Мое маленькое солнышко

«Вот придурок! И зачем он только туда полез?» Думал Тозиер, неся Эдди на руках в медпункт. Такой маленький и легкий, наверное, совсем ничего не ест. Зайдя в кабинет, он положил парня на кушетку, прикрыв шторку. Как выяснилось, медсестры на месте не оказалось, поэтому пришлось делать все самому, да и он был вовсе не против этого. Достав из аптечки все необходимое, он разложил медикаменты на трубочке, стоявшей рядом, и, смочив ватку перекисью, принялся проходится ей по небольшим царапинкам, которые тот получил за день. Приложив к набухающему на месте удара синяку пакетик со льдом, он задрал ему футболку, так как там тоже было большое количество ссадин. С недавнего времени он начал чувствовать к парню нечто большее, чем просто дружба или привязанность. Хотелось пересчитать каждую веснушку на его курносом носу, попробовать на вкус эти розовые губы. Хотелось просто быть рядом, защитить от всего на свете, поддержать в трудную минуту. И даже сейчас, обрабатывая рану на животе, он вскользь, как бы невзначай прошёлся кончиками пальцев по оголенному участку кожи. - Щиплет. Послышалось от изголовья кровати. - Не щипало бы, если бы ты туда не полез. Вот кто тебя просил? Обычно этим занимается Эдди. Обрабатывая чужие раны, он отчитывает Тоизера за вспыльчивый и необдуманный поступок, за его колкий язык, который всегда готов сказать какую-то гадость. Но на этот раз почему-то все наоборот. Каспбрак лишь невинно пожимает плечами, в очередной раз кривясь от боли. - Вот зачем? Ричи приблизился к его лицу и дал несильный щелбан, как это обычно делает Эдди. Тот лишь хихикнул, понимая, что его пародируют, а после лишь глупо улыбнулся, смотря на такого же побитого парня. - Давай, я тебе тоже раны обработаю. Тихо говорит он вместо ответа на его вопрос, приподнимается на локтях и забирает у парня ватку, начиная аккуратно водить ею по новым ссадинам. Сейчас перед ним сидел абсолютно точно самый глупый человек на планете. Ввязался в драку, даже не разобрав, что к чему, получил по своей головешке. У него наверняка будут проблемы дома, так как мать отругает его за синяки и шишку на лбу, но сейчас он лишь улыбается уголками губ, а после и вовсе заливается звонким смехом, заражая им рядом сидящего Тозиера.