Исключение из правил

      Прогуливать уроки — дело, конечно, интересное, ещё и довольно экстремальное. Никогда не знаешь наверняка получишь ты сегодня пиздюлей от родителей или учителей, или же все-таки пронесёт и все будет хорошо. Лиза не то, чтобы была любительницей прогулять пару-тройку уроков и дело было даже не в наказаниях, а просто в том, что потом сложно влиться в новые темы, сложно бегать и сдавать свои хвосты. Не была любительницей, но историю прогуливала стабильно, по абсолютно понятным и ясным причинам. Вот и сейчас она сидела на третьем этаже в крыле начальной школы, пытаясь скатать домашнее задание по математике, которая была следующим уроком, пока весь остальной класс слушал пламенную речь Данилы Владимировича. По крайней мере, она так думала, но у парня на эти сорок пять минут были другие планы.       Мужчина запустил класс, дождавшись пока каждый рассядется, а затем дал им контрольную, выходя из кабинета, заранее зная, что все эту работу напишут просто отлично, ведь абсолютно все сейчас занимались списыванием. Сам он ходил по коридорам школы, ища вредную девчонку. Он сто процентов знал, что когда история стоит перед математикой, она никогда не уходит домой, ведь с Анастасией Львовной у неё были напряжённые отношения и дабы избежать постоянного аттракциона «Заставь Лизу Неред целый урок стоять у доски и решать вонючие примеры», она не прогуливала. Вопрос был только в том, где она прячется. Школа была не то, чтобы огромной, но ощутимой по размерам, имела три этажа, два крыла и кучу закоулков, где можно было остаться незамеченным. Или она могла даже спрятаться в туалете и засесть на подоконнике. Не пойдет же он это проверять?       Поговорив с Дашей, ему стало легче и он решил действовать решительно, стараясь максимально исправить то говно, что натворил. Он просто надеется на то, что сможет уломать её хотя бы его выслушать, а там пойдет проще, наверняка.       Лиза обнаружилась в узком коридоре, сидящая на полу с тетрадями. Она что-то сосредоточенно переписывала из одной тетради в другую, немного покусывая колпачок ручки, прислонившись спиной к стене. В одном ухе был наушник, а на рюкзаке она сидела. Даня подошёл чуть ближе, присаживаясь на корточки прям перед девушкой. Она подняла голову потому, что свет перестал падать на тетрадь и мысленно помолилась на то, чтобы это был не кто-то из учителей, которые могли вставить пропиздонов. Увидев кто перед ней, Неред нахмурилась, выдергивая наушник из уха и начиная сгребать тетради в кучу, собираясь уйти. Но, на Данино счастье, она была зажата в углу между ним и стенами, поэтому разговор состоится, хочет она того или нет. Русая встала, поднимая рюкзак и складывая туда все свои тетради. — Лиз, — он тоже встал, взял портфель из её рук, аккуратно кладя на пол, пока сама Лиза показательно выдохнула и закатила глаза, — давай поговорим, прошу. — О чём? — Саркастично выплюнула та, скрещивая руки на груди. — О том, как ты, — ткнула пальцем в грудь, прищуриваясь, — меня кинул? Разбил мне сердце? Играл с моими чувствами? О чем из этого ты хочешь поговорить? Мы всё обсудили, я больше ничего не хочу.       Она взяла рюкзак, закидывая его на плечо и попыталась уйти, но широкая грудь Данилы предотвратила это. — Ты не уйдешь, пока мы не поговорим! — Я сейчас закричу! — И что? — Хмыкнул он, складывая руки в замок. — Закричишь и что дальше? Кто тебе поможет? Я твой классный руководитель, а ты прогуливаешь мой урок, как думаешь на чью сторону встанут? — Ты меня хочешь заставить говорить против моей воли? — Лиза уже начинала злиться, скрипя зубами. — Давай так, — он выдохнул, немного отходя, — я выскажусь, ты меня выслушаешь и если прогонишь, то я уйду и больше никогда тебя не потревожу, договорились?       