Ложь за ложь

      Маринетт отбивается от подтруниваний Альи, когда в класс входит Адриан. Они встречаются взглядами. Он едва заметно улыбается и идёт к парте, не разрывая зрительного контакта. Жаль, что Нино тут же отвлекает его внимание на себя.       — Братишка, — говорит он. — Что с тобой случилось? Тебя сто лет не было.       Адриан садится за парту.       — О, мне казалось, я тебе сказал. Я забыл кое-что дома, так что мне пришлось просить своего водителя мне это привезти. — Он оборачивается к девочкам, и на его лице вновь расцветает улыбка, когда он смотрит на Маринетт. — Рад, что ты успела.       — А? — весьма вразумительно переспрашивает она.       — До звонка. — В его глазах проблескивает намёк на нахальство. — Я заметил, что в последнее время тебе это не особо удавалось.       Алья и Нино прыскают со смеху.       — О. — Щёки Маринетт стремительно краснеют. — Д-да, наверное, я просто не по утрам вставать люблю. Т-то есть, не люблю утравать по встарам. То есть...       Он чуть наклоняет голову и слегка хмурится.       О нет. Он, должно быть, считает её полной идиоткой.       Она зажмуривается в надежде, что земля разверзнется и поглотит её.       — Я не люблю вставать по утрам, — справляется она наконец.       Он окидывает её странным, не поддающимся расшифровке взглядом, прежде чем на его губах вновь появляется мягкая улыбка.       — Понятно. Ну, я рад, что ты пришла вовремя. — Он подмигивает ей. — Уверен, что и мисс Бюстье тоже порадуется.       Она посмеивается и поднимает учебник так, чтобы он наполовину закрывал её румяное лицо, застенчиво поглядывая на Адриана поверх книги. Он такой милый, и забавный, и...       — Это совершенно не её заслуга, — замечает Алья, толкая Маринетт локтем. — Она уже здесь лишь потому, что её доставил сюда её парень. Буквально. Он донёс её до школьных ворот и всё такое.       Губы Адриана подёргиваются.       — Неужели?       Маринетт цепенеет; внимание потрясающих зелёных глаз приковано к ней.       — Так, значит, он твой новый будильник? — спрашивает Адриан.       И она замечает это снова: дразнящую интонацию голоса, озорной блеск глаз. Всё это ужасно на неё действует, но в то же время, к её полнейшему недоумению, напоминает игривость Кота Нуара. Вот только рядом с Адрианом она и двух слов связать не может. Она бы даже не сомневалась, как ответить, если бы напротив неё сейчас сидел Кот. (Высоко поднять подбородок и сказать ему, что лучше уж будет опаздывать, нежели каждое утро просыпаться от лап глупого кошака). В данных же обстоятельствах ей удаётся лишь выдавить из себя пару заиканий и покраснеть.       — Чувак, — Нино ни с того ни с сего похлопывает Адриана по руке. — Твой нос.       — Что?       — У тебя кровь из носа идёт.       И действительно: красная капля стекает к губе Адриана. Он тихо чертыхается и наклоняется за сумкой, но Алья уже протягивает ему платок.       — Спасибо, — благодарит он, прикладывая платок к носу, чтобы остановить кровь. — Понятия не имею, с чего бы это. Со мной такое редко бывает.       — Может быть, дело в Маринетт, — фыркает Алья. — У Кота Нуара сегодня тоже из носа шла кровь.       Смешок Адриана звучит немного наигранно.       — Неужели? Ого. Вот это совпадение.       Маринетт со стоном сползает вниз по сидению. Подтрунивания Альи насчёт Кота её утомили; последнее, что ей нужно, чтобы это происходило, когда Адриан может услышать. Нино, благо, молчит, хоть и не перестаёт переводить взгляд с неё на Адриана. Если подумать, то он частенько так делал: просто наблюдал за ними, когда бы они ни взаимодействовали...       Она прячется за учебник и испытывает облегчение, когда урок наконец начинается.

***

      С акумой они справляются на раз-два. Возможно, именно поэтому поведение Кота так сильно бросается в глаза. Обычно он всегда шутит и флиртует, хватается за любую возможность вторгнуться в её личное пространство, но сегодня он просто... делает своё дело. Ну, нет, это не совсем правда. Он всё также шутит и совершенно отвратительно каламбурит, но что-то изменилось, и она никак не может понять, что именно.       — Что-то не так? — спрашивает она, когда магическое исцеление возвращает всё на свои места и они остаются одни.       — Ты о чём? — недоумённо моргает он.       Она кусает губу, не зная, как объяснить ему, когда она и сама не особо понимает, что именно не даёт ей покоя.       — Ледибаг? — Он озадаченно смотрит на неё, опираясь на шест.       Она едва сдерживает недовольный стон, когда до неё доходит, в чём проблема. Это имя – Ледибаг; он называет её так всё время. И не только сегодня. С некоторых пор он стал вести себя с ней куда более профессионально. Не пытается поцеловать ей щёку или руку, не отвлекает от борьбы с акумой, чтобы немного пофлиртовать.       И ей этого не хватает. (Ужасный ужас). Она скучает по дурацким прозвищам, его нахальным улыбкам и попыткам изображать из себя мистера Учтивость.       Скучает по тому, что теперь без труда получает от него, будучи Маринетт.       На этот раз она всё-таки стонет, закрывая руками покрасневшие щёки.       — О боже.       — Что? — пугается он и подходит ближе. — В чём дело?       — Н-ни в чём. Мне пора.       Она улетает на йо-йо; ей хочется не переставая биться головой о стену. Как это она могла позволить этому глупому кошаку настолько вскружить ей голову? Она ведь любит Адриана. Адриана, который делает её жизнь ярче и заставляет её сердце биться быстрее, чем вообще возможно. Это же просто факт. Ей должно быть совершенно безразлично, зовёт ли кошак её Букашкой или нет. Ей должно быть безразлично, что он теперь предпочитает сохранять их отношения более профессиональными.       — Ты просто не привыкла к такому его поведению, — бормочет она себе под нос. — Он постоянно флиртовал, так что неудивительно, что тебе кажется странным, что он больше этого не делает.       Это ничего не значит. Совершенно.