Исключение из правил

      Весь день Лиза пролежала, борясь с неприятным ощущением похмелья. Большое одеяло согрелось, заставляя полежать ещё подольше в коконе из ткани, набитой приятным пухом. Пуховые одеяла — самые любимые одеяла Лизы, ещё с детсадовских времен, когда на каникулах её отправляли к бабушке и там, на старой пружинистой кровати, под скрежет старых половиц, прогибающихся под ногами пожилой женщины, она засыпала, полностью укутанная в одеяло. Новый год — то самое волшебное время, когда можно вспомнить о детстве, о том, что делает тебя счастливым и о разнообразных теплых воспоминаниях, что будоражили сознание и накладывали приятный отпечаток на жизни. Тело заёрзало по смятой постели, стараясь лечь поудобнее и ещё немного поспать, но сон, словно нежная шелковая ткань, ускользал из рук, срываясь с пальчиков в тот самый момент, когда она едва-едва за него хваталась. Девушка повернулась на бок, начиная рассматривать снегопад за окном. Каждая снежинка была такой особенной и непохожей на предыдущую, словно маленькие ангелы на небесах лепили их собственноручно, вкладывая душу и любовь. Любовь…       В голове обрывками всплывал вчерашний вечер, но только в актовом зале. Всё что было после — пустота, сравнимая с вакуумом в космосе. Ни звука, ни картинки. Девушка легла на спину, складывая руки на груди и ощущая, как колотится её беспокойное сердечко, в последнее время наполненное огромнейшей любовью к тому, кто не может ответить взаимностью. От этого становилось больно, словно по органу под ребрами проходились острыми ножами, разрывая на куски плоть.       Гирлянда под потолком светила не сильно ярким розовым светом, будто освещая ауру теплых чувств, исходящих от школьницы. Хотелось встать, начать что-то делать, менять свою жизнь, восторгаться и радоваться всему живому, но тут же хотелось забиться в угол, плакать навзрыд, бить кулаками по стене и нажраться таблеток, впадая в кому, лишь бы не слышать радостный звон его голоса в ушах и бабочек, парящих в животе. Чувство любви разрывало её изнутри, но в то же время дарило такую лёгкость, что казалось ещё чуть-чуть и она взлетит. Было так странно и ново ощущать это чувство. В книжках про любовь это описывается совершенно не так. Никто не говорит про невзаимную любовь, никто не говорит про невозможные отношения и отвергнутые чувства. Никто не говорит про то, как тяжело видеть, но не иметь возможности прикоснуться. В книгах все такие радостные и веселые, у всех все взаимно и нет никаких проблем, но в жизни ведь совсем не так. В жизни почти никогда не бывает так, как хочется. А хочется сейчас одного — быть с тем, кого требует душа. А требует она только её молодого учителя по истории.       Лиза привстала с кровати и села, опираясь головой на руки, согнутые в локтях. Трезвон в голове всё никак не хотел успокаиваться, отчего становилось всё хуже и хуже. Было принято решение пойти в душ и она медленно стекла с кровати, отправляясь в ванную комнату.       Теплые струи воды капали из красивой серебристой лейки и стекали по оголенной коже, согревая тело. По рукам и ногам пробежались мурашки, покрывая Лизу маленькими точечками. Девушка присела на дно ванной, обливая себя водой. Русые волосы намокли и стали темнее, полосами падая на острые плечи. Веки прикрылись сами собой и она выдохнула, пытаясь согреться в комнате, сверху донизу наполненной горячим паром. По сердцу ножом проходились мысли о том, что отношения, о которых она так яро мечтает, просто семечко её фантазии, которому не суждено вырасти в полноценное дерево.       