Желанные сети

Яркие краски ярмарки били по глазам, а назойливая музыка обволакивала со всех сторон, не давая уйти от неё. Билл старался. Он никак не мог найти Роберта. Парень ведь обещал, что они встретятся на ярмарке! Где же он? Что происходит? Денбро задыхался, пробираясь сквозь толпу. — Роберт! Роберт! — его крик никто не слышал. В рот словно бы заливалась вода, давая ему лишь еле слышно прохрипеть это имя. Ноги стали совсем тяжёлыми. Чем быстрее он пытался бежать, тем сложнее ему было передвигаться. Казалось, проще уже было плыть по воздуху, отталкиваясь от людей. — Билл? — вдруг раздался откуда-то слева мягкий, успокаивающий голос. Билл развернулся и с облегчением схватил Роберта за руку, подтягиваясь ближе. Толпа обходила стороной высокого парня, сливаясь в единую цветную массу вокруг них. Денбро прижался ближе к новому другу. Он так устал, пытаясь пробиться через течение из сотни людей. Зато цепляться за Роберта было приятно. Словно Билл рядом с ним наполнялся силами, чтобы идти дальше, даже если тот исчезнет. — Я же обещал, что мы встретимся на ярмарке, — произнёс Роберт спокойным бархатным голосом, погладив Билла по голове. — Давай. Мы должны хорошенько повеселиться! Цепкие пальцы обхватили запястье Билла, и тот послушно позволил вести себя куда угодно. Хоть в ад. Но Роберт вёл только к аттракционам. Денбро не заметил, как по пути в его руке оказалась сладкая вата. Удивительно настоящая и сладкая. Не похожая на ту, что Билл пробовал в медленном, расплывающемся мире вокруг себя. Парень улыбнулся, подхватывая языком розовую сладость и заходя за Робом в зеркальный лабиринт. Парень никак не мог разглядеть своё отражение, как бы ни старался, но от этого становилось даже веселее. Он словно каждый раз видел себя иначе. И сам тоже чувствовал, что меняется. Не менялся только Роберт. Он оставался прежним. Снисходительно улыбался, наблюдая за ребячеством Билла у зеркала, но ничего не говорил. В его глазах так и читалось: «Чем бы дитя не тешилось…» Билл заметил его взгляд и игриво высунул кончик языка. Он чувствовал себя хорошо и так спокойно. Заметив, что Роберт повернул голову в сторону, Денбро сорвался с места и побежал по стеклянному коридору, желая запутать своего спутника. Он снова чувствовал себя двенадцатилетним ребёнком, пока бежал меж зеркал, постоянно оглядываясь в поисках преследования. Роберт пропал из виду. Снова. Но искать на этот раз должен был он, а не Денбро. Парень тихо засмеялся, столкнувшись с очередной поверхностью зеркала. Его рука провела по холодному стеклу, и Денбро побежал дальше, мимо размытых силуэтов себя. — Ты не спрячешься, мой маленький Билли, — прошелестел голос со всех сторон лабиринта. На этот раз в нём присутствовали рычащие, слегка опасные нотки. Парня они заставили трепетать. — Я всегда найду тебя. Как бы далеко ты ни попытался сбежать. «Он ведь так легко меня вычислит…» - озадачено подумал Билл, покусывая губу и оглядываясь. Теперь зеркала уже совсем не скрывали его, а вполне чётко показывали Роберту, где находится Билли. Сам же Грей был в каждом зеркале. Единственный, кого не размывало. Вдруг длинные руки обвились вокруг живота Денбро, а к его спине прижалась крепкая грудь. — Попался, — тихо прошептал Роберт, прикрыв глаза, и Билл отчётливо почувствовал его губы на своей мочке… Билл вздрогнул от звонка будильника и приподнялся на кровати, быстро выключая его. Щёки сильно раскраснелись, и парень мог ощутить, насколько они горячие, даже не прикасаясь к ним. Денбро всё никак не мог забыть парня, встреченного им в