Власть с определенной точки зрения

      На следующее утро без десяти минут десять Оби-Ван и Энакин стояли у здания министерства Инниеса. Им в очередной раз не позволили прийти сюда пешком, ссылаясь на «дипломатический статус», но прислали за ними спидер. Водитель — хмурый, неразговорчивый равасиец — дал им чип с кодом и велел активировать, когда они покончат с делами и соберутся возвращаться.       Оби-Ван нажал кнопку на дверной панели, снабженной экраном. Тут же появилось изображение пожилой равасийки-администратора. Женщина казалась такой же мрачной, как и водитель спидера. «Они все тут такие, что ли?» — мельком подумал Энакин. — «Или они все такие с нами?»       — Что вам угодно? — равнодушно спросила женщина.       — Мы — джедаи, прибывшие в Инниес по запросу сенатора Даойне, — ответил Оби-Ван. — У нас назначена встреча с премьер-министром Кансой.       Изображение исчезло — ни слова, ни кивка. Дверь с шипением отъехала в сторону и так же резко закрылась, едва не прищемив подол плаща старшего джедая. Пальцы Оби-Вана слегка шевельнулись, и дверь притормозила, закрываясь, так, что он успел пройти. Равасийка тихо зашипела — не иначе, она сделала это нарочно.       — Вам бы не помешало отладить механизм двери, мадам, — любезно заметил Энакин.       — Любое повреждение собственности, особенно в здании министерства, повлечет за собой уголовную ответственность! — выплюнула она в ответ, ее кожа пошла пятнами. — Не стоит думать, что, если вы джедаи, то вам все дозволено.       — Энакин, успокойся, — тихо сказал Оби-Ван и уже громче обратился к женщине: — Так куда нам идти?       — Двадцать пятый этаж, там вас встретят, — последовал едва ли не злобный ответ, затем женщина отвернулась к своему экрану.       — Идем, она права, — так же тихо продолжил учитель, пока они шли к турболифту. — Мне не следовало этого делать. Ничего страшного не случилось бы, если бы мы задержались на полминуты.       — А я считаю, она специально. Вдруг она хотела, чтобы мы опоздали на встречу, а? Ведь это могло бы подпортить нам репутацию.       — Возможно. Но не будем судить раньше времени. И прошу тебя, падаван, следи за языком; не хватало только испортить дипломатические отношения в первый же день. Говорить буду я.       Падаван уныло буркнул: «Да, учитель» и уставился в нежно-кремовую стенку кабины турболифта. Что-то здесь было не так. Очень сильно не так.       Их встретил равасиец по имени Йимисет — секретарь премьер-министра, приславший вчерашнее сообщение о встрече. Он казался чуть-чуть полюбезнее своих сограждан, и это слегка обнадеживало. Секретарь проводил джедаев в просторный кабинет, где представил их сидевшему за столом премьер-министру. Кроме него, в кабинете находились еще двое советников младшего ранга, и они не ушли при появлении джедаев.       Хаэли Канса поднялся им навстречу. Он был примерно одних лет с сенатором Даойне, но одет гораздо проще. Остроконечные уши слегка дернулись, но в остальном он не проявлял никаких признаков враждебности. После обмена приветствиями он предложил гостям сесть и постарался сразу перейти к делу.       — Рад приветствовать вас, уважаемые послы, хотя не стану скрывать, нам неприятно вмешательство извне. Поверьте, я больше других заинтересован в разрешении всех наших проблем, но, полагаю, сенатор Даойне чересчур сгустил краски.       — Прошу вас, расскажите о ситуации на Равасе, — попросил Оби-Ван. Канса удивился — как будто искренне.       — Неужели она вам не известна?       — Мне бы хотелось услышать, как ее опишете вы, премьер-министр.       — Прежде, чем я начну, позвольте заметить, что вам, мастер-джедай, должно быть известно о том, что некоторые существа видят проблему по-разному, а некоторые и вовсе видят ее там, где ее нет. И лично я не вижу проблемы в том, что наша планета превратилась из отсталого мира, известного прежде лишь развалинами пещерных лабиринтов, в индустриально развитый. Неудивительно то, что кому-то это не нравится. Часть клиентуры «Дорвалла Майнинг» перешла к нам, но на рынке это обычное дело: мы всего лишь предложили более выгодные условия. Что мы получили взамен? Нас разрывают на части республиканские же корпорации, и они же настраивают наших рабочих против получения помощи от тех, кто может ее предложить…       — И кто же это? — заинтересованно перебил Оби-Ван.       