Contract for life

Чонгук подошёл к ближайшей койке и отшатнулся от увиденного: внутренности охотника были наружу, руны в некоторых местах срезаны, пальцы переломаны также, как и остальные кости тела, из вены перетекала кровь в какую-то машину, которая смешивала ее с другими, и по другой трубке эта смесь перетекала назад в тело. Нефилим поднял взгляд к ещё узнаваемому лицу и с ужасом узнал в нем недавно пропавшего молодого охотника. Посмотрев вбок омега также увидел мага, с которым когда-то пересекался в Башне. – Это же Хеншик, – едва слышно произнёс Тэхен, рассмотрев рядом лежащего вампира. – Не так давно он пропал... Чонгук подошёл к другу и мягко погладил по плечу, поддерживая. Он знал этого вампира, они с Тэхеном хорошие приятели. Были... Охотник снова посмотрел на тела. Если здесь не так давно исчезнувшие, значит... дальше будут те, кто уже давно считается пропавшим без вести? Чонгук пошёл вглубь, переводя взгляд с одной тройки на другую. У него было такое ощущение, словно он перелистывает учебник по биологии, в котором подробно нарисованы изменения тел. Потому что с каждой новой тройкой вид становился все хуже и хуже. Постепенно начинали угадываться черты тварей, с которыми Чонгук не так давно встречался. Выбор именно такого набора жертв был вполне понятен: у вампиров есть крылья, магия людей с демонической кровью вкупе с рунами охотников даст практически бессмертное существо. Повезло, что по какой-то счастливой случайности они быстро нашли слабые места этих тварей. И все-таки за этим всем кошмаром стоит маг. И не просто маг, а специализирующийся на некромантии. Иначе как бы он смог оживить мёртвых чудовищ, в которых не осталось никакого разумного сознания? – Нужно остановить это, – Чонгук указал на машины, смешивающие кровь, – Они все мертвы, нам никак не спасти их, мы можем лишь прекратить этот кошмар. Намджун и Тэхен кивнули и отправились к аппаратам, стоящим у коек. Чонгук успел отключить три работающие машины, как вдруг приглушённый свет помещения неожиданно стал ослепительно ярким, а в ушах зазвучал ужасный писк, от которого омега схватился за голову. – Так, так, – сквозь жуткий звук и наплывающую на сознание темноту, Чонгук ухватился за голос. – У меня гости. Как неожиданно, – раскатистый злобный смех был последним, что услышал омега прежде, чем потерять сознание.

~~~

Чонгук нахмурился из-за пульсирующей боли в голове. Яркий свет, направленный практически в глаза не улучшал ситуации. – Аааааа, очнулся? – притворно сладким голосом произнес маг и подошел к кровати охотника, отчего омега наконец узнал его. Это был Марк – альфа, с которым он столкнулся когда-то в спортивном зале. – Узнал? Похвально, похвально. Как удачно вы ко мне забрели. Такая идеальная компания, – маг оглядел соседние койки, на которых ещё без сознания лежали Тэхен и Намджун. – Ну, их судьба очевидна, а вот у нас с тобой есть два выхода: я с горькими рыданиями прибегаю в Башню, говоря, что видел, как тебя растерзала тварь, но не успел спасти, или... – Чонгук насмешливо вскинул бровь, как бы показывая, что он внимательно слушает альфу. – Ты молчишь обо всём, что здесь видел, и спокойно возвращаешься домой. Но мы расстанемся ненадолго, я выиграю поединок, – слева послышался злой выдох – это очнулся Тэхен и услышал последнее предложение. – А кишка не тонка? – омега хрипло рассмеялся, тем самым стирая с лица альфы победную ухмылку. – Ты проиграешь. И я не оставлю своих друзей