01010010 01000101 01000010 01001111 01010010 01001110

— Что-то Хибари уже пятый день не видно, — устало зевнул Такеши, за едой продолжая проверять очередные документы, которым нет конца и края, и это при том, что бумагами занимаются одновременно пять хранителей. Как со всем этим в одиночку четыре года подряд справлялся Дечимо? Ямамото готов лезть на потолок и выть от усталости и скуки уже сейчас, а ведь прошло всего ничего, даже недели не наберется! С мечником оказались солидарны абсолютно все, кто подвергся новому способу управления семьей от Савады, но просто так сдаваться не собирались. Гордость, упрямство и все такое. — Он на особом задании, — хмыкнул Тсунаеши, спокойно отпив глоток чая. — И что это за задание такое? — Мукуро давился кофе, то и дело потирая покрасневшие глаза. Ребята еще не научились правильно распределять время полностью забитого делами дня, вдвойне уставали от неопытности (когда рука уже набита, то работа идет быстрее). Лучше всего с проблемой справлялся Хаято, но Дечимо на него давил сильнее всего, не без злорадства оправдывая это тем, что тот правая рука — парень уже второй день обдумывает решение отдать свой пост. — Ты действительно хочешь знать? — усмехнулся Савада, уже радуясь тому, что с ребятами получается завести простой разговор на неважные темы. — Мне тоже интересно. Ведь Хибари-сан, он… Хибари-сан, — произнес Ламбо. — Всегда выполняет свои миссии быстро и так, словно это на самом деле не супер сложнейшее задание, а поход в магазин. — Ну, если вам так интересно, то он был отправлен на поиски кое-кого… — вздохнул Тсунаеши. — Может быть, слышали о таком очень интересном человеке, как аркобалено солнца? — Аркобалено? Что-то знакомое, — задумался Гокудера, Рокудо подобрался, силясь что-то вспомнить, остальные же не понимали о чем речь. Ламбо, кажется, совсем уже забыл про свое детство и мечту «уничтожить лучшего в мире киллера» — нередкое явление среди людей. — Да, Хаято. Вспоминай, — попросил его Дечимо. — Мне нельзя запрашивать документы и узнавать по связям об этом человеке, чтобы все осталось конфиденциально между нами. Гокудера, ты владеешь большим количеством информации и можешь ее легко применять, именно поэтому ты был выбран правой рукой босса. Ответишь на некоторые мои вопросы? — Кхм, а у меня есть выбор? — фыркнул парень. — Аркобалено… по какому принципу они выбираются? — Это… неизвестно. Просто кто-то взял семерку сильнейших и провозгласил их аркобалено. — Дай угадаю, они выглядят, как младенцы? — Да. И у них есть соски, под цвет своего пламени, — заинтересованно произнес Хаято, заметив, что Дечимо знает больше, чем говорит. — Отлично, — улыбнулся Тсунаеши. С самого утра у него было хорошее настроение, после того, как Хибари прислал сообщение о том, что возвращается, и вот, когда все шло точно по плану, оно поднялось еще выше! По помещению мягкими волнами стало распространятся пламя, пытаясь поделиться позитивом хозяина. Хранителей словно заботливо окутали в мягкое одеяло, даруя умиротворение, нежность и тепло. Каждый из ребят неожиданно почувствовал себя как дома. — Босс, — к Саваде подошла служанка. Она была беспламенной, поэтому слабо восприимчивой к невербальному общению пламени, да и Тсунаеши не спешил делиться с кем-то своими чувствами, кроме хранителей. — Человек, о котором вы приказали заботиться, не хочет принимать лекарство. Теплая атмосфера резко исчезла, глаза Дечимо резко стали холодными и налились янтарем. Мукуро, потеряв