Птицы

Мёрдок хрипло выдохнул, прежде чем дотронуться до шеи марабу. Кажется, тот никогда не был более открыт и беззащитен, чем сейчас. Наглотавшись воды, лишившись двух ног и части клюва — птица с трудом вытащила тело орлана на берег и, кажется, потеряла сознание от боли. Спасая "напарника" , Джеро допустил ошибку, подставившись сам. Вокруг все было в крови, что странно, медного цвета. Не красная, не бордовая, а именно медная, почти в цвет глаз Камо. Венсдей сжал горло марабу, выдавливая из него последние капли жизни. Никто и не поймёт, что умер тот не захлебнувшись. Если будут вопросы, то орлан спишет это на самооборону. Ему поверят, а Джеро нет. Бесполезный падальщик, каннибал и теперь — калека. Мёрдок избавит его от страданий и позора. Разжав руки, Венсдей прислушался - птица не дышала, пульса не было. Значит — всё. Он мёртв. Поднявшись с земли на дрожащих ногах, орлан снял насквозь мокрые вещи, отжимая воду вперемешку с кровью, своей и чужой. Сначала он не расслышал, слишком глубоко ушёл в свои мысли, но закончив с одеждой — подумал, что ему показалось. Подойдя ближе, прижав голову к груди птицы, он услышал стон, тихий, на грани. Мёрдок дотронулся до шеи Камо, выше странного шрама и синяков от своих пальцев. Пульс прощупывался. Слабо, очень слабо, но он был — Живучий.