Say I'm just an old friend

Алекс ходила взад-вперед по своему дому, смотря на уходящий за горизонт солнечный свет. В ее руках был телефон, на экране — номер Лютор, который она почему-то не решалась набрать. Старшая Дэнверс ощущала ответственность и все-таки боялась, что все абсолютно испортит, но... но несмотря на всю свою рациональность, из-за которой они стали с Леной подругами, она чувствовала, что поступает правильно. Пошли гудки. Два, три... Алекс уж думала, что все это зря, что Лена не возьмет, и лучше сбросить, пока не стало слишком поздно, как: — Алекс! Все в порядке? Лена звучала очень нервно. — Привет, — Алекс не лучше, — давно, кажется, не общались. — Да, ты извини, я вся в работе была... — Как и Кара, — усмехнулась Дэнверс. Они ни разу с их расставания не вспоминали имя Кары, поэтому несложно было догадаться, что Алекс была в курсе всего случившегося. — Она тебе рассказала? — Конечно, я же ее сестра. — Да уж, — Лена сказала это так тихо, что еще чуть-чуть, и микрофон бы уловил лишь помехи. — А еще я твоя подруга. — Д-да... почему твой голос такой хитрый? — Ты посчитаешь это бредом. — Конечно. Но когда это мешало мне вляпываться во всякое говно, — отшутилась Лена. — Я знаю график Кары на всю следующую неделю. Как насчет неслучайной случайной встречи? — Алекс... — Лена сказала это на выдохе, а потом тихо рассмеялась, немножко нервно и даже неуверенно, — мне не кажется это хорошей идеей. Это выглядит как... — Словно я пытаюсь свести вас? — М... да. Боже, как сложно об этом говорить. Ты знаешь, я не хочу этого. То есть, если мы это провернем, то это окажется чем-то более серьезным, чем это есть на самом деле. А если нам повезет встретиться случайно, то... то это как бы не моя, не твоя и не Кары ответственность, понимаешь? Я думаю, ты понимаешь. — Понимаю. А еще слышу, как твой голос дрожит, и это значит именно то, что мы обе прекрасно знаем. Но я скажу тебе вот что: завтра у нее две встречи, между ними есть время, в которое ее гипотетически можно где-то поймать. Решай сама, хочешь ли ты воспользоваться возможностью. Позвони, если передумаешь. — Ты странная, — по-доброму констатировала Лена, — пока, Алекс. Дэнверс не успела попрощаться, как Лютор сбросила. Однако не прошло и десяти минут, в которые Алекс пыталась приготовить себе обед, как телефон снова зазвонил. — Я передумала. — Пришлю адреса и время в смс. И попробуй только спалиться, что я тебе помогала, — мне перегрызут сонную артерию. — Да уж, сестры Дэнверс, вы такие. Надеюсь, ты права, и все это не зря. — Эй, гений, не сбрасывай всю ответственность на меня. У тебя своя голова на плечах, и мое дело было лишь предложить, но как ты этим воспользуешься — уже полностью твоя забота. Если у тебя на встрече с ней потечет слюна, то я тут не причем. Сама все испортишь! Лютор засмеялась и, кажется, впервые Алекс услышала ее такой живой. Дэнверс не могла не улыбнуться.

