A Reason to Fight

Стайлз сплюнул на пол и поморщился; рот опять заполнился кровью. Губу рассекло его же зубами, когда бугай начал его бить. Стайлз хмуро смотрел на похитителя, насколько это получалось с одним заплывшим глазом. Он знал, что ещё жив только потому, что у них нет негативов. Они взломали его сейф и очень разозлились, когда не обнаружили внутри плёнки, а только деньги и старые отпечатки. С тех пор его пытались заставить говорить. Стайлза примотали скотчем к стулу (господи, это так банально!), а здоровяк наматывал круги вокруг него. — У тебя руки не устали? Громила повернулся к нему: — Что? — рявкнул он. — Ну, знаешь… — Стайлз подбородком указал на собственное тело. — Когда так сильно бьёшь, велика нагрузка на суставы. Задумайся, что если у тебя артрит? Может, тебе надо сделать массаж рук? А как же маникюр? — А ты забавный, — заметил здоровяк. Он ударил Стайлза по лицу, чуть не опрокинув вместе со стулом. Стайлз уронил голову, пытаясь убедить свой мозг, что он вовсе не собирается вытечь через ноздри. А всего лишь слегка контужен. Получалось не очень. Мужчина схватил Стайлза за волосы и рванул его голову кверху, встречаясь с ним взглядом: — Где негативы? — Какого хрена ты решил, что я тебе скажу? — прохрипел парень в ответ. Он попытался сморгнуть пелену перед глазами, но потом понял, что это кровь заливает левое веко. — Я говорю вам, вы убиваете меня. Элементарно же, дятел. Бугай скривился. Он оттолкнул голову Стайлза, отступил в сторону и вперил в него взгляд: — Ладно. Если начнёшь говорить по делу, обещаю, меньше будешь мучаться. — Правда? — Стайлз сделал вид, что задумался, а затем плюнул кровью в лицо мужика. Тот злобно зарычал, и Стайлз приготовился к следующему удару, но бугай с размаху наступил на левую ступню парня, ломая кость. Стилински взвыл и судорожно попытался отшатнуться, чуть не опрокинув стул. Мужик продолжал с силой давить на его ступню, пришпиливая её к месту. — Джефф! — прорычал другой похититель, открыв дверь. Он с проклятиями вывел Джеффа, оставляя парня в одиночестве. Стайлз скулил и всхлипывал, пытаясь хоть как-то отвлечься от пульсирующей боли. Похоже, он добегался. Стайлз глубоко вздохнул и откинул голову назад, пока слёзы не перестали литься. Он оглянулся вокруг, чтобы на чём-то сосредоточиться, но комната была до невозможности безликой: деревянные стены, одно окно, некрашеные полы. Вероятно, это была какая-то хижина в лесу недалеко от гостиницы. Они уехали не так уж далеко, бросив его на заднее сиденье своего внедорожника, но он не смог заметить, в каком направлении они двигались. Даже если Стайлз каким-то чудом освободится, то или заблудится, или околеет от холода. Безнадёжность душила его так сильно, что он даже не мог плакать. Он уставился на дверь, думая о своей сломанной ступне и о том, насколько же он облажался. Дверь внезапно распахнулась, заставив его подпрыгнуть. В комнату вошёл огромный мускулистый мужик и бросил кого-то напротив Стайлза. Громила выглядел не очень: лицо расцарапано, глаза чудного красного оттенка, а с волос медленно капает кровь. Лора выпрямилась и глумливо ухмыльнулась в его адрес. У Стайлза перехватило дыхание. Лодыжки Лоры были схвачены стяжкой. Девушка перевела взгляд на него: — Я в порядке. Она сдёрнула что-то с запястья и с силой бросила в мужчину. Тот даже не моргнул, когда это что-то отскочило от его щеки: — Подумайте хорошенько, мисс Хейл. Стайлз принюхался, потом ещё раз: — Ты побрызгалась духами? — Себя — нет, его глаза — да, — самодовольно сказала Лора. Мужчина не выказал никакой реакции. Он окинул обоих взглядом и вышел из комнаты. Лора резко осела, тяжело дыша: — Извини, — сказала она, — думаю, он сломал мне ребро. — Ну, выглядит он ужасно, так что, я бы сказал, ты задала ему трёпку. Хейл посмотрела в ответ и ухмыльнулась: — Да уж. Он смог связать меня в машине только потому, что я была без сознания. Как только сняла стяжку с рук, расцарапала ему лицо. По дороге сюда мы трижды врезались в деревья, — гордо сказала она. Стайлз грустно улыбнулся: — Мне жаль, что я втянул вас в это. Лора усмехнулась, откидывая волосы с лица: — Никто меня не втягивал. Не вини себя, ладно? Не на… Дверь снова открылась, прерывая Лору на полуслове. Стайлз заставил себя улыбнуться: — Дятел! Ты вернулся! Мужик нахмурился: — Не забывай, что у тебя две ноги, Стилински, — затем повернулся к Лоре. — Хейл. Мы знаем, что вы двое в отношениях. Так что тебе лучше рассказать нам, где он спрятал негативы. Лицо Лоры приняло нечитаемое выражение: — Что? — Не прикидывайся дурой, — Джефф пожал плечами. — Но если хочешь посмотреть, как твоего парня немного побьют, прежде чем ты всё расскажешь, то без проблем. К счастью, выражение лица девушки оставалось бесстрастным. Она не пыталась его поправить. Стайлз взглянул на Джеффа и напомнил себе, что они не будут его убивать, пока не найдут негативы. Джефф ударил его по лицу. Кровь наполнила рот, но прежде чем он успел что-либо произнести, ещё один удар обрушился на его челюсть. Голова Стайлза откинулась назад, стукнувшись о спинку стула. Следующий удар пришёлся в живот. Стайлз согнулся вперед, задыхаясь и хрипя. Избиение продолжалось в течение нескольких минут. Стилински чувствовал, как его покидает сознание. Он слышал, как Лора кричит матом. Кто-то наступил Стайлзу на сломанную ногу. Он закричал. Жгучая агония прокатилась по телу, перекрывая любую другую боль. — Прекрати! Я не знаю! Не знаю! — дрожащим голосом вопила Лора. — Я не знаю, где они, клянусь! Он никогда не говорил мне! Стайлз перевёл взгляд на Лору. Пока Джефф избивал его, мужчина, привёдший Лору, держал её за руки, не давая подойти к Стайлзу. По её лицу катились слёзы. Джефф отступил и послал Стайлзу оценивающий взгляд: — Хорошо. Мужчина, держащий Лору, отрывисто кивнул. Стайлз ахнул: — Нет! Джефф отошёл от него. Лора подняла подбородок. Хук справа заставил Лору откинуть голову в сторону. — Может, сейчас Стилински заговорит? Он снова ударил девушку. — Прекрати! Она ничего не знает! — О, это конечно. Я хочу, чтобы рассказал ты. Лора умудрилась вдарить Джеффу между ног, повалив того на пол, как груду кирпичей, и плюнула на него: — Не говори им, Стайлз, не смей! Джефф поднялся и ударил девушку по лицу. Стайлз не мог на это смотреть, но у него не было выбора. Это был пиздец.