Лиза немного подумала, покусывая губу, а затем выдохнула и приземлилась обратно на свой рюкзак, махнув рукой. Даня тоже присел, но на корточки, смотря девушке прямо в глаза. — Я понимаю, что тебе больно, обидно и неприятно… — Начал он, но Неред грубо его перебила, отворачиваясь. — Конечно, ты меня послал вместе с моими чувствами! Естественно, что мне обидно! — Дослушай ты, блять! — Упрекнул мужчина, прищуриваясь.       Лиза нахмурилась, ощущая как в сердце в очередной раз кольнуло. Как можно так долго злиться на человека, которого ты полюбил всем сердцем? Но всё-таки, она действительно замолчала, внимательно слушая. — Но, пойми, я же не со зла отвергнул твои чувства, — он покрутил руками, задумавшись над дальнейшими словами, — просто… Это сложно. Сначала я запутался и… Испугался в какой-то степени? У меня никогда не было такого сильного, словно ебучий магнит, чувства любви. Не побоюсь этого слова. Именно любовь, а не минутная влюбленность или страсть, похоть.       Лиза едва заметно улыбнулась, прижав колени к груди. — И наши отношения были бы сложными из-за того, что ты моя ученица, ещё тебе нет восемнадцати и у нас обоих могли начаться проблемы, понимаешь? Меня бы могли посадить, а тебя выгнать из школы. — И что изменилось сейчас? Мне исполнилось восемнадцать или я перестала быть твоей ученицей? С чего вдруг ты решил со мной помириться? — Она мысленно похлопала себе за такое потрясающе-подходящее замечание, но Дане было что ответить. — Ну, а сейчас осталось совсем недолго до конца года, скоро у тебя день рождения, я посмотрел по журналу, да и выпускной на носу, меньше шансов попасть. — Только из-за этого? — Нет, не только… — Он выдохнул, немного запрокидывая голову назад. — Понял, что не могу без тебя. Мне так тяжело без тебя, что пиздец. Никогда бы не подумал, что смогу так в кого-то влюбиться. — А почему ты не уволился? Ты же не работал раньше учителем и на что-то жил. Если бы ты здесь не работал всё было бы проще. — Я не могу оставить класс, да и Даша меня попросила вас выпустить потому, что переживает за вас всех и тебя в частности, как я мог уволиться?       Неред призадумалась, понимая, что она никогда не ставила себя на место Дани. Её так окрылила и вдохновила история любви её родителей, плюс она никогда не испытывала ничего подобного и из-за этого в глаза залетела розовая пыль и девушка не видела ничего кроме его отказа. Не думала о его чувствах, о его мыслях, о том, что он делает и как борется со внутренними демонами, которые так и подначивают его сделать все так, как хочется. А ведь он просто не хотел, чтобы у нее начались проблемы. Их отношения были бы невероятно сложными и могли действительно закончится уголовкой для Дани и проблемами для Лизы. Она никогда не думала о нем, значит виновата тоже? Девушка это осознала, но принять не могла, обида слишком слепила глаза, мешала нормально думать. — Я знаю, что был не прав, — прошептал Даня, заправляя прядь её волос за ухо, — я был слишком резок, глуп, а потом настойчив. Запутался и запутал тебя, но позволь мне все исправить. — Я… — Лиза замялась, не зная что ей делать и как поступить, чтобы было правильно. Сердце велело одно, а разум вторил другое. –Нет!       Девушка схватила рюкзак, сорвавшись с места и убежала, заставив Даню отлететь в стенку. Он скрипнул зубами, выдыхая, а затем поплелся обратно в кабинет. Зайдя внутрь, он плюхнулся на свой стул, отводя взгляд в окно. В классе стояла гробовая тишина, а на понуром лице Кашина играли черти, поэтому никто не шумел, тихо пытаясь закончить свои работы. Когда прозвенел звонок, все вылетели из помещения, попутно кидая листочки с контрольной на первую парту среднего ряда.       Затем Данила провел ещё пару уроков с никакущим лицом и настроением, постоянно срываясь на бедных учеников практически просто так. И вот что ему теперь делать? Последняя надежда на примирение с русой ускользнула прямо перед его носом, а он ничего не сделал, позволив ей уйти. Какой же он еблан.