***

Лена нервничала. И не потому, что запланировала это безумство не без помощи сестры-предательницы, а скорее потому, что кафе, где по плану должна пройти одна из встреч Кары Дэнверс, находилось прямо напротив бизнес-центра, где работала Сэм. Что, к слову, делать со своей девушкой, Лютор не представляла. Как будто все, что было между ними, резко перестало что-либо значить. И не то чтобы Лена была такая сердцеедка, которая после одной-единственной истинной любви пошла по бабам. Сэм правда ей нравилась, но сейчас она напоминала мираж, потому что то самое, то глубокое и настоящее снова долбилось чуть ли не головой в душу Лены. Она не могла с этим ничего сделать (по правде говоря, просто не хотела, потому что хотела бы — смогла бы). Лютор пришла несколько позже назначенной встречи, чтобы как бы невзначай сесть напротив Кары и разыграть эту глупую сценку. Боже, она чувствовала себя ужасно и прекрасно одновременно. Может, это правда не зря. Может, что-то между ними и было кончено, но кто сказал, что нельзя начать новое? Лена двигалась медленно, чтобы успевать оглядывать посетителей. К счастью, их было не так много, поэтому она легко заприметила Кару в том самом голубом платье и мужчину с ней, который сидел напротив и о чем-то увлеченно рассказывал. На секунду Лютор показалось, что это ее парень или какой-то потенциальный ухажер, но вполне возможно, что все это просто по работе. Больше не позволяя себе смотреть в сторону Дэнверс, Лена зашла в кафе и совершенно спокойно, насколько она могла, прошла к столику напротив и села так, чтобы Кара, кинув случайный взгляд за спину собеседника, могла ее увидеть. Когда Лютор села, она не сразу подняла голову — сначала поправила юбку, потом поставила рядом с собой на стул сумку, откуда достала расческу и привела в порядок свои волосы. К ней успела подойти официантка, которая принесла меню и с вежливой улыбкой уточнила, не готова ли Лена сразу сделать заказ. Та отказалась и уткнулась в меню, хотя буквы с трудом складывались в предложения. Лена задавалась вопросом, увидела ли ее Кара, но не решалась посмотреть в ее сторону, так как не знала, как сделать свой взгляд максимально удивленным в случае, если девушки заметят друг друга. Поэтому на протяжении еще нескольких минут Лютор продолжала изучать меню, хотя в итоге согласилась только на холодный кофе. К ней подошла официантка, чтобы принять заказ, и Лена поняла, что вот он, идеальный момент. Когда официантка отправилась в сторону кухни, Лютор как бы начала осматривать помещение кафе и — о боже, как глупо это выглядело! — невзначай посмотрела на Кару. Та резко отвела взгляд — заметила, получается. Лена усмехнулась и ненадолго посмотрела себе под нос, как бы демонстрируя эмоцию «Вот это встреча!», а потом снова взглянула на Дэнверс. Насколько она могла судить, Кара нервничала. Она завела руку за шею и стала водить пальцами у основания волос, как-будто бы потирая больное место. Опустив взгляд, Лена заметила, что ноги девушки под столом были сжаты, и, может, ей показалось, но Кара вроде как даже пыталась не дергать носиком туфли, как она обычно делает, когда не знает, куда деться. Больше Лена не позволила себе смотреть на Кару и достала телефон. Правда, она не учла один нюанс — встреча Дэнверс могла затянуться на час-полтора, а то и больше, и было бы странно Лене... ну, это бы выдало ее намерения, если бы она все это время оставалась здесь. Так что нужно было как-то договориться о встрече без ожидания, когда разговор с собеседником закончится. Лютор начала перебирать варианты, и самым логичным выходом для нее была бы попытка заманить Кару в туалет каким-нибудь многозначительным взглядом, но как это сделать? Теперь Дэнверс не смотрела на Лену от слова совсем, даже если та издавала резкие звуки. Не факт, что она посмотрит, если Лютор пойдет в сторону туалета. Но попробовать бы стоило... Лена встала, взяв с собой телефон, но оставив сумку на стуле (все равно в ней ничего важного, а Финикс не особо славился грабежами средь бела дна). Пока она вставала, пока шла до туалета, Лютор аккуратно следила за взглядом Кары, чтобы поймать его и подать сигнал, но, как она и подозревала, это было дохлым номером. Дэнверс не реагировала. Поэтому Лене пришлось, смотря на себя в зеркало, придумывать новый план. Иронично, что такая гениальная женщина, как Лена Лютор, владелец целого холдинга, растрачивает свой потенциал на попытки привлечь внимание девушки. Впрочем, была бы это просто девушка... Выходя из дамской комнаты, Лена все еще была без вариантов. Однако думать дальше и не пришлось, потому что пока она отсутствовала, на столе появился не только кофе, но еще и записка. Лютор, впрочем, догадалась, что это было написано официанткой, так как почерк не тот, да и бумага как раз была не из блокнота Кары. «Завтра, здесь, 8 вечера». Лена попыталась сдержать свою радость, поэтому опустила голову, пока сворачивала записку вдвое и запихивала ее в маленький внутренний кармашек сумочки. Потом Лютор взяла телефон и быстро напечатала сообщение: «Ты по-прежнему странная, но план сработал», — очевидно кому отправила его Лена. Ответ не заставил себя долго ждать: «Я предполагала. Теперь все в твоих руках». Лена не понимала, как буквально две встречи заставили ее вернуться вновь в то время, когда она любила Кару. Конечно, она не переставала что-то к ней чувствовать, но по крайней мере это не мешало ей двигаться дальше. Встречаться с Сэм. А теперь случился какой-то непонятный switch, и уже Сэм казалась прошлым, а Кара — настоящим.

