9. Юность. Заброшенный дом
30 декабря 2019 г., 13:22
Найти пристанище получилось, и очень удачное.
У дороги стоял заброшенный, но достаточно приличный дом. Заглянув внутрь, Лань Яо остался полностью доволен: там было место для сна и огня, не было разрухи — надо было только чуть-чуть прибраться. Идеальное убежище, если повесить несколько талисманов от нечисти и не высовываться, потому что дорога довольно близко.
Но всё не могло оказаться так идеально.
— Ох, господа Цзе У Цзюнь и Лянь Фан Цзюнь! Неужели вы решили остановиться здесь? Вам нет нужды использовать эту хижину, я дам вам комнату у себя на постоялом дворе.
Мужчина в годах, что ехал по дороге и заметил их, разглядывающих дом со всех сторон, слез со своего осла и поклонился им.
Лань Яо передёрнуло.
— Здравствуйте, господин Ян.
Лань Сичень явно устал гадать, откуда он знает то или иное имя, но именно в этот раз у него был шанс вспомнить. Этот человек содержал тот постоялый двор, где они встретились много лет назад. Тогда Лань Яо его побаивался и недолюбливал, потому что тот не разрешал ему разговаривать с постояльцами и обвинял в намеренной игре на жалости всех окружающих.
На краю сознания промелькнула мысль, что звучит справедливо.
— Лянь Фан Цзюнь, я польщён тем, что вы знаете меня! Кто бы мог подумать, что вы так же близки с каждым под солнцем, как о вас говорят слухи!
Лань Сичень бросил на него взгляд, пытаясь понять, собирается ли он взять на себя вежливые переговоры. Лань Яо уже натянул свою улыбку, показывая, что да, но позволил себе на секунду уйти в себя, чтобы проанализировать свои эмоции.
То, что он сперва принял за затаённую детскую обиду, на самом деле было скорее иллюзией; особых эмоций он не испытывал. Он просто был предвзят к этому человеку, потому что не пересматривал своего отношения к нему уже много лет. И этот человек вполне справедливо будет защищать в первую очередь то, что ему дорого. Его готовность приютить их уже говорит о его некоторой смелости. Даже если он практически не представляет величину риска. Даже если он сдаст их, едва ему пригрозят. Даже если он уже сейчас намеренно заманивает их в ловушку, это тоже требует смелости.
Но одной смелостью жив не будешь, этот человек не мог дать им надёжного укрытия ни при каком раскладе.
— Мы бы с радостью приняли ваше предложение, но ни в коем случае не хотим навлекать беды на вас и ваших почтенных постояльцев.
Мужчина разочаровался, но вежливо попрощался и отправился своей дорогой.
Когда человек на осле скрылся из виду, Лань Яо снова поднялся на ноги, стараясь выглядеть энергичнее, чем было на самом деле.
— Пойдём.
— Нет нужды, мы остаёмся. Я понимаю твои сомнения насчёт…
— Я не сомневаюсь в нём! Я абсолютно уверен, что он будет, как и должен, защищать себя при опасности. Мы тоже должны защититься.
— Нам нужно отдохнуть, в первую очередь.
Очевидно, только Лань Яо надо отдохнуть. Притом срочно, прямо сейчас, пока не стало хуже. Он понимал.
— Кроме того, если тот человек укажет на пустой дом, он окажется в опасности, а он беззащитнее нас, — произнося последнее замечание, Лань Хуань сложил руки за спиной — чувствовал, что ставит Лань Яо в неловкое положение своей праведностью, но отступать не собирался.
— А как же книги? Ими мы не можем рисковать.
— Я спрячусь с ними в лесу до вечера и буду следить за дорогой. Если всё будет в порядке, вечером я вернусь, и мы спрячемся в доме на несколько дней, — Лань Хуань сделал жест рукой, предупреждающий ожидаемый вопрос Лань Яо. — Если я что-то замечу, спрячу книги с помощью талисмана и вернусь за тобой в этот дом, заберу тебя и мы вместе уйдём. У тебя будет несколько талисманов, они помогут тебе спрятаться в случае непредвиденных ситуаций, поэтому ты должен будешь лежать и отдыхать, не заботясь об остальном.
Лань Яо помолчал секунду, обдумывая, на все ли неозвученные вопросы ему ответили.
Когда он набрал воздуха, чтобы продолжить расспросы, Лань Хуань опять успел ответить раньше.