городе. Их короткий разговор ни о чём привёл к тому, что Билл на несколько дней забыл о своём состоянии. Он улыбался, занимался любимыми вещами, гулял. Даже встретился с друзьями перед тем, как началась школа. И стоило ему начать возвращаться в своё привычное состояние, как пришли сны. Сперва Роберт стоял вдали. Затем начал разговаривать с Биллом. Всё больше и больше. Он пронзал его внимательным взглядом и хитро улыбался, комментируя то, что происходило с Билли днём. «Малыш Билли снова забыл взять учебник по биологии? Какой плохой мальчик. Ты ведь знаешь, что мисс Хилл тебя терпеть не может. Её раздражает твоё заикание. Ну что ты так смотришь на меня? Не я виноват, что у тебя теперь двойка. Больше зато не будешь повторять свою ошибку и постараешься быть хорошим мальчиком. Обещаешь мне?» И Билл послушно кивал, не в состоянии сказать что-то против этому тёплому голосу. Такому восхитительно сладкому и манящему. И вот сегодня полноценный сон. Да и это прикосновение к мочке… Билл резко выдохнул, проводя ладонями по лицу. Он ведёт себя, как влюблённая девка! Они ведь даже не знакомы. Купился на красивую внешность? Тогда Билл ничем не отличается от тех девочек, которые стаями бегают за красивыми актёрами и моделями, пища и разрисовывая им открытки. Но нет… Билл чувствовал, что здесь что-то другое. Роберт не зря так странно говорил в тот день, будто бы утаивая что-то. И Билл чувствовал, что за этим скрывается нечто, благодаря чему Билл и чувствует себя так. Будто он уже давно знает Роберта. Вкусный аромат еды привёл Билла в себя. Он удивлённо посмотрел на стол и обнаружил приятный утренний подарок от мамы. Яичница с беконом, хрустящие тосты, его любимый сок и ещё совсем тёплый ягодный пирог. Денбро удивлённо моргнул, а затем широко улыбнулся, чувствуя, как внутри проносится приступ любви к матери. Она не забыла его… — М-м-м-м-м-ма-а-а-а-ам! – радостно окликнул он её, но наткнулся на тишину. Похоже, ушла к подругам. Это ничего. Билл сейчас готов был простить ей всё что угодно. Она ведь сделала завтрак специально для него. Парень всхлипнул, а затем схватил тарелку в руки, жадно сметая тёплую яичницу с идеальной корочкой на белке и жидким желтком, который можно было подобрать тостом, и так становилось намного вкуснее! Денбро не помнил, когда в последний раз мама готовила что-то настолько вкусное. Обычно Билл заставал либо ужин, либо готовые остатки от завтрака и обеда в холодильнике. Уже совершенно безвкусные, резиновые. Холодные, как отношения в их доме. Билл почувствовал себя таким счастливым. Даже быстрые сборы в школу не испортили его приподнятого настроения. В сумку полетели забытые вчера на столе тетради, пенал, учебники, дневник и помятый альбом с рисунками и короткими историями. Одну из них парень начал только вчера, но очень хотел завершить как можно скорее. Самому было интересно узнать, что его ожидает в конце. Билл мало когда точно предугадывал окончание истории. Всё менялось слишком быстро, чтобы чётко сказать, что его ждёт уже через неделю. В каком эмоциональном состоянии он будет писать конец, после каких размышлений, каких событий. Написание историй действительно завораживает. Билл резво спустился вниз по лестнице в кухню, отмывая тарелку, как послушный сын. Пусть мама увидит: Билл ценит её старания. Он будет рад идти навстречу к семейному примирению. Перед выходом парень даже протёр влажной тряпкой коридор от пыли, надеясь, что мама порадуется. Правда, после этого пришлось гнать Сильвера на пределе, чтобы успеть. В школе Денбро чувствовал себя так