***

— У вас, психотерапевтов, всегда такие мягкие кресла? Как будто бы успокаиваете именно ими... в этом твой секрет? — пролепетала Кара, сидя на приеме у специалиста, к которой ходила уже на протяжении всех трех лет после расставания с Лютор. Сейчас встречи с психотерапевтом случались редко, конечно, и исключительно по необходимости, но проблемы, свалившиеся к Дэнверс на голову, в связи с появлением Лены были той самой необходимостью. — Кара, — темнокожая девушка мягко улыбнулась. Ее низкий, но бархатный голос действовал на Дэнверс как колыбельная, — я знаю, что ты начинаешь говорить обо всем на свете, когда тебя что-то сильно беспокоит. И я могу обсудить с тобой кресла, если ты не готова говорить о чем-то личном, но точно ли кресла — то, зачем ты ко мне пришла? — Конечно, нет... — выдохнула Кара и растеклась по креслу, устремив взгляд в потолок, — все идет не так, как я планировала, но я не могу понять, рада ли я этому или совершаю ошибку. — Ты как никто другой знаешь, что жизнь состоит не из одних только планов. — А еще я знаю, что если что-то случается, то я тот самый человек, который выбирает, как реагировать и действовать. — Верно. И тебе не нравится твой выбор? Может, расскажешь поподробнее? — Лена. Она в Финиксе. — Это для тебя неожиданность? — Да, я совершенно не думала, что она будет тут. Что я ее встречу. Ну, я знала, конечно, что в ее холдинге состоит страховая компания из Финикса, но... она такая маленькая, что я даже подумать не могла, что Лена окажется здесь. Не ради нее точно. — Вероятно, есть еще детали, которых ты не знаешь. Все-таки вы не общались... — ... три года. — Три года, верно, — кивнула психотерапевт, — что именно тебя смущает в том, что она тут? — То, что я уже трижды с ней столкнулась в абсолютно разных местах. От бара, где я привыкла расслабляться, до моего рабочего места и кафе, где я обычно провожу рабочие встречи. Она как будто приехала не в город, а в мою жизнь. — Понимаю, почему у тебя возникают такие ассоциации. Три встречи за короткий срок правда могут выбить из колеи. Но мне казалось, что мы проработали с тобой все, что связано с Леной. Знаю, триггеры остались, и очень сложно сделать так, чтобы их не было, но что именно во всей это ситуации тебя так беспокоит? — То, что я согласилась с ней выпить кофе. И это уже будет не случайная встреча, а мой выбор. Моя ответственность. — Ты боишься, что начнешь ворошить прошлое? Или она влезет в твои личные границы? Насколько я помню, Лена всегда предельно уважительно к этому относилась. — Да, она никогда не лезла туда, куда ее не просят, и поэтому... — Кара закусила губу и закрыла глаза. — ... поэтому ты ее любила. — Да, — выдохнула Дэнверс, которая уже очень давно не говорила таких слов и не вспоминала вслух все то, что связывало ее с Леной. — Давай тогда подумаем о том, что может тебя ждать на встрече. Соединив твои желания, твои возможности и то, какая по твоему мнению Лена. Как ты думаешь, как все пройдет? Кара начала медленно выдавливать из себя слова, погружаясь в ситуацию, которая вызывала в ней одновременно и ужас, и предвкушение, и какой-то непонятный нервоз, от которого потело под коленками и все тело пробивало дрожью. Дэнверс понимала, что ничего критического не случится, что Лена не начнет признаваться ей в любви с порога и просить прощения, не будет вести себя агрессивно-настойчиво. Лютор была холодной, собранной и сдержанной женщиной, которая держала под собой целую империю. Она умела владеть собой. Хоть Кара и знала ее другую, более теплую и открытую сторону. — Смотри, все, что ты рассказала, звучит не так ужасно. Или мне кажется? — Ты права. Я тоже так думаю, во всяком случае. Я больше переживаю, что просто одно ее присутствие будет для меня серьезным триггером. Боюсь, что сама отпущу контроль. — Как именно поступать, решать тебе, Кара. Мы с тобой определили, что Лена не станет тебя намеренно провоцировать. Но это не исключает слишком бурной реакции, потому что она действительно один сплошной триггер. Тебе стоит понять, зачем тебе вообще нужна эта встреча. — Я пообещала... когда мы столкнулись во второй раз, она позвала меня на чашечку кофе. Я ляпнула, что если ее хоть раз еще случайно увижу, то соглашусь. Собственно, вот. — То есть, для тебя важно сдержать