— Я не стану неволить тебя и выслушаю, если случится что-то действительно важное, но если ты будешь утруждать себя попусту, мы задержимся тут ещё дольше, ты же понимаешь.
Лань Яо выдохнул. Вдохнул. Усмехнулся. Подвигал бровями, сомневаясь, но всё же уточнил:
— Ты точно не привяжешь меня к кровати, если я не послушаюсь?
— Я не прикоснусь к тебе, пока ты не отдохнёшь, — твёрдо отказал Лань Сичень.
Противостоять такой угрозе было нельзя.
***
Лань Яо оставил при себе четыре талисмана. Каждый создавал частичную невидимость минут на сорок, так что в любой непредвиденной ситуации времени это давало предостаточно. А Лань Хуань, убравшись в доме и собрав постель из сухих листьев и нескольких кусков ткани, что были у них, действительно ушёл сидеть весь день где-то в лесу, пока Лань Яо спал, лежал, снова спал, скучал и думал обо всём, за что цеплялось его сознание. Естественно, он очень обрадовался, когда Лань Хуань вернулся. Тот оставил сумки и ящик с книгами в углу: сухом, но достаточно далёком от камина. — Ты добыл еды? — Да. Он развёл небольшой огонь. В походе они не могли носить с собой ещё и гору круп и овощей, поэтому приходилось заниматься охотой. В душе Лань Яо был этому рад — кажется, он впервые в жизни ел так вкусно. Глядя как Лань Хуань тушит огонь, он заметил: — Хорошо, что сейчас не зима и не надо топить всё время. Хотя в этом случае разницы бы не было, где бы мы прятались, потому что дым видно отовсюду. Кстати, если мы уйдём теперь, то он бы указал на дом со следами присутствия людей и был бы в меньшей опасности. Лань Хуань не стал это комментировать. Он развесил талисманы, отгоняющие нечисть, и подал ему еду в постель. — Ты всё ещё хочешь уйти отсюда? — спросил он позже сытого и довольного Лань Яо (явно не без умысла). — Я видел, как в город заходили люди похожие на заклинателей. Лань Яо задумался. Конечно, теперь он не хотел никуда идти из тёплого дома с мягкой кроватью, едой и возможностью хорошо провести время. Пожалуй, можно немного расслабиться. Подготовившись, конечно. — Ты не делал ловушек? Лань Хуань покачал головой. — Но я оставил свои струны там, где был, на всякий случай, — сказал он. Пойдёт. Остальное завтра. Лань Сичень подсел к нему на кровать, а Лань Яо воспользовался этим, чтобы снова залезть к нему в объятия. Причёска Лань Хуаня оказалась доступна, и он, распустив её, начал перебирать его волосы. Они у Лань Хуаня плотные, густые и очень длинные. Даже когда часть их подобрана в шишку, они ниже ягодиц, а распущенные они достают до колен. Лань Яо, перебирая их в руках, пытался пропустить их через пальцы полностью, но ему не хватало длины рук. В конце концов он просто с удовольствием зарылся в них лицом, вдыхая их запах. — Нравятся? — Да! — ответил Лань Яо, однако, подумав, счёл себя обязанным уточнить. — Но если ты хочешь их подстричь, то нет. — Вот как? Тогда какая длина, по-твоему, подойдёт? Лань Сичень его якобы шутливо подловил, заставляя озвучивать то мнение, которого у него нет, но он никогда не подтрунивает ни над кем просто так, значит он втайне действительно надеется на вразумительный ответ. Лань Яо не стал пытаться ответить одновременно и конкретно, и шутливо, поэтому он просто сказал: — До плеч смотрелось бы ново, а начиная от лопаток в облике почти ничего не изменится, зато станет намного легче. Лань Сичень, уличённый в беспокойстве за свой внешний вид, смутился и просто кивнул, хотя, казалось бы, они оба из клана красавцев и модников, так что стесняться нечего. — Ты раньше хотел носить низкий хвост, — плавно перевёл он тему. — Да, — согласился Лань Яо, — я и сейчас думаю, что было бы красиво. — Ты можешь попробовать, пока мы тут. — И верно. Идея и правда хорошая. Он, может быть, даже попробовал бы прямо в ту же минуту, но в этом доме не во что было посмотреться. — Пора спать. — Ещё не время. — Ляжем раньше. Лань Яо просто согласился. Уж для него это точно ничего не меняло, он и так должен был лежать, а Лань Хуань мог делать, что хочет. У