***

      Прошла ещё неделя и до начала мая осталось совсем немного, буквально меньше двух недель, а это значит, что самое время готовиться к выпускному балу. Весь класс Кашина стоял в актовом зале во главе с самим Данилой, который разговаривал с их школьным хореографом, обсуждая вальс, который они будут танцевать на выпускном. Девушки переговаривались между собой, обсуждая платья и прически, которые будут делать на знаменательное событие. Парни обсуждали то, как будут клеить одноклассниц и напиваться, а Лиза, как и всегда, опоздала, поэтому сейчас прокрадывалась внутрь зала буквально секретным агентом. Все уже встали в пары, начиная репетицию и ее, вроде, никто не заметил, но предательская дверь, хлопнувшая от сквозняка, заставила всех обратить внимание на русую, которая была до жути смущена, ведь припёрлась почти под конец дня, пропустив все уроки.       Всю ту неделю после того, как Даня извинился, девушка провела в раздумьях, пытаясь понять насколько его слова и чувства искренние. Так же она пыталась понять как себя чувствует она сама и есть ли у неё остатки любви, которые могли бы разрастись в дерево, ведь чувствовала она себя в последнее время опустошенной. Мысли ежедневно пожирали изнутри и даже сейчас она не знала до конца что она решила. Даня ждёт ответа и она прекрасно об этом знала, но не могла решиться сама для себя. Сердце трезвонило одно, а разум другое и они не могли согласоваться, отчего становилось трудно даже дышать. Мысли сковывали и не давали трезво воспринимать совершенно любую информацию, поэтому она перестала на время ходить на любые уроки, чтобы разобраться и дать Дане четкий ответ. Она пропускала уроки, но сегодняшнюю репетицию пропустить ей было нельзя, ведь хореограф распределял пары, а вставать с каким-нибудь Антоном, что брызгал слюнями даже с закрытым ртом, просто потому, что не было никакого другого варианта, девушка не хотела, поэтому она пришла, но кто же знал, что и сам рыжеволосый будет здесь? Она-то думала, что будет только хореограф и одноклассники, поэтому морально не была готова к встрече. Что ж, похоже она не сможет дать ему ответа через две недели, как и планировала, придется додумывать на ходу, ведь он с нее спросит, это уж Лиза знала.       Весь класс внимательно изучал потрепанную девушку в джинсах, футболке с неоново-зеленой надписью «ненаход» и рюкзаком синего цвета, что впервые за всю среднюю школу собрала волосы в какой-то небрежный пучок. Русая бросила взгляд на ребят, а затем остановилась на хореографе, который смотрел на неё в ответ. В этот же момент она заметила, что все её одноклассники встали в пары, идеально разделяясь по двое, а значит для неё не будет места, поэтому мысленно напевала победный гимн, но не тут-то было. — Неред! — Ох, как же её бесит, когда кто-то кличет по фамилии, но учителю ничего не скажешь против. — Опять опоздала? Господи, сколько можно? — Школьный учитель-хореограф Алексей Павлович, носящий гордое погоняло «Трикошка», тряхнул длинными светлыми волосами и поставил руку на талию, выпячивая бедро.       Алексей Павлович всегда Лизу раздражал и дело было даже не в том, что он гей, о чём знала вся школа, но он думал, что ничем себя не выдает, а в том, что мужчина был очень манерным, противным, высокомерным и голосистым. Но голос его был не красив, как у соловья, а пискляв и тонок, отчего всегда складывалось ощущение, что его чем-то придавили.       Мужчина оглядел класс на наличие свободных мальчиков или хотя бы девочек, но никого не нашёл, прикладывая пальцы к вискам. — И куда мне тебя сейчас девать прикажешь, Неред? — Он призадумался, поднимая бровь пальцем, а затем щелкнул, подходя к Даниле, что увлеченно разговаривал с кем-то по телефону на повышенных тонах в углу актового зала, даже не заметив присутствия объекта своего воздыхания. — Данила, не поможете?       