обещание, так? Возможно, тогда ты почувствуешь спокойствие после того, как встреча завершится. Так как ты сказала — ты сделала. — М-м-м... — промычала Кара в ответ. — Но ты, судя по твоей реакции, так не думаешь. — Просто я знаю себя. Я не сдержу обещание, если на самом деле не хочу этого делать. Я-то и обещаний стараюсь не давать по этой же причине. Но тут... тут что-то действительно глубже, и поэтому я ощущаю себя так странно. — А что будет, если ты откажешь ей? — Думаю, что я буду ощущать неопределенность. Хотя, вроде бы, все и так понятно... — Неопределенность — это ужасно. Судя по всему, для тебя лучший вариант — пойти на встречу? Или как ты думаешь? — Наверное, так. Надо просто подготовиться, хотя опасность все равно в пределах минимума. Думаю, что все будет хорошо. Да. Все будет хорошо.

***

Лена лежала в постели, на ее плече дремала Сэм, которая активно до этого намекала на секс, но Лютор не смогла согласиться. Она была чересчур напряжена и углублена в себя, что могла легко даже в столь увлекательном процессе могла легко зависнуть и уткнуться взглядом в темноту. Поэтому она честно сказала, что ощущает внутреннее беспокойство, но настоятельно попросила Сэм не лезть, пообещав, что в скором времени сама все расскажет. Она винила себя за эти мысли, так как ощущала себя той, кто и в хвост, и в гриву использует Сэм, но стоит только Каре позвать и... и Лена побежит, забыв о той, кто все это время о ней заботился. Но несмотря на это, Лютор понимала, что будет еще хуже, если она продолжит врать себе. Она действительно чувствовала себя так, словно готова дать себе второй шанс и заслужить прощения Кары. Но при этом, если та откажет, она придумает красивую сказку для Сэм и постарается остаться с ней. Лена чувствовала себя ужасным человеком. С этими мыслями она уснула вместе с Сэм и проснулась, когда ее уже не было. С одной стороны, Лютор выдохнула и поняла, что осталась одна в квартире и может не скрывать свое зависшие состояние. С другой стороны, ей бы очень хотелось какой-то своей рациональной частью остаться в том мире, где она любила Сэм, и чтобы ее поддержки было бы достаточно, чтобы со всем справиться. Но жизнь состоит не только из планирования, так ведь?... Этому ее научила Кара. Лена забила это чуть ли не на подкорку, пусть и по-прежнему не упускала возможности все контролировать и минимизировать любые неожиданности, особенно неприятные и выводящие из равновесия. Весь день она провела как в тумане, подобно приведению перемещалась по квартире и выполняла какие-то механические действия, позволив своим мыслям свободно гулять в ее голове и дергать за все на свете ниточки. И все же Лена удивлялась тому, как сильна в человеке вера. Даже если нет шансов, даже если 3 года прошло, а Кара не подала ни намека на то, что хочет все вернуть, все равно... все равно периодически Лена чувствовала себя так, будто все сводится к тому, что они обязаны всему миру показать средний палец и быть вместе. Время текло то очень быстро, то предательски медленно, и Лене показалось, что ни один любой другой день не ощущался так интенсивно, как это проклятое ожидание. Но как бы там Лютор не хотелось подгонять стрелки часов, медленно, но верно они показали половину седьмого. Девушка начала собираться и старалась делать это как можно медленнее, ведь до места встречи ей от силы тридцать минут на такси. Лена надела холодное бордовое платье, но не такое официальное, как обычно. Оно краешками держалось на плечах, волнами спускаясь на ее грудь и образуя там как будто бы небольшое море вина (или крови, кому как угодно). Рукава заканчивались чуть выше локтей, а низ — почти ровно на коленях. Ее платье как будто флиртовало, но при этом говорило, что на большее и не надейся. Не то чтобы это как-то относилось к Каре, но... но ей должно было понравиться. Почему Лена об этом вообще думает? «Какая несуразная глупость происходит», — в тысячный раз подумала Лютор, аккуратно подчеркивая карандашом контур губ. На ее шее красовалась тонкая золотая цепочка с миниатюрным прозрачным камнем, который лишь при интенсивном свете ярко сверкал. На левой руке золотые, такие же тонкие часы. Она выглядела роскошно, хоть и, на самом деле, не вкладывала никакого смысла в свой наряд. Ей просто хотелось чувствовать себя хорошо.

