Барон Бриджит

Натаниэль задумчиво качнул головой из стороны в сторону, после чего произнёс: — Я не отрицаю возможности подобного, но… Нахрена? — честно, он старательно пытался придерживаться комиксного рейтинга в PG-15 большую часть своего времени, но некоторые ситуации тянули минимум на R и требовали соответствующей лексики. Да и одержимость квами сказывалась — Геде точно были не из тех семейств, что выражались высоким слогом, предпочитая говорить ёмко и нецензурно, так их понимали быстрее. — По уровню сволочизма и интриганства подходил только ты, — пожала плечами Банникс. — А предыдущий чем вам не угодил? — О, он шикарен, но сам понимаешь, близнецов воспитывать трудно, — развела руками героиня. Ага, значит, и об этом в курсе, то есть, в курсе вообще всего. Да, стоит исходить из того, что ей известно тоже, что и ему, точнее, даже больше. — Банникс, ты уверенна, что он нам не враг? — снова уточнила Леди Баг. — Он же… — Дикий? — подхватила она и Барон закатил глаза. — А выглядит всё так, как будто одичали вы. По крайней мере, это именно ты решила сделать на него засаду. — Он всё равно собирался обдурить нас! — возмутилась она. — Он наверняка сам что-то задумал, раз не появился на передаче открыто. Путешественница во времени засмеялась от её обиженной физиономии. — О, конечно-же он что-то задумал! Это же Барон! Но, в этот раз, только пути отхода, на тот случай, если ты решишь сделать ловушку. Как видишь, он оказался прав… — Банникс положила руку на плечо Леди, произнося: — Минибаг, я понимаю, чем вызваны твои поступки, сейчас мне это особенно ясно, в будущем ты его так и не простила, но… — Банникс вздохнула. — Он никогда не был вашим противником, даже когда сделал то, что сделал. И я рада, что все наконец-то всё узнали, хоть и не сразу… Она снова повернулась к Барону и улыбнулась. Сейчас было ясно, что она знает всё не просто потому, что из будущего, но и из-за того, что она с ним точно была близко знакома — широкая, скрывающая боль улыбка на её лице была слишком сильно похожа на ту, что Нейт иногда видел в зеркале. — Знаешь, я сама была чертовски зла, когда обо всём прочла. Даже не из-за того, что ты… — она махнула рукой, но продолжила. — А из-за того, как ты рисковал! Бриджит развёл руками. — Какая жизнь без риска, дорогая? — она лучше него знала, что иного выбора не было. — Ненавижу, когда в тебе просыпается этот эгоистичный альтруизм, — скрестила она руки на груди. — Да брось, — Натаниэль прокрутил трость, стукнул кончиком по полу, опираясь на навершие обоими ладонями и ласково-ехидно улыбаясь. — Ты же меня любишь. — Неужели? — выгнула она бровь. — Да я… и не скрываю*. Флафф, детрасформация. Натаниэль осмотрел выросшую Аликс, ревниво замечая, что она переросла его нынешнего. — Мило, но над скрытностью точно нужно поработать. — Брось! Все уже сбежали, а камеры ты вырубил в самом начала. Здесь только свои, — распахнула руки Кюбдель. Старшая её версия. — О, чуть не забыла… Она подошла к той Аликс, что ещё была в форме Банникс, ободряюще улыбнулась ей. — Не волнуйся, всё ещё будет, мини-я, настанет наше время. Но пока — так надо. Поверь мне, — она расстегнула карман на животе у той, доставая талисман. — Нет-нет-нет! — Умоляюще шепчет Аликс, но Банникс только треплет её по голове с понимающей улыбкой, обнимает, после чего снова подходит к Барону и вкладывает Камень Кролика в его ладонь, накрывая своей. Рука у неё больше привычного, но пожимает он её