Кашин кивнул, прощаясь с кем-то и сбрасывая звонок, а затем подошел в центр зала, складывая руки в замок за спиной. Сейчас на нем был самый обычный черный худак и самые обычные спортивные штаны, из-за чего весь класс сегодня удивился, ведь молодой учитель хоть и был «бунтарём» среди преподавательского состава даже молодой части учителей, но никогда не позволял себе появиться не в пиджаке. Сам Даня не хотел нарушать свои же принципы, но раз один уже нарушен, то почему бы и не повалить остальные, ведь вести уроки в удобной одежде гораздо приятнее, тем более Даша не против. — Иди сюда! — Лиза встрепетнулась и вышла из-за спин одноклассников, стыдливо опуская глаза в пол, пока глаза рыжеволосого медленно округлялись. Вот кого-кого, а её он точно не ожидал здесь увидеть. — Так, давай, сюда. — Алексей поставил Лизу рядом с мужчиной, а затем обошёл их пару раз. — Ага, идеально. Так величественно, когда мужчина выше своей партнерши. — Он положил одну руку Неред на протянутую ладонь Дани, другую на его плечо, а правую руку Кашина на талию русой. — Данила, не окажете честь? — С удовольствием! — Ухмыльнулся рыжеволосый, чуть крепче сжимая талию девушки и начиная кружить её в медленном вальсе.       По классу прошлись смешки и все так же закружились вслед за парочкой, вставая по кругу. Турбина и Миша, которому Света уже успела всё доложить, тихо посмеивались, продолжая танцевать, но вот Лизе было совсем не до смеха. Она двигалась очень скованно и смущенно, стараясь отвести взгляд от пожирающих глаз Дани, пока он сам тихонько улыбался, смотря на девушку немного сверху. — Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три-раз, — пропевал учитель, размахивая руками как дирижёр, — Михаил, обнимите Светлану покрепче. Вот так лучше. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три-три. — Продолжал он, самодовольно улыбаясь. — Валерия, ну что такое! Положите руку Николаю на плечо, пожалуйста! Вот так! Раз-раз-раз! Раз-два-три! Данила, Елизавета! Великолепно, просто великолепно!       Лиза снова засмущалась, услышав похвалу в адрес их пары, смотря на их с Даней ноги, что смешно двигались по квадрату. — Елизавета, посмотрите на партнера! Нельзя танцевать с вечно опущенной головой, это не эстетично! — Гаркнул Алексей, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов.       Девушка подняла голову, вглядываясь в омут голубых глаз, которые смотрели на неё с такой нежностью и любовью, что хотелось провалиться сквозь землю, иначе она просто захлебнется чувствами. Русая закусила губу, а затем немного улыбнулась. Даня тоже улыбнулся в ответ, сжимая ладонь партнерши сильнее. Учитель на фоне что-то опять кричал, но не в их сторону, ученики нелепо топали ногами, но они не обращали на это никакого внимания. Кашин сильнее прижимал девушку к себе, а она тянулась всё ближе и казалось, что сейчас они взлетят, прямо как в мультфильме про двенадцать танцующих принцесс. — Ты прекрасна, — прошептал Даня, не сдержавшись, на что она едва улыбнулась, сдувая со лба прядку, выпавшую из пучка, — тебе идет эта прическа.       Лиза тихонько рассмеялась, немного отстраняясь. — Да? А как тебе моя футболка?       Даня опустил голову чуть ниже, наконец обращая внимание на вещь и подметил про себя, что это та самая футболка, которую девушка утащила из его дома после того, как ночевала там. — Прекрасная футболка, где взяла? — Он улыбнулся, чуть наклоняя её в танце. — Спасибочки, — она тоже улыбнулась, вставая вертикально, — это футболка моего парня.       Данила сначала нахмурился, думая, что Лиза успела кем-то обзавестись и уже решительно подумал как бы этому «кому-то» набить лицо, а потом до него дошло и он тихо рассмеялся, прикладываясь своим лбом к её. — Ебанутая, — выдохнул он ей прямо в губы, но целовать не тянулся, ведь у них был полный зал свидетелей. — Знаю, — ухмыльнулась русая, окончательно всё для себя решив, — сам такую выбрал, терпи теперь.       Парень отстранился, продолжая кружить Лизу в вальсе. — Терплю, куда деваться…       Подумать только, для того, чтобы её мнение перевернулось достаточно было всего одного короткого разговора, коротенького объяснения. Обида была такой сильной и так слепила глаза, что она не видела самого простого и элементарного. Она не видела корня проблемы, считая, что её просто втоптали в грязь, но на самом деле оказалось, что Даня заботился только о ней и ни о ком больше. Это грело душу и сердце, поэтому она простила. Так искренне, как могут только действительно любящие люди. — Ну, всё, стоп, — крикнул Алексей Павлович, хлопая пару раз в ладоши, — на сегодня закончим! Все свободны. Жду завтра после шестого урока на репетицию. — Он подошел к Лизе и Дане, что буквально пожирали друг друга глазами, но не могли сделать ничего больше, чем смотреть. — Слушайте, вы так хорошо смотритесь вместе, почему бы вам не вести вальс на самом выпускном? Что скажите?       Лиза выпрямилась и посмотрела на Даню, лицо которого отражало непонятную эмоцию, но затем он выдохнул, улыбаясь. — Почему бы и нет?