***

— Привет, — мягко, дружелюбно улыбнулась Дэнверс, когда к ее столику подошла Лена. — Добрый вечер, — тихо ответила Лютор и улыбнулась краешками губ в ответ, — извини, что задержалась. Авария на дороге. — Все в порядке, — хотя, на самом деле, Кара успела подумать, что Лена струсила и решила не приходить. Ей даже почти начало казаться, что так будет лучше. Кара молча изучала меню, пока Лена устраивалась напротив, и не знала, как начать разговор. И стоит ли вообще... боже, о чем вообще могут говорить те, кто привык говорить друг с другом обо всем на свете? А теперь вообще неясно, будет ли это уместно. — Рассказывай, как жизнь в Финиксе. Как... работа? Ты наверняка добилась крутых результатов, — Лена не знала, откуда в ней столько непринужденности, но надо было пользоваться случаем, пока волнение не вскружило ей голову. — Да знаешь, город как город. Но в Кэт Ко у меня правда много всего интересного. Я пообщалась с такой кучей людей, что, наверное, у меня скоро язык отсохнет, — Кара обреченно вздохнула, но скорее наигранно, чтобы как-то проверить почву. Лена рассмеялась. И с этой секунды они обе расслабились. — Что же, это именно то, чего ты и хотела. Я рада, что у тебя все получается. Хотя кто вообще в тебе может сомневаться. Официантка принесла Лене бокал красного вина и какой-то салат с морепродуктами. — Интересное у тебя кофе. — Хочешь такое же? — улыбнулась Лена и окликнула официантку, которая почти успела уйти. — Давай, — Кара как будто отправилась куда-то в прошлое — в то время, когда она частенько не знала, что хочет в кафе, и Лена решала за нее. К счастью, она никогда не выбирала то, что Дэнверс могло бы не понравиться. — Принесите второй бокал, пожалуйста. — Конечно, — девушка улыбнулась и пошла в сторону кухни. — Надеюсь, я не слишком настойчиво себя повела, — Лена обеспокоенно посмотрела на Кару. — Все в порядке. Даже забыла, каково это. «Зачем я это сказала. Я начинаю вообще ненужный для нас разговор!», — подумала Кара и молча взмолилась, чтобы Лена поняла, что это ошибка. — Хорошо, — и она поняла, коротко кивнула и прикоснулась губами к вину, — и правда неплохое. — То есть ты заказала мне второй бокал, не зная, что это вообще такое? — Именно, — нахмурилась Лютор, как будто не видела в этом проблему, — я сама импровизация! — Ты-то, ага, — усмехнулась Кара и закатила глаза. «Давай, позакатывай мне тут еще глаза», — про себя подумала Лена, но решила, что это будет слишком фамильярной шуткой. Да и напоминающей о слишком многих других событиях, о которых пока рано говорить... Около часа девушки говорили обо всем на свете. С каждой минутой их шутки становились все свободнее, смех — все громче, а движения — более открытыми. Они как будто забыли о том, что было раньше, и позволили отпустить контроль. Иначе бы просто уже сошли с ума. В один момент между ними повисло короткое молчание, но оно не было наполнено излишней неловкостью. Лишь каким-то легким смущением. — Кара... — голос Лены прозвучал тихо, что Дэнверс сразу уловила резкую смену тональности, да и вообще направления разговора. — М? — Послушай... я правда не хочу лезть не в свое дело. Но мне бы хотелось обсудить то, что произошло три года назад. Однако, — она подняла ладонь вверх, показывая, что перебивать ее не стоит, — я помню, что ты не любишь обсуждать такие вещи в публичных местах. А тут уже много народу. И если ты не посчитаешь это наглостью, я бы пригласила к себе. Без каких-либо намеков, правда. Просто поговорить. — Лена, я... — Я пойму, если откажешься. Ты имеешь право, конечно. — Как и ты имеешь право попросить, все в порядке, — Кара еле-заметно улыбнулась, — хорошо, давай обсудим, но только при условии, что мы не будем ударяться в крайности, обвинять друг друга и плеваться эмоциями. — Идет, — кивнула Лена и выдохнула, — счет, пожалуйста, — сказала она это проходящей мимо официантке. Через минут семь