всё так же аккуратно, заглядывая ей в глаза. В глазах у Аликс — сверкающий лазурью Неистовый Разлом во всём великолепии временной воронки, настолько яркий, что Натаниэль ощущает, как на несколько секунд сквозь молочную слепоту отражается-проступает его собственная радужка. Он знает, что эти несколько секунду укладываются в несколько тысячных долей настоящих. — Я сказала свое слово, им решать, как поступить, но… Это послужит неплохой компенсацией за сегодняшний день, верно? — Постой! — Леди Баг подбегает к ним, забыв, насколько Барон опасен вблизи. — Зачем ты хочешь отдать ему талисман? Я его тебе дала, ты должна его вернуть! Аликс посмотрела на неё и вздохнула. — Если тебе так будет проще, то думай, что это часть плана старшей Леди Баг. — А так и есть? — Уточнил Нейт и та грустно улыбнулась. — Нет. Это просто исполнение долга перед старым другом. Леди даже под пытками не признается, что я была обязана так поступить во имя сохранения временной линии, а она — всё ещё ревнует. — Ревнует? — рассмеялся Барон, из-за плеча Аликс смотря на Нуара. — Есть причины? — Того, что ты единственный, кто смог отрастить такую же шикарную шевелюру, как в этом облике — мало? — Она дёрнула за одну из косичек. — В принципе, ты уже догадываешься, почему она тебя, мягко говоря, недолюбливает. — Аликс вздохнула и прищурилась. — Леди, что ни говори, хороший лидер, способный найти решение любой проблемы. Если Леди Баг его не находит, значит, это никакая не проблема, а очередная многоходовая интрига Барона в стадии реализации. — А вот теперь ты выставляешь меня злодеем, — надулся Нейт, вызвав у Аликс умиленную улыбку. — Дорогой, ты — настоящий герой, это куда хуже. Умный, упрямый, харизматичный — весь в прадеда, — Натаниэль прищурился, хищно раздувая ноздри. — Ты… — И ты, — кивнула она. — Учись быть менее обаятельным, а то опять будешь рисковать стать им самим, Марти. — Так тебя зовут Марти? — спросил незаметно подошедший к ним Кот, заставив всех вздрогнуть, хватаясь за оружие. К счастью, он оказался достаточно гибким, чтобы увернуться и от йо-йо, и от зонта. Барон вздохнул: — Ага, осталось только с фамилией определиться: Сью или МакФлай. — Бери двойную, всё равно привыкать надо, — предложила Кюбдэль, когда они с младшей версией, единственные, кто поняли шутку до конца, отсмеялись. — О, и ещё. — Теперь уже Аликс протянула свою руку. — Ну же, не скупись! Я знаю, что у тебя есть подкормка даже в этой форме. Особенно в ней. Натаниэль молча достал из мешочка конфеты. Аликс тут же развернула, радостно добавляя: — Трюфели! Обожаю трюфели! — первый достался ушастому квами, второй — младшей версии Аликс, и только третий героиня съела сама. — Тебе даже в этом повезло, самая разнообразная и вкусная подкормка. Некоторым, между прочим, приходится давиться морковкой и камамбером. — Нуар и Банникс одинаково передёрнуло. Владельцы не всегда разделяли вкусовые пристрастия своих квами. Натаниэлю, в целом, нравится ситуация, но она явно не нравится Леди Баг, уже выразительно смотрящей в сторону подходящим к ним (точнее, к нему) со спины Рене Руж и Карапаксу. Леди не нравится происходящее, она не понимает, да и не должна, поэтому и злится. И если от Банникс бесполезно требовать ответы, то от него можно попытаться. Поэтому он легонько кивает Нуару, безмолвно с ним прощаясь, и отступает назад. Лиса и Черепаха опаздывают буквально на одно мгновение, которого ему хватает на то, чтобы переместиться.