странно. Словно лёгким и отстранённым от всего. Друзья обсуждали новый фильм, обговаривали, когда можно на него сходить и хватит ли у всех на билет. Билл даже не пытался принять участие. Неудачников устраивало уже то, что их лидер наконец начал искренне улыбаться им, пусть в основном просто чертил или писал что-то в своём альбоме. Главное, что он счастлив и в его глазах больше нет той пугающей пустоты, о которой они боялись говорить даже между собой. Одна Беверли с болью приняла изменения в состоянии Билла. Чуткое, влюблённое сердце девушки сразу уловило такое знакомое состояние. Взгляд, улыбку, особые жесты. Всё то, что вдруг появлялось у каждого влюблённого. И, конечно же, объектом его симпатии не могла снова оказаться она. Беверли уже давно стала обычным другом. Что ж, это ничего. Она сможет пережить. Главное, что Билл счастлив. Так ведь? Парень бездумно рисовал шарики в альбоме, когда тема вдруг перескочила с кино на Оно. — Вчера снова исчез ребёнок. На этот раз Сара. Её мама работает в магазине напротив дома Бев. Нашли только окровавленную заколку в ванной. — Мы больше не можем ждать, ребята. Нужно действовать! И срочно, пока он не добрался до нас… Никто его не видел, кроме Билла? Неудачники отрицательно покачали головами, задумчиво оглядываясь друг на друга. — На выходных мы проберёмся в его логово. Предварительно соберём оружие, а затем проникнем к клоуну и убьём его. — Вы уверены, что это хорошая идея?.. Мы почти ничего не успели. У нас была пара недель на подготовку! Этого ничтожно мало, пацаны. Он нас убьёт. Точно вам говорю. Он не остановится на этот раз, он готов. — Эдди, сладкий. Не мне говорить это, но закрой свой милый ротик. Твоё нытьё всех нервирует. Смотри, наш Билли дрожит от твоих «предсказаний». Ричи опёрся спиной о Денбро, кинув на того короткий взгляд. Билла и правда потряхивало. Рука дёрнулась на очередном шарике, в который он записывал общие слова для продолжения рассказа. В голове неприятно закололо. Волнение за друзей? За себя? О другом варианте Билл постарался не думать. Слишком странно. Слишком жутко и мерзко. Даже влюблённость в первого встречного не казалась такой надуманной и глупой. Наоборот, сейчас Билл вцепился в неё, как в свой единственный шанс на спасение собственного разума от той мысли, что на секунду проскочила в его мозгу. Он боится за клоуна. — Как думаете, если взять освещённую цепь, она его удержит? Может, хотя бы шипеть или дымить начнёт, причиняя боль. Уже будет что-то! — Я не думаю, что Оно - демон. Это что-то другое. Что-то более страшное… — Стэн хочет сказать, если мы будем верить, то да. Правда, Стэнли? — Нет, я… — Вот и отлично. Все согласны, что уже на этих выходных мы должны замочить его раз и навсегда. Готовьте оружие, мои верные рыцари! Вместе мы непобедимы! — Рич, я не думаю, что у Артура был такой отвратный голос. — Это величественный голос! Как ты смеешь упрекать своего короля? — Бип-бип! Весь оставшийся день Денбро старался отвлечься от тех планов на выходные, что заставляли его сердце биться в испуге. Может, он и правда боится, но не хочет признаться себе в этом? Как может быть, что он испугался того, кого они уже победили однажды? Ведь Билл так смело вёл своих неудачников в бой несколько лет назад. Глупо. Очень глупо. Ему стоит освежиться и забыть об этом, пока не придёт время готовить оружие. С неудачниками он расстался у дороги. Те растерянно попрощались, спросив, всё ли в порядке. Парень сразу кивнул, не задумавшись. Он привык врать. Хотя сейчас всё и правда было в относительном порядке. Биллу