в твоих грязных лапах. Тем более не буду молчать о том, что ты здесь вытворяешь. – Что ж, тогда добро пожаловать, – на лице Марка снова расплылась ухмылка, он отошёл чуть в бок, чтобы пододвинуть что-то ближе к койке Чонгука. – Уверен, ты станешь одним из самых прекрасных моих творений. С чего начнем? Внутренности? Глаза? Волосы? – охотник никак не изменил насмешливое выражение на лице. – Хах, тогда начнём-ка с костей. Марк достал молоток и подошёл к ногам омеги, которые были хорошо зафиксированы кожаными ремнями. – Нет! Начни с меня, не трогай его! – громкий крик Тэхена резанул по натянутым нервам нефилима. – Ох, молодой вампир, – маг кинул на Кима взгляд, и поднял молоток над головой, – До вас ещё дойдёт очередь, – и размахнувшись, ударил по костям голени правой ноги охотника. Резкая вспышка боли заставила Чонгука плотно зажмурить глаза, прокусить губу до крови и сжать ладони так сильно, что полумесяцы от ногтей будут еще долго отчетливо видны. Но он не издал ни звука. Его учили терпеть боль, принимать её с достоинством до самого конца. Открыв глаза, Чонгук встретился с внимательным взглядом Марка и хмыкнул. – Ты меня решил пощекотать? Или это у тебя называется пыткой? Некоторое время маг смотрел на нефилима, а после громко рассмеялся. – Все-таки я прав, ты станешь прекрасным экземпляром. И нет, сладкий, это только начало, – Марк снова сумасшедше рассмеялся и ударил по бедренной кости. Снова не услышав ни звука, маг ещё громче засмеялся и перешёл на вторую ногу. – А те другие орали так, что мне приходилось затыкать им рот. Теперь же я буду наслаждаться, когда ты начнёшь кричать. – Оставь его! Есть я! – кричал Тэхен, срывая голос. Намджун был все ещё без сознания, оно, наверное, и к лучшему. – Заткнись, – не выдержал маг и пасом руки сделал так, чтобы голос вампира был не слышен. Взяв скальпель и какой-то непонятный инструмент, альфа снова вернулся к ногам омеги. Чонгук прикрыл глаза, понимая, что его выдержки осталось не так много. Да, он воин, но он не железный. Проделав надрез практически по всей ноге, Марк с помощью магии сделал так, чтобы кровь не текла, и раздвинул края раны. Чонгук лишь сквозь зубы зашипел, по сравнению с ударами молотка это – сущая мелочь. На лбу омеги уже выступила испарина, капельки пота постепенно стекали на подушку, впитываясь в серую материю наволочки, пальцев рук он не чувствовал, казалось, будто они навсегда в сжатом положении останутся. Громкий хруст, и с уст охотника слетает первый крик боли: маг начал дробить кости, уже находясь непосредственно в ране, отчего чувствительность лишь возросла. – Какой прекрасный звук, – прошептал на ухо омеги альфа. – Я уже в предвкушении, ведь это только начало. Ты сам видел, я раздроблю каждую косточку в твоём теле, срежу руны, выверну внутренности наизнанку, чтобы поменять их с органами твоих друзей. Забавно, не правда ли? – мурлыкнул маг и немного отстранился, чтобы заглянуть в тёмные глаза нефилима. Чонгук хмыкнул и плюнул ему в лицо. – Зря, – лишь бросил на это маг. Вытерев плевок, Марк достал ещё несколько инструментов и вернулся назад к ногам охотника. Альфа продолжил дробить кости омеги только теперь уже в нескольких местах сразу, наслаждаясь громкими криками боли. Чонгук не знает, сколько времени прошло, прежде чем его накрыла спасительная темнота. В какой-то момент он сорвал голос, а боль перестала ощущаться в конкретном месте, наполняя все тело и не прекращаясь ни на секунду.