девушки уже были на улице и ждали такси в полной тишине. Каждая, скорее всего, думала о предстоящем разговоре, но представляла что-то свое. Хотя ни одна из них не была наверняка уверена, как все пройдет, ведь можно сказать лишь одно неверное слово, чтобы любые договоренности полетели к чертям. Лена протянула руку перед проезжающем мимо автомобилем, и он остановился. Кара ловко приземлилась на заднее сидение, а Лютор, к удивлению обеих, открыла переднюю дверь такси. Ей нужно было хотя бы немного отстраниться от младшей Дэнверс, так как несмотря на всю легкость их общения, тяжело было воспринимать человека, который на протяжении трех лет ни сном ни духом, а тут уж четвертый раз за... сколько? Полторы недели? Иронично. С другой стороны, Лена понимала, что в ее силах было все это прекратить еще тогда, когда Алекс позвонила. Это был ключевой момент, в который было важно принять мудрое решение. Но Лютор решила, что к черту эту вашу мудрость, как будто кому-то когда-либо от нее было лучше (было, еще как, но кого это волнует, да ведь?). Девушки ехали в тишине, каждая в своих мыслях. Лена наслаждалась молчанием и собирала все, что хотела бы сказать, в кучу, и отфильтровывала ненужное. Говоришь лишнее точно не было бы ей на руку. Впрочем, от нее этого ожидать не стоило, сдержанность — чуть ли не единственное, что вкачивали в Люторов с самого рождения вместе с материнским молоком. Но тем не менее с кем угодно может случиться что угодно. — Скоро приедем? — Минут пять, — не смотря в сторону Кары ответила Лена. Все так и было. Через несколько минут они уже оказались в небольшой, но достаточно уютной однокомнатной квартире. Дэнверс мысленно задалась вопросом, почему Лена, будучи богатой и успешной женщиной, решила не заморачиваться над комфортом и выбрала весьма посредственный вариант. Конечно, это не была убитая в хлам квартира, но и не отличалась какими-то изысками или технологичностью, что было куда ближе Лене, чем вычурная роскошь. Но Кара не решила задавать какие-либо вопросы — по правде говоря, она всегда ощущала себя немного не в своей тарелке, когда смотрела на инновационный холодильник и не могла понять, с каким именно бубном нужно плясать, чтобы эта пресвятая машина, кормящая всех и вся, наконец соизволила открыться. Сейчас, оказавшись в окружении достаточно обычной мебели, немного даже постаревших стеллажей с не менее потрепанными книгами, и диванов, с которых хоть пыль выбивай, Кара почувствовала себя комфортно. Правда, диваны, конечно, были в идеальном состоянии, но тем не менее выглядели они как настоящие пылесборники. — Что-нибудь будешь? Выпить, поесть... хотя, если честно, из алкоголя у меня только остатки красного вина, из «детского» — пара пакетиков зеленого чая. Ну и вода из-под крана. — Да мы прямо в ресторане, — усмехнулась Дэнверс и прошла в сторону зала, где стоял один лишь диван, небольшой столик, куда можно разместить от силы пару бокалов или чашек, ну и, может, одну тарелку. И телевизор еще здесь был, неоправданно большой и дорогой по ощущениям. Он буквально занимал чуть ли не всю стену, по крайней мере, так чувствовалось на фоне общего минимализма. «Очень по-холостятски», — подумала Кара, хотя быстро одернула себя, вспомнив о девушке из бара. Внутри что-то укололо. И не от ревности, неприязни или даже ненависти, а скорее от того, что Лена просто не нашла ничего лучше, кроме как представить Кару как давнего друга. Какой-то полнейшний бред. — Так что ты будешь? — А, прости, я засмотрелась на твои прекрасные хоромы, — быстро переключилась Кара, — а остатков вина хватит на двоих? Лена оценивающе посмотрела на бутылку. — С натяжкой, но да. — Тогда давай. «Что же, нажраться сегодня не получится», — мысленно разочаровалось Лютор. Наверное, диалог был бы другим, будь они обе хотя бы подшофе. Но, увы, одного бокала в кафе и этого несчастного красного маловато. Придется говорить