Большинство мыслей, которые забивали подростковую голову, были негативными и толкали к чему-то депрессивному, вроде полоснуть руки лезвием папиной бритвы, но Лиза отогнала это от себя, запуская ладонь в мокрые пряди. Она была безответно влюблена, но не глупа. Вредить себе из-за другого человека было высшим уровнем пиздострадания, которого она не смогла бы достичь даже при большом желании.       Грустно вздохнув, она быстро помылась и выползла из ванной, направляясь на кухню, к маме. Она всегда поддержит и поможет, в любой ситуации, даже если не будет знать в чём проблема.       Женщина сидела за столом, нарезая овощи для очередного салата, который, возможно, даже не вместится в холодильник, но разве любящей матери и жене это важно? Главное, наготовить на всю семью, да так, чтобы любимая дочка не могла встать с кровати ещё три дня, набив желудок сверху донизу.       Лиза приземлилась на стул рядом с мамой и посмотрела в кастрюлю, в которой лежали нарезанные ингредиенты. Грустно вздохнув, она принялась катать туда-сюда свежий огурец, лежащий на столе. — Что-то случилось, Лизочка? — Встревоженно спросила Елена, ножиком сгребая в кастрюлю с доски мелко порезанную картошку.       Дочь вздохнула, не зная что сказать. Она потупила несколько секунд, а затем задала вопрос: — А как вы с папой поженились?       Женщина улыбнулась, догадываясь к чему её любимая дочка может задавать такие внезапные вопросы, а затем достала из холодильника банку с корнишонами. — Ну, я училась в институте, а он пришел туда работать преподавателем. Такой молодой и красивый. Все девчонки сохли по нему, — мечтательно произнесла Елена Михайловна, а затем открыла банку, на что она издала характерный звук, — между нами сразу возникла какая-то химия, наверное. Мы вечно оказывались в каких-то неловких ситуациях вместе. То он случайно меня к стене прижмёт, то я падать начну, а он меня ловит.       «Как у нас с Даней» — подумала она, мысленно ухмыляясь тому, что говорит о нём на «ты». — Наши отношения были довольно странными, нас тянуло друг к другу безусловно, но… — женщина сделала паузу, прекращая нарезку, — я студентка, а он преподаватель, какой у нас мог быть роман?       Лиза вздохнула, понимая, что оказалась в такой же ситуации. Девушка запуталась и не знает что ей делать. Как избавиться от чувств к преподавателю? — Я думала о том, что мои чувства — просто ерунда, случающаяся с каждой девочкой, но это было совсем не то. Мы будто были связаны. — Женщина смотрела куда-то в пустоту, держа руку на ноже, видимо вспоминая то время. — И один раз он просто взял и поцеловал меня, сказав, что ему плевать на всё остальное и пусть его уволят, но он будет со мной. — И его уволили? — девушка задержала дыхание, словно маленькая девочка, которой читают на ночь сказку о доблестном рыцаре и принцессе, что он спас из башни. — Нет, — усмехнулась Елена, продолжая готовку, — мы встречались тайком почти четыре года, знали только наши родители и близкие друзья, а потом я выпустилась и мы поженились. А через год родилась ты.       Она встала, начиная трепать дочь за щёку, а затем улыбнулась, подходя к раковине и открывая воду. — А зачем ты спрашиваешь? — Да так…       Лиза широко улыбалась, вдохновлённая историей родителей. Появился хоть малюсенький, но шанс на то, что она сможет быть вместе с тем, кого любит.

***

      Часы пробили двенадцать и все в семье Неред поднялись со своих мест, поднимая бокалы с шампанским и начиная слушать гимн России.       Девушка схватила со стола бумажку, начиная писать на ней желание, а затем свернула её, поджигая зажигалкой, которую услужливо предложила мама. Маленький рулончик сгорел и она сбросила пепел в свой бокал, выпивая его залпом под бой курантов. Точно так же поступила и мать девушки.       Лишь отец, не верящий в эту «ерунду», как он сам выражался, улыбался. Он заметил что написала Лиза на своем листочке.