***

      Девушка огляделась по сторонам на наличие одноклассников и скользнула внутрь кабинета, закрывая за собой дверь. В помещении было пусто и темно, только тоненькая полосочка света проложила свой путь через парты из-под двери, ведущей в подсобку. Русая оглядела кабинет, подтягивая лямку на рюкзаке, а затем двинулась в сторону коморки, стараясь не наступить на скрипящую половицу. В школе было пусто и неудивительно, ведь время только-только близилось к восьми утра, до уроков оставался ещё целый час, но она уже пришла ради учителя. Своего учителя. Они официально встречались уже вторую неделю, но всё никак не могли нормально пересечься и поговорить о чувствах, просто узнать как дела или попить вместе кофе, ведь оба были зверски заняты: Даня уроками и контрольными, а Неред подготовкой к ЕГЭ по истории, которую она внезапно решила всё-таки сдавать, из-за чего Даша вынесла ей весь мозг, говоря о том, как сложно исправить биологию на историю за месяц до экзамена, но всё-таки пошла на уступки, получая пиздюлей от многих важных пись. Их отношения были буквально на расстоянии, ведь они почти не виделись, но писали друг другу каждый день, поэтому сейчас Лиза пришла пораньше, встав аж в пять тридцать утра, чтобы успеть собраться и чтобы они смогли пообщаться получше в жизни.       Русоволосая тихо открыла дверь, заглядывая внутрь крохотной комнатки, большую часть из которой занимал огромный стол, заваленный листами и старенький диван, а оставшаяся часть была во всяческих принадлежностях для мытья кабинета. Даня тяжело вздохнул, проводя пальцами по прикрытым глазам и смыкая их на переносице, а затем поставил оценку, жирно выводя её в конце тетрадного листа с контрольной, откладывая в сторону. Девушка всё так же незаметно подошла к нему и положила руки на плечи, а затем вовсе обняла со спины, кладя подбородок на затылок. — Доброе утро, лисичка, — улыбнулся он, беря в руки еще один лист с корявым почерком, — ты как? — Отвратительно, — выдохнула она, прикрывая глаза, — я жутко не выспалась, ебучее ЕГЭ.       Даня сочувствующе кивнул, зевая. — А ты как? — Не лучше. Всю ночь просидел за этими ссаными контрольными, уже глаза слипаются, а ведь мне ещё вести, — снова зевнул, откладывая ручку, — шесть уроков. — Бедненький, — улыбнулась Лиза, обходя его и усаживаясь на колени, а затем положила голову на плечо, ложась на него как маленький ребенок, на что Кашин усмехнулся, обнимая её за талию. — Знаешь, поцелуй одной вредной маленькой лисы был бы очень кстати, — девушка рассмеялась, прищуриваясь, а затем поцеловала парня в линию челюсти, вызывая у того ухмылку. — Эй, я имел в виду другой поцелуй! — А ты не уточнял! — Лиза показала язык, а затем приняла сидячее положение.       Даня немного наклонился, замирая над лицом девушки и обжигая губы дыханием, выжидая разрешения, чтобы не повторить своей прошлой ошибки и девушка едва заметно кивнула, прикрыв глаза. Губы рыжеволосого накрыли Лизины и она крепко вцепилась в предплечья парня. Он ловко орудовал своим языком, переплетая его с языком девушки и беря на себя главенствующую роль, а она поддавалась, играя в эту маленькую игру. Казалось бы, что она должна быть смущена, закована, взволнована, ведь целовались они не так много, но Лиза ничего из этого не чувствовала. Было лишь ощущение того, что всё так, как должно быть. Пусть они встречались немного, но душой она уже почти год в отношениях с ним, поэтому ей даже хотелось нечто большего, чем обычные поцелуи, даже несмотря на небольшой страх.       Наконец, он оторвался от неё, прижимаясь своим лбом к её и держа руки на щеках девушки. Глаза Неред сверкали ярким огнем, губы припухли от долгого поцелуя, а волосы немного растрепались от Даниных рук. В прошлый раз, когда он целовал её, то видел совершенно другую картину. Надо же, как много меняют чувства и согласие. Такой вид милой девушки заворожил его и он подумал о том, что хочет провести с ней всю оставшуюся жизнь. — Выходи за меня! — Ляпнул он прежде, чем подумал и замер в ожидании, пока глаза Лизы увеличились в размере раза в два и она немного отодвинулась, странно косясь на парня. — Воу, я… М-м-м. Не то, чтобы я против, но давай для начала хотя бы пару годиков повстречаемся, хорошо? — Улыбнулась она, беря его за руку. — Тем более, мы очень плохо друг друга знаем, я же очень противная, а ты словами кидаешься. Пожалеешь потом. — Знаю я, что ты противная… Столько бегала от меня. Вот нет, чтобы меня выслушать сразу? Давно бы помирились. И ниче не пожалею. Столько месяцев