серьезно, получается! Лена быстро и ловко — еще бы! — разлила вино и зашла в зал, на секунду помедлив. Почему-то она занервничала, думая о том, что ей придется сидеть с Карой на одном диване, который, к слову, не был таким уж большим. Буквально 2,5 сидения. И на том, впрочем, спасибо, не придется говорить и видеть, как близко располагаются губы Кары. Лютор быстро отогнала ненужные мысли и села рядом, поставив два бокала перед собой. Повисла неловкая тишина, так как обе понимали, что сейчас их ждет, но ни одна не решалась начать разговор. Впрочем, Лена понимала — инициировать ей, раз уж она позвала Кару для того, чтобы обсудить произошедшее. — Что же, предполагаю, что мне нужно начать... — Лютор не знала, как вообще вести такие разговоры. Договориться о покупке страховой компании? Как нех... легко, в общем. Купить выгодно офис у конкурентов? Раз плюнуть. Обсудить чувства, расставания, тревогу? А где тут выйти, простите? — Предполагаю, что так, — кивнула коротко Кара, которая изо всех сил старалась держаться уверенно. Но на ее неловкость и даже растерянность указывало буквально все: от ерзания задницей по дивану до пальцев, которые выстукивали напряженный ритм на стекле бокалов. — Было бы это так просто, — выдохнула Лена, чем, наверное, впервые выдала чуть ли не самую искреннюю эмоцию, чем привлекла более пристальное внимание Кары. — Ты не обязана это делать, если на самом деле не готова. Я не буду ругаться за то, что ты под липовым предлогом затащила меня к себе домой, — блондинка пыталась шуткой разбавить атмосферу, и Лютор даже улыбнулась, но по ее нервно поднятым уголкам губ и полузакрытым глазам было понятно, что это не особо помогает. — Нет, я должна это сделать. Я... я просто... я просто себя не простила. До сих пор. Меня это мучает. «Стебешься? Ты позвала меня, чтобы наконец себя простить? Очень умно, но для этого достаточно сходить к психологу», — хотелось ответить Каре, привыкшей за эти 3 года быть несгибаемой и местами даже грубой, но сейчас... сейчас стоило ей посмотреть на Лену, как все мысли куда-то исчезли. Она определенно любила эту женщину. Любила где-то глубоко в душе, настолько глубоко, что даже забыла, как это было — встречаться с ней, держать ее за руку, целовать в шею и вдыхать запах ее духов. В ее голове были воспоминания, и сейчас они вихрем вертелись буквально повсюду, но как будто ровно никак не задевали Кару. Они не были чем-то плохим для нее, не были хорошим — просто как факты прошедших лет, которые были и были, которые чему-то научили. Дэнверс определенно закрылась, упрятала все чувства в коробочки, которыми обычно любила обставляться Лена. Но сейчас она взглянула на до боли знакомого и близкого человека под другим углом: Кара впервые увидела, каким разбитым может быть кто-то по своей собственной вине. Лена как будто бы казалась меньше, чем обычно, пусть даже и сидела так же элегантно, как и обычно. Ее осанка была идеальна, изгибы такие же изящные и жесткие, что одним своим видом Лютор могла показать, что с ней лучше не иметь дел. Но сейчас... сейчас все ее силы не могли перевесить то, как отчаянно она выглядела. Кара не знала, как объяснить это себе, но она сразу же поняла, что если и может чем-то помочь справиться с чувством вины, то готова потратить на это время. — Я не представляю, если честно, как я могу помочь тебе простить себя. Я могу сказать, что отпустила произошедшее. Могу сказать, что понимаю, что не была рядом так, как тебе нужно. И как бы люди друг друга не любили, если их ритмы жизни не совпадают, да еще и расстояние в придачу, то это... это сложно. Сложно быть вместе. — Ты права, но я вела себя как подросток. Наверное, я просто хочу, чтобы ты знала, — мне жаль, — Лена взглянула на Кару, но лишь на секунду, а потом уставилась куда-то в свой бокал. — Мне тоже. Жаль, что все так вышло. Если тебе интересно, я не считаю тебя ужасным