убаюкивающее тепло, которое словно шептало, что все будет хорошо, вытягивая усталость и наполняя тело энергией, разочарованно вздохнул. Другие тоже оказались расстроенными. — А я не велел вам его кормить таблетками, — сухо заявил Тсунаеши. — Я четко отдал приказ, кормить его по расписанию и убираться в его комнате. По ситуации выполнять его просьбы. — Если не принимать таблетки, то состояние может ухудшиться, — взволнованно произнесла женщина. Вот только она волновалась за себя, когда почувствовала страх от одного мимолетного взгляда Савады. На Ноно ей было плевать. — Да, и кто это сказал? — поинтересовался мило улыбаясь Тсунаеши. — Вне… врач, естественно, — замялась служанка. — О, тогда ты уволена, — произнес парень, прекрасно понимая что к чему. — Можешь быть свободна. Женщина не осмелилась что-нибудь сказать и рассеянной походкой вышла из столовой. — О ком вы говорили? — поинтересовался Сасагава. — Вы должны его знать, ведь именно он вам предложил стать хранителями десятого поколения Вонголы. Вот только… — произнес Савада, делая дыхательную гимнастику. Его хорошее настроение кануло в лету, от одной мысли, что люди Емицу все еще не успокоились, продолжая попытки нашпиговать Ноно таблетками непонятного содержания. Тсунаеши уверен, что мужчина поправится без всяких таблеток. — Что? — нахмурился Хаято. — На стадии формирования нового поколения, когда рассматривались кандидаты, дон Тимотео заболел. По официальной версии весть о том, что Небо, которому изначально пророчили место Дечимо, неожиданно погиб, совсем подкосило дедушку, все-таки тот был его последним родным сыном, — вздохнул Савада, облокотившись на спинку стула, и устало потер шею. — Но сейчас под моим чутким руководством, он идет на поправку. Можно не беспокоиться. — «Небо, которому изначально пророчили место Дечимо»? — уточнил Мукуро. — Наивные, наивные мои хранители, — улыбнулся печально Тсунаеши. — Разве вам никогда не казалось странным, что я не знал итальянского языка? Почему мне приходилось в срочном порядке изучать все и сразу, разбираясь в проблемах по ходу дела? — Ну, так, твой отец — внешний советник Вонголы, поэтому тебе можно все… — произнес Ламбо и только потом понял, какую глупость сморозил. А ведь в мыслях это не выглядело так тупо. — Мой отец внешний советник — мне нельзя ничего, — прошептал Тсунаеши, разглядывая в окне небо. В этот момент он прокручивал в голове воспоминания этого мира, поэтому его взгляд стал отрешенным, печальным и одиноким. Таким, каким был изначально, до незапланированного попаданца из другого мира. Хранителям совершенно не понравился этот взгляд, но они решили промолчать, понимая, что сейчас Дечимо больше ничего им не скажет. Хранители пристыжено опустили глаза в тарелки, понимая, что совсем ничего не знают о Дечимо и никогда не пытались узнать о нем что-нибудь. Тсунаеши перевел свой взгляд на ребят, облегченно вздохнув. До них наконец-то дошло. Они начали понимать, что враг тут далеко не их Небеса. Это хорошо. Очень хорошо. Такими темпами дело уже скоро дойдет до разговоров по душам. Как раз в такие моменты рождается доверие, понимание и привязанность. Теперь Дечимо уверенно может положиться на хранителей. — Продолжайте трапезу, а мне пора на встречу, — вновь привычно улыбнулся Тсунаеши, пытаясь показать, что все в порядке. Главное убедить их в том, что Савада их совершенно не винит. Пламя ласково потрепало ребят по волосам и скрылось вслед за хозяином за дверями.