Лань Яо даже было предположение, чего он может хотеть, но его ещё надо было подтвердить. Они вдвоём устроились на кровати. Некоторое время просто молчали. Лань Яо глядел в потолок. Лань Хуань лежал без движения. Спать, на самом деле, не хотелось абсолютно, и он позволил себе перевернуться и обнять Лань Хуаня, шаря по его телу руками. Лань Хуань дёрнулся, но совсем отстраняться не стал, и Лань Яо почувствовал под своей рукой каменный стояк. Он прижался своим телом к его, давая почувствовать, что он тоже возбуждён, и скромно предложил: — Раз уж я весь день исправно отдыхал, а ты тяжело работал, может, позволишь мне помочь тебе расслабиться? — Нет. Лань Яо был готов смириться: он решил, что это был один из тех случаев, когда Лань Хуань хочет секса только телом, и хоть в таком состоянии можно его завести и насладиться близостью, у него всё равно может остаться неприятный осадок. Но он понял, что ошибся, когда почувствовал, что его руки аккуратно складывают вместе, и их стягивает лобная лента. — Я сам. Лань Яо издал радостный стон и, пытаясь полнее выразить свой восторг, дотянулся до его губ, втягивая его в короткий страстный поцелуй. Прервать его Лань Хуань не позволил. Когда Лань Яо собирался отстраниться, его голову удержала сильная рука. Лань Хуань взял власть над поцелуем и углубил его. Лань Яо беспрепятственно дал трахать себя в рот языком, теряя голову от возбуждения. Лань Яо изогнулся, начал тяжело дышать. Ещё он жалобно приподнял брови и прижал связанные руки к груди в невинно-детском жесте. Он жестикулировал так только наедине с Лань Хуанем и видел, что тому это нравилось. Конечно, он специально привлекал его так и демонстрировал своё отношение. Раньше он бы, наверное, считал себя подлым лицедеем, но теперь он понимал, что нет ничего плохого в том, что делается ради своего и чужого удовольствия. Лань Хуань повалил его на спину. Лань Яо перевернулся на живот и приподнялся на коленях. Он чувствовал, что такая поза невероятно возбуждает Лань Хуаня, хоть и не видел его. Лань Хуань надавил несколько раз ему на поясницу — Лань Яо дал ему посмотреть, как прогибается его тело; подержал его за шею и наконец взялся за его ягодицы, оглаживая и иногда сжимая их. Наконец он использовал последний флакон масла. Как же под Лань Хуанем было хорошо. Горячо, мокро, приятно. Лань Сичень научился тому, о чём втайне мечтал Лань Яо — безболезненно подчинять именно тогда, когда это необходимо. В данный момент вжатый в постель лицом вниз Лань Яо не мог почти ничего, только отвечать на его движения и плыть от удовольствия. Он был слаб и беспомощен в сильных руках Лань Хуаня. И при этом очень ему нужен. Лань Яо не считал моменты слабости зазорными: вполне можно иногда быть беспомощным, но он никогда не думал, что в этот же момент можно быть нужным кому-то. Нужность надо зарабатывать. Оказалось, на секс это не распространяется. Лань Яо громко стонал и дрожал всем телом. Удовольствие начинало перетекать через край. — Блять! Еба… — Тссс, — закрыл ему рот рукой Лань Сичень. Лань Яо даже не то, чтобы был не в состоянии, но просто не хотел сейчас начинать лингвистическую дискуссию, чем Лань Хуань и пользовался весьма откровенно, поэтому он послушно замолчал, только сдержанно мыча ему в руку. Чувство нужности искало выхода. Голова кружилась. Глаза увлажнялись. Сознание мутнело, ну да и чёрт с ним. Он ещё успеет рассказать самому себе, как он всё опошляет своими мыслями, а пока можно позволить себе считать себя принадлежащим Лань Хуаню целиком и полностью. Лань Хуань перевернул его на спину и увидел его залитое слезами покрасневшее лицо. — Тебе было больно? — кажется, светлая кожа Лань Хуаня стала ещё белее. — Нет. Конечно, нет, — всхлипнул он. — Мне так хорошо, что я не знаю, куда деть свои эмоции. Пожалуйста, кончи в меня. — Ты уверен? В прошлый раз тебе не понравилось. — Я ошибся! Я передумал. Прошу тебя. Липкое и неестественное чувство. Даже для него в сексе нашлось то, к чему пришлось