощая рука. На тыльной стороне ладони виднелись свежие ожоги, а под ногтями — запекшаяся кровь. Бледные пальцы медленно тянулись к бокалу, а глаза не видели ничего, кроме спасительного сосуда. Потрясенный увиденным, Мерлин резко обернулся к Эрону, начиная произносить заклинание, некогда прочитанное в одной из книг с запрещенными заклятиями. И его противник был готов к этому, легко исчезнув из виду, благо в комнате было не очень светло. Его голос внезапно заполнил комнату: — Мне все еще хочется верить, что мы сможем с тобой сотрудничать. Ведь я хочу того же, что и ты — свободы, — нельзя было понять источник голоса, эхом отражавшегося от стен. Ведьма внезапно стала ерзать на стуле, будто пытаясь раствориться, исчезнуть; Грог вновь положил руку ей на плечо, в этот раз нечто тихо промолвив. — Не трогай ее, — глаза мага загорелись изумрудным сиянием, и вот уже великан устремился к одной из каменных стен, теряя сознание. Испытав прилив адреналина, Мерлин подскочил к Моргане, присев около ее стула на одно колено. Тем временем голос продолжал свой монолог: «Ведь что может быть лучше того. Ты никогда не ощущал, что способен на большее, стоит тебе лишь использовать этот дар? Что ты можешь свободно быть тем, кем являешься, не скрывая ничего? Использовать свои силы, чтобы наконец исправить этот мир?» — Что он с тобой сделал, — Моргана не узнавала юношу, не давая ему дотронуться до себя. — Ну же, Моргана, — мягко произнес он. — Ты должна меня вспомнить, — но девушка не произнесла ни слова, уставившись в незнакомые голубые глаза. «Только мы с тобой можем это изменить.»