Сердцу не прикажешь.

      Чонгук ещё долго мнётся перед дверью квартиры в элитном районе, не часто попадает такая возможность здесь побывать, ладно, он здесь впервые. Самый центр шумного города, последний этаж и потрясающий вид из всех окон, запах элиты так и заполняет лёгкие, а Чонгуку, выросшему в среднестатистических условиях, когда ты смотришь на вещи просто и принимаешь всё так, как оно есть, даже если ничего нет, это не нравится.       Чон чувствует себя героем романов, написанных по исторической английской монархии. Простого художника, едва сводящего концы с концами, пригласили на королевский двор, навеки запечатлеть любимого правителя на белоснежном полотне. Такие романы очень сильно западают в душу молодого человека, поэтому он их коллекционирует, подмечая интересные или переломные моменты.       Дверь открывается перед лицом и чуть задевает кончик носа, а перед омегой стоит альфа, опрятный вид даже в домашней одежде сохранялся на нём.       — Ты пришёл, ─ констатировал факт Ким, фальшиво улыбнувшись и отходя от дверного проёма и тем самым, приглашая к себе.       «Жалкое создание. И как такого, как он, можно назвать омегой? Убожество. А этот нос, просто картошка.»       Тэхён почувствовал ненавистный запах молочного шоколада ещё тогда, когда тот пришёл, и его терпение лопнуло, стоило понять, что этот запах стоит за дверью битый час. Всё же решившись самолично открыть дверь, оборотень оторвался от своих важных дел и направился к нему. А на пороге этот гадкий омега.       — У вас очень мило, мистер Ким, ─ восторженно вздыхает Чон, рассматривая своеобразный интерьер.       — М-да. Располагайся пока, я заварю чай.       Хозяин удаляется на кухню, и омега не знает, как сильно альфа сжал свои зубы, со злости на всё и вся. Омега, которого Ким считает уродом, жалким выродком и ничтожным существом, сейчас спокойно разгуливает по квартире.       Чай он выбирает со вкусом. Листовой чай с разнообразными полевыми цветами, смешанный с зелёным и кусочками лимона внутри. Тэхён не хотел тратить чай на «гостя», ведь жалко. Но дело в том, что он сам его любит. Поэтому, когда есть возможность, заваривает себе немного, а может и много. Чонгук наверняка уже заметил, что в доме пахнет чаем, в основном зелёным.       Чон рассматривал высокие потолки и обращал внимание на минимализм, гостиная была оборудована лишь самым необходимым: диван, кресла, кофейный столик и телевизор, прикреплённый к стене, а ещё панорамные окна, с видом на город. Это место пропитано, как кажется, спокойствием и умиротворением. Здесь тихо, можно взять книгу и читать сколько влезет, тишина здесь идеальная. Запахи чая манят, и Чон на секунду забывает, что он бедный художник на королевском дворе, теперь он душа погибшего, нашедшая свой рай.       — Надеюсь, ты пьёшь листовой, ─ появляется как будто из ниоткуда Тэхён.       — Я люблю любой чай, даже с молоком, ─ смущённо улыбается в ответ омежка.       «С молоком? Да он ребёнок! Хотя… Я и сам его очень люблю…»       — Ну что ж, давай, пей чай и начинай творить, ─ улыбается альфа, положив чашки на кофейный столик, — давай пока что поговорим о тебе.       Предложение, которое Чон посчитал весьма заманчивым, было принято, но Гук решил сделать иначе.       — Давайте лучше о вас, мистер Ким. Я хочу узнать о вас больше.       «Интересно, его предки тоже изучали мою стаю, прежде чем убить?»       — Все вопросы мне задавали на интервью, но почему бы и да? Конечно. Спрашивай, я отвечу.       — А как вы пришли к решению создать всё, что у вас есть?       «Боже, он вообще слушал тогда?»       — Я начал всё весьма спонтанно. Сначала работал мальчиком на побегушках, а когда мне это наскучило, решил поработать доставщиком кофе и маффинов в компаниях того времени. Научился всему там же и мало-помалу открыл своё дело.       «Ложь. Родители Намджуна приютили меня, и когда их компании грозило банкротство, я её поднял.»       — А чем вы интересуетесь кроме работы?       — Это пародия на «50 оттенков серого»? Если так, то я пожалуй не отвечу, а то запущу их историю с нами.       — Что за 50 оттенков? ─ искренне недоумевая Чонгук.       «Да что это такое?! Что он вообще читает?»       — Это любовное произведение, но как читатель, я тебе его не рекомендую.       — Оу… Так, вы мне ответите?       — Ну, кроме работы мне нравится заниматься спортом, в основном фитнесом. Ещё, как ты наверное понял, я люблю чай.       — Спортом? Мне тоже это нравится, только не фитнес. Я предпочитаю боевые искусства.       «Омега занимается единоборствами, дожили называется.»       — А у вас есть семья? ─ невзначай спросил Чон, чем заставил огромную иглу вонзиться в сердце Кима. Альфа до треска сжал кружку в руке, а глаза его потемнели.       «Семья? Семья говоришь?! Из-за твоих предков у меня её нет! Ненавижу тебя и весь твой род!»       — Кхм… Нет. После одного несчастного случая, у меня нет семьи.       — Ох, простите.       Чонгука очень напугала его реакция на его вопрос. Со стороны, альфа казался таким, будто готов разорвать всё вокруг к чёрту и его чертятам, а омегу в первую очередь.       — Давайте начнём, ─ нервно заглатывает омега, вставая с места и устанавливая небольшой мольберт.       Омега расстилает ткань вокруг своего рабочего места. Сама ткань, явно когда-то была белой, покрыта многочисленными пятнами разных цветов.       Альфа с этой картины только посмеялся, но говорить ничего не стал. Он терпеливо ждал, пока художник подготовится, и когда ему задали невзрачный вопрос, он понимает, что его застали ухмыляющимся.       — Вы хотите стоять или сидеть?       — Давай посмотрим, ─ с не таким уж наигранным интересом сказал альфа и, взяв стул, расположил его впритык к каменной стене и чуть ближе к панорамному окну.       Тэхён сел на стул и скрестив ноги, подпёр голову кулаком и посмотрел на омегу томным взглядом, с лёгкой улыбкой на губах.       Сердце Чонгука в этот самый момент казался птичкой воробушком, что скачет в бешеном ритме из стороны в сторону.       — Как тебе?       — А… А? Да, это самое то, ─ притворился Чон, всеми силами пытаясь спрятать своё окрыление.       Тэхён это заметил по щекам, где выступил легкий румянец. Он сидел так, пока Чонгук взял остро наточенный карандаш и начал наводить эскиз. Начал он со стула, на котором и расположился альфа. Хотя, стулом это назвать тяжело, оно более напоминает кресло. Дальше шли черты самого мужчины. Его руки, торс, голова и лицо. Каждая деталь продумывается юным мастером, из линии чёрного карандаша появляется новая, образовывая фигуры. А когда руки доходят до глаз, Чонгук как будто весь застыл. Глаза этого человека — самое прекрасное в его жизни, напортачить никак нельзя.       Тэ терпеливо ждёт, всё же держаться он может, даже если зубы уже сводит от постоянной улыбки. Киму не терпится наконец встать и подвигаться, он никогда не думал, что будет скучать по тренировкам.       Так проходит больше трёх часов, когда эскиз завершается, и Чонгук с Тэхёном вздыхают спокойно.       Ким поднимается и разминает отёкшие участки тела, в то время как Чонгук испустил весь дух и с поникшими плечами сидел на месте, едва придерживая карандаш. Альфа это заметил, и в голове пронеслась мысль, что этот мальчишка похож на цветочек. Он поникает без поливки и солнца, грозясь завянуть, и Тэхёну на секунду стало интересно, каким же станет это самый цветочек, если за ним правильно ухаживать.       — У нас есть ещё два дня, если ты устал, то можешь остаться здесь.       — Нет-нет. Я устал, но так всегда бывает, когда я рисую подолгу. Нужно просто немного размяться и всё, ─ улыбнулся он устало.       — Размяться говоришь. Что ж, давай пойдём и разомнёмся.       С этими словами, альфа утягивает омегу на выход, а после уже и на парковку.