Облачные Глубины для Мэн Яо

— А-Яо! Впервые вижу тебя здесь.       Юный адепт улыбнулся своему старшему названому брату, что вышел к холодному источнику, и получил улыбку в ответ.       Он отвернулся, давая брату раздеться. Наверняка взгляд его смутит. И, что ещё интереснее, понравится. Сейчас не время и не место им обоим лишний раз рисковать холодностью их тел и голов. — В последнее время моё тело всё больше нуждается в контроле. — В таком случае прости, что потревожил.       Лань Яо услышал, что Лань Сичень замер, едва зайдя в воду. — Нет. Я рад видеть тебя здесь. — Скоро придёт Лань Чжань, — предупредил он.       Лань Яо мягко улыбнулся и покачал головой. — Его я тоже не против встретить.       Неужели дорогой брат действительно думает, что он собирается кидаться на всех, кто может помешать их лишней минуте наедине, даже если она проходит в холодном источнике, в котором даже при желании не выйдет соблазнить кого-то. У них достаточно времени и они уверены в том, что между ними происходит — во влюблённой беготне друг за другом по Облачным Глубинам нет нужды. А вот со вторым братом он общается достаточно редко, хотя это тоже вполне занятно. Тем более сейчас, когда тот раскрывается, стоит прикоснуться, и обдаёт волной чистых эмоций. Они так редко выходят на свет, что их искренность просто великолепна. Однажды Вэй Усянь сможет вызвать эту волну на себя, и они с Лань Ванцзи наконец будут жить долго и счастливо, если, конечно, Вэй Ин всё же окажется хоть немного по мальчикам.       Лань Яо уже привычно дал себе мысленную пощёчину за грубость своих мыслей, и так же привычно возразил себе, что он просто думает обо всём так, как оно есть.       Если бы подобные мысли были признаком злого характера, то всеми добрыми людьми были бы дураки. Лань Сичень вот вовсе не дурак. И определённо обладает самым праведным характером из возможных.       Даже если Лань Яо занесёт не туда, он скажет ему об этом и направит его, и это действительно утешает.       Он сделал несколько шагов в сторону Лань Хуаня. Теперь их плечи почти соприкасались, но они всё ещё не смотрели друг на друга. — Мы можем сегодня сходить на горячий источник, только вдвоём.       Лань Яо мог услышать как Лань Сичень чуть слышно подавился воздухом. Всё же есть в нём ещё юношеская стеснительность и фирменно-клановая неприязнь к нарушению правил, которое ему и предлагают. — Можешь просто прийти ко мне вечером.       Лань Яо внутренне рассмеялся. Если и есть, то не так уж много. Достаточно, чтобы оставаться одним из Нефритов клана Лань, но не так много, чтобы перестать быть блистательным первым молодым господином. — Ты очень красиво улыбаешься, — сказал он. Лань Яо не заметил, как тот обернулся. Он послал ещё более искромётную улыбку, чувствуя, как щёки заламываются ямочками.       Надо же как-то его утешить, он же только что нарушил правило, которое косвенно запрещало говорить комплименты прирождённым, а не приобретённым качествам человека. Да и приятно, признаться, тоже было.       Лань Яо взял копну волос Лань Хуаня и переложил её ему на плечо. Не задевая лобной ленты руками. Её концы, которые до этого почти касались кромки воды, теперь были в безопасности.       Он позволил себе быстрый взгляд по прекрасному белому телу, обновляя за эту секунду в своей памяти цвет и форму сосков, перекаты мышц, изгиб талии и, конечно, соблазнительность члена, что виден сквозь прозрачную воду. Тело вспыхнуло, и холодный источник сразу стал ещё холоднее. Правильно, так он и должен усмирять плоть. — Лань Чжань, куда же ты? — Лань Сичень внезапно обернулся и посмотрел в сторону берега.       Лань Ванцзи действительно ходит очень тихо.       Мэн Яо тоже повернулся. Средний названый брат явно секунду назад тихо отступал обратно по тропинке. — Мы ждали тебя, — подтвердил он.       Их с Лань Сиченем дружелюбные улыбки были сейчас будто списаны друг с друга.       Не меняясь в лице, Лань Ванцзи снова пошёл вперёд.       Вскоре, в холодном источнике было уже трое, и все искали здесь усмирения тел. Двое, вопреки намерению, нашли здесь волнение друг из-за друга, и ещё один чувствовал это и завидовал им. — Извини, что навлёк на тебя подозрения сегодня утром, — все трое, как обычно, стояли полубоком друг к другу и смотрели в разные стороны.       Последовала небольшая пауза, и почти счастливый голос протянул: — Мгм.       Похоже, за короткое время между тренировкой и купанием успело произойти что-то хорошее. — Господин Вэй явно расположен к тебе. Иногда ты слишком строг к нему. — Ммм.       Лань Ванцзи выражал сомнение в том, что Вэй Усяня интересует что-то кроме строгости. — Однажды я не сдержусь и расскажу господину Вэю, какова на самом деле ситуация. — … — Господин Вэй готов беседовать с тобой? — пришёл Лань Сичень на помощь брату, потерявшему последний дар речи от возмущения. — Конечно. Я объяснил, что именно благодаря этому происшествию я могу продолжить помогать им. Мы договорились разделить какой-нибудь вечер за Улыбкой Императора. — Ты множишь преступления, — не выдержал Лань Ванцзи. — И, похоже, только господин Вэй решил к тебе прислушаться? — сказал Лань Сичень, и его прохладная рука легла на синяк, что расцветал на нижней части живота Лань Яо, и который тот пытался закрывать всё это время. — Вэй Ин? — простонал Лань Ванцзи. — Нет, конечно. Он не знает.       Так себе эти источники как лечение.       Как пояс верности правилам куда лучше.       Лань Яо снова обожгло холодом, так что он собрался выходить из воды, но Лань Ванцзи, наверное, жгло всё это время куда сильнее, поэтому он развернулся и вышел из источника.       Несколько минут Лань Яо боролся с собой, чтобы не прильнуть к тёплому телу Лань Хуаня. — Брата ждёт счастье в более или менее ближнем будущем, — завёл тот разговор.       Верно, вера в судьбу брата за сплетни не считается.       Похвала тоже. — Вэй Усянь может быть ветренным иногда, и почти всегда он демонстрирует свою способность переключаться и дарить свою жизнерадостность всем нуждающимся, но его сердце, без сомнения, способно на глубокое чувство.       Лань Сичень обратил свой взгляд в расщелину, через которую были видны поднимающиеся к небу и теряющиеся в облаках бескрайние горы.       По какой-то причине он считал, что Лань Яо лучше него может читать людей. А тот думал, что может лишь быстро распознавать потребности, привычки и предпочтения людей, в то время как душа Лань Хуаня куда более чуткая к чужим переживаниям.       Но пока дорогому брату нужна его поддержка и вера в его силы…       Какие напыщенные мысли.       Портят своим высокомерием всю чистоту дорогого брата…       Красивые здесь горы, он до сих пор восхищался ими, даже прожив здесь столько времени. Они всегда вдохновляли его. Его художественные навыки едва дотягивали до приличного уровня, им было очень далеко до уровня Лань Сиченя, но их все он получил, пока писал пейзажи, уединившись где-нибудь в садах Облачных Глубин.       Это доставляло ему удовольствие. Ему было просто невероятно приятно пытаться перенести на холст своё восхищение здешней природой и те чувства, которые она в нём поднимала. Сейчас, рассматривая бескрайние просторы, он чувствовал, что ему на небольшое количество времени стало восхитительно спокойно. Он глубоко вдохнул прохладный освежающий воздух.