Оставляешь шрамы

Повозка насквозь пропахла ароматом пряностей и сладких духов, я всегда терпеть не могла такие запахи, а вот мои спутницы явно были не против, конечно, ведь это значило, что столица севера совсем близко. Новоиспеченному королю не пристало вдыхать зловонный смрад клопов и придорожных гостиниц, которым пропахли его наложницы. Забавно, если бы не было так грустно. Стоит упомянуть, что повозка была скверная, каждый раз, когда мы наезжали на кочку или практически проваливались в ямы, я благодарила Небо, что она не развалилась на части. Встать в полный рост было невозможно, но я была довольно низкой, а одна из девушек даже сильно ссутулившись, и то упиралась головой в потолок. Единственное окно было вечно зашторено и особого желания его открывать, тоже не возникало. И так, в дороге, (по крайней мере я) провели несколько недель. Всего месяц прошёл с коронации, другие правители уже спешат выразить своё почтение, а разве красивая девушка не самый лучший способ это сделать? Даже заморачиваться не приходилось. Ровно семь корон, семь знамён, семь замков, а ведь совсем недавно было восемь. Но нас шестеро, как минимум двоих растили для этой должности, об этом я точно знала. Ужасно. Даже слишком. Мой народ никогда не приветствовал подобной практики, это считалось мерзким и оскорбительным, но я слишком сильно провинилась перед ними, и такая участь лишь способ замолить грехи. Если это вообще было возможно. Но обо всем по порядку. За всё время поездки мы так и не поговорили друг с другом, даже имена остались в тайне. А был ли смысл завязывать диалоги? Мы проведём под одной крышей слишком много времени. Успеем надоесть друг другу до тошноты, что рождается в животе, а потом долгое время стоит комом в горле мешая произнести хоть слово. И все же я украдкой рассматривала каждую из них. Прямо напротив сидела рыжеволосая девушка с россыпью веснушек на лице. Некогда светлой, но загоревшей на солнце кожей, которая до сих пор облезала в некоторых местах. У неё были слегка пышные формы, но у южан это считалось красивым, которые прикрывало белое платье с потертыми кожаными вставками, и совсем простая обувь, наверняка, длина одежд, призвана это скрыть, но она всё время боялась запачкать подол и её мягкие башмачки изрядно испачкались. А руки, слишком загрубевшие для женщины, признак тяжелой работы, значит не из очень богатой семьи. Она явно с Южного края, если быть точнее, Улиса обитель тихих деревень, пастбищ, вечно растущей ржи. Прекрасные места, раньше я очень их любила. Рядом с ней, казалось, полная противоположность. Выразительные карие глаза, вьющиеся каштановые волосы слишком короткие для стандартов королевств. Кожа была смуглой, а болезненную худобу прикрывали множество слоев одежды различных темных оттенков. Платье нагромождала куча металла, шестеренок и диковинных игрушек. Она всегда сидела прямо, скрестив руки на тощих коленях, словно одна из железных кукол, которые создавали на её континенте. О, да, прекрасный восток и Судун город изобретателей, все как на подбор хитрецы, которые смогут продать вам даже глупую безделицу втридорога и всю жизнь проводят в своих мрачных мастерских. Вряд ли мой благоговейный взгляд мог хоть раз скрыться от особы со свалявшимися волосами, умело превращёнными в прическу. Девушка сидела в дальнем углу повозки. Я с жадностью рассматривала её каждый раз, надеясь увидеть в светлых глазах родную сторону, несмотря на то, что мы родились в разных частях запада. Я по праву считала Анду своим домом, ведь именно местное племя растило меня с братьями и сестрами, когда нам некуда было идти. Сравнивать лес и пустыню, конечно, глупая затея, но чем-то мы были схожи. В очередной раз убеждаюсь, как неестественно выглядят воины леса без боевого раскраса, но явись она с разукрашенным лицом и исписанным заклинаниями телом в королевский дворец, вряд ли это сочли бы жестом почтения. Её наряд практически не прикрывал смуглую кожу с ярко белыми контрастными пятнами, которые словно белая роза на тлеющих углях испещряли тело. Этому я невольно улыбалась. Я не рисковала даже вскользь смотреть на девушку, что сидела рядом со мной, именно она была слишком высокой, а во всех этих железках у неё явно затекла спина или что похуже. От доспехов, которые покрывали тело, веяло жаром и могуществом. Снова южанка только бледная. Волосы словно пламя рассыпались по отполированным наплечникам. Не хватало только меча за поясом, но, увы, и ах, такое тем более непозволительно для « королевского подарка» у меня даже промелькнула мысль о том, как ей не комфортно без оружия. Ведь, Мэвер место рождения лучших воинов королевств, нет такого солдата, который не гордился бы обучением там. А истинные уроженцы этого края, яростнее всех сражались на полях войны, даже девушки стояли в одних рядах с мужчинами. Внутри что-то кольнуло, интересно, сколько солдат они потеряли за эти две войны?.. И, осталась последняя особа в нашем тесном пространстве и, наверное, самая юная. Её родной город Ивмен славился лучшими мореплавателями. Детишки там чуть ли не с рождения ходят под парусом, плетут узлы и учат язык морских тварей, недоступные другим народам. А длинные, белые, словно морская пена волосы местных, всегда собраны в тугие хвосты или легкие косы, за всю жизнь я никогда не видела у них иных причесок. Несколько часов я посвятила разглядыванию её платья и находила всё новые, и новые детали, она и правда походила на русалку, обтянутую в моряцкую сеть, с кучей жемчужин. Но страх в глазах сиял ярче любых жемчужин. Мои рассуждения прервали грубые мужские голоса снаружи. Мы остановились, чтобы в очередной раз