человеком. Измена не делает тебя последней сукой. — Последняя сука я по абсолютно другим причинам, уж поверь, — отшутилась Лена, и Кара улыбнулась, — очень жалею, что тогда не понимала, насколько тебе нужен зрелый человек рядом с тобой. Я так... не выросла? Боже, это странно говорить, когда владеешь целым холдингом и считаешься чуть ли не единственной женщиной-гением, не находишь? — Абсолютный парадокс, — улыбнулась Кара, — ты знаешь, я тогда тоже не была такой уж взрослой. Иначе бы ты не называла меня пташкой. «Она запомнила», — Лена улыбнулась от этой мысли и сделала глоток. Она почувствовала, как в горле все пересохло. И не столь от обезвоживания, сколько от волнения и стресса, которые выжигали чуть ли не все силы организма. — Значит, мы обе сейчас изменились. Я не уверена, что как-то сильно научилась встречаться с кем-то, потому что... — тут Лена вспомнила про Сэм и прикусила губу, не зная, стоит ли вообще ее приплетать, — потому что мои отношения сейчас тоже идут под откос. И, кажется, если бы я поумнела, то этого бы не произошло. — Ты ведь знаешь, что это дело двух людей. Сэм... —... идеальная. И все было хорошо, пока... пока мы не встретились с тобой. Я не виню тебя, боже! Не подумай только. Просто это какое-то сумасшествие. И даже если наш разговор сейчас просто поставит более уверенную точку в наших отношениях, я не уверена, что смогу вернуться в свои. Я как будто... как будто ты пришла, и я проснулась. Я ведь не была настоящей с Сэм, хотя, безусловно, ни разу ей не врала и не пыталась что-то намеренно из себя строить. И я сейчас вообще, если честно, не хочу говорить о Сэм. Я просто пытаюсь описать, что происходит. Надеюсь, это не лишнее? — Нет, мне хочется знать, что происходит. Я просто до сих пор не могу понять, как мне тебе помочь. — Я должна сама себе помочь. Наверное, мне просто надо было хоть с кем-то поговорить по-настоящему. Типа... типа только с тобой я так могла. И могу. Да, могу. Каре хотелось поддержать разговор, но он как будто бы не клеился. Ее фразы выглядели дежурными, а высказывания Лены — такими искренними, но на них абсолютно не находилось ответа. — Я запуталась. По-моему, говорю обо всем, но ни о чем одновременно. — Есть такое, — кивнула Кара, — но это ничуть не странно. — Как ты вообще? Все эти 3 года? — Ох, так спросила... — блондинка усмехнулась, — словно интересуешься, как у меня прошел день. Но, знаешь, по ощущениям мало что поменялось. Я безусловно рада работать в таком крупном медиа, но даже жизнь репортера как-то напоминает рутину. Люди, тексты, отчеты — и так по кругу. Я прихожу домой, уставшая падаю на кровать, а потом просыпаюсь и опять. Как-то так что ли. — Но ты изменилась, несмотря на все, — улыбнулась Лена, немного расслабившись. — Ты тоже... кажешься мне другим человеком. — Надеюсь не слишком уж ужасным? — Лютор приподняла бровь и взглянула на Кару, которая расплылась в улыбке. — Нет, что ты. Ощущение, словно знаю тебя тысячу лет, но в то же время не знаю совсем. Ты мало что рассказала, поэтому не то чтобы я могу судить... Лена пристально посмотрела на блондинку, от чего та ощутила какую-то странную неловкость. «Почему она так на меня смотрит?», — подумала Кара, пока смотрела, как Лена резко ставит бокал на стол и поворачивается к блондинке, упрямо смотря той в глаза. — Миледи, а можно с вами познакомиться? Кара на секунду опешила, но взгляд Лены был такой игривый и серьезный одновременно, что она не могла не подыграть. — Кара. Кара Дэнверс. Как звать вас? — блондинка, не сдержав улыбки, пожала протянутую руку. — Лена Лютор. Не сочтите меня излишне настойчивой, но я бы хотела, чтобы завтра вечером вы сопроводили меня на одно светское мероприятие. Это не слишком безумно, учитывая, что мы знакомы буквально минуту? — Боюсь, что это фантастически безумно, — пожала плечами Кара, убирая руку, — но я люблю безумцев. Поэтому рискну сказать «да».