Боженька в бегах

— И что это? — Ребенок. — Твой? — Наш.       Дариэс, в народе просто Дар, в сонме богов Земноморья и Пяти Великих Эльфийских княжеств — Бог Восточного Ветра и просто потрясающе популярный Драконий боженька, по которому сохли дамочки постарше и мальчики помоложе, с трудом принял вертикальное положение после вчерашней попойки с толпой гномов, когда в дверь позвонили.       Как боженька согласился пить с гномами он не помнил. Знал только наверняка, что в бар на окраине Мировой Сферы — тракта путешественников, с коего стекался самый разнообразный люд и нелюд, попал случайно. Он шел на чай к старому знакомцу инкубу, — а тот был мастером своего дела, — и толпа пьяных карликов, обступив его со всех сторон, заголосила: — Эй, стоять, думал свалить от нас? Хорошо, что мы тебя нашли! А еще прынц! Да ты бородавка на сраке Адольфовой мамаши, а не прынц! — Э, слышь! — оскорбился гном в красном комбинезоне, видимо, тот самый Адольф. — Харе пургу гнать, отмечать надо! — Ребят, вы меня с кем-то путаете, — попытался отмахнуться Дар. — Я никакой не принц, я Бог Восточного Ветра! — Пфффф, вы слышали? Это про тебя что ли говорят — ветром в форточку надуло?..       Гномы, объединив усилия и действуя как группа муравьев, оттеснила Дариэса ко входу в бар и потребовала жбан сидра.       После этого — провал. И колыхнувшийся у дверей колокольчик. — К вам гости, господин, — поклонилась служанка, пропуская высокую худощавую дамочку, стриженную под мужчину и одетую как мужчина. В руках она держала завернутого в одеяло симпатичного малыша с синими-синими, как васильки, глазами. Дар, икнув, сел на кровати, пытаясь понять, как природа могла наделить обычного смертного такими глазами. Ведь у самого Дара были такие же. — Знакомься, это твой сын — Генрих, ему почти год. Генрих, знакомься — это твой ублюдок папаша, — произнесла дамочка, усаживая на колени Дара малыша.       Милый мальчишка, подумалось Дару. Жаль, что детей он не любил. Вздохнув, он пересадил пускающего носом пузыри Генриха на кровать и поинтересовался: — Простите, но здесь закралась ошибка. Я вас не помню. Скажу больше — я вас не знаю. — Да? А пьянку у Матильды в день празднования Дня Конфедерации?       Дар честно пытался вспомнить, но в голове упорно мелькали лишь гномьи пьяные рожи и чьи-то бороды. Возможно, что и не бороды, потому что не растут бороды между ног.       Ох, тяжко это. — Я не мог с вами… У меня бы и не встало, прошу прощения. Я с женщинами не спал никогда, — признался Дар.       Потом скосил синий глаз, сощурился, напряг единственную дееспособную сейчас извилину. Дамочка ведь похожа на мужика, а со спины так вообще не отличить, видимо. По пьянке мог и перепутать. — А, — сказал он. — А то я еще подумал тогда, почему так мокро… — Короче! — рявкнула дамочка, и Дар снова икнул. — Я уже второй год скрываюсь от своего мужа, который разыскивает меня по всем мирам, и получалось успешно, пока малой не научился управлять ветром, устраивая мини-торнадо в квартире. Всплески энергий и все такое, в общем, мы теперь как на ладони. Поэтому я решила отдать его тебе на воспитание. — Воспитание? — замигал Дар. — Ну и под защиту. Я же из Пожирателей Миров, а у нас принято съедать первенцев, чтобы продлить жизнь. А тут ребенок от самого божка — находка! Очень советую свалить в какую-нибудь глушь на ближайшие пару лет, пока мой благоверный не оставит эту идею и не заглохнет. Чао, бамбино! Спасибо за тот вечер, было круто!       Крутанувшись, дамочка выпорхнула из комнаты, а Дар так и остался сидеть на кровати, зная, что в доме гостьи уже нет. — Вот это мы с тобой влипли, — проговорил он, брезгливо рассматривая надувающийся сопливый пузырь. — Фу, это от тебя так пахнет? О, Драконьи боги, за что вы так со мной!       Генрих пока был тих и мил, но это не значило, что через четверть часа он не начнет требовать к себе внимания. А Дар даже не знал, чем можно занять этот счастливо улыбающийся куль. Если дамочка не обманывала, то вскоре в гости должен был нагрянуть Пожиратель — и это не то создание, с которым он хотел бы встретиться когда-либо.       Идти было не к кому. Кроме любимого братца, с которым они не общались последние лет пятьдесят, потому что когда-то не поделили некоего раскрепощенного эльфа. Но это было в глубоком прошлом. В настоящем Дар смотрел на пухлые ручки, цепляющиеся за рукав его халата, вспоминал, где хранил контакты мага, который занимался поиском людей и перемещениями между мирами, и мысленно упаковывал чемодан.       Бариэс был богом грозы. Но даже бог грозы никогда не откажет младшему непутевому брату в помощи.