Птицы

Мёрдок сжал клюв сильнее, чувствуя, как пальцы мнут металл. Он знал, что это была всего лишь временная заклёпка, пока не будет готов полноценный и, самое главное, рабочий протез. Венсдей лично узнавал о сроках и о том, как будет выглядеть готовый вариант, корректируя его в соответствии с тем, как он выглядел раньше. Как бы глупо это не звучало, но за столько лет - он помнил Джеро куда лучше, чем собственную мать. Камо безразлично качнул головой, наклоняясь ближе, чтобы заглянуть орлану в глаза. Он знал, что тот любит так делать со своими жертвами, прежде, чем убьёт их и сожрёт. Впрочем, в последнем они были схожи и было бы смешно каннибалу — стать обедом для такого же каннибала. Круг жизни, да? Орлан потянулся вперёд, к шее марабу, открывая рот. О, да, Камо и об этом знал. Знал, что ещё десять лет назад, в одном городе находили тела с разорванными глотками и знал, что Венсдей был там, замещая шефа полиции. Странно, но марабу действительно находил в этом долю иронии. Он так усердно копался в жизни орлана, выискивал все, за что его можно было бы "заложить" властям, но в итоге спас его. А сейчас — станет ужином. Довольно мерзким на вкус, стоит полагать. Венсдей дотронулся зубами до розоватой кожи, на длинной шее птицы и сжал челюсти, пробуя плоть врага на вкус, как полагает гурману. Марабу дернулся, но скорее от испуга, нежели от боли. После всего что было, должно быть, тот привык к ней. Отстранившись, орлан вытер рот тыльной стороной ладони и ей же зажал рану на шее птицы. Его удивило недоумение на лице Камо, но не сказать что приятно, словно тот ожидал такого поворота событий — Падальщик. Мёрдок моргнул, настал его черёд удивляться. Неужели, он действительно решил, что тот собирается его съесть? — Гниль. Орлан поднялся с пола, убирая руку сначала с "клюва" Камо, а потом и с его шеи. Брезгливо отряхнув чистой рукой штаны от налипшей с пола пыли, Венсдей не оглядываясь вышел из палаты. Пройдя мимо поста медсестры и свернув в уборную, Мёрдок огляделся и поднёс руку ко рту, собирая языком остатки крови.