«Хочу в Новом Году быть любима тем, кого люблю я»

***

      Девушка устало вздыхала, напяливая на себя зимние сапоги и пуховик. И чего только Руслана приперло погулять с ней именно сегодня, именно после боя курантов. И чего ему не сидится на месте? Хотя, скорее всего, алкоголь зажёг в нем пламя путешественника и прямо сейчас он шёл из другого района пешком вместе с Настей под руку.       Русая оглядела себя в зеркало, а затем сказала, вышедшей из гостиной маме, что она хочет немного прогуляться с Русланом, на что та удивлённо вскинула брови, ведь девушка не общалась с лучшим другом довольно долго, а затем наказала привести его потом обязательно домой, чтобы поесть тортик. Лиза кивнула и скрылась за массивными железными дверями, слыша как мать поворачивает замок.       Неред выскочила на улицу. Маленькие и большие снежинки падали на её шапку и шарф, так и застывая. В небе было очень много поочередно взрывающихся фейерверков, а во дворе радостные взрослые и дети играли в снежки, стараясь хоть немного растрястись после застолья. С другого конца двора раздался свист и девушка повернула голову, наблюдая за тем, как к ней криво ковыляет Руслан, а рядом с ним идёт Настя, укутанная в огромный шарф. Русая пошла на встречу друзьям, топая, по только что выпавшему, снегу и создавая характерный хруст. Вдруг из-за спины шатена вырулила ещё одна фигура чуть выше Тушенцова, так же закутанная в шапку и объемный шарф. Стоило им подойти поближе, как зеленоглазая узнала в незнакомце своего учителя. Она выпучила глаза, мысленно душа Руслана и не понимая что объект её воздыхания забыл здесь. — Приве-ет, Лизок, — пьяно промямлил шатен, почти что падая на миниатюрную девушку. Лиза неловко обняла друга, а затем Настю. Когда очередь дошла до Данилы, она не знала что сделать, поэтому просто протянула руку для пожатия, но он немного пригнулся, обнимая ученицу за талию. От него тоже чувствовался запах алкоголя, но значительно меньший. Видимо, он просто выпил несколько бокалов шампанского.       Даня вдохнул аромат её волос, что выпали из шапки и теперь легко завивались от снежка, спадая на шарф, а затем отстранился, немного поправляя шапку.       Пьяная жопа Руслана явно хотела хлеба и зрелищ, не зря же он сюда припёрся посреди ночи, поэтому он схватил свою девушку за руку и потащил в сторону ближайшей горки чуть ли не бегом, пока Настя быстро топала след за ним, бубня себе под нос всяческие проклятия, ведь она совсем не употребляет алкоголь и вместо шампанского пила сок, именно поэтому не разделяя веселья парня. Даня бесшумно подошёл к девушке, беря её за руку и понимая, что у нее безумно холодные руки. Они медленно поплелись за парой. Лиза спросила как он оказался вместе с её старым другом, на что тот ответил, что они нашли общий язык в школе, когда только встретились. (Рыжий опустил момент, в котором он чуть не избил Руслана просто из ревности к Лизе). Шатен, узнав что Данила собирается праздновать новый год один, позвал его к ним, с позволения Насти, конечно же. А теперь он здесь, ведь Руслан посчитал, что обязательно надо увидеться с Лизкой, иначе год пойдет по пизде, на что Неред рассмеялась, вспоминая их первую встречу.       Настя в очередной раз забралась по скользким ступеням, садясь на картонку, служащую импровизированной ледянкой, а сзади примостился Руся, сцепляя руки на талии своей девушки. Пара вместе скатилась, задорно смеясь и Лиза не удержалась и тоже рассмеялась. Но, вдруг она почувствовала, что Даня поднес её левую ладонь к своим губам и начал выдыхать на неё клубы пара в надежде согреть тоненькие пальчики русой. Неред недоуменно посмотрела на него, краснея, пока парень поднес и вторую руку, дыша и на нее.       