просто нужно было уложить собственные мысли и расслабиться в каком-то тихом месте. Пустошь пришла в голову сразу, как только он оттолкнулся от земли, взлетая на Сильвера. Конечно, где же ещё можно так спокойно посидеть, не наткнувшись ни на кого? Неудачники собирались посидеть у Ричи, а никто кроме них туда и не ходит. Далеко не у всех вызывает приятные мысли река, в которую ведут канализационные трубы Дерри, и заросший лес, через кусты которого пройти могут только дети, что проводили в нём всё свободное время. Денбро бросил велосипед в этих самых кустах и побрёл вдоль берега. Дальше мест их привычных посиделок. Галька приятно хрустела под кроссовками, навевая тёплые воспоминания о прежних играх, о восхитительной битве с хулиганами, просто о счастливом детстве. Парень скользнул по еле заметной тропе между кустарников и булыжников, а затем пригнулся под тяжёлой низкой веткой, застилавшей обзор. Оставалось немного проползти вперёд и… Наконец перед ним открылось его личное тайное место. Здесь когда-то был старинный каменный мост, через который люди могли перевозить повозки с продуктами в город. Ныне мост полностью заброшен, как и дорога от него. Она уже совсем заросла травой, а мост продолжал уверенно стоять. Только покрылся трещинами от воды, но обещал продержаться ещё пару десятков лет, если его не будут трогать. Билл старался трогать аккуратно. По скользким камням, выпирающим из воды, он дошёл до моста и запрыгнул на него, устраиваясь на чуть тёплом от редких осенних лучей солнца камне. Парень улыбнулся, ощутив привычную поверхность. Шершавую, побитую, оставившую лишь общий след своего изначального облика. В особенно печальные дни Денбро сравнивал себя с ним. Мост был совсем небольшим, изгибался дугой посреди реки, указывая, что когда-то река была намного уже. Сейчас она вышла из прежних берегов и расползлась вокруг, создав новые. Где-то ей помешала плотина, где-то что-то другое: новые дома или специально высаженные деревья. Люди изменили реку под себя и забросили прежние постройки. Зато теперь Билл мог наслаждаться покоем в любимом месте. Он разлёгся на каменной поверхности, доставая альбом и плотный лист, который можно было подложить под него, чтобы бумага не отгибалась в щели. Вокруг было так тихо и спокойно. Птицы что-то трещали вокруг, Кендускиг мирно журчал, натыкаясь на камни. Даже осенние лучи, пробиваясь из-под листвы, освещали тайное место Денбро так, что оно словно начинало светиться. Приятно. Парень вдохнул свежий воздух, ощутив на языке вкус леса и воды, а затем принялся зарисовывать красивую местность в альбом. Она ему понадобится, когда парень вечером продолжит рассказ. А если не понадобится, то он опишет её в каком-нибудь другом. Просто ему хотелось запечатлеть в памяти любимый вид реки и склонившихся над ней деревьев. Билл не заметил, как полностью погрузился в своё занятие. Часы ли пролетели, минуты ли — Билл замечал только, что солнце несколько раз скрывалось за облаками, погружая место вокруг моста в лёгкий сумрак. Когда парень в очередной раз поднял карандаш, чтобы отмерить толщину дерева, его рука дрогнула, и драгоценный, идеально заточенный инструмент выпал. Билл испуганно взмахнул рукой, чтобы поймать его, но не успел. Чьи-то длинные пальцы подхватили карандаш у самого края моста, а затем приблизили его к Биллу. Денбро вскинул голову и, увидев хитрую улыбку, которая преследовала его во сне, широко улыбнулся. — Роберт! — Он самый, малыш. Ты такой неуклюжий. То падаешь сам, то что-то роняешь. Как ты до сих пор жив остался? — Это