пытался добиться тебя и для чего? Чтобы потом просто кинуть? Нет уж, ты от меня просто так не отделаешься. — Буркнул он, улыбаясь тоже. — Ой, всё, дед разворчался! — Ой, посмотрите-ка, я для неё уже дед. Вот так и знал, что так и будет. — Лиза закатила глаза, вздыхая на очередной выкидон парня. — Кстати, а ты не хочешь начать ходить на мои уроки? Даша мне таких пиздячек вставила за то, что ты не ходишь, а оценки у тебя есть. Еще и историю выбрала как экзамен, дурында. — У меня есть оценки? — Девушка взяла обе руки Дани и начала хлопать ими друг об друга, как маленький ребенок. — Приходится ставить, иначе бы тебя выпнули, — ухмыльнулся он, спуская руки на её пятую точку, несильно сжимая, — так что давай, жду на следующем уроке. Вызову тебя к доске и буду весь урок смотреть на чью-то красивую задницу. А не придешь — отшлепаю.       Лиза прищурилась, усмехаясь и про себя подумала, что её очень даже устраивает такой расклад событий, ведь чем больше Даня находился рядом с ней, тем больше её возбуждал один его вид. Его естественный запах, пахнущий как что-то пряное, но одновременно горькое вместе с её подростковыми гормонами, пляшущими в крови, создавали такое взрывное комбо, что в ней буквально просыпались нездоровые животные инстинкты. Хотелось просто пойти и повалить его на ближайшую горизонтальную поверхность, отдаваясь полностью, но она боялась, что слишком торопится и он сочтет её слишком легкомысленной (ох, знала бы она, что её благоверный уже вторую неделю после даже самых обыкновенных объятий мчится домой, чтобы пару раз разрядиться в душе). Всё это уже даже дошло до того, что девушка начала мастурбировать, хотя раньше таким не занималась, да и не видела надобности, но сейчас, когда рядом ходит человек, который тебе нравится, выбрасывая в воздух естественный афродизиак, к которому ты к тому же не можешь прикоснуться из-за совести, пару раз вздрочнуть просто необходимо, чтобы элементарно не взорваться.       Парень снова потянулся к Лизе, затягивая её в поцелуй, на что она с удовольствием ответила, а Кашин подметил про себя, что ему придется сегодня провести в душе чуть больше времени, чем обычно. Но внезапно раздался тоненький голос, зовущий Даню по имени-отчеству и послышались шаги. Парочка оторвалась друг от друга, немного запаниковав, ведь не ожидали, что их может кто-то потревожить. Русая быстро среагировала, доставая из рюкзака тетрадь и вставая перед мужчиной, раскрывая её на пустом развороте. Данила сразу понял, что ему нужно сделать, поэтому тыкнул пальцем в лист и как раз в этот момент дверь открылась. — Так, ну смотри, это задание ты сделала хорошо, но чтобы получить оценку в четверти и в году тебе нужно будет ещё сделать пару докладов и… — Данила Владимирович? — Мужчина поднял голову, замечая в дверном проёме Леру с листочком. — О, Лерок, а ты чего так рано? — Я пришла сдать вчерашнюю контрольную, я забыла её сдать в конце урока и унесла домой, простите, — виновато потупила взгляд Мидлер, проходя в коморку и протягивая листочек. Данила нахмурился, понимая, что она специально не сдала работу потому, что ничего не знала и просто написала её дома. — Хорошо, — Даня протянул руку через плечо Лизы и принял листок, едва заметно улыбаясь. — А ты че здесь забыла? Решила таки сдать историю под конец года? — Хмыкнула Лера, пытаясь заглянуть в тетрадь одноклассницы, которую та закрыла прямо перед её носом, не дав ничего выведать. — Тебя ебет, Дверка? — А если ебёт? — Тогда не удивлена. Тебя ебёт всё, начиная с Петрова из «А» и заканчивая моими задолженностями.       Лера нахохлилась, надувая губы и щеки, а затем развернулась, на пятках уходя из комнаты, а затем и вовсе из кабинета. Даня удивленно вскинул брови, пару раз открыл и закрыл рот, в конце концов выдохнув. — А язык-то у тебя развязан, — хмыкнул Кашин, складывая контрольную Леры пополам. — Знаю. — Ухмыльнулась в ответ Лиза, подходя ближе к своему парню и буквально вжимаясь в него. — Этот развязанный язык может не только всяких шкур посылать далеко и надолго, но ещё и заводить одного рыжеволосого симпатичного мужчину с полуоборота. — Пошло выдохнула девушка ему в губы, а затем рассмеялась от его ничего не понимающего лица. — Дань, ты бы хоть свой стояк спрятал, а то Лера бы подумала, что на неё.       Данила опустил голову вниз, подмечая своё интересное положение, а затем страдальчески простонал, откидывая контрольную куда-то в сторону. — Это ты виновата, маленькая засранка!       Лиза снова рассмеялась, сгибаясь пополам от смеха.