Русая смущённо уткнулась носом в шарф, исподлобья смотря на преподавателя, пока он растирал её маленькие ладошки в своих больших. — Ты почему варежки не носишь? — он спросил это так тихо, почти беззвучно, но она это услышала и снова покраснела. Зачем он так о ней заботится? — Не люблю их носить, это неудобно, — так же тихо ответила Лиза, смотря на то, как он всовывает её руки в свои теплые синие варежки. — Зато руки не будут мерзнуть, — он поправил прядь её волос, заправляя их под шапку, — вот заболеешь и будешь знать! — Не заболею, — упрямо настаивала она, словно маленький ребенок, стоящий в прихожей вместе с мамой, которая его одевает. — Эй, голубки, — крикнул Руслан, но тут же ойкнул, получив толчок в бок от Насти, — пошли на горку!       Даня переглянулся с Лизой, а затем потянул её на ледяную горку, стоящую прямо посреди двора. Даня уселся на картонку, сажая сверху ученицу, а затем немного толкнулся, съезжая. Они рассмеялись, а затем поднялись и побежали на ещё один заход. Прокатившись приличное количество раз у преподавателя на коленях, девушка решила, что самое время прокатиться по-другому, поэтому посадила Даню, а сама встала на колени сзади него, хватаясь за крепкую спину. Руслан и Настя давно сидели на лавочке, согревая друг друга поцелуями и лишь лениво наблюдали за тем, как парочка взрослых людей, окунувшихся в детство, скатывается с горки, задорно визжа.       Последний раз был немного неудачным в исполнении и так получилось, что Лиза упала сверху на Кашина. Тот машинально прижал её к груди, а их лица обжигались горячим дыханием друг друга. Неред соскочила с мужчины, заливаясь краской, а затем улыбнулась ему и протянула руку. Молодой человек принял помощь, вставая с льда и выравниваясь во весь рост.       Все четверо друзей были с головы до ног в снегу, а Руслан даже почти протрезвел, но никому из них не хотелось идти домой отогреваться, поэтому была затеяна игра в прятки. — Раз, два, три, — начала считать Настя, которой по чистому везению довелось водить первой, пока Лиза бежала по двору, намереваясь спрятаться как можно лучше.       Пока она шагала по сугробам в поиске идеального места, её схватили за руку и затащили в снежную крепость, построенную взрослыми для детей. Внутри она выглядела как маленькая иглу и могла поместить в себе даже гиганта Кашина, который и дёрнул Лизу. Он сидел на снегу, прижимаясь стеной к ледяной стенке, а рукой держа запястье Неред. Девушка краем уха уловила, как Настя закончила считать и крикнула о том, что идёт искать. Ух, ещё бы чуть-чуть и она не успела.       В стенах своеобразного убежища были вкрапления из цветного льда, что создавало неповторимую мозаику. На полу было много разноцветных кружочков, которые образовались из-за фонаря, стоящего во дворе. Они переливались так, словно в стенах был витраж. Одно из таких пятнышек падало на лицо Дани, который улыбался и смотрел на Лизу. За пределами их укрытия было невероятно темно, зима всё-таки, и это создавало уютную атмосферу. В фиолетовом свете Данилины черты лица словно приобретали какую-то законченность, а голубые глаза ещё ярче сверкали. Лиза сняла с себя варежки, кладя их рядом с собой, а затем провела по лицу Дани пальцами, задевая согретыми подушечками холодную щёку рыжеволосого, который застыл, боясь дышать. Она немного пододвинулась, смотря в глаза, что сейчас горели каким-то необычайным светом, а затем наклонилась, прижимаясь к его губам своими. Девушка ждала, что сейчас он её оттолкнет, покрутит пальцем у виска, скажет, что она больная, а затем сдаст родителям, но он ответил, лишь сильнее прижимая её за талию, скрытую пуховиком, к себе.       