***

Аликс разворачивает очередную конфету, закидывая её в рот. — Как всегда, свалил по-валийски, — очередной попыткой Леди Баг она не удивлена, как и тем, что она провалилась. Не глядя, она продвигает ладонь с лакомством вбок, предлагая его подошедшему ближе Вайпериону. — Однако, в конце его звучание изменилось, — аккуратно забирая с руки конфету, произносит он. Забавно, что ей говорил это тот, чей талисман вообще не слышит. — Он устал, — с грустной улыбкой отвечает Аликс, смотря на других. Те уже успели распасться на парочки. Нино и Алья обсуждают, в чем были их ошибки, ещё не понимая, что со своей стороны провели всё грамотно. Кот в очередной раз выясняет у Леди, от чего она так враждебна к Барону, а мини-она пытается разговорить Флаффа, подсовывая половинку от собственной конфеты. Квами угощение принимает, но вот понятнее его слова не становятся. — О Тунгусском метеорите слышал? Можно сказать, он его предотвратил недавно — что чинить, что уничтожать Камни Чудес опасное и утомительное дело. — Аликс вздохнула и посмотрела на Луку, как на единственного адекватного человека. В принципе, сейчас так и было. — А ведь он ещё лет пять не будет знать о том, что на это способны только Маги… — Ты хотела остановить борьбу, потому что знаешь, что он их сильнее? Аликс кивнула, усмехаясь: — Нам очень, очень повезло, что он стал хунганом**, а не бокором, да и куклы не любит. А то в ужасе были бы не только наши враги, но и мы сами. Лука посмотрел на свою руку, ту самую, на которой был талисман, и которой, как он помнил, у неё однажды не стало. — Но он же целитель. — И этого ему никогда не простят, — кивнула она. — Ты смотришь на него и видишь мертвеца, демона, злодея, а на деле… А на деле он один из самых честных людей в моей жизни. Наверняка, если бы кто-нибудь спросил у него, он ли Барон — он бы ответил честно, только вот, не нашлось того, кто бы это спросил, как и о многом остальном. Ему не прощают того, что он даёт другим выбор, тем самым лишая выбора себя. Магия вуду строится на жертвах, именно поэтому она так легко ему далась — он умеет жертвовать, собой в основном. И за это его ненавидят даже те, кто любят, потому что он не считает, что жертвует собой. — Ты жалеешь его… — Нет. Но только потому, что он считает жалость к себе унижением, а такого он не заслужил. Он мой друг, и я люблю его, но это не значит, что я не бесилась как и остальные, когда всё узнала. Кто-то понял, — она хмыкнула, искоса посмотрев на него с белой, обидчивой завистью. — Кто-то принял и простил, хоть и не сразу. — Она перевела взгляд на юную версию себя. — Кто-то сначала смутился и до сих пор злится на него за это, возненавидев ещё сильнее. — Криво ухмыльнулась Леди Аликс. — А кто-то… Она перевела взгляд на Нуара, почти шепча. — А кто-то просто верил ему и ждал, даже когда все остальные отвернулись. Кстати, ты, кажется, искал подработку? Есть у меня для тебя один вариант…

***

Натаниэль сполз по двери вниз, меняя обличие. Вууду, задумчиво покружив в воздухе, спросил: — Ты что-нибудь понял из безумных речей этой крольчихи? — Почти всё. И не такая уж она и безумная, раз дала нам несколько подсказок, — Нейт с минуту сидел, глубоко дыша, после чего поднялся — пора было приниматься за дело. Вчера он нашёл несколько нужных людей, что помогли ему строить светопредставление в павильоне, сорвав съёмку безопасно для нормальных людей. Все они люди, у всех есть родственники и найти тех, у кого они больны, труда не составило, как и, навестив их, предложить свою помощь в исцелении. Натаниэль подобрал помощников тщательно, и когда те утром убедились от врачей или получив новые анализы, что он свою часть уговора выполнил, не посмели не исполнить свою. Участие других супергероев было неожиданностью, но призрачным зрением он увидел их вовремя, не дав загнать себя в угол. И уж тем более он не рассчитывал на Аликс, особенно её взрослую версию, но… Натаниэль вытащил часы, проведя кончиком пальцев по тонкой вязи гравировки на крышке. Да, Лютвидж действительно сделал потрясающий талисман. Даже жаль, что он не будет его использовать — Нейт ощущал, что часы, как и его серьга, уже завязаны на определённом человеке. Смутно, тонко, скорее из-за мультилинейного существования, но тем не менее прочно, а значит, его талисман вряд ли будет слушаться. Тем более, что по словам Банникс он справится. И достаточно быстро. — Кажется, я знаю, откуда она могла обо всём «прочитать», — щёлкнул пальцами он. Конечно, этим тоже стоило заняться, но с него на сегодня хватит общения с кем бы то не было. Время есть. Йорру, квами из пантеона Вууду и его брат, приглашал на Кванза в этом году. Следовательно, он соберёт все талисманы ещё до наступления Рождества.