у тебя какая-то тёмная энергетика. Когда ты появляешься, у меня всё из рук валится,— фыркнул парень, робко разглядывая Грея. Сердце в его груди вновь затрепетало, а в щёки прилила кровь, заставляя их гореть. Билла захватило исключительно приятное чувство влюблённости, которую он уже хотел признать. Почему нет? Денбро уже давно почувствовал, что странные чувства у него вызывают не только девочки. Точнее, не столько девочки. Одна из множества причин, почему он старался меньше общаться с друзьями и больше погружался в состояние апатии. А Роберт... Роберт чувствовался таким прекрасным, таким близким. Ему хотелось доверить своё сердце. Грей опустился рядом с парнем и заглянул в альбом, хмыкнув. — Красиво. Ты у нас ещё и талантливый? — Мне просто нечем было заняться с детства. Я рисовал и придумывал истории. И вот, теперь это у меня выходит лучше всего, — Билли снова поднял карандаш, стараясь держать его уверенно, красуясь перед Робертом. На этот раз обошлось без падений, и Денбро смог намерить ширину и высоту дерева, переместив его на бумагу. — Завораживает, — раздался тёплый шёпот Грея над плечом. – Мне нравится, как ты точно передаёшь и одновременно улучшаешь. Вроде всё то же самое, но на твой рисунок мне нравится смотреть больше, чем на настоящую реку. Кончики ушей Билла вспыхнули. Он искренне постарался переключить внимание с Роберта на собственный рисунок, но никак не мог сосредоточиться, постоянно отвлекаясь на тёплое дыхание объекта влюблённости. — Смотри, — прошептал Грей, указывая на яркую птицу, опустившуюся на один из камней попить воды. — Нарисуй её. Она прекрасно вписывается. Денбро внимательно осмотрел маленький клювик, длинные лапки и яркие перья пташки, а затем с улыбкой начал делать быстрый набросок птицы на другом листе. — Я смогу добавить её после. Когда возьму краски. Найду в энциклопедии, что это за вид, и смогу закончить, — высунув кончик языка, он медленно поднимал карандаш и быстро обозначал контур и положение птицы на рисунке. — Да. Это будет отличный рисунок. Будешь работать акварелью? Денбро кивнул: — Мне нравится, что она лёгкая и нежная. Благодаря ей рисунки получаются воздушные, почти сказочные. А тебе? — Я не очень разбираюсь, — парень пожал плечами. — Я не рисую. Могу судить только по чужим работам, что акварель мне нравится. Хотя многие предпочитают масло. — Считается, что акварелью тяжелее работать. Может, мне она просто легко даётся, поэтому я её так люблю. Или я просто с детства только ею и рисовал. — Или ты просто любишь лёгкость и туманность, которую создаёт эта краска. Тебе нравится, что рисунки получаются как будто из сна. Тебе ведь нравятся сны? Люди сбегают в них от реальности. Там так хорошо и комфортно. Там нет проблем, нет ограничивающих правил. Нет реальной боли. Ты любишь их за это, Билл? Денбро вслушивался во вкрадчивый голос собеседника, опустив глаза. Роберт повторял ему собственные мысли Билла, которым тот не мог сопротивляться. Да, именно. Он хочет сбежать в сон. Там ему будет хорошо и спокойно. Там нет ответственности перед неудачниками, нет разочарованных родителей, нет Пеннивайза. Зато в них есть Роберт. Такой же реальный, как сейчас. Билли робко обхватил его руку, почувствовав, как красивые пальцы парня переплелись с его. Нежное прикосновение к середине ладони чуть пощекотало, заставив улыбнуться. Билл развернулся, чтобы прижаться к плечу Грея. Тот был не против. Он легко приобнял Билла в ответ и зарылся носом в пушистую макушку подростка. Возобновились движения карандаша по бумаге. Так спокойно.