Медленно двигая губами, она неумело, но старательно обводила языком его десна, зубы, а затем сцепилась с языком рыжего в борьбе за лидерство, но проиграла. Даня прикусил её нижнюю губу, немного ослабляя напор Лизы и ведя в нужном направлении, а затем уложил на лёд, прикасаясь к морозной щеке девушки пальцами. Он словно пытался прижать её к себе ближе, прямо к самому сердцу, которое сейчас захватило разум целиком и полностью. Даня отключился, запихивая мысли о неправильности этих действий куда подальше. Как что-то настолько приятное может быть неправильным? Сейчас было совершенно насрать, что она его ученица и к тому же младше на десять лет. Он очень давно не чувствовал ничего подобного при поцелуе с кем-то, хотелось растянуть этот момент навсегда. Но, к сожалению, воздух не вечный, поэтому они отпрянули друг от друга, тяжело дыша.       Лиза покраснела, понимая, что стала инициатором первого в своей жизни поцелуя. Настоящего поцелуя, а не того по пьяне с подругами. Даня смотрел на неё с такой теплотой и любовью, что хотелось провалиться сквозь землю. Он заправил прядь пшеничных волос в шапку, а затем наклонился, опять целуя нежные губы девушки с привкусом вишнёвого бальзама.       Настя уже минут двадцать искала друзей и её взгляд пал на небольшие самодельные крепости изо льда, стоящие на другом конце двора. Руслана найти не составило труда, этот пьяный оболтус спрятался за метровым снеговиком, думая что его не видно, а вот с Даней и Лизой были проблемы. Красноволосая заглянула в огромную дыру, служащую входом и увидела довольно интересную картину, явно не касающуюся её. Пара трепетно целовалась, лёжа на снегу в окружении красивых цветных кружочков, совершенно не замечая ничего вокруг. Шпагина, чувствующая себя так, будто копалась в чужом нижнем белье, отскочила от ледяных убежищ и начала громко топать, чтобы привлечь внимание парочки. Даня, услышав скрип снега, мгновенно отстранился от Лизы и сделал непринуждённый вид. Девушка только и успела неправдоподобно сесть на попу, как вдруг заглянула Шпагина, отчего-то вся красная, как рак. — А я вас нашла! — радостно произнесла она, крича Руслану в другой конец двора, о том, что нашла друзей. Тот мгновенно перестал рыскать за всеми снеговиками во дворе и быстро оказался возле девушки, приобнимая её за плечо.       Лиза неловко вылезла, краснея, а следом вылез Даня, ощущая себя до жути неловко. Чтобы хоть как-то заполнить пустоту, русая пригласила всех на чай, акцентируя внимание на том, что мама настаивала.       Все четверо ввалились в квартиру семейства Неред в снегу и с, раскрасневшимися от мороза, щеками. — Батюшки! — воскликнула Елена Михайловна, только увидев «детей» в прихожей, а затем погнала всех раздеваться и мыть руки. Лиза дала Насте комплект домашней одежды из своего гардероба, а мать снабдила двух парней спортивками и футболками из гардероба, уже спящего, отца.       Неред столкнулась в ванной с Кашиным, а затем они вместе мыли руки, боясь что-либо произнести другому. Чтобы неловкое молчание не затягивалось, Лиза юркнула на кухню, садясь за стол и начиная накладывать в чай сахар, за что её мама немного пожурила, ведь торт итак сладкий.       Закончив чаепитие, было решено, что все останутся у семейства Неред, поэтому Настя и Лиза пошли в комнату русой, падая на кровать, а Дане и Руслану постелили на раскладном диване в гостиной.       Уже засыпая, зеленоглазая почувствовала толчки в плечо, а затем тихий голос подруги. — Лиз, — шикнула Настя, немного толкая её в плечо. — М-м-м? — Я видела, что вы там, в этих штуках, — Неред распахнула глаза, поворачивая голову на красноволосую, — целовались. — Бля-я, — протянула девушка, накрывая лицо одеялом. — Что ты будешь делать с этим? Он же твой учитель… — Не знаю, Насть, честно, — всхлипнула Лиза, утыкаясь носом в грудь подруги и обнимая её за талию. — Ну-ну, тс-с, мы что-нибудь придумаем, — успокаивающе шептала девушка, проводя ладонью по русым волосам, пока подруга не уснула, а затем погрузилась в сон сама.       