***

— Какая прелесть! Нейт, можно мы его оставим? — Микаэлла на пару с Флаффом состроила ему жалобную мордочку. — Мам, тебе Вууду и Дуусу мало? — усмехнулся Натаниэль, подходя к холодильнику. — Квами много не бывает! — уверенно заявила мать, и Нейт рассмеялся, наливая себе сок. — Как поездка? — за собственными приключениями он и забыл о том, что мать уехала в небольшое путешествие с его… отцом, ладно, пора привыкать к этому. — Отлично! — в глазах её сияли искорки, подтверждая, что время она провела хорошо. — Перелёт вышел быстрый, Одри мы уговорили, в общем, всё замечательно, она скоро вернётся к мужу. Натаниэль допил сок и нахмурился. — То есть ты… и не собиралась уводить его из семьи. Микаэлла посмотрела на него, после чего отодвинулась к спинке дивана, освобождая место. Нейт сел впереди, и она, обняв его со спины, заговорила, понемногу уменьшая голос до шепота. Натаниэлю редко приходилось видеть её такой, точнее, слышать, потому что мать не позволяла ему видеть её в такие моменты. — Если бы я этого хотела, то сделала бы ещё тогда, в первый раз. Знаешь, Нейт, мы влюбляемся в некоторых людей не для того, чтобы быть с ними, а чтобы напомнить им о том, что их любят, позволить им увидеть любовь со стороны того, кто её принимает. Ну, и самому научиться любить, — она прикрыла глаза и продолжила: — Они с Одри женаты уже двадцать лет, двадцать, представляешь? А мне, всю жизнь будучи свободной, уже просто не переделать себя под семейную жизнь, да и зачем? Андре любит Одри, действительно любит, да и она — его, хоть и по-своему. Хлоя — паршивка ещё та, но для своих способна на многое и тоже их любит. А я… А я и так счастлива. У меня уютный дом и чудесный сын от любимого человека, я занимаюсь любимым делом, о котором многие могут только мечтать… Разве этого мало для счастья? Натаниэль не считал, что мало, но… он знал, что мать давно приучилась обходиться малым. Иначе она бы не выжила. В том числе и находить повод для счастья там, где впору плакать. — Я увидела его накануне свадьбы Эмили, на которой должна была быть подружкой невесты. Она сама считала, что это подло, но я смогла её переубедить. Я всё ещё любила её, даже чуточку крепче, чем когда мы встречались, но искренне была за неё с Гейбом рада. Запомни, Нейт — это нормально, как и любить нескольких людей одинаково, так и испытывать к одному и тому же человеку разную любовь. Греки уж точно не были идиотами. В общем, перед свадьбой был банкет, а на нём был он — только-только вступивший на путь политика, наи-и-ивный! Наивнее чем сейчас, представляешь? — Слабо. — Ага, у меня тоже не получилось, — рассмеялась она. — В объективе моего фотоаппарата он и вовсе выглядел идиотом. Идиотом, который случайно забрёл на эту вечеринку и потерялся. Почти так и было — это Одри на таких мероприятиях как рыба в воде, а Андре к этому ещё не привык, хоть его и учили. Они были женаты уже три года и у них закономерно начался супружеский кризис. У Андре не получалось стать тем, кем от него требовали жена и родители, у Одри были проблемы в работе, и они оба были слишком молоды, чтобы не сваливать вину на другого. Они поругались прямо перед приездом на этот