сменить лошадей, только в этот раз вместо невзрачных трактирных, на породистых белых скакунов, дабы величественно явиться в столицу Северного Королевства. Наша судьба, новый дом, новый мир, холодный и пробивающий, словно вьюга говор. Что же было с этими девушками в прошлом, раз они согласились променять теплый южный климат, отказаться от морского зова, снять стальные доспехи, лишить себя пьянящего запаха леса, вылезти из уютных мастерских, и жить в ледяном дворце жестокого тирана, что посмел назвать себя королем… Моей злобе не было разумного предела, каждая клетка тела кричала о скором побеге, но я не могла подвести родину, не снова. Надежды практически не осталось, молилась я лишь о том, чтобы припрятанный в сундуке меч не нашли. Но даже если не найдут, какой мне с него прок? Это только предстояло выяснить. Холод становился невыносимым, я считала секунды до последней остановки, а хоть какого-то верхнего одеяния нам не предлагали. Но лица моих спутниц оставались отрешенными, как они могли смириться со всем этим, по сей день не могу это понять. А тем временем повозка остановилась у ворот дворца, дверца открылась, и нас обдало очередной порцией холодного ветра, раз уж меня под слоями ткани пробил озноб, то, каково было другим девушкам? Страшно представить, поэтому подобные мысли я отбросила. Выходили по одной, а дальше шли под ручку с какими-то солдатами, длинной процессией, из этого делали какой-то праздник, отвратительно. Несмотря на то, что я решила не обращать внимание на других, было сложно не обернуться на всхлипы позади, девочка с юга выходила последняя, если это можно так назвать, двое стражников волокли её по ледяной дорожке. Меня тоже скорее тащили, нежели я шла сама, мороз кусал босые ступни, и только одна мысль в голове. Бежать, бежать, как можно быстрее. Но еще рано, слишком рано, они прирежут меня, не успею сделать и пяти шагов. Мы вошли в тронный зал неприветливый и холодный, построенный словно неприступная, но роскошно украшенная крепость, мне даже сплюнуть на пол захотелось. Нас поставили в линию перед троном, и заранее запретили поднимать голову, пока король этого не потребует. Покорность и благоговение, все, что требует от наложниц, и страх, как же о нем позабыть. Рыжеволосая южанка продолжала плакать, а слезы её, громко разбивались о ледяной пол. Жуткий звук. Долгие ночи он преследовал меня во снах, напоминая об этом злополучном дне. Тогда я могла полагаться только на слух, чтобы проследить за движениями северянина, который, на моё спокойствие очень громко передвигался. Бодрыми шагами и с цокотом каблуков о ледяной пол он подходил к каждой и стоял подолгу, что-то говорил, но настолько тихо, что я не могла расслышать, пока не настал мой черед. Грубые мужские пальцы с силой сжали подбородок, заставляя поднять голову. И вот можно было рассмотреть, свежа-коронованного. Совсем молодой, ему и двадцати семи не дашь, но очень бледный даже изнеможённый. Все лицо в шрамах, видимо последствия штурма дворца, черты резкие и правильные, неизменные черные волосы северян и серые, словно пасмурное небо глаза. Но, на меня он не смотрел с той же жадностью, лишь вскользь. — Кто же ты? — с едкой ухмылкой прошептал он, склонившись прямо к уху, только дыхание его не щекотало кожу, как это принято в любовных историях, оно обжигало холодом. Но вот изо рта у него пахло отвратно, стоит признать, тоже мне король. — Имя, регион, — жестко и властно, что и требовалось доказать.  — Хелла из Риша. — мое презрение точно не скрылось от него, и пальцы сильнее сдавили подбородок, гримасу я была не в силах спрятать, но исказить её в такую же ухмылку, вполне. — Что же, Хелла из Риша. — король вертел мое лицо, словно диковинный фрукт, который проверяют на отраву.— Что нужно было сделать, чтобы наш светлейший король пустыни, отправил тебя сюда, ведь раньше подобного за ним не водилось. Столько желчи было в его словах, будто я чувствовала её вкус с каждым новым словом. — Я думаю, это не ваше дело, величество. — рывком я вырвала свое лицо из его руки, кольцо содрало кожу с подбородка. Зазвенели мечи солдат, но Северный король жестом приказал вернуть их в ножны, а на меня посмотрел долго, выжидающе и двинулся дальше, по нашей живой колонне. Снова тяжелые шаги, он вернулся к трону, и приказал нам поднять головы, не сразу мы послушались из-за страха. Но сейчас, кажется мне, что глаза не стоило поднимать, ведь подле короля стоял юноша, явно с Востока, с волосами белыми, как снег и собранными в тугой хвост, а ещё у него был шрам, начинающийся у правого глаза и скрывающийся дальше под серебряные доспехи. Я жадно разглядывала его, пока король толкал речь о нашем пребывании здесь, в ответ на меня не смотрели и даже не замечали, это было и к лучшему, пожалуй. Стражники снова подхватили нас под руки, и повели в покои, по витиеватым походам и пустым залам. Я даже дороги не запомнила, мысли носились в голове, яростнее загнанного в клетку хорька. Не могла же я обознаться, но если это так, то он слишком изменился с нашей последней встречи, раз стал прислуживать Северному отродью. Но пора было отвлечься от предателей и начать продумывать план побега, главное чтобы вещи остались целыми. Наши шаги эхом разносились по дворцу, здесь слишком тихо для замка, нет суеты и лишних звуков, следовательно, народу практически нет, скромный штат охраны и служанок, ведь громогласная победа случались не так давно, король не успел зализать раны, значит, шанс есть. Меня резко остановили, с силой сдавив плечо, мы дошли до кованой железной двери, нас затолкали туда и заперли на ключ. Что ж, видимо, нам придется знакомиться.