***

Клоун поднял вытянутую шею и чуть повернул её, склоняя тяжёлую, крупную голову в сторону. Он вкусно чавкнул очередным куском мяса, наблюдая за одинокой фигуркой мальчика на мосту. Под Пеннивайзом задыхался и отчаянно дёргался худой мужчина. Человек закатывал глаза с уже лопнувшими сосудами в них и сплёвывал на землю кровь, пытаясь дрожащими руками накрыть разодранное горло. Ужас тряс его со страшной силой. Мужчина больше всего на свете боялся боли и медленной смерти. Монстр именно это и предложил своей жертве. Он медленно отрывал куски мяса от него, не позволяя кричать, чтобы не нарушить покой робкого птенчика, занятого своими фантазиями. Оно опустил янтарный взгляд на мужчину и с животным урчанием отхватил новый кусок, сжимая тело длинными когтями. Вкусный. Но тот ещё мудила. Лишил Пеннивайза нескольких обедов, скинув на него свои преступления. Детишки до сих пор были уверены, что это монстр похитил Сару и ещё нескольких ребят. Наивные. Оно бы не стал так напрасно растрачивать ценное мясо. Выебать? Возможно. Закопать в лесу целые тела, не оставив даже маленького трофея? Что за дикость! Пожиратель Миров себе такое не позволит. Так же, как не позволит трогать своего главного врага. Билли-бой принадлежит ему. Если кто его и закопает, предварительно отымев в заикающийся ротик, так это он сам. Какая идиотская кличка «Оно»! Из-за тупых детей он сам уже начал путаться в местоимениях. С ними и так вечная проблема, а тут ещё и они со своим «Оно». — Я Пеннивайз – Танцующий Клоун, — пробасил монстр своему обеду, дергая головой из стороны в сторону. Шея его извивалась, словно змея. Слишком длинная, но достаточно удобная, чтобы, не двигаясь, спокойно откусывать куски от своей жертвы. Наконец по телу мужчины прошла судорога, и тот обмяк в лапах Пеннивайза, отправляясь летать. Оно вздохнул с сожалением. Такая жалость. А ведь было так вкусно. Но мясо тоже подойдёт. Уже чуть подтухшее, но всё ещё сохранившее страх своего владельца. Им можно набить желудок, чтобы восстановить силы. Но взгляд его притягивала к себе фигурка мальчика. Пеннивайз знал. Читал его мысли и удовлетворённо урчал. Видел яркую галлюцинацию рядом с Билли. Видел, как похожа галлюцинация на его клоунский образ без грима. Ещё и это имя. Роберт Грей. Ха-ха! Очень приятно, Билли-бой, спасибо! Клоун никогда не пытался использовать этот невинный образ для своих целей, но теперь очень хотелось. Особенно после сегодняшней ночи, когда монстр опустился на кровать рядом с мальчишкой, а тот вдруг успокоился и прижался к нему, после чего в расплывчатом сне парня появились более четкие, реалистичные черты. И старания Пеннивайза над завтраком в постель оценили! Он просто заметил, что Шерон свалила из дома, забыв оставить сыну хоть что-то в холодильнике. Так что Пожиратель Миров не удержался. Как мило, что малыш оценил даже мясо, которое клоун отрезал от одного из сородичей Денбро. Бекон вышел особенно вкусным и хрустящим. Не зря каннибалы сравнивают вкус человеческого мяса со свининой. Без рецепторов монстра их и правда можно спутать. Пасть клоуна наполнилась слюной, а затем он замер, наблюдая, как трогательно парень жмётся к одному из столбов, видя перед собой образ, который создал для него уставший, измученный разум. Мальчишка – полное ничтожество. Тот его ссыкливый друг и то крепче будет. Так думал Пеннивайз, склоняя голову то в одну, то в другую сторону. Ноздри его вздымались от лёгкого бешенства и чувства нелогичной ревности. Если Билли-бою нужен Роберт Грей, то будет ему Роберт Грей. Не обязательно для этого уходить в мир снов, в который его так затягивала собственная галлюцинация. Пеннивайз не позволит своему врагу покинуть Дерри. Никаким образом. Даже через сумасшествие. Они ещё не закончили с ним.