На следующее утро оба парня и девушка исчезли из квартиры. Как бы мать не настаивала остаться на подольше, ребята ушли, оставляя в душе Лизы неимоверных размеров дыру. После вчерашнего поцелуя с Даней все должно было стать проще, но всё только усложнилось. В голове был рой из множества вопросов, на которые она не могла дать ответа, поэтому грустила, заедая всё оставшимися салатами и запивая вредной газировкой из «Пятерочки» напротив дома.       Она очень долго порывалась написать Кашину и начать выяснять отношения, но сама же себя отговаривала, ссылаясь на то, что это просто случайность и ничего в этом поцелуе нет такого. «Он просто был пьян» — убеждала она сама себя, но в глубине души понимала, что он, как сам признался, выпил всего три бокала шампанского за праздник и просто не мог опьянеть настолько, чтобы не осознавать происходящее вокруг. Хотелось верить, что он тоже к ней что-то испытывает, но мозги вставляли сердцу пиздюлей и выставляли здравый смысл, который говорил, что это всё ложь, пиздежь и провокация, а он просто растерялся от настырности Неред. Но почему тогда поцеловал потом сам?       Половину новогодних каникул она провела сидя дома, заедая стресс и смотря сериалы. Было невероятно грустно, а в голове был целое гнездо из каких-то диких мыслей. Она раз за разом загоняла себя в самобичевание, до мельчайших деталей продумывая что скажет Даня при их встрече и скажет ли вообще или будет игнорировать так, словно этого ничего не было вовсе?       Она надеялась встретиться с ним как минимум через неделю, когда зимние каникулы закончатся, но это произошло намного раньше.       Мужчина написал ей о том, что хочет поговорить и им нужно встретиться, назначив встречу в кафе недалеко от дома девушки. Лиза согласилась, мгновенно подлетая с кровати и начиная собираться.       Она прибежала чуть опоздав, а затем зашла внутрь, взглядом разыскивая знакомую рыжую копну волос. И нашла. Молодой человек сидел в самом конце зала, спиной к ней и смотрел в окно, задумавшись о чём-то. Сердце невероятно сильно стучало, а в голове быстрой строчкой текла история знакомства родителей. Может, прямо сейчас он хочет сказать, что готов наплевать на всех и всё, и быть вместе с ней? Это было бы чудесно. Девушка быстро взглянула на свое отражение в зеркале, висящее возле входа, а затем подошла к столику, садясь напротив мужчины. Он поднял на неё светлые глаза, как-то грустно улыбаясь, а затем предложил угостить её чем-нибудь. Лиза заказала какой-то первый попавшийся десерт и чашку чая, а затем посмотрела в окно, стараясь выяснить что там Данила Владимирович выцепил такого интересного, что уже столько времени смотрит, не отвлекаясь. Девушка-официантка принесла заказ, а затем оставила пару наедине.       Зеленоглазая заправила прядь волос за ухо и отцепила вилкой немного десерта, отправляя в рот. У Данилы совершенно не было аппетита, поэтому он начал ворошить пирожное, разбирая его на слои, наблюдая за ученицей, так приятно смакующей сладость. Она отпила немного чая, обжигаясь и высунула кончик языка, размахивая ладонью возле лица и стараясь остудить его, чем повеселила Даню, но ненадолго.       За окном бушевала метель, словно отражая чувства в его душе. Снежинки закрутились в вихре, больно ударяя прохожих по лицу, на что он поморщился, понимая что надо этот вопрос решить раз и навсегда. — Лиз, — он взял руку ученицы в свою, нежно потирая большим пальцем её тонкие фаланги, — помнишь, когда я тебя привез домой после той школьной вечеринки?       