Узкие щелки оранжевых глаз Кансы превратились в две тоненькие полоски.       — Зачем мне называть их — чтобы вы передали эти сведения своему Сенату и канцлеру? И чтобы они потом задавили нас окончательно?       — Мы не шпионы, премьер-министр, а миротворцы. Наша задача — максимально прояснить ситуацию и найти безопасные способы ее разрешения.       — Безопасный способ есть, но он не понравится ни вам, ни Даойне, ни канцлеру Палпатину. И, конечно же, он не по нраву тем, кто слепо протестует против любых чужеродных вмешательств.       — Любопытно, премьер-министр: вы только что сказали, что вам нежелательно вмешательство извне — наше вмешательство, однако вы готовы приветствовать чье-то иное. Кто же столь облагодетельствовал вас?       — А это уже вас не… — Канса едва не взорвался, но сумел овладеть собой, по его лицу рассыпались желтоватые точки. Он выдохнул, щечные мешки слегка раздулись. — Не передергивайте. Я не желаю передавать равасийские шахты и заводы в чужую собственность, это было бы экономически невыгодно для нас. Я лишь желаю, чтобы любую инопланетную или внереспубликанскую помощь не сочли подобным намерением. Да, я являюсь совладельцем многих наших заводов; впрочем, вам это уже должно быть известно, — ядовито добавил он.       — Мы поняли вас, премьер-министр, — склонил голову Оби-Ван. — Скажите, вы встречались с лидерами рабочих?       — Да, один раз; они сунули мне гору документов со своими претензиями, на чем встреча закончилась. Поймите, их лидеры — упрямые, недальновидные существа, которые способны только жаловаться и искать виноватых, но не способны ничего сделать, чтобы улучшить свое положение или разрешить конфликт. Поверьте, мастер Кеноби, в этой истории агрессор не я.       — Понимаю. Что бы мы могли сделать для вас, премьер-министр? Быть может, встретиться с этими лидерами? Вам известны их имена?       — Кайм! — окликнул премьер-министр. Йимисет тут же подошел и положил на стол несколько планшетов. — Благодарю. — Он вновь обернулся к джедаям. Вот те самые жалобы, которые они передали мне, — разумеется, с подписями. Правда, в целях безопасности нам пришлось зашифровать их, но, полагаю, вы без труда справитесь с этим. Ищите, читайте, встречайтесь — я даю вам полную свободу действий. Если вам удастся уговорить их, я поверю в невозможное — в то, что джедаи действительно чего-то стоят.       — Мы благодарим вас за содействие и за понимание, премьер-министр. — Оби-Ван поднялся и забрал планшеты. — Как только мы встретимся с ними, сразу сообщим вам о результатах.       — Благодарю и вас. — От Кансы веяло явным облегчением — но отчего: оттого, что кто-то взялся за разрешение конфликта, или же оттого, что джедаи уходят? — К сожалению, это все, чем бы я мог вам помочь. Но ведь вы, джедаи, недаром славитесь своими способностями. Думаю, вы достигнете цели.       Канса распрощался с джедаями и велел секретарю проводить их. Они молча спустились в вестибюль, где по-прежнему сидела хмурая женщина. Оби-Ван любезно поклонился и попрощался, она лишь отвернулась и что-то буркнула. Но, по крайней мере, открыла и закрыла дверь нормально.       У крыльца уже стоял знакомый спидер: водитель подъехал, не дожидаясь, пока джедаи запустят чип. Складывалось ощущение, что им не позволяют сделать самостоятельно ни единого шага. Пришлось сесть в спидер на заднее сидение, где наконец можно было немного поговорить.       — Что думаешь? — тихо спросил Оби-Ван ученика, как только взревел мотор.       — Что-то не вяжется. — Все же не зря Энакин умирал со скуки, но слушал вновь и вновь запись выступления Даойне в Сенате. — Сенатор говорил, что на равасийские заводы положили глаз чужеродные корпорации, а Канса утверждает, что республиканские. Кому верить? И как он едва не взбесился, когда вы прямо спросили его, кто им помогает.       — Думаю, этого мне тоже не следовало делать. Он неплохо умеет держать себя в руках, тем более, при подчиненных, но мне кажется, что еще немного, и он назвал бы своих союзников.       — Жаль, что на равасийцев нельзя воздействовать Силой, — вздохнул Энакин. — Тогда мы бы живо все узнали. Неужели он правда хочет выйти из состава Республики?       — Думаю, что да; он дал вполне ясный ответ. Похоже, он вправду боится потерять планету, но не в меньшей степени боится потерять власть. Вот только не понимает, что именно это и случится, стоит ему сговориться с Корпоративным союзом или Коммерческой гильдией.       — И все-таки неплохо вышло, учитель. — Энакин потряс сумкой с планшетами. — Конечно, Канса просто хочет взвалить всю грязную работу на нас, но ведь эти записи нам здорово помогут.       — Надеюсь, что так, падаван. — Оби-Ван замолчал и о чем-то задумался, а потом обратился к водителю: — Скажите, а вы что-нибудь знаете о лидерах рабочих?       — Нет, — отрезал тот еще прежде, чем джедай успел закончить вопрос.       — Возможно, у вас есть родственники или знакомые…       — Это не мое дело. Я всего лишь водитель и не интересуюсь такими вещами. И на вашем месте я бы не стал повсюду трепать языком и расспрашивать о всякой ерунде.       — Это еще почему? — поинтересовался Энакин.       — Да потому что никто не станет с вами разговаривать. — Равасиец оглянулся и бросил на юношу неприязненный взгляд. — Считаете себя такими великими и мудрыми, а вот попробуйте заставить говорить хоть кого-то из нас! Да вам не справиться даже с таким простым парнем, как я.       Энакин стиснул кулаки, готовый доказать нахалу, что еще как справится и даст фору не только в драке, но и за рулем. Наверное, еще секунда — и водитель полетел бы вниз, на улицу, но Оби-Ван взглядом остановил ученика.       — Не обращай внимания, — шепнул он. — Думай о задании.       — Задание, задание… Можно подумать, они нарочно нас злят.       — Так не давай им понять, что у них получается. Мы почти приехали. Сейчас прочтем документы и тогда уже станем думать дальше.       Джедаи с удовольствием выбрались из спидера. Энакин протянул водителю кодовый чип, но тот махнул рукой:       — Оставьте себе; активируете, когда вам снова понадобится куда-нибудь ехать.       — Мы что, не можем взять такси?       — Мне велено возить вас повсюду, и я буду это делать, пусть мне это и не нравится.       — Кем велено? — спросил Оби-Ван, но спидер уже уехал.       — Любезный парнишка, — проворчал падаван. — Не знаю, как вы, учитель, но мне уже хочется поскорее разобраться с местными интригами и умотать отсюда. Я сыт по горло.       — Даже не попробуешь айали? — поддел учитель.       — Да после всех этих любезностей они мне в рот не полезут. К тому же, нам здесь лишнего шагу не дают ступить.       За этим разговором они вошли в номер и сразу, прежде чем обедать, хотя голограмма меню уже висела на экране, взялись за планшеты. У обоих имелся неплохой опыт расшифровки различных кодов, что использовались в галактике, как стандартных, так и нет. А в случае неудачи всегда можно было переслать копии документов специалистам Храма джедаев.       — Странный какой-то код, никогда такого не видел, — сказал Энакин, провозившись минут пять. Оби-Ван поднял голову от своего планшета и вдруг едва сдержал крик: на его глазах строки шифра побежали размытыми цепочками двоичного кода, а потом начали исчезать.       — Скорее! — крикнул учитель. — Пересылай в Храм то, что осталось!       Энакин вытаращил глаза: на его экране происходило то же самое. Он схватил следующий планшет и принялся поспешно копировать информацию, но и она так же стремительно стерлась, оставив лишь бесполезные куски пластоида с электронной начинкой.       — А, ситх подери! — Падаван яростно стукнул кулаком по ладони. — Учитель, они же это нарочно!       Оби-Ван сидел неподвижно, сжав губы.       — Вот только вопрос, — медленно проговорил он, — кто же такие «они»…