***

      Домой Лиза шла окрылённая вместе с Даней за руку, который вызвался её проводить до самого подъезда и им было плевать на то, что их могли засечь одноклассники и учителя. Чувство влюбленности так вскружило головы обоим, что они решили просто забить на мнение остальных, главное, чтобы это не переросло в реальные проблемы.       Девушка смеялась и рассказывала мужчине все, что произошло за то время, пока они были в ссоре, а Даня бесконечно извинялся за каждый день, когда она боролась с болью от отвергнутых чувств, на что Лиза добродушно закатывала глаза и говорила о том, что это ерунда и главное, что все в итоге сложилось хорошо. Когда они подошли к дому Неред, та хотела бесстыдно сбежать, оставив его у подъезда, но Кашин упорно настоял на том, чтобы проводить девушку прям до двери, ведь «Знаешь сколько случаев, когда девушек убивали или насиловали в подъезде» и Лизе пришлось открыть дверь, пропустив своего, уже, парня внутрь. Они поднялись на нужный этаж, а русая надеялась лишь на то, чтобы её мама не решила внезапно вынести мусор. Когда они оба остановились возле железной двери, Лиза потянулась к мужчине, оставляя на его щеке поцелуй и как раз в тот самый момент, как в самых дешёвых сериалах, открылась дверь её квартиры и оттуда выглянули сразу оба родителя, удивляясь. Девушка сразу отскочила от Дани, но тот крепко схватил её за руку, притягивая обратно к себе. Она зло на него покосилась и натянула улыбку, смотря на родителей, лица которых выражали какую-то агрессию и презрение. — Э-э-э… Привет? — Неловко начала Лиза, пытаясь перевести тему. — Ну, Данила Владимирович уже уходит, правда? До свидания. — Девушка отцепилась от руки рыжеволосого, немного подталкивая его к лифту. — Ну, уж нет, родные, заходите, — мать Неред пошире открыла дверь, приглашая гостей пройти, на что русая нервно сглотнула ком в горле, покорно заходя в квартиру, а следом уверенно зашёл Данила. — Ну, что, зятёк, поговорим? — Начал с порога отец Лизы, а затем открыл дверь в гостиную, проходя внутрь. Даня двинулся следом, немного поправляя часы на левой руке.       Но не успел он пересечь порог комнаты, как Лиза вцепилась в его руку, смотря молящими глазами. — Может, не надо? Пожалуйста. — Она чуть ли не плакала, представляя как родители запрещают ей только-только начавшиеся отношения.       Кашин посмотрел на наворачивающиеся в глазах девушки слезы, немного разворачиваясь и приобнимая её. — Ну, что ты так разнервничалась? Где моя любимая вреднючая боевая Лиза? Успокойся. Всё будет хорошо, не переживай. — Он зашёл в комнату, захлопнув дверь.       Лиза глубоко вздохнула, пытаясь прислушаться к происходящему за дверью, но мужчины, видимо, вышли на балкон, поскольку в комнате было тихо. Она повернулась на мать, что на мгновение вышла из кухни в коридор, но тут же зашла обратно, а затем проскользнула в свою комнату, покорно выжидая, когда её молодой человек и отец поговорят.       Спустя недолгое количество времени, которое показалось Лизе вечностью, она услышала повышенные тона разговора Дани и своего отца, морально готовясь сбегать из дома или закатывать истерику, а затем вышла из комнаты, отписываясь Свете, которая уже была в курсе всего, что произошло за последние несколько недель. Когда она зашла на кухню, то увидела, как Даня сидит рядом с её родителями, попивая горячий чай и рассказывая какие-то истории из своей жизни, на что её мать и отец заливисто смеялись, подмечая хорошее чувство юмора парня. Русая зависла в дверях, не веря своим глазам. Как ему так быстро удалось наладить отношения с её родителями? Первым зеленоглазую заметил Данила, подзывая к себе. Девушка покорно подошла и хотела сесть на стул рядышком, но рыжеволосый усадил её прямо к себе на колени, пока родители улыбались, плотнее прижимаясь друг к другу и вспоминая свою молодость. — Ой, — встрепенулась мать, хлопнув по коленям ладонями, — а давайте я альбом принесу. Там Лизка такая смешная, жопой голой светила дай бог!       Лиза словила волну стыда, утыкаясь носом в ворот худи, пока Данила улыбнулся, кладя руку ей на талию. — Ну, ма-ам, не начинай, а? — А что такого-то? Ты же маленькой была! Даня, ты хочешь посмотреть альбом?       Даня кивнул, улыбаясь и тем самым показывая что ни капли не смущен «голой жопы Лизы», а даже наоборот — его заинтересовали детские альбомы девушки, пока Неред медленно сгорала от стыда, растекаясь в красную спущенную лужу.