Щеки Неред залились красной краской и она неловко улыбнулась, дёрнув край худи вниз. — Простите ещё раз за тот вечер, я совершенно не хотела, я-я… — девушка начала оправдываться, заметно нервничая, ведь подумала, что мужчина собирается её ругать. — Нет, я не про это, не извиняйся, — выдохнул, не зная как бы получше начать, — ты этого наверняка не помнишь, но ты сидела на пуфике в прихожей и сказала мне, что ты влюблена в меня. Это правда?       Лиза забыла как дышать. Ей казалось, что всё это страшный сон и что сейчас она просто проснется и этого разговора не будет, но девушка моргнула раз, два, три и ничего не произошло. Данила всё ещё сидел напротив, гладя её руку, а в его взгляде застыла неуверенность и волнение. Не в силах сказать и слово, она лишь кивнула. — В новогоднюю ночь, когда мы поцеловались, — он обхватил вторую её руку своей, так же начиная поглаживать пальчики и Лиза расстаяла, заметно смущаясь, что только умиляло Даню, — я понял, что тоже влюблен в тебя. Как мальчишка влюбился, — хмыкнул, а лицо девушки расплылось в улыбке, но уголки губ тут же опустились, когда его лицо стало встревоженным, — но мы не можем быть вместе, понимаешь?       В глазах застыли слёзы, а в горле застрял ком. Нет, нет, нет, он не может так поступить с ней. — Я уверен, что люблю тебя, но любишь ли ты? — Он выдохнул, ловя непонимание в её глазах, а затем постарался чётче сформулировать свою мысль. — Конечно, я люблю! — надрывающимся голосом прошептала девушка, сжимая его ладони чуть крепче. — Данила Владимирович, я… Я, наверное, для вас маленькая и глупая, но я никогда никого не любила сильнее!       Одинокая слеза скатилась по её щеке и сердце Дани сжалось. Хотелось прижать её к сердцу, сказать, что это всё шутка и поехать домой, пролежать с ней на диване, целуя в макушку, приблизительно вечность, но он не мог. Он — не тот, кто может это делать. Он просто не достоин такого чистого ангела как Лиза. — Мы могли бы начать встречаться, правда, но я боюсь, что всё, что ты чувствуешь сейчас — просто временный всплеск гормонов. Я не хочу, чтобы ты ломала свою жизнь. — Он действительно этого не хотел, но всё звучало так, будто он её просто отшивает. — Я слишком старый для тебя, лисичка, понимаешь? Слишком старый, слишком испорченный жизнью, а ты такая маленькая и светлая, я просто боюсь тебя очернить.       Лиза расплакалась, давая волю эмоциям, а затем выдернула руки из больших ладоней Данилы, хватая куртку и выбежала из кафе, роняя со стола кружку с недопитым чаем, которая разбилась точно так же, как и её сердце. Он не стал её останавливать, понимая, что сейчас вдребезги уничтожил её душу и светлые чувства, зародившиеся в ней и распустившиеся, словно первый весенний цветок. Им обоим больно, но так будет лучше. Он думает, что так будет лучше.       Лиза забежала домой, сбрасывая на пол куртку и расстёгивая ботинки. Девушка занеслась в комнату, чудом ничего не снеся на своем пути, ведь пелена слез, застилавшая глаза, мешала нормально видеть. Упав на кровать, она прижала к лицу подушку, тихо всхлипывая. Спустя пару минут дверь в комнату приоткрылась, неприятно скрипя, а по телу Лизы пробежала жёлтая полочка света. Кровать с краю прогнулась под весом незнакомца, а затем ладонь женщины, немного «подпорченная» временем легла на русые волосы, начиная их поглаживать.       Девушка разрыдалась пуще прежнего, поворачиваясь к матери и кладя голову ей на ноги, пропитывая ткань домашнего халата солёной влагой. Женщина продолжала гладить русые пряди, успокаивающе шепча. Когда Лиза более-менее успокоилась, Елена Михайловна легла на кровать, утягивая дочь вместе с собой, положив её голову себе на грудь. — Ну, что у тебя случилось, солнце? — шепотом начала женщина, боясь, что Лиза снова начнет плакать. — Почему любить так сложно, мам? — дочь подняла заплаканные светлые глаза на родительницу, из-за чего у той неприятно сжалось сердце. — Ты невзаимно влюбилась? — Взаимно, но, — сглотнула в горле ком из подступающих слез, а затем обняла мать покрепче, — в общем, я влюбилась в Данилу Владимировича.       