привыкнуть, прежде чем почувствовать всё удовольствие. В первый раз ему действительно не понравилось, но он не мог перестать думать об этом, и теперь чувствовал себя восхитительно полным. Он обвил ногами бёдра Лань Хуаня, силясь удержать его в себе подольше. — Сможешь ещё? — спросил он. — Только ради тебя. Лань Яо усмехнулся и выпустил его, чтобы сразу же снова захватить, но уже по-другому. Он, продолжая лежать на животе, начал покрывать его живот поцелуями, постепенно опускаясь ниже. Его эксперименты на сегодня не закончились. — Поможешь мне? — спросил он, поигрывая снова поднявшимся членом Лань Хуаня. — Чем тебе помочь? — Не стесняйся применять силу, когда будешь меня держать. Лань Сичень недоумённо изогнул бровь. А Лань Яо засосал его, добился того, что член упёрся ему в глотку и, не останавливаясь на этом, попытался протолкнуть его глубже. Казалось, что это просто невозможно, но когда-то такое ощущение было и с задницей. Лань Яо собирался сглотнуть, вдохнуть поглубже и попробовать ещё раз, но Лань Хуань выполнил его просьбу. Он не дал ему отстраниться и надавил ему на голову, так что оставалось только одно направление для движения. Преодолевая себя, он попытался взять глубже, и с удивлением почувствовал, как это выходит, и член оказывается в плотно сжатой глотке. Лань Хуань вздохнул со сладким стоном, от которого Лань Яо почувствовал вдохновение снова. Он должен заставить его стонать, не прекращая. Он должен сделать ему хорошо. Рука Лань Хуаня дала ему свободу, но он задержался ещё немного, прежде чем отстраниться с судорожным вдохом, утереть слёзы и размять руками мышцы челюсти. — На самом деле, мне кажется, действительно будет проще, если это ты будешь управлять мной, а не мне самому придётся заставлять себя. Так что… Нет, я правда очень этого хочу! — предупредил он фразу о том, что он не должен ни к чему себя принуждать против своего желания. — Хорошо. Лань Хуань тоже этого хотел. Они сменили позу, чтобы было удобнее, и Лань Яо почувствовал, как его за волосы притягивают к паху, берут его голову и предоставляют ему начать с несложных ласк. Когда Лань Яо был готов, он так же, как и раньше, дал члену ткнуться в основание глотки. И Лань Хуань глубоко его трахнул: направлял плавными, но уверенными движениями его голову, держал его за волосы, чтобы они не лезли в лицо, прижимал его к себе, добиваясь максимальной глубины и стирал его слёзы. Лань Хуань не пытался переспросить, действительно ли происходит именно то, чего Лань Яо хочет, и того радовало доверие к своим просьбам. Лань Яо очень старался поскорее приучить тело к более активному сексу, чтобы Лань Хуань мог не сдерживать страсть, часть которой прорывалась в тот момент наружу. Любимый тяжело дышал, низко постанывал и всё более крепко сжимал его волосы в своих руках, едва вспоминая давать Лань Яо вдохнуть. Тот был счастлив, и только желание взглянуть на лицо Лань Хуаня отвлекало его от намерения ласкать его ртом всю ночь без перерыва. Доведённый до грани, Лань Хуань остановился, позволяя Лань Яо отстраниться, но тот не желал этого делать. Тёплое семя залило рот. Ни секунды не сомневаясь, он проглотил всё. — Молодец, — очаровательно раскрасневшийся Лань Хуань погладил Лань Яо по щеке. Наверное, вид у того сделался предурацкий. Нет, он не был против, что его чуть свысока хвалят, но он не ожидал услышать подобное, тем более сказанное таким тоном, тем более в такой ситуации, тем более от Лань Хуаня, хотя от кого ещё он бы такое слушал. Его любимый, глядя на него, прикрыл рот рукой — улыбался. — А ты входишь во вкус. Он не нашёл, как ещё ответить. — Более чем. Лань Яо мог поклясться, что Лань Хуань действительно чуть заметно облизнулся. Он любовно положил Лань Яо на спину и в свою очередь спустился к его паху. Лань Яо метался по кровати от удовольствия, стараясь не помешать Лань Сиченю заниматься его делом. Теперь тому придётся отсасывать чаще, потому что Лань Яо не сдержит желания почувствовать такое наслаждение снова.