***

— Чтоб я ещё раз тебя домой привела! — Грозно заявила девушка, лёжа на груди парня и носом утыкаясь ему в шею. — Да ладно тебе. Ты чё, из-за фоток всё ещё паришься? Ну, увидел я твою детскую шмоньку, что такого? — Рассмеялся парень, получая по животу кулаком и шикая. — Фу, ты как дед мой! Слово-то какое старое, Господи. Говорила мне мама до добра это не дойдет! — Не правда! Твоя мама так не сказала бы, она меня обожает. И отец, кстати, тоже. — И я не понимаю почему! Как ты умудрился так быстро их к себе расположить?! — Данила улыбнулся, запуская руку в пшеничные пряди и начиная их перебирать. Роман зашёл в комнату, подходя к балконной двери и приглашая Даню пройти следом. Дверь захлопнулась и мужчины присели на две табуретки, стоящие здесь с времен, наверное, Мезозоя. — Куришь? — Ухмыльнулся Роман, почесывая подбородок. — Вообще нет, но за компанию могу.       Отец Лизы достал пачку и открыл её, предлагая парню. Тот взял никотиновую палочку, подкуривая её и поднося огонь к лицу Неред, на что тот затянулся, а затем выдохнул сигаретный дым. — Чёт ты не сильно боишься разговора с тестем. — Хмыкнул он, стряхивая пепел в стоящую на подоконнике пепельницу. — А чего мне бояться? Вы младенцев жрёте или что? — Мужчина рассмеялся, немного закашливаясь, пока Даня лишь улыбнулся. — Да и сомневаюсь, что вы меня позвали ради того, чтобы сказать какой я хуевый и запретить мне встречаться с вашей дочерью. — С чего ты взял? — Рыжеволосый промолчал, затягиваясь. — Я просто Лизку пришугнуть хотел, якобы мы с её матерью строгие родители. — Даня мысленно дал пять своей развитой интуиции и ухмыльнулся, туша окурок в пепельнице и выдыхая остатки дыма с никотином. — Ты отличный парень, сразу видно. Мы видели, как вы у подъезда жались. Да по тебе даже видно, что ты взрослый, зрелый, повидал всякое дерьмо и никогда не позволишь нашей Лизке оказаться в неприятностях. — С чего вы взяли? — Пять лет курса «психологии» в институте, бля.       Мужчины громко рассмеялись, а Даня сразу понял, что ему достался отличный тесть и он явно понравился обоим родителям, сумев их расположить к себе, а если родители не против, то их вообще теперь ничего не остановит. — Это секрет фирмы. Места знать надо и быстро бегать. — Рыжеволосый прикрыл глаза, ухмыляясь.       Лиза поднялась с его груди, ткнув пальцем в нос и тоже ухмыльнулась в ответ. — Козлина, — хмыкнула она, садясь на него сверху, — и партизан. — Охуела? Я щас кому-то жопу надеру. — Он показательно опустил руки на её поясницу, прижимая к себе. — Тю! — Неред сползла с мужчины, садясь на край кровати и беря в руки телефон. — Ты только обещаешь!       Даня улыбнулся на двусмысленную реплику, ущепнув девушку за ляшку, на что она взвизгнула и кинула в него испепеляющий взгляд. Но он отчего-то не испепелился, а лишь показал язык, ущепнув её ещё раз. Лиза нахмурилась и стукнула его кулачком по животу, на что он прижал зеленоглазую к себе, утихомиривая и заставляя лечь обратно на свое плечо.       Наконец-то всё приходит в норму.