~~~

Чонгук резко вздрогнул, просыпаясь. Родные руки обнимали, заключая в тёплый кокон, тихое дыхание колебало волосы на макушке. – Что такое, радость моя, тебе приснился дурной сон? – бархатистый голос альфы вызвал табун мурашек, пробежавшихся по коже. Чонгук медленно обернулся и встретился со слегка золотистыми глазами Юнги. Омега медленно коснулся щеки альфы, чувствуя теплую кожу. – Юнги... Маг тепло улыбнулся. – Что такое? Я умер в твоём сне? Все хорошо, мы дома, и я рядом. Хочешь какао? – Да... – прошептал Чонгук. Что бы сейчас ни предложил альфа, омега на все согласится. Юнги хотел было встать, но охотник крепко держал его в своих руках. – Радость моя, какао будет вкуснее, если его сделать самостоятельно, а не с помощью магии, – маг оставил нежный поцелуй в носик нефилима и отправился на кухню. Чонгук глупо улыбнулся. То есть... это и правда был сон? Подождите, а что было? Охотник нахмурился. Ощущение, будто он забыл что-то важное, не покидает. Что было? Что же было? Что-то... не помню. Нефилим рассеянно перевёл взгляд на окно, и его словно молния поразила: за стеклом не было старого Сеула, там клубилась тьма. Это не его дом, это не его Юнги. – Где я? – прошептал омега. – Хороший вопрос, – раздался голос слева. Обернувшись, Чонгук увидел Соджуна. – Привет, – омега рассматривал забытые черты, и в какой-то момент он неожиданно всхлипнул, только сейчас замечая, что по щекам текут слёзы. – Эй, ну не плачь. Кстати да, ты был в лимбо, но успешно смог выбраться. Теперь мы с тобой находимся в месте, которое обычно называют «Местом неприкаянных душ». – То есть я... умер? – Пока нет. Это пограничный пункт для всех, кто находится на грани жизни и смерти. – Но почему ты здесь? – Из-за тебя, – Чонгук удивленно вскинул брови. – Ты не можешь отпустить меня. Считая себя виноватым в моей смерти, ты удерживаешь меня. Но истина в том, что это я принял решение. Не ты. Если бы я хотел, то не полез бы к тому демону, понимаешь? Ты не виноват, – Соджун мягко погладил Чонгука по шелковистым волосам, напоминая этим жестом Хоупи. – Да, благодаря тебе я встретил того, в кого был давно влюблен, только при жизни все боялся к нему подойти. Стеснялся, – омега еще более удивленно посмотрел на альфу. Стеснялся? Соджун?? – Да-да, и не делай такие страшные глаза. Но он теперь не здесь, отпусти и ты меня. Прошу...– Чонгук кивнул и крепко обнял Пака, тихо роняя слёзы на его рубашку. – Юнги тоже здесь, но он все ещё в лимбо, ты можешь ему помочь. Удачи... – за тихим шелестом слова Соджун исчез, и Чонгук почувствовал пустоту вместо крепкого тела альфы. Омега посидел ещё чуть-чуть, собираясь с мыслями, но после, вытерев рукавом мокрые дорожки со щёк, поднялся с дивана. Ноги пронзила тупая боль, перетекающая во все тело, напоминая о том, что сейчас творится в реальном мире. «Юнги тоже здесь…» Где? Чонгук решил не мудрить, и отправился в спальню альфы. На белых простынях лежало такое же белое тело. Омега присел рядом. Чувство дежавю снова посетило его: точно так же он сидел у постели альфы последние несколько дней. А сможет ли он вытащить Юнги из лимбо? Конечно сможет. Чонгук серьезно кивнул и придвинулся ближе к телу мага. – Юнги, я очень-очень тебя люблю. Ты должен жить, – тихо прошептал омега, мягко поглаживая темные шелковистые волосы. – Возвращайся назад. В тот мир. Мир живых, – Чонгук наклонился и нежно поцеловал Юнги, ощущая, как таким образом в альфу перетекают его жизненные силы. Чувствуя, как тело мага начало растворяться, охотник открыл глаза, встречаясь с золотым взглядом альфы. – Я люблю тебя... – Дурак. Чонгук глупо улыбнулся и, прежде чем Юнги совсем исчез, поцеловал мага в его небольшой носик. Всегда об этом мечтал. Юнги теперь очнулся, Чонгук уверен в этом. Плюхнувшись на тёплый матрас, омега тяжело прикрыл глаза. Боль от того, что с ним делают в реальности, становилась все сильнее. – Даже умереть спокойно не дает, ну что за маг? Как здесь уменьшить чувствительность? – иронично хмыкнул Чонгук но тут же болезненно скривился. « Надеюсь, Юнги будет жить счастливо » – последняя связная мысль в голове, прежде чем Чонгука накрыли спасительные объятия Морфея.