Falsehood

Лиам Пейн никогда не скрывал своей ориентации. Вернее, он никогда не скрывал того, что он бисексуал. Так было даже в какой-то мере удобнее — в таком бизнесе, где он работал, это было только на руку, если тебя влекло к представителям обоих полов. Ты мог сосредоточиться и очаровывать не только девушек, но и парней. Лиам умел работать так, что это приносило ему также и персональное удовольствие. Продвигая свой товар, он мог поразвлекаться с людьми, и его не страшили потом все эти объяснения, мол: «Ты переспал со мной, а теперь просто игнорируешь!», ведь уже через пару месяцев он, не говоря ни слова, переезжал в другой город, или даже страну. Единственный минус (но и иногда и плюс) заключался в том, что ему всё время надо было притворяться. Имя, фамилия, род деятельности, характер, и даже собственные вкусы — надо было подстраиваться под каждого человека и угождать ему так, чтобы он в конечном итоге приобрёл твой товар и ничего не мог с этим поделать. Поэтому выходные были любимыми днями Пейна. Дни, когда можно не притворяться и быть самим собой, не играть в эту игру «снова в школу», а поездить по городу и поделать что-нибудь в своё удовольствие. Поэтому сейчас он вместе с Джейн ехал к торговому центру, при этом слушая какую-то жутко популярную песню по радио. Несмотря на то, что девушка играла его «сестру», они были в хороших, и даже дружеских отношениях, поэтому, если кто-то из знакомых увидит их вместе, то они лишь умилятся, думая, что они идеальные брат с сестрой. — Ох, хоть один день без притворства, — сказала Джейн, выходя их машины и тут же надевая солнцезащитные очки, осматриваясь. — Чую, я здесь надолго. Пошли? — обратилась она к Лиаму. Однако Пейна привлекло нечто другое. Он и правда хотел пройтись с подругой по магазинам, может, даже прикупить что-нибудь, но через дорогу была автомойка, и он заметил там знакомую фигуру, проигнорировать которую был просто не в силах. — Я тут кое кого заметил... позже к тебе присоединюсь, — уже направляясь через дорогу, сказал парень. — Будь осторожен, — лишь сказала ему Джейн, разворачиваясь, чтобы зайти в торговый центр. Хмыкнув, Лиам заблокировал дверь машины и пошёл туда, где уже заметил небезызвестного упрямого пакистанца.

***

— Работаем в поте лица? — лениво (как это всегда бывает рядом с Зейном) протянул Лиам. Зайдя на автомойку, он прислонился плечом к стене, поглядывая, как брюнет тщательно отмывает очередную машину, время от времени вытирая пот с лица. — Ты сказал, что знаешь, где я живу, но не работаю, — уже даже не удивленно пробормотал Зейн, едва поворачиваясь и вновь натирая мыльной губкой лобовое стекло. — Ты так запоминаешь все мои слова? — ухмыльнулся шатен, отлипая от стены и подходя чуть ближе. — Не льсти себе, — ответил Зейн, закатывая глаза и смывая пену шлангом. — И вообще, что тебе надо? — Ну что же ты так, я не могу уже со знакомым пообщаться? — поинтересовался Пейн, смотря, как Малик мочит руки водой и прислоняет их к своей шее и лицу, удовлетворённо охая и прикрывая глаза. Шатен никогда не думал, что работа мойщика может быть такой привлекательной. Вернее, он никогда этого не замечал, до этого момента. Зейн засмеялся, казалось, действительно веселясь, и немного покачал головой. — Ты такой странный, Лиам. Я до сих пор не могу понять, что тебе от меня надо, — всё ещё посмеиваясь, говорит Малик, после чего поворачивается, наконец, к парню, что наблюдал за каждым его движением. Видя, что тот молчит, он закатывает глаза. — И тебе бы лучше поторопиться с объяснениями, потому что я скоро ухожу домой. — Я могу тебя подвезти, — слова вырываются изо рта сами по себе, и Лиаму остаётся только прикусить губу и следить за выражением лица Малика. Тот сначала нахмурился, казалось, что-то обдумывая, но потом его лицо разгладилось, и он вздохнул. — Хорошо, только если я тебя не обременяю, — ответил он, наконец, беря шланг и поливая им машину. — А сейчас… мне надо закончить, если ты не против. — Конечно, — слишком бурно отреагировал на согласие шатен, неосознанно улыбаясь и выходя из автомойки, попутно набирая номер Джейн. — Джей, сможешь обратно сама приехать, у меня тут кое-какие дела образовались… — По имени Зейн Малик, не так ли? — на том конце послышалось хмыканье девушки. — Я понимаю, он горячий, даже очень. Повеселись! — и отключилась.