банкет, и Одри демонстративно игнорировала мужа, общаясь с другими весь вечер, а я… А я чуть фотоаппарат не уронила, когда он на меня посмотрел, растерянный, безмолвно просящий помощи у каждого, чуть ли не плачущий. Я подошла к нему ближе и поняла, что хочу показать этому человеку весь мир… Она замолчала, закрыв глаза, поцеловала сына в макушку. Натаниэль, которому стало по-настоящему интересно, спросил: — А что было дальше? — А дальше я затащила его в кладовую и жутко сексуально над ним надругалась, — спокойно произнесла она, после чего добавила зачем-то. — Несколько раз. Когда гости начали расходиться, нас застукала Эмили и помогла сбежать от Одри, что уже его искала. Остаток ночи мы носились по Парижу, пили стащенное с банкета шампанское и фотографировались. Я заставила его подняться и подойти к самому краю крыши, и только потом узнала, что он жутко боится высоты. — Рассмеялась она. — Ну, а несколько недель спустя всё закончилось. — Одри узнала? — Одри конечно же всё узнала, я сама ей рассказала, просто… — Мика пожала плечами. — Просто человеку, которому я хотела показать весь мир, он был не нужен. Андре достаточно Парижа, он до последних дней ни разу не покидал его окрестностей, представляешь? Он до сих пор безумно влюблён в собственную жену, да и она недалеко от него ушла — делала вид, что ей всё равно на его отлучки, бесилась, ругалась, но даже не пыталась изменить ему сама, ей и в голову это не пришло. Поэтому, когда до Андре дошло, что он её любит, мы пришли к нему домой, я всё выложила Одри, отдала ей свой телефон, чмокнула в губы, сказала, чтобы звонили, если решится на тройничок, вернулась к себе, поплакала, собирая рюкзак, и на полгода свалила в Южную Америку. Три месяца спустя один из шаманов запретил мне участвовать в одном из ритуалов, сказав, что я ношу дитя, и так я узнала о том, что беременна тобой. Одри так на тройничок и не согласилась, но когда я прилетела в Париж, то узнала, что она тоже беременна, а твой отец получил место в одной из партий. В общем, всё вышло не так уж и плохо, как думаешь? Натаниэль подумал о том, что из своих путешествий она отправляла письма не только ему, но и его отцу, обязательно с фотографиями тех мест, в которых побывала. Что каждый раз собираясь на торжество, пыталась стать красивой лишь для того, чтобы порадовать его своим видом. Что так и не сказала Буржуа о ребёнке не потому, что боялась возможной грязи, а просто не хотела лишать дочь возлюбленного его любви, и понял, что он действительно весь в мать. — Уже решила, когда уедешь? — Точно до Рождества, хотя, скорее, раньше. У них годовщина в начале декабря, не стоит портить праздника. А что? — Ты права, — улыбнулся он, поворачиваясь и целуя её в нос с улыбкой. — Не стоит портить праздник, поэтому я улетаю с тобой. * - Ладно, не могла я обойтись без этой отсылки (это, кстати, ещё и спойлер, но очень тонкий, считай, прозрачный))! Кто понял - молодец! ** - обозначение колдуна и жреца в Вуду. Бокор - тот, кто делает то, что обычно и показывают в фильмах, а то и куда более жестокие вещи. Ребятам реально оочень повезло, что Нейт решил стать целителем, а не некромантом (мягко говоря).