Женщина удивлённо вскинула брови, но затем мягко улыбнулась, поглаживая ребенка по голове. — И что случилось? — А сегодня, — всхлип, — он позвал меня в кафе, сказал, что мои чувства лишь всплеск подростковых гормонов, — ещё всхлип, — что он слишком стар для меня и что тоже любит, но мы не можем быть вместе!       Лиза снова разрыдалась, собирая себя по кусочкам, пока мама шептала слова успокоения, поглаживая пшеничные пряди. — Лиз, — русая подняла голову, внимательно взглядываясь в глаза родной матери, успевшие покрыться паутинками из морщинок. И как она раньше не замечала их? — Дай ему время. Представь, что ты взрослый мужчина, преподающий в школе и вдруг влюбляешься в свою ученицу, на десять лет младше.       Девушка задумалась, а мать продолжила. — Он просто думает, что недостоин тебя, что ты слишком юна и невинна для него и отчасти это так. Он просто не готов брать на себя ответственность за тебя, ведь ты малышка Лиза, а он взрослый серьезный дядька, — мама поставила руки по бокам, нахмуриваясь и изображая важного дядю, из-за чего девушка улыбнулась, — он просто боится, что ты однажды сможешь проснуться утром и понять, что не любишь его совсем, что он для тебя старый, некрасивый и душный, а он уже будет слишком привязан и по уши влюблен. Он боится, что ты разобьёшь ему сердце. — С чего ты это взяла, мам? — прошептала Лиза, прикрывая веки. — Ты думаешь, что с твоим отцом не было никаких проблем? Господи, да он мне весь мозг вынес, постоянно разбивая мне сердце прежде, чем я поняла что именно не так.       Неред-младшая тихо прыснула, окончательно успокаиваясь. — Спасибо, мам, — шепнула девушка, когда мать поднялась, чтобы пойти обратно к мужу, которого бесстыдно оставила в холодной кровати одного. — Не за что, солнышко. Всё будет хорошо, не переживай.       Русая кивнула и дверь захлопнулась. Быстренько переодевшись в домашнюю одежду, девушка юркнула под одеяло, благодаря судьбу за то, что у нее такая понимающая мать. Ей могла достаться та, которая бы не поняла, накричала за то, что «слюни распустила», а потом и вовсе бы запретила встречаться с таким «старым» мужчиной, но жизнь распорядилась иначе и ей досталась её мама, которая смогла успокоить, найти нужные слова, а главное помогла разобраться в чувствах и себе.       Лиза задремала спокойным сном, надеясь на прекрасный завтрашний день и расслабляясь после напряжённого вечера.       Елена скользнула в комнату на цыпочках, а затем приземлилась на кровать, снимая халат и забираясь под одеяло к мужу, прижимаясь к его спине. — Что с Лизой? — пробурчал Роман, поворачиваясь и обнимая жену за талию. — Просто влюбилась, — вздохнула женщина, а мужчина напрягся, но тут же расслабился, получая нежные поглаживания по спине и рукам, — ничего особенного, я все уладила и уверена, что скоро к нам придет знакомится зять. — Зять, зять, ни дать, ни взять, а не рановато ли? — вздохнул русоволосый мужчина, хмуря густые брови. — А ты помнишь сколько было мне, когда ты познакомился с моими родителями? — улыбнулась женщина, утыкаясь носом в грудь своего мужчины и вспоминая первое знакомство, тогда ещё, парня со своей родней. — Конечно помню, они мне тогда дали просраться, — проворчал Роман, смеша жену, — весь мозг исклевали и грозились не отдать тебя, но я победил и теперь ты здесь, со мной.       Женщина рассмеялась и обняла мужчину покрепче, погружаясь в крепкий сон.