***

Всё то время, что парни ехали до дома Малика, царило неуютное молчание. И дело было не в том, что обоим не хотелось находиться друг с другом, а в том, что им просто нечего было сказать. Зейн до сих пор гадал, зачем чуть ли не самый популярный парень школы предложил его отвезти и вообще как-то с ним контактирует. Лиам же задавал себе всё тот же вопрос, впрочем, тут же убеждая себя в том, что это просто потому, что Малик был единственным, кто до сих пор не приобрёл у него ничего. Да, скорее всего, это была единственная причина. Ничего больше. Абсолютно. Заглушив мотор возле главного входа, Лиам не знал, куда деть свои руки. Зейн же тоже был как на иголках. — Ну… спасибо? — неуверенно проговорил пакистанец, выходя из машины и подходя к лестнице, ведущей в дом. Лиам смотрел на него непонятным взглядом, и тут из дома вышла мама Зейна — Триша — чуть ли не лбом сталкиваясь с сыном. — Зейн, ты уже пришёл! Так быстро, — коротко чмокнув его в лоб, проговорила женщина, выкидывая пакет с мусором в рядом стоящий контейнер. Увидев машину Лиама и его обладателя, она сказала: — Тебя кто-то подвёз? Кто это? Твой друг? — Да, это… — начал было Зейн, но его перебили. — Выходи, милый, ну же, заходи домой. Зейн такой невоспитанный, даже не позвал тебя на чай, а ведь сейчас уже обед, — она подошла к машине, открыла дверцу и буквально вытащила Лиама оттуда, за руку ведя его в дом. — Пойдём-пойдём, дорогой, не стесняйся, — Пейн только и успел, что нажать кнопку, чтобы заблокировать машину, так как его уже затащили внутрь. Он посмотрел на Зейна, но тот лишь беспомощно развёл руками, криво улыбаясь. — Спасибо большое, миссис Малик, но я не хочу вам мешать, — начал бормотать Лиам, чем заставил женщину рассмеяться. — Да что ты, дорогой, какое «мешать», не говори ерунды, разувайся, — парень стал послушно снимать кроссовки и затем встал в полный рост, чем и привлек внимание женщины. — Ого, какой ты высокий… и накаченный! Прекрасная фигура, милый. Ты, видимо, ходишь куда-то заниматься? Лиам смутился, чем изрядно умилил Тришу, и сказал: — Да, я хожу в спортзал, — он пожал плечами. — Зейн никогда мне не рассказывал про тебя, — сказала Триша. — Как тебя зовут? — Лиам Дэниелс, мэм, — ответил парень. — Называй меня просто Триша, — улыбнулась ему женщина. — Зейн, дорогой, покажи пока Лиаму дом, я сейчас быстренько что-нибудь приготовлю, — уже с кухни кричала она. Шатен услышал, как Малик тихо фыркнул. — Ну, пошли, Дэниелс. Экскурсию объявляю открытой, — он пошёл наверх, и Пейн последовал за ним. — Фарух, что ты тут делаешь? — прямо с порога заявил Зейн, видя, как его брат лежит на своей кровати, что-то нажимая на своей сотке. — Если ты не знаешь, то это и моя комната тоже, — не отрывая глаз от экрана, сказал парень, безумно похожий на Зейна, только немного младше него. — Я имею в виду, ты разве не должен быть на теннисе? — спросил его Зейн. — Лиам, это мой брат — Фарух, Фарух, оторвись хоть на секунду от своего чёртова телефона! — раздражённо сказал пакистанец. Младший Малик положил телефон в карман и встал с кровати, оглядывая Лиама и отмечая, какой тот огромный и стильный. Такой, каким всегда хотел быть сам Фарух. — Очень приятно, — первый сказал Пейн, протягивая руку для рукопожатия, которую тот сразу же пожал. — Взаимно, — ответил он, и это стало началом. Признаться, поначалу Зейн и Лиам действительно вели себя очень отстранённо, даже холодно, просто сидя в комнате Зейна и изредка перебрасываясь банальными фразами. Но, спасибо Богам за то, что те придумали такую вещь, как приставка. Ибо играя в эту игру, они совершенно забывали о том, что они и не очень-то хорошо общаются в школе, просто погружаясь в игру и болтая ни о чём. Лиам пробыл у Зейна весь день, болтая с ним, играя в приставку, смотря телевизор и просто отдыхая. Зейн же, казалось, всё-таки дал той стене, что он выстроил вокруг себя, разрушиться, и всё же впустил Лиама немного ближе к себе, совершенно не разочаровываясь в этом. Малик не понимал, почему в школе Дэниелс становился абсолютно другим человеком, каким-то надменным, пытающимся привлечь как можно больше внимания, в то время как наедине он становился обычным парнем без всяких закидонов. Он умел поддержать беседу, имел отменное чувство юмора, что Зейн надрывал себе живот пару раз, ну и, да, чёрт, он был огромным. О, эти мускулы! Конечно же, это не мог не заметить и Фарух, который тоже периодически находился в комнате, наблюдая за Лиамом. Казалось, что он нашёл себе того, на кого хотелось походить. Младший Малик то и дело спрашивал, откуда у Лиама такая футболка, джинсы, носки, кроссовки, и Пейн просто не мог не сказать ему, в конце концов, чем больше людей он привлечёт, тем лучше показатели. И уже глубоким вечером, прощаясь с Зейном и садясь в машину, Лиам понял, что провёл с Зейном весь день, даже и не пытаясь продвинуть ему свой товар. Потому что он совершенно не хотел этого, он совершенно об этом забыл. Ему просто было хорошо в обществе другого человека, и ему не хотелось притворяться. Определённо, один из лучших дней.