***

Тсунаеши устало потирал шею, рассевшись на ступеньках перед главными дверями резиденции Вонголы. За ним из-за угла здания внимательно следил Мукуро, напоминая маленького ребенка-цундере, не решившегося подойти и честно сказать, что ему надо от преследуемого человека. Ну, не беда, всему свое время. А пока Савада наслаждался теплыми лучами солнца и ждал Хибари, что должен был уже вот-вот прибыть с аркобалено солнца. Когда стрелки на наручных часах подходили к оговоренному времени, железные ворота автоматически открылись, впуская на территорию резиденции черную машину. Из нее вышли упомянутые выше субъекты, явно что-то между собой не поделившие. Оба очень раздраженно что-то обсуждали. Кея вдобавок ко всему выглядел сильно потрепанным, прихрамывая на одну ногу. Спор набирал обороты. Реборн и Хибари вот-вот хотели вновь сцепиться в драке. — Перестаньте, — устало вздохнул Савада, встав со ступенек, но на него не обратили внимания, один раз мимолетно вразнобой приказав заткнуться. Тсунаеши раздраженно пронаблюдал, как вечный младенец и хранитель облака схлестнулись. Хибари, конечно, не соперник для Реборна, особенно после проигрыша ему же, но продержаться какое-то время был в состоянии. Вот только избитый до полусмерти Кея Саваде был не нужен! Ему требовался адекватный и полностью здоровый внешний советник. — А ну, прекратили, я сказал! Тсунаеши не побрезговал выпустить все свое раздражение вместе с пламенем, которое взметнулось ярким факелом. Языки пламени незамедлительно сформировались в звериное тело, приобретая форму льва. Савада был удивлен появлению Натса, но виду не подал, наблюдая, как повзрослевший гигантский лев рявкнул так, что у резиденции жалобно затрещали окна. Кажется, в этом мире все обладатели сильной воли могут придавать пламени физическую форму зверя. То же самое, что коробочки из родного мира, сделанные Верде, только без физического хранилища (подобное считается врожденным даром, которым пользоваться могут немногие). — Угомонились? — Савада изящно приподнял бровь. Лев, почувствовав удовлетворение хозяина, в тишине грациозно подошел к нему и начал ластиться, головой подныривая под руку. Подобное выглядело бы очень мило, если бы животное не было ростом с человека или даже выше. — Так это ты хотел со мной встретиться? — серьезно произнес лучший в мире киллер, напрочь позабыв об агрессивном хранителе облака. Хибари же следил за зверем, впервые видя, как Савада вызвал свое животное. Мукуро почти полностью показался из-за угла, разглядывая редкое явление, и даже второй раз за день разочарованно вздохнул, когда лев исчез в пламени по желанию хозяина. — В кабинет, пожалуйста, оба, — мягко улыбнулся Тсунаеши, но почему-то от него веяло опасностью. Когда участники разговора оказались в указанной комнате, Савада удобно расположился в кресле за столом, принимая привычную для себя расслабленную позу. Аркобалено и хранитель уселись напротив него. — Итак, Хибари, спасибо, что выполнил мою просьбу и нашел его, — улыбнулся Тсунаеши, пытаясь невербальным способом успокоить разгоряченного спором Кею, к Реборну парень не стал прикасаться пламенем, если честно, побоялся. Вдруг не так поймет? — А вам, спасибо, за то, что несмотря ни на что пришли. — Странные у вас способы приглашать людей на разговор, Дечимо Вонгола, — хмыкнул киллер, явно заметив незримый контакт босса с хранителем. — Если честно, то это было его наказание за плохое поведение, — доверительно громким шепотом произнес Тсунаеши, заметив, как Хибари дернулся, но ничего не сказал, украдкой наслаждаясь теплом чужого пламени, и поняв наконец, что сам виноват в произошедшем. — Он у нас очень своенравный и оттого очень незаменимый член семьи. — Зачем меня сюда позвали? — Естественно, я хочу вас нанять. — А если я не хочу связываться с Вонголой? — Аркобалено солнца, называйте вещи своими словами, — вздохнул Тсунаеши. — Вы не хотите связываться с внешним советником Вонголы, Савадой Емицу. Но сейчас перед вами не он, а я. — Не вижу разницы, — припечатал киллер. Тсунаеши задумчиво постучал пальцем по подлокотнику, потом подался вперед, чтобы разместить локти на столе и подпереть подбородок сцепленными в замок руками. Савада знал, что так любил делать Тимотео. Реборн тоже это знал. — Печально, — ответил наконец-то Савада. — Тогда не буду вас задерживать. — И что, даже не попытаешься уговорить? — киллер расслабленно поглаживал своего хамелеона, даже не собираясь уходить. — Я никогда ни перед кем не оправдываюсь и уж тем более не буду унижаться, рассказывая о своих проблемах тому, кто ненавидит меня. Вы свободны. Хибари незаметно повел бровью, почувствовав еле заметные изменения в чужом пламени перед тем, как пламя совсем исчезло. Хранитель внимательно слушал и запоминал, раз ему это позволяли. — Хм, — Реборн почему-то не хотел уходить. Может быть, причина в том, что парень уверен в своих действиях, даже когда что-то пошло не по плану? — Скажи мне причину, почему ты так спокоен, даже когда я так грубо отказал тебе. — Ну… — улыбнулся Тсунаеши, раздумывая говорить или нет. — Есть еще как минимум семь аркобалено, что, может быть, захотят мне помочь взамен на снятие проклятия вечных младенцев. Реборн напрягся, внимательно разглядывая парня. Тот не шутил и не врал, он был уверен в словах и явно знал то, о чем говорит. После киллер замер еще один раз, анализируя сказанные слова. Как минимум семь? Он знает, что аркобалено на самом деле больше семи? Но откуда он узнал о ситуации, в которую попали Колонелло и Лар Милч, неравномерно разделив пустышку дождя между собой? — Какую услугу ты хочешь? — мрачно произнес Реборн. — Очень простую, защищать меня, пока пост внешнего советника не займет вот этот парень, — Тсунаеши кивнул в сторону Хибари. — И при необходимости избавиться от угрозы. — Кукла хочет избавиться от кукловода, — хмыкнул киллер, задумавшись о том, а все ли в этой семейке так просто? Зная потомков Примо и учитывая, какая сильная личность с выдающимися способностями сейчас сидит перед ним — парень ни за что не позволит собой помыкать просто так, так что навряд ли. — Называй, как хочешь, — вздохнул Тсунаеши. — Твое предложение… — Договор будет подписан и заверен пламенем, — тут же произнес Савада, вместо мало убедительных и банальных «я не вру» или «это правда, поверь», и достал документ из папки. Суть документа была проста. Реборн помогает, защищая Тсунаеши, а парень снимает с него проклятие. Там были прописаны небольшие обязанности и некоторые объяснения ситуации, касающиеся оплаты: Савада не способен снять проклятие с одного аркобалено, только со всех сразу, поэтому он совсем не против, если киллер заставит делать свою работу остальных «лучших мира сего». Когда Реборн прочитал все, даже мелкий шрифт, и не нашел ничего подозрительного, он подписал договор, поставив печать своего пламени. Савада сделал то же самое. Один экземпляр киллеру, другой Дечимо. Парень только собирался убрать документ в стол, как дверь открылась. — Тсунаеши, — в проеме стоял недовольный Емицу, уже наслышанный о слухах, ходящих по резиденции. Конечно, его люди донесли все действия Дечимо, о которых знали. Мужчина хотел было выказать свое недовольство, как наткнулся взглядом на Хибари и Реборна. — Что здесь делает аркобалено? — Аркобалено? Что это? — удивленно произнес Тсунаеши, словно это не он только что пообещал сделать для аркобалено то, что лучшие умы мира не смогли сделать за все прожитые века. Хибари напряженно повел плечом. — Я про ребенка, — кивнул на Реборна раздраженный тупостью Дечимо Емицу. — А, этот мальчик… Ну, он сам тут появился несколько дней назад, ничего не объяснив толком. Я даже начал подумывать, что он — ребенок одного из моих хранителей. Ну, а что? Парни молодые, в самом расцвете сил, — продолжал говорить Тсунаеши, то и дело распространяя волны позитива. — Но папа… откуда ты знаешь этого малыша? Неужели, ты изменял маме? Теперь киллер понял, как парню удалось так долго скрываться, набирая силу и знания. Он просто притворился дурачком! У присутствующих просто не нашлось слов. Что-то за диваном зашуршало. Звук был похож на странное пыхтение — Мукуро, который на протяжении всего разговора предпочел прятаться